А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Машин и детей внизу стало меньше – время близилось к полудню. Короткий перерыв на обед и все начнется сначала.
– Наверное, Лили не здесь – сказала я Трсайелю, – или мы не можем ее отыскать?
– Уборщицу мы так и не нашли, а женская куртка на вешалке была.
– Может, она ее повесила не сегодня. На улице весна. Можно прийти в зимней куртке, а после полудня оставить ее на работе, потому что стало жарко… Что делать? А что, если…
Краем глаза я заметила мотоцикл, отъезжающий от крыльца, и решила рассмотреть его подробнее, не зря же мне дано колдовское зрение. Мне хватило одного взгляда.
– Куда ты? – крикнул Трсайель, когда я сорвалась с места как ненормальная.
– Мотик. Мотоцикл. Он принадлежит Лукасу. Лукасу Кортесу, опекуну Саванны. Она здесь. Саванна здесь.
Трсайель схватил меня за плечо, но я стряхнула его руку, проносясь сквозь толпу людей по пути к лестнице.
– Не впадай в панику, Ева, – крикнул ангел, стараясь не отстать от меня. – Может, ты спутала мотоциклы?
– Это его мотоцикл. Он старинный и очень редкий. Лукас их восстанавливает.
– Может, он подвез свою жену, Пейдж. Ты говорила, что она ходит сюда…
– На багажнике не было шлема.
– Что?
– Пейдж бы его оставила. Саванне пятнадцать. Она всегда берет его с собой.
По молчанию я поняла, что Трсайель озадачен, но мне некогда было ему объяснять, почему подростки считают, что таскать с собой мотоциклетный шлем – это круто. Навстречу хлынула толпа детей, спешащих в столовую. Я пронеслась сквозь нее, добралась до лестницы, побежала вниз, перепрыгивая через ступени, оступилась и едва не полетела кувырком. Трсайель подхватил меня, но я оттолкнула его и побежала дальше. Посредине лестницы я остановилась и вгляделась в море детских голов. Сквозь меня шли и шли люди, мешая смотреть. Я забралась на перила.
– Ева, – сказал Трсайель, придерживая меня за ноги. – Если мы найдем Лили, то никто не пострадает, и Саванна тоже.
– Тогда ищи Лили, а я…
– Мне нужны твои глаза, Ева.
По ту сторону перил возник Кристоф и отыскал меня взглядом.
– Слава Богу, – шепнула я. – Крис! Саванна…
– Знаю, – ответил он, помогая мне спуститься с перил. – Я найду ее, а ты займись никсой.
– Спасибо, – сжала я его руку.
Трсайель протиснулся сквозь толпу, ухватил меня за локоть и потащил за собой.
– Она на баскетбольной площадке, вон там, – я ткнула пальцем в северную часть здания.
Крис кивнул и скрылся в толпе.
Мы начали сначала – с помещений обслуживающего персонала в подвале. В одной из кладовок раздался звук упавшей на пол метлы или швабры. Я свернула в ту сторону. В конце коридора приглушенно прозвучал телефонный звонок. Кто-то сразу же снял трубку.
– Алло? – произнес высокий голос. Кажется, женский. Трсайель рванул туда, я следом. Запертая дверь меня не остановила. В конце комнаты кто-то стоял – худощавая, светловолосая фигурка. Из дешевого радиоприемника на столе лилась музыка, заглушая телефонный разговор. Я подошла поближе и увидела старческую руку на телефонной трубке. Дворник.
Я направилась к выходу, но тут радио смолкло, и я услышала:
– …запасной выход не заперт. Я сам открыл его с утра. – Пауза. – Где? – Пауза. Вздох. – Я пошлю Лили. – Он повесил трубку и пробормотал. – Найти бы ее, лентяйку. Опять где-нибудь прячется.
Дворник взял в руки переговорное устройство, несколько раз нажал на кнопку вызова. Сейчас мы с Трсайелем узнаем, где находится Лили. Ответа не последовало.
– Вот молодежь пошла, – проворчал дворник, направился к двери и повернул ручку. Заперто. Он дернул еще раз, но дверь не отворялась.
– Что за шутки! – Он заколотил в дверь.
Я вышла на другую сторону. Сквозь ручку была продета палка швабры. Мы с Трсайелем переглянулись и опрометью бросились к лестнице.
На первом этаже с грохотом распахнулись двери, из которых хлынул поток детворы. Мы побежали к спортивному залу. Из-за угла сквозь шум и гам донесся чей-то крик. Проскочив через стену, я попала в мужскую раздевалку. Двое мальчишек хлестали друг друга мокрыми полотенцами, с визгом и хохотом уворачиваясь.
Мы прошли сквозь следующую стену. Мужская душевая.
– Вернись в коридор, – сказал Трсайель, – может быть, Бретта увидишь.
Мы вышли в раздевалку и услышали громкий хлопок. Мужчина, достающий из шкафчика полотенце, вздрогнул от неожиданности и стукнулся головой о металлическую полку.
– Неужели мальчишки опять раздобыли пистоны?
– Нет, это там, в кабинете химии. Наверняка эксперименты ставят, – рассмеялся другой мужчина. – Что ты хочешь, дети. Помнишь, как…
Три хлопка подряд. Крик. До одного из мужчин дошло.
– Кто-то стреляет. Боже мой! Брук! Брук!
Мы проскочили сквозь стену в женскую раздевалку. Полураздетые женщины выбегали в коридор, выкрикивая имена детей. Кто-то пытался дозвониться в полицию, кто-то кинулся к двери запасного выхода. Дверь была заперта.
– Сигнализация! – вспомнил кто-то. – Включите пожарную сигнализацию!
Девочка-подросток бросилась к щитку сигнализации, но ее опередили.
Люди лавиной неслись по коридору к выходу. Мне послышался еще один выстрел, но вокруг стоял такой гвалт, что я не могла понять, был выстрел или нет. В суматохе я потеряла и Трсайеля, но даже не огляделась по сторонам, а продолжала проталкиваться сквозь людское море.
Трсайель схватил меня за руку и потянул назад.
– Сюда. Первые выстрелы раздались в этой стороне. Еще один крик, гораздо громче, донесся из зала велотренажеров. Кричали не в панике, а от боли. Мы поспешили туда.
В углу, крича от боли, скорчилась женщина. Женщина постарше накладывала ей на ногу жгут, пытаясь остановить кровь. Играла бойкая музыка, и мужской голос бодрым тоном вещал: «Быстрее, быстрее, но не переусердствуйте – впереди крутой склон».
В дальнем конце зала, еще одна женщина рывками крутила педали тренажера. Ее била крупная дрожь, остановившиеся глаза широко раскрыты – признаки глубокого шока. Пуля слегка зацепила ей руку, и из царапины медленно капала кровь. Брызги чужой крови на лице – на соседнем тренажере мужчина, все еще опираясь на педали, откинулся на спину. Пуля попала ему в глаз. Убит.
За их спиной билась в агонии девушка, а над ней склонился мужчина в тренировочном костюме, приговаривая.
– Все будет хорошо, держись, родная. Сейчас приедут. Я огляделась по сторонам и вспомнила вырезки из газет, которые хранила Л или. Там шла речь не о простых убийствах, а о массовых. Лили хотела, чтобы ее не просто заметили, а запомнили надолго. Она замыслила не убийство паренька, который не обращал на нее внимания. Она хотела убить всех, кто не замечал ее. Всех подряд.
– Саванна!
Трсайель схватил меня за руку.
– Нет! – заорала я, пытаясь вырваться.
Он и не подумал меня отпустить – сил у него было не меньше, чем у никсы.
– Отыщи Саванну, убедись, что она в безопасности. Затем продолжай поиск. Если увидишь Лили, даже если тебе покажется, немедленно зови меня. Не пытайся остановить ее, ты не сможешь.
– Знаю.
Он отпустил меня, и я рванула в сторону спортивного зала.
28
Коридоры опустели – все столпились у дверей. Вместо криков раздавались всхлипы и возмущенные голоса: «Пропустите!», «Шевелитесь!» Я же разбирала в этой мешанине звуков самые тихие: плач испуганных детей. Я постаралась не думать о том, каково малышам в этой толпе. Взрослые знали, что здесь дети, и осторожность не утратили. По крайней мере, в это мне хотелось верить. Только так я смогла заставить себя двинуться в противоположном направлении.
– Ева!
Я почти добралась до зала, когда меня окликнул Кристоф. Я разглядела в толпе его высокую фигуру.
– Где Саванна? – спросила я.
– Не знаю.
– Постой, я…
Он схватил меня за руку и не дал войти в зал.
– Она не там. Все корты пустые. Они закрылись на обед. Наверное, она в столовой. Где здесь столовая?
– Нет, Лукас привез ее недавно. Занятия сразу после обеда, а она наверняка пообедала дома. Она… рисование! По субботам она ходит в художественный кружок. В прошлом году она занималась рядом со старой школой, а после переезда записалась сюда. Студии там, в конце коридора.
Я развернулась и понеслась через толпу у выхода по направлению к студиям. Вдали взвыли сирены. Раздался выстрел. За ним еще один. Новые крики у нас за спиной.
Дверь первой студии была заперта, внутри – пусто и темно. Во второй студии пять-шесть взрослых укрылись за столами, двое пытались выломать дверь запасного выхода. Незавершенные наброски разлетелись по комнате. Мужчина средних лет швырнул мольберт в окно, но толстое стекло не поддалось. Молодой человек выбежал в коридор.
– Нет! – крикнула ему вслед женщина. – Там все перекрыто. Оставайся здесь!
Саванны в комнате не было; не было и ее сверстников. Случайно я заметила слабое мерцание в уголке. Почти как портал, но менее заметное, различимое только опытным глазом.
– Вон там! – указала я. – Она наложила на себя скрывающее заклинание.
Я подошла к неясному мерцанию и присела рядом.
– Умница, – шепнула я. – Хорошая девочка. Оставайся здесь, никуда не ходи.
В коридоре раздался новый выстрел. Слева вскрикнула женщина. В студию вошла девушка, худющая, с выпирающими костями, грязными темно-русыми волосами и прыщавым лицом.
В руках у нее блеснул пистолет.
Я начала было звать Трсайеля. Женщина рядом со мной бросилась на пол, пролетела сквозь меня и врезалась в Саванну. Скрывающее заклинание разрушилось, и я так и не успела выговорить имя ангела.
Саванна подняла голову и увидела Лили. И пистолет.
– Скорей, детка, еще раз накладывай заклинание. Прячься! Губы моей дочери шевельнулись… нет, только не связующее заклятье!
– Нет! Прячься! Скорее!
Лили повернулась к Саванне. Что-то блеснуло у нее в глазах, и я узнала ту, с которой мы встретились лишь вчера. Никса. Она не сводила взгляда с Саванны и вся светилась торжеством.
Лили навела пистолет на мою девочку.
– Трсайель! – выкрикнула я.
Прозвучал выстрел, Кристоф метнулся вперед, заслоняя Саванну от пули, но, пуля прошла сквозь него. Наша дочь не могла увернуться, не успевала закончить заклинание. Я бросилась к ней, прекрасно понимая, что никак не смогу ее защитить.
Кто-то судорожно выдохнул у меня за спиной. Я обернулась, и увидела на полу женщину, которая пыталась спастись от пули. Она лежала на боку, с искаженным отболи лицом, зажимая рукой рану на животе.
Лили стояла рядом, слегка улыбаясь и не отводя дула пистолета с избранной цели – умирающей женщины. Саванна ее не интересовала. В глазах промелькнула ярость никсы. Воздух вокруг Лили задрожат: из тела девушки выходило бесформенное облако.
В дверях показался Трсайель с воздетым мечом. Удар должен был перерубить Лили пополам, но клинок прошел сквозь нее, не причиняя видимого вреда. Лили все же почувствовала прикосновение меча. Широко раскрыв глаза, она выронила пистолет и схватилась за сердце.
– Трсайель! – заорала я, указывая за спину Лили.
Он заметил бесформенное облако, которое постепенно принимало очертания никсы. Он бросился вперед, подняв меч и рубанул ее, но она успела исчезнуть до того, как ее коснулось небесное лезвие.
Лили замертво рухнула на пол.
– Тереза? Тереза!
Саванна опустилась рядом с девушкой, лежащей на полу. Шепча исцеляющее заклинание, Саванна расстегивала ей блузку, чтобы посмотреть на рану в животе. Глаза несчастной неподвижно уставились в потолок. Саванна приложила ладонь к шее убитой, судорожно пытаясь нащупать пульс.
– Ее больше нет, детка, – мягко проговорила я.
Я потянулась к Саванне, но, увы, руки прошли сквозь нее. Она пыталась сделать массаж сердца и искусственное дыхание. Я изо всех сил пыталась прикоснуться к ней, обнять, но, увы, пальцы не могли коснуться живого тела, а моих слов не было слышно.
Я закричала от бессильной ярости, а Кристоф крепко обнял меня и не отпускал, глядя, как наша дочь тщетно пытается воскресить убитую.
* * *
– Они уже здесь, – сообщил Крис, вернувшись в студию. – Лукас только что высадил Пейдж у дверей и поехал ставить машину, а она бежит сюда. – Он присел рядом с Саванной. – Пойдем к окну, милая. Вот Пейдж уже идет.
Саванна раскачивалась, обхватив колени окровавленными руками и глядя в пространство перед собой. Прибывшие санитары занялись Лили и другой женщиной, на Саванну времени ни у кого не нашлось. Взрослые студенты разбежались, как только Лили выпустила пистолет, оставив Саванну наедине с двумя трупами.
– Я не успела, – бормотала Саванна, прижав голову к коленям. – Надо было выбрать другое заклинание, побыстрее.
– Ты молодец, солнышко, – проговорил Крис, пытаясь погладить ее по руке призрачной ладонью. Уголок его рта раздраженно подергивался. – Где Пейдж?
Я подошла к окну. Отсюда был виден подъезд к центру досуга, оцепленный полицейским ограждением. Пейдж стояла по ту сторону барьера, что-то объясняя молодому офицеру. Заметно было, что она борется с желанием отбросить офицера в сторону заклинанием и прибежать к Саванне. Впрочем, пока все остальные способы не исчерпаны, она будет держать себя в руках.
К Пейдж подошел высокий стройный латиноамериканец, в очках с тонкой оправой и потрепанной кожаной куртке.
– Лукас, – выдохнула я. – Уж он-то разберется.
– Не сомневайся, – подтвердил Крис.
Даже отсюда я видела, как изменилась манера поведения Лукаса. Он подобрался и отдавал распоряжения с уверенностью настоящего колдуна. Не на минуту не прерываясь и оживленно жестикулируя, он отходил в сторону, отвлекая на себя внимание полицейского. Пейдж сдвинулась в другую сторону, выбрала подходящий момент, поднырнула под желтую ленту и понеслась к главному входу.
– Она уже близко, – сказала я.
Я поспешила в вестибюль, встретить Пейдж. Она меня не слышала, но торопить ее не было необходимости. Она влетела в дверь студии и обняла Саванну.
Саванна с облегчением уткнулась Пейдж в плечо и зарыдала. Чуть позже появился Лукас. Саванна продолжала рыдать в объятиях Пейдж. Лукас взял ее за руку, вытащил из сумочки Пейдж бумажную салфетку и начал вытирать кровь с пальцев приемной дочери. От одного взгляда на них у меня сердце щемило. Я радовалась, зная, что моя дочь в лучших на свете руках, но с другой стороны все переворачивалось внутри: вот они, одна семья, а я в нее не вхожу и никогда не войду.
– Я не смогла ей помочь, – шепнула я. – Ничем. Я так… так старалась, и думала, вдруг, вдруг… Но нет, я ошиблась. Я ничего не умею.
Кристоф обнял меня и прижал к себе.
Вскоре Пейдж и Лукас повезли Саванну домой. Мы с Крисом двинулись обратно и почти час шли молча. Я непрерывно проигрывала в голове сцену в студии, пытаясь понять, что же я могла сделать. Ответ был один. Один-единственный. Стать ангелом.
Я повернулась к Кристофу и слова едва не сорвались с губ. «Я могла бы защитить ее, Крис. Если я стану ангелом, то смогу сберечь ее от таких, как Лили и никса». Но я знала, что услышу в ответ. Он воспримет это не как разумное решение всех проблем, а как еще один шаг в трясину материнской опеки. Он скажет, что я отказываюсь от загробной жизни ради защиты дочери.
Вместо этого я сказала совсем другое.
– Конечно, Саванне я помочь не могу, зато у меня получится показать никсе, как она меня разозлила.
– Да, с тобой лучше не связываться, – улыбнулся Крис.
– Вот именно. – Я обернулась через плечо. – Разыщу-ка я Трсайеля, а с тобой мы ненадолго распрощаемся.
– Я буду неподалеку. Если понадоблюсь, мигом окажусь рядом, ты меня знаешь.
– Знаю, – подтвердила я, сжав его ладонь.
Грозить страшной местью легко, но исполнить обещанное не так-то просто. Я настроилась на охоту, готовясь выследить кровожадную гадину и отправить ее душу в самый страшный ад. Вместо этого пришлось работать сиделкой при Лиззи Борден, а Трсайель держал под контролем Аманду Салливан.
Ангел несколько успокоил меня, напомнив, что когда у Аманды Салливан нет видений, никсы нет в мире живых. Особо это не утешало. В прошлый раз, послав Салливан видение, никсе потребовалось часов шесть, чтобы подготовить свою напарницу, и в результате погибло трое.
Я не представляла, как ей удалось так быстро найти партнера, причем такого, который находился в одном здании с моей дочерью в день ее занятий. Неужели так легко отыскать человека, способного на убийство, которому просто не хватает смелости?
Трсайель считал, что никса была готова к встрече со мной, зная, что я слежу за ней. Она выяснила, кто я, как мне можно отомстить, и подыскала подходящих женщин в окружении Саванны. Случай представился, и она продемонстрировала свое могущество.
Нет уж, сидеть у Лиззи Борден я не собиралась. Зацепки у нас еще были. Мы допросили Лютера Росса, но мне казалось, что мы упустили что-то основное, что позволило бы нам понять никсу и ее намерения. Росс утверждал, что не имеет ни малейшего понятия, зачем она явилась к нему в школу, и скорее всего не лгал. Однако если вопросы задавать правильно, то ответ можно найти самостоятельно.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39