А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Вряд ли она так часто скрещивала бы руки на груди, если бы знала, как сексуально при этом выглядит.
— Вы только что звонили по телефону!
Ну вот, начинается: его застукали с поличным.
Глава 17
Брук не сразу решила, что следует сделать в первую очередь: разъяриться или почувствовать облегчение. Пожалуй, надежнее было поддаться гневу — просто на тот случай, если причин для облегчения не появится.
— С кем вы говорили?
Алекс маячил перед ней темным силуэтом. Даже когда он поднял голову и посмотрел на нее, Брук с досадой убедилась, что не в состоянии различить его черты и понять, о чем он думает.
— Со своей секретаршей.
В груди вспыхнула искорка надежды. Она шагнула вперед, так, чтобы оказаться в его тени и разглядеть лицо.
— Значит, вы передумали подавать на меня в суд?
— Нет. Только Глории известно, где я нахожусь, а она не из болтливых.
Надежда угасла, не успев прожить и пары минут. Отчаяние, охватившее Брук, было столь велико, что ей пришлось снова прибегнуть к испытанному методу, дабы не выдать противнику своей слабости. Но ее попытка съязвить, предпринятая исключительно в качестве самообороны, нисколько не тронула Алекса.
— Нормальному человеку в жизни не пришло бы в голову прятать телефон в сапог!
— А если из других мест он все время вываливается? — парировал Алекс с безмятежной мальчишеской улыбкой.
— Вы просто псих! — фыркнула Брук, прикидывая про себя, как давно он уже на ногах. Наверняка с тех пор прошло достаточно времени: Алекс успел полностью проснуться и выглядел на зависть свежим и отдохнувшим.
— Не исключено. — Его взгляд не спеша прошелся по всей ее фигурке, и Брук немедленно почувствовала, как в жилах закипает кровь. Наконец он посмотрел ей в глаза и севшим голосом повторил: — Не исключено, что я действительно псих.
Брук фыркнула еще презрительнее и скрестила руки на груди, стараясь прикрыть от его нескромного взгляда упрямые соски, предательски оттопырившие тонкую футболку. Она никогда не носила бюстгальтер, однако сейчас пожалела, что не держит в шкафу хотя бы один — на всякий случай.
— Вы что, не в состоянии ни о чем больше думать?
— А разве есть какие-то другие достойные темы? — с комически-удивленной гримасой спросил он.
— Вы несете чушь, как озабоченный подросток!
— А я и есть озабоченный подросток. Это вы сделали меня таким!
— Ну вот, теперь вы решили разыграть здесь мыльную оперу!
— Но я сказал правду.
— Черта с два!
— Хотите, докажу? — И он шагнул вперед.
— Нет! — в ужасе отшатнулась Брук. — Я хочу только, чтобы вы прекратили… прекратили…
— Вас заводить?
— Вам в жизни не удастся меня завести!
— Неужели?
Она не успела увернуться. Алекс схватил ее за руки и развел их в стороны. Ей не требовалось опускать глаза, чтобы увидеть открывшееся его взгляду. Настойчиво приподнятые соски говорили сами за себя.
— Хм-м… — Он так долго любовался этой картиной, что у Брук от напряжения заныло в груди. — Температура окружающей среды не меньше двадцати пяти градусов, так что вряд ли это можно объяснить холодом…
— Ох, да заткнитесь же вы наконец! — Брук, задыхаясь от возмущения, вырвалась и отвернулась. Пора прекратить это так или иначе. Если он не перестанет изводить ее подобным образом, то пусть катится ко всем чертям со своим расследованием, а она отправится в тюрьму — все лучше, чем терпеть такие издевательства!
Брук поспешила укрыться в доме и занялась приготовлением кофе, попутно прикидывая, какой кастрюлей следует его огреть, если он снова распустит руки. Вот эта большая емкость из нержавейки слишком тяжела — еще, чего доброго, проломит ему череп. Зато в ней обнаружился небольшой эмалированный ковшик — как раз то, что надо. Примерив к руке удобную длинную ручку, она поставила ковшик на полку так, чтобы его можно было схватить в любой момент. Значит, все это время у мерзавца был с собой сотовый телефон! Стоило вспомнить об этом — и злость вспыхнула с новой силой. Если бы она об этом знала, то в первый же вечер могла созвониться с Ди! Вообще-то вряд ли бы ей это удалось — к тому моменту Ди уже сбежала из дома со своим Клиффом, но зато Брук намного быстрее узнала бы, что напрасно беспокоится за младшую сестру. И ей не пришлось бы торчать здесь всю ночь вдвоем с этим невыносимым типом!
Услышав, как захлопнулась дверь в ванную, она позволила себе слегка расслабиться. За стенкой зашумела вода, и Брук отставила в сторону кофе и облокотилась на стол, пряча в ладонях разгоряченное лицо. Снова и снова она спрашивала себя, почему с таким упрямством продолжает эту безнадежную борьбу с собственным телом, — и всякий раз находила десяток важнейших причин, по которым нельзя было пойти на поводу у своих желаний и переспать с Алексом Брэдшоу.
Пожертвовать своим душевным покоем ради нескольких минут дикой животной страсти? Ни за что на свете! Слава Богу, она взрослая женщина, а не сексуально озабоченный подросток, с которым сама только что сравнивала Алекса.
Лишиться работы после того, как ему надоест эта связь? Она и так не получила обещанного повышения после памятной ссоры с Кайлом. И не собиралась повторять эту ошибку.
Остаться одной, да еще с разбитым сердцем?
Нет, это уж слишком. Последняя мысль ошеломила Брук настолько, что она отняла руки от лица и рассеянно уставилась в небольшое оконце над раковиной, за которым безмятежно блестела озерная гладь. Неужели дело зашло так далеко и простое физическое влечение превращается в нечто более серьезное? Значит, она оказалась еще большей дурой, чем предполагала…
Чтобы влюбиться в такого преуспевающего, неотразимого, самоуверенного красавца, как Алекс Брэдшоу, нужно обладать невероятной отвагой. А Брук никогда не могла похвастаться особой смелостью в том, что касалось ее личной жизни и отношений с противоположным полом.
— Я бы не прочь позавтракать! А вы?
Его голос застал Брук врасплох. Она слишком глубоко задумалась и не услышала, как перестала шуметь вода в душе и как он отворил дверь.
Наконец ей удалось заставить себя обернуться… и ее взгляд тут же остановился на широкой мужской груди. В густых темных волосах все еще поблескивали капельки влаги.
Как всегда, он мигом прочел ее мысли.
Они завтракали на маленьком заднем дворике, откуда открывался чудесный вид на озеро. Когда-то ее отец соорудил здесь небольшой стол. На стройке ему приходилось постоянно иметь дело с массивными конструкциями, и он отводил душу, мастеря изящную легкую мебель. Как он мечтал без помех заняться своим хобби, когда выйдет на пенсию!
Брук вновь ощутила горечь утраты, к горлу подкатил комок, она закашлялась и едва не поперхнулась последним куском омлета по-техасски. От ее сотрапезника не укрылся брошенный на него убийственный взгляд.
— Вам не по вкусу моя стряпня?
— Ну что вы, она превосходна! — фыркнула Брук вместо того, чтобы воздать ему должное. Ибо именно в этом злополучном превосходстве и заключалась главная проблема. Алекс Брэдшоу и без того превосходил ее слишком во многом. А теперь вдобавок выяснилось, что он еще и великолепный повар. — Есть на свете хоть что-то, чего вы не умеете делать?
— А есть на свете хоть что-то, не способное вас разозлить? — невозмутимо поинтересовался он, намазывая очередной тост домашним апельсиновым мармеладом, обнаруженным Брук в кладовке.
Ее мать обожала готовить джемы, мармелады, фруктовое желе, варенье, соленья и множество других радовавших глаз аппетитных закусок, которыми украшала стол к Рождеству. Брук сморгнула слезинку, замутившую ее взор, и расправила плечи с самым решительным видом. Она должна держать себя в руках, а не расстраиваться и погружаться в воспоминания, — иначе ей вообще не стоило сюда приезжать.
— Вы не могли бы рассказать мне как можно подробнее об остальных контролерах? Если, конечно, вам это не доставит особого…
Брук заставила себя оторваться от созерцания его загорелой шеи.
— Ну что вы, это же так приятно — стучать на своих друзей и сослуживцев! Ведь я знаю их с незапамятных времен, мне известна вся их подноготная. Мы вместе учились в школе, делились радостями и горем, боролись с трудностями…
Алекс прервал ее язвительный монолог решительным взмахом руки.
— Давайте заключим сделку! Чтобы этот разговор не закончился очередной ссорой, я обещаю не глазеть на вас и не распускать руки, а вы воздержитесь от сарказма!
— А как насчет намеков на сексуальные темы?
— Ничего страшного, можете делать их, сколько угодно.
— Я… — Она поперхнулась при виде его злорадной ухмылки. Ее пальцы так стиснули вилку, что костяшки стали совершенно белыми. Никогда в жизни она не признается этому злодею, что ей не требуется ни ласки, ни взгляда, ни даже словесного намека! Она заводится от одного его присутствия. Ей достаточно взглянуть на него, чтобы от желания помутилось в глазах, а из головы вылетели все мысли! — О'кей, я постараюсь. — Она хотела произнести с иронией, но голос предательски дрогнул. Он моментально уловил ее неуверенность и снова усмехнулся. Ужасный, невыносимый тип! — Но я сразу предупреждаю вас, что не скажу ни слова об их сексуальной жизни.
— А вы знаете подробности их сексуальной жизни?
— У нас слишком маленький город и маленькая фабрика. — Брук устало улыбнулась, заметив, что он не на шутку удивлен. — Я же говорила, что у нас принято делиться и горем, и радостью.
— Стало быть, вы являетесь чем-то вроде Всеобщей Жилетки, в которую плачутся все сотрудники?
— Не все, но многие. Я стараюсь их выслушать, но не считаю себя вправе давать советы. У меня не такой уж богатый жизненный опыт. — Заметив, каким алчным интересом вспыхнули его глаза, Брук добавила: — Только не вздумайте учинить мне допрос!
— Вы — один из моих контролеров! — сурово напомнил Брэдшоу.
— Но меня не в чем подозревать. — Его упорный взгляд сковал ее. — Ну прикиньте сами, Алекс! Будь я в чем-то замешана, разве я оставалась бы с вами? Да я еще вчера собрала бы шмотки и скрылась из города! — добавила она с коротким смешком.
— Возможно. Но ведь существует и другой сценарий. В том случае, если вы орудуете не одна, а в компании. Разве не дальновиднее оставаться здесь, со мной, чтобы держать меня под присмотром и иметь возможность направлять по ложному следу, пока остальные обделывают свои делишки?
Брук откинулась на спинку стула и вкрадчиво произнесла, не спуская с него дерзкого взгляда:
— Если вы и правда так думаете, то почему до сих пор не нагрянули на фабрику вместо того, чтобы мучить меня?
— Потому что я так не думаю и потому что мне нравится вас мучить!
— Вот, типичный ответ трудного подростка! — фыркнула Брук.
Алекс явно удивился.
— А вот моя бывшая жена считала по-другому. В подобной ситуации она назвала бы меня занудным тупым трудоголиком, который ни о чем не думает, кроме денег и только денег.
— Но ведь это не помешало ей прихватить на прощание изрядную часть этих самых денег?
— Значит, до вас дошли и эти слухи.
— Чем человек богаче, тем меньше у него надежды сохранить в тайне свою личную жизнь. — Она небрежно пожала плечами.
— И все же кое о чем эти слухи умалчивают, — проговорил Алекс, задумчиво любуясь озером.
— Уж не собираетесь ли вы поделиться этой страшной тайной с доброй старушкой Брук? — Он посмотрел на нее с молчаливым упреком, как бы напоминая о данном только что обещании, и ей стало стыдно. — Простите, дурная привычка!
— Так вот, слухи умалчивают о том, что она не взяла деньги тайком и не сбежала. Я дал их ей сам.
— Почему?
— Потому что считал себя виноватым перед ней. Я действительно страшный зануда и действительно трудоголик.
— И у вас правда на уме одни деньги?
— Конечно, нет, — отвечал он со слабой улыбкой, — но коль скоро я все время тружусь, то естественно получается, что я все время делаю деньги!
— Итак, вы сами себя назвали неизлечимым трудоголиком! — торжественно заключила Брук. Она вдруг почувствовала, что каким-то чудом стала исчезать та напряженность, что постоянно возникала во время их общения. — Но мне казалось, что у трудоголиков не принято брать отпуск и ездить на курорт. — Она снова вступала на опасную почву. У Алекса был отличный повод закрыть эту тему и посоветовать не совать нос в чужие дела, но вместо этого он как-то погрустнел и снова отвернулся к озеру.
— Несколько месяцев назад меня стали мучить необъяснимые приступы жуткой головной боли. И в конце концов врач велел мне отдохнуть.
— Шериф Снайдер говорил, что вы больны.
— Шериф Снайдер? — удивленно взглянул на нее Алекс.
— Помните того верзилу, который стоял возле моей машины, когда вам приспичило дразнить гусей, вы выскочили на крыльцо и принялись махать руками? Он еще был одет в полицейский мундир, а на ремне у него болталась во-от такая пушка? — Тьфу ты, черт! Снова она распустила язык! Брук прикусила губу и постаралась напустить на себя самый жалостный вид.
— Ну вот, вы два раза нарушили уговор. — Алекс посмотрел на нее так, что Брук неловко заерзала на стуле. — Теперь я понимаю ваших друзей. У вас удивительный талант вызывать человека на откровенность.
— Я никого никуда не вызывала! — мигом ощетинилась Брук. — Они сами напрашиваются. И уж поверьте, чаще всего мне поневоле приходится выслушивать такие вещи, о которых и вовсе лучше не знать!
— За обсуждением именно таких вещей мы отвлеклись от главной темы, не правда ли? Я жду вашего рассказа об остальных контролерах. Предлагаю начать с Тейлора Блэка.
— Вы знаете их по именам?.. — А она-то искренне считала, что новый босс вряд ли помнит название города, в котором находится их фабрика. Какие уж там имена контролеров! Алекс выразительно воздел руки к небу, с довольной улыбкой глядя на ее потрясенную физиономию.
— Между прочим, будь я тем, кем вы меня считаете, я обязательно промолчал бы о том, что личные дела всех контролеров лежат у меня в портфеле.
— И мое тоже? — Брук сама не могла понять, отчего ее так потрясла эта мысль. Алекс и без того успел узнать ее достаточно хорошо, даже слишком хорошо. Ему были известны такие интимные вещи, которые никто и никогда не включил бы в ее личное дело. По крайней мере она на это надеялась. Ведь после вчерашней ночи он имел полное право вписать туда определение «динамщица».
Она с досадой скривилась, снова вспомнив все, что происходило в отеле. Она точно так же готова была позабыть о безопасности, как чуть не позабыл он. Они оба увлеклись настолько, что едва не…
— Брук! Куда вас занесло?
Судя по всему, ее занесло в ту самую чудесную область, в которую она так неудачно пыталась проникнуть вчера вместе с ним.
— Хм-м… Я вспоминаю, что мне известно про Тейлора Блэка. Это типичный примерный семьянин, его жена тоже работает на фабрике. Их сын уже достаточно взрослый, и они производят впечатление людей, вполне довольных жизнью.
— У них красивый дом?
— Обычный дом семьи со средним достатком. — Брук зажмурилась, припоминая, когда была там в последний раз. Да, в прошлом году ее приглашали на барбекю! — Гараж на две машины, открытый бассейн. Ничего особенного.
— А какая у них машина?
— Машины, — поправила Брук. — Он ездит на «катлассе» девяностого года выпуска, а у его жены фургон, которому вообще сто лет!
— Где они проводят отпуск?
— Ничего экстравагантного. В этому году они впервые в жизни отправились в круиз, но ради этого им прошлось использовать страховку.
— Откуда вам это известно?
— Потому что Тео Джордж работает в городском отделении страховой компании, — с лукавой улыбкой завела речитативом Брук, — а его родная сестра работает…
— На фабрике, — усмехнулся Алекс.
— Точно! Сестра Тео считает, что они выкинули деньги на ветер.
— Похоже, распространение слухов и обмен сплетнями — немаловажная часть общественной жизни в таком городке, как ваш.
— Это так же неизбежно, как пончики в кафе у Тревы. — Брук с блаженным вздохом подставила лицо легкому свежему ветерку, тянувшему с озера. — По-моему, вы могли бы со спокойной совестью вычеркнуть Тейлора из списка подозреваемых. Этот парень чист, как стеклышко.
— А как насчет Дикси Комфорд?
— Замужем, имеет детей. Ее муж работает в телефонной компании и приносит в дом немалые деньги, она — моя близкая подруга. Не думаю, что Дикси замешана в чем-то противозаконном. — Алекс не стал требовать подробностей и просто согласно кивнул — к большому облегчению Брук. — Кто следующий?
— Лерой Кост.
— Милый женатый парень, недавно получил повышение. — Брук не удержалась от едва заметной сердитой гримасы, но овладела собой и невозмутимо продолжила: — Он честно заслужил продвижение по службе. — Это была чистая правда. Но и сама Брук заслужила продвижение не меньше его.
— Похоже, остается самый подозрительный из ваших сотрудников, Кайл Лотес.
На этот раз Брук ничего не могла с собой поделать. Она напряглась, и это моментально было замечено.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28