А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Если вы не оставите меня в покое, я вызову охрану отеля, и вас вытолкают взашей.
И глянула на стойку, где девушка-портье занималась регистрацией очередного гостя.
— О нет, Лиз, лучше без этого обойтись, — отвечал оборванец, покачивая головой. Он подошел поближе, заглянул Элизабет в глаза. — Зачем начинать доброе знакомство с ссоры?
«Лиз???» — остолбенела Элизабет.
— Откуда вы знаете, как меня зовут?
Оборванец протянул ей руку.
— Борей Будро, мэм. Зовите меня Бобо. Существовала договоренность, что мы будем работать в паре. Вам разве не сказали?
— Вы?.. — выпалила Элизабет. У ее собеседника были ясные синие глаза, лучащиеся искренностью и мудростью. Нос крючком, выпирающие скулы, рот, пожалуй, слишком тонкогубый, но скорый на улыбку. Тонкая шея, столь же тонкие запястья, замурзанная и рваная охотничья куртка, чей изначальный цвет — возможно, хаки — давно изгладился из памяти даже ее владельца. Заношенные, не знакомые с мылом джинсы; кроссовки на босу ногу. Светлые волосы пострижены очень коротко, но даже эта прическа не придавала Будро ни капли респектабельности. — Вы из ФБР?
— Да, мэм, — был лаконичный ответ.
— Ой! Вообще-то да… — сказала Элизабет этому чуду-юду, пытаясь собраться с мыслями, — да, я хочу сказать, мне сказали, что у меня будет напарник, но не уточняли, что такой… я хочу сказать, кто.
Будро добродушно расхохотался.
— Ничего, я не обижаюсь, что вы так занервничали. Это просто с непривычки. Знаю-знаю: гости часто думают, что мы тут в Америке все одним миром мазаны — либо гангстеры, либо неотесанные ковбои. Но это так, обертка, чешуя. На самом деле мы глубже. И привыкли, что нас не понимают. Да, к слову… — Будро засунул руку в один из бесчисленных карманов, из которых состояла — собственно, на которых держалась — его охотничья куртка. И вручил Элизабет согнутый вдвое — иначе он не поместился бы в кармане — конверт. — Вот ваше досье. Сказали первым делом отдать его вам.
— Спасибо, — произнесла Элизабет, незаметно присматриваясь к конверту: не ползают ли по нему какие насекомые? Затем покосилась назад, в район стойки: как реагируют люди на разговор чинной леди с оборванцем? Но никто на них и внимания не обращал. Вероятно, для Нового Орлеана Будро — скорее норма. Она потянула на себя клапан конверта, прижимая его к груди, чтобы Будро не заглянул.
— Занятное, я вам доложу, чтиво, — светским тоном продолжал американец. — Страшно хочется потолковать насчет этого всего — вы только освежитесь сначала, я обожду.
Элизабет обратила внимание, что лента, которой был заклеен конверт, уже порвана. И чуть не испепелила Будро взглядом. Влез без спросу! Какая наглость!
— Как вы смеете читать мои материалы, которых даже я еще не прочла! Я вам сообщу то, о чем сочту необходимым вас уведомить.
— Ага. — Будро запрокинул голову назад. Его полуприкрытые глаза превратились в щели, из которых вырывалось синее пламя. Всякое сходство с безобидным уличным сумасшедшим исчезло. Теперь он выглядел как очень собранный, явно буйный уличный сумасшедший. — Мне искренне жаль, мэм. Я думал, что нам следует делиться информацией друг с другом. Попробую не забыть, когда буду вас водить по городу и все такое, что вам надо сообщать только то, что вам надо знать.
Элизабет мгновенно раскаялась в своих словах. И одновременно насторожилась. Подтекст его слов стал ясен ей моментально. Союзники. Рукопожатие над водой. Особые взаимоотношения между Великобританией и Соединенными Штатами Америки. Она в незнакомом городе и нуждается в помощи этого странного незнакомца, чтобы выполнить свое задание. Будро это осознает. И она сама — тоже. Элизабет набрала в грудь воздуха. Попробуем начать все сызнова.
— Простите меня, пожалуйста, — произнесла она. — Я это сказала, не подумав. День был тяжелый, я с ног валюсь. Начальство меня сюда забросило, как щенка в пруд. Задание я получила сразу перед вылетом.
— Да и я хорош. Тоже мне, гостеприимство, — пробурчал Будро и низко поклонился, чиркнув рваным рукавом куртки по туфлям Элизабет. — Пойдемте отнесем ваш багаж в номер. А когда умоетесь, сядем и поговорим.
* * *
— Это мистер Будро. Мистер Будро — мистер Найджел Питерс, — произнесла Элизабет в баре отеля час спустя. Для совещания они отыскали уединенный столик в зале под названием «Кабинет Мистика». Элизабет тщательно проверила помещение. В ход пошло все — и детектор «жучков» (разработка подразделения «Кью»), и уроки экспертов ОПЛЯ, и врожденный дар, унаследованный от бабушки.
— Зовите меня Бобо, — объявил агент ФБР, пожимая руки им обоим. «Ну и силища — просто тиски», — подумала Элизабет и исподтишка пересчитала свои пальцы после этого приветствия.
— Я, можно сказать, внештатник. Управление ККБ при ФБР.
Элизабет невольно вытаращила глаза:
— Внештатный агент?
Бобо развалился в элегантном кресле с парчовой обивкой. Он был похож на драную кошачью игрушку посреди бальной залы.
— Такой расклад нам всем на пользу, мэм. Я учился у лучших специалистов, которые тут есть; такое у меня хобби, даже природный дар, можно сказать. — Небесно-синие глаза многозначительно покосились на Элизабет, и та уловила намек. — Управлению я небесполезен. И деньги начальству сберегаю — благодаря мне они могут не держать здесь офис с постоянным штатом. Ну а я со всего этого имею регулярную зарплату — плохо ли? Я смотрю, что в городе делается, не требуется ли вмешательство Управления, а когда я нужен, мне звонят. Я присягнул США по всем правилам.
— Да, да, — проговорил Питерс. Откашлялся. Прикурил сигарету от предыдущей. Раздавил окурок в пепельнице. Элизабет чувствовала, что директор группы не очень-то верит в профессионализм американца. В этом она была с Питерсом солидарна — но против необходимости не попрешь.
— Я так понимаю, надо о мерах безопасности потолковать, — сказал Бобо. Затем показал на конверт, лежащий перед Элизабет. — О том, что там написано, можно и не говорить. Все уже в курсе.
Англичанка кивнула. Досье с грифом «Секретно» она прочла, пока переодевалась в своем прелестном, изящно обставленном номере. Оно подтвердило все ее догадки. Лорд Кендал беспокоится за жизнь и здоровье дочери, которая начала жаловаться на мистические злоключения. Он верит, что ей и впрямь вредит какой-то маг — а значит, и секретной службе пришлось во все поверить. Пока Элизабет с Фионной летели через океан, досье обогатилось новыми сведениями.
Из тех подробностей дела, о которых мистер Рингволл умолчал, Элизабет по-настоящему встревожила лишь одна: до Элизабет к «Изумруду в огне» уже был приставлен некий агент МИ-5. Сутки назад его перехватили, когда он бродил полуголый по Графтон-стрит в Дублине, бормоча что-то насчет маленьких человечков. Странно, но вряд ли необъяснимо. Из-за того, что агент… э-э-э… выбыл из строя, Элизабет и отрядили в Америку столь внезапно. Что так помутило разум агента и почему это стряслось на улице, где расположены лучшие магазины Дублина, оставалось загадкой. Врачи покамест не нашли у бедолаги ни симптомов приема наркотиков, ни признаков психической травмы. Вспомнив об этом, Элизабет тяжело вздохнула. Рискованность задания превосходила все ее опасения. А вдруг она не справится? Справится ли она? Все эти мысли промелькнули в голове Элизабет, пока она сидела за столиком, чувствуя на себе испытующие взгляды Питерса и Будро. «Возьмите себя в руки, Мэйфильд, — сказала она себе, — иначе эти двое сочтут вас непрофессионалом».
— МИ-5 не располагает точной информацией о виновниках нападений на мисс Кенмар, — отчеканила Элизабет, — но ради ее защиты мы готовы на все, что в нашей власти.
— И мы тоже, — откликнулся Бобо. — Даже если окажется, что все это — пустые турусы на колесах. Лучше уж так, чем настоящая беда, хотя мое начальство будет разочаровано.
— Послушайте, — произнес директор группы, переводя взгляд с Элизабет на Будро. — Я, может быть, не имею права на такие вопросы — но я все-таки спрошу. Мне бы ужасно не хотелось, чтобы на Фионну разозлились правительства двух стран. Но и за нее я тоже очень переживаю. Скажите, вы сами верите, что с ней все это происходит взаправду?
Агенты переглянулись.
— До очередной атаки ничего не выяснишь, — сказал Бобо. — Мы будем относиться к делу непредвзято — пока сами не проверим.
— Не важно, какого рода эти нападения — обычные или паранормальные, — вставила Элизабет. — Если верить Фионне — а я склонна ей верить, — ее кто-то преследует. Или не кто-то… а что-то.
— Согласен, — вздохнул Питерс. — Значит, все упирается в меры безопасности.
— Согласна, — отозвалась Элизабет. Взяла с подноса официанта бокал джина с тоником; сделала паузу, пока официант отойдет. Обернулась к Бобо:
— Вы уже знаете, сколько человек в группе, считая вспомогательный персонал. Постоянный состав музыкантов, помимо Фионны, — трое. Двенадцать постоянных техников. Присутствующий здесь мистер Питерс. Личный телохранитель Фионны, пресс-атташе, оператор спецэффектов, технический директор, костюмер и гримерша. Насколько нам известно, почти никто из них не имеет родственников или близких друзей в Америке. Правда, многие поддерживают чисто профессиональные контакты с миром шоу-бизнеса, особенно Майкл Скотт, известный под псевдонимом Гитархангел. Он уже сделал себе имя сольными проектами, у него два платиновых альбома… ну, и так далее, — скомкала фразу Элизабет, наклонившись к столу, чтобы окружающие не видели ее лица. Майкла она могла описать безо всяких досье — поскольку еще с университета была его страстной поклонницей и теперь сама не знала, сможет ли, не отвлекаясь на посторонние мысли, работать в непосредственной близости от него.
— Клавишник Эдди Винсент широко известен по работе в американской группе «Ангелы Малибу», исполнявшей рок с христианским уклоном. С Фе… с Фионной он начал играть примерно пять лет назад. — О небо, как бы не проболтаться о тайном прошлом однокурсницы. Как знать, что сделают люди, узнав, что она — никакая не дочь Ирландии, не голос угнетенных и обездоленных. — Во Локни в «Изумруде» всего два года. Пришел на смену прежнему барабанщику…
— Прежнему бойфренду, — обронил Найджел. — Она его бросила, и парню стало невмоготу с ней играть. А жалко. Стучал, как бог.
— А много еще новеньких? — поинтересовался Бобо.
— Нам пришлось считаться с американскими законами о труде. Так что почти весь вспомогательный персонал для тура мы поневоле наняли здесь, в Штатах, — пояснил Найджел, сделав большой глоток из своего бокала. — Последние три недели я только этим и занимался. Шесть музыкантов, три бэк-вокалистки, два десятка техников и монтировщиков. Все они не в счет. Большинство вообще Онны в жизни не видело. Ими командует наш режиссер. Он и почти все наши техники уже неделю как тут — готовятся к концерту. Ну а костяк группы прилетел сегодня.
Элизабет также считала, что о новичках можно не беспокоиться. Если они не имели контактов с Фионной в Дублине, то ни к нападениям, ни к загадочному сумасшествию агента непричастны.
— Костюмер, — продолжала зачитывать Элизабет свой конспект, — Томас Фитцгиббон, ранее работал в театрах Вест-Энда. Часто выполнял заказы компании Эндрю Ллойда Уэббера. Кеннет Льюис, светооператор. Уроженец Нью-Йорка, тоже с театральным прошлым. Лора Мэннинг, гримерша — ага, опять Вест-Энд. Оператор спецэффектов — женщина, Роберта Ундербургер.
— Зовите ее «Робби». Имя «Роберта» она терпеть не может, — посоветовал Питерс.
— Хорошо, — проговорила Элизабет, делая пометку. — Она из округа Мэрии, штат Калифорния. В группе три года. Итак, все эти люди проработали с Фионной как минимум два года. А первое нападение случилось как минимум девять месяцев назад.
— Мы со своей стороны ничего подозрительного не раскопали, — сообщил Бобо. — А вы, Найджел, никаких неувязок не обнаружили?
— Никаких, — произнес директор. Подался вперед, умоляюще выставил ладони. — Это все хорошие, честные люди. Каждый счастлив вносить свою лепту в проект Фионны. У нее, знаете ли, особый дар. Она притягивает людей, как магнит. Поклонники ее, можно сказать, защищают.
— Но теперь, похоже, линия обороны прорвана, — безапелляционно заявила Элизабет. — И, вероятно, у того, кто это сделал, имеются экстрасенсорные способности. Посмотрим. Я здесь для того, чтобы предотвратить все возможные инциденты.
— А что вы можете сделать? — спросил Питерс, невольно сжав кулаки. Элизабет покачала головой.
— Если кто-то попытается вновь на нее напасть, мы заметим его… или ее… или оно… Я осмотрела ее номер. Туда можно попасть через четыре двери. Две сообщаются с коридорами второго и третьего этажей. Есть еще дверь из номера на балкон и приватная лестница, ведущая к бассейну на четвертом. И внутренняя дверь, которая ведет в мой номер — а я всегда в боевой готовности. Я проследила, чтобы остальные двери были надежно заперты и закляты.
— А какие заклятия вы используете? — спросил Бобо.
Элизабет уставилась на него, гадая, можно ли ему доверять.
— Кто вас призвал? — неожиданно выпалила она.
Питерс озадаченно посмотрел на обоих.
— Ну, ФБР, наверное, вы же сами знаете.
— Нет, она имеет в виду другое. — Бобо улыбнулся своей фирменной ослепительной улыбкой. Сверкнул глазами: вопрос был ему ясен. — Она спрашивает, хватит ли у меня квалификации, чтобы задавать ей вопросы. — И, наклонившись к Элизабет, сказал ей на ухо: — Радушная женщина, рассыпающая улыбки.
С облегчением зажмурившись, Элизабет продолжила ритуал.
— Где это было? — прошептала она.
— В сердце мира, — торжественно произнес Бобо.
— Где была луна?
— Светила над нашими головами. И звали ее Эльмира.
— Хорошо, — расслабилась Элизабет. Имя было ей знакомо. Квалификации Бобо хватает не только для помощи ее отделу — он кое-что смыслит и в древней магической традиции, в которую ее посвятила бабушка. Отлично. Делясь с ним информацией, Элизабет не нарушит своих обетов. Приосанившись, Элизабет обернулась к Питерсу.
— Извините, мы обсуждали один чисто профессиональный вопрос. Я использовала… э-э-э… заклятие «Огонь-Вода». Подключилась к электросети отеля.
Питерс удивленно выгнул брови, но Бобо лишь кивнул. Вероятно, он разбирался в Неолесной магии и понял намек — аллюзию на «Вулканово Заклятие» из «Трилистенского гримуара» 1585 года, модифицированное с учетом современного уровня техники, — иначе пришлось бы жечь уголь или призывать духов огня при помощи зажигательного стекла.
— Полезут — ой как обожгутся, — одобрительно пробурчал он. — Можно бы еще «Водоземь» поставить, я умею, но от нее докуки многовато. А окна как?
— Без проблем. После моей обработки они по-прежнему открываются — просто печка какая-то, а не город, — но, кроме воздуха, ничего не пропустят.
Бобо ухмыльнулся:
— Видели бы вы наше лето, мэм. Сейчас это еще холодная печка, а не город.
Найджел Питерс машинально расстегнул воротник рубашки.
— Холодная? Если еще чуть-чуть… потеплеет, меня придется с асфальта тряпкой собирать.
Элизабет вновь вернулась к своим заметкам.
— Из служебного арсенала я мало что прихватила — времени не было, так что при мне некая пестрая смесь из штатного оборудования и моих личных инструментов. Что хорошо в разработках ОПЛЯ, так это надежная линейка экстрасенсорных датчиков общего назначения. Я их рассовала по шкафам и чемоданам Фионны — засигналят, если кто-то попытается причинить ей вред с помощью ее собственных вещей. Еще я спустилась на кухню и договорилась насчет химического анализа пищи — пока он не будет сделан, в номер ничего не попадет. Список служащих отеля, которым будет разрешен контакт с музыкантами или вспомогательным персоналом, я должна утвердить лично. Нельзя же за экстраординарным проглядеть ординарное. Я ничего не упустила?
Лицо Бобо расплылось в неспешной улыбке.
— Нет, мэм. Толково работаете.
Вознаградив за комплимент своей улыбкой, Элизабет перешла к последнему пункту.
— И наконец, трансфер на стадион «Супердоум» и обратно. Мне нужно, чтобы лимузины подавали сюда как минимум за двадцать минут до назначенного часа, чтобы я успела их осмотреть и проверить.
— Как вам угодно, — сказал Питерс. — Но это все завтра. У Онны вплоть до завтрашнего утра ничего не запланировано. Да и утром — так, ерунда пиаровская. Машины я вам пригоню на экспертизу. Тут проблем не будет. Так что до завтра нам с вами больше делать нечего. Она переночует в своем номере в полной безопасности.
— Вот тут я сомневаюсь, — вмешался Бобо, раскачиваясь взад и вперед на стуле. — Я, когда вас внизу ждал, видел: она и этот ее дылда вышли из лифта и вырулили на Бурбон-стрит.
— Что-о? — в один голос вскричали Элизабет и Найджел, вскакивая на ноги. Бобо безмятежно продолжал раскачиваться.
— Почему вы их не остановили? — отчеканила Элизабет, глядя на него сверху вниз.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30