А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– Здесь только баранина и лук, да еще немножко соли…
Широко раскрыв глаза, Фрэнк спросил:
– Соли? Покажи… Она принесла.
– Боже всемогущий! – воскликнул старик. – Дорогуша, это не соль. Это – питьевая сода…
Ник и Бен направились к дверям, а Фрэнк согнулся пополам от хохота.
– Не понимаю, что тут смешного? – разрыдалась Саммер. – Я весь день старалась, чтобы порадовать вас, а у меня ничего не получилось, даже картошка не вышла… Мне больше нечем вас кормить!
– Ничего страшного. Если поварить картошку еще часочек, она будет в самый раз… – начал было Фрэнк.
– УУУУ, Бессердечные! – она выскочила из комнаты, бросилась на кровать и вжалась головой в подушку.
Все не так! Мало того, что Сейбр даже не заметил, что она надела свою лучшую одежду, так она еще чуть не отравила их! Унизила себя в глазах лучшего друга Сейбра! Единственного друга… А она так старалась выглядеть достойной женой этого упрямого аристократа…
О, какая от нее польза? Ник без сожаления выгонит ее.
Мимолетный интерес, который промелькнул в его глазах в сарае, наверняка был обыкновенной похотью. Как она могла надеяться, что он сочтет ее подходящей женой? ПИТЬЕВАЯ СОДА! О, святые угодники, куда ей деваться от стыда?
– Саммер?
У нее перехватило дыхание при звуке голоса Сейбра. Она зажмурила глаза и еще сильнее зарылась в подушку.
– Уходите! – сдавленно выкрикнула она.
Тишина. Оглянувшись, она убедилась, что он все еще стоит в дверях. Не улыбается, не сердится, никоим образом не реагирует на произошедшее.
– Уходите! – простонала она снова. – Нечего меня успокаивать… Я проявила себя настоящей дурой, теперь вы довольны? Можете с чистой совестью отправить меня обратно! Ни одному мужчине не нужна женщина, которая даже готовить не умеет.
Она вскочила с кровати и зареванная двинулась к нему.
– Впрочем, подумайте, кто захочет стать вашей женой? Кто захочет видеть перед собой мужчину, который даже не умеет улыбаться? Женщина, которая согласится выйти за вас замуж, должна заранее забронировать себе местечко в сумасшедшем доме!
– Все?
– Еще кое-что! Я, конечно, не ангел и мое происхождение оставляет желать лучшего, но я заслуживаю, по крайней мере, такого же уважения, какое вы оказываете своей дурацкой собаке! Я требую, чтобы, пока вы не посадите меня на корабль, направляющийся в Англию, относились ко мне как к человеку, а не как к овечьему дерьму, прилипшему к вашему сапогу.
Девушка всхлипнула, вызывающе подняла подбородок и добавила:
– Теперь вы знаете все!
– Хорошо. Я шел сюда, собираясь извиниться, но теперь я понимаю, что этого делать не стоит. Я не приглашал тебя ни на мою кухню, ни в мой дом, ни в мою жизнь. Ты мне не нужна, но если бы ты вела себя хотя бы вполовину так хорошо, как моя собака, я, возможно, и относился бы к тебе с уважением. Саммер задохнулась от злости.
– Я хуже вашей собаки?!
– Радость моя, – сказал Ник медленно. – С моей собакой ты не идешь ни в какое сравнение.
Девушка залепила ему пощечину со всей силой, на которую только была способна.
Сейбр даже не шелохнулся. Он твердо стоял на своих длинных ногах. Немного помолчав, Саммер тихо, но решительно сказала:
– Надеюсь, эта чертова река скоро вернется в свое русло и я смогу уехать!
– Я тоже, – Ник повернулся на каблуках и вышел. Саммер со стоном бросилась на кровать.
На следующий вечер Ник сидел за столом и изучал свои финансовые дела. Ничего нового! Он был на грани разорения. Городской банк прислал ему уже второе предупреждение, а все попытки Ника объяснить, что, как только он продаст шерсть, долги будут уплачены, остались без внимания. Судя по всему, банкирам не нужны были его извинения, поскольку они тут же написали ему снова, заявляя, что он запоздал с платежами и что последний срок – через две недели.
Если они с Фрэнком продержатся еще год, а в следующем сезоне им повезет и овцы дадут хороший приплод… Если, конечно, овцы не будут болеть, не будут умирать… если на него не нападет Шон со своими негодяями… Если он сам не пустит себе пулю в лоб, как это сделал прошлым вечером Джейк Мэдисон…
– Господи, – прошептал он вслух и закрыл глаза. – Помоги нам продержаться еще год…
Надеясь избавиться от тяжелых дум, он потянулся за иголкой с ниткой, достал большую рубашку с оторванной пуговицей и уселся поудобнее. Трудно даже поверить, что в свое время для такой работы у него были слуги.
Скрипнула половица.
Оглянувшись, он увидел, что возле него протирая глаза и сонно моргая, стоит Саммер. Ее распущенные волосы доходили до бедер. Вздрогнув, он отвернулся и продолжал шить.
– Может, я помогу вам? – поинтересовалась девушка мягким, слегка хриплым спросонья голосом.
Ник отрицательно покачал головой и продолжил шитье, но она протянула руку через его плечо. Черт! Ее молодые груди коснулись его спины, перепутав все его мысли. Вытащив рубаху из ослабевших рук Ника, Саммер села на край стола, наклонилась к свету и сосредоточилась на шитье.
– Вы не спали, мистер Сейбр, – спросила она, не поднимая глаз.
– Да уж…
– Призраки?
– Призраки? – он недоуменно потер виски.
– Я имею в виду тревоги, – поправилась она.
– Их слишком много, чтобы об этом говорить, – ответил он.
Какая она красивая, подумал Ник. Какая у нее прекрасная кожа. Как красиво спадают на плечи ее густые волосы. Ее ресницы – как опахала, а ее фиалковые глаза – как озера.
– Все мы совершаем непростительные проступки, – сказала она ему. – Но ужас в том, что как бы нас ни учило прошлое, мы все время повторяем свои ошибки.
Губы Ника искривились в печальной улыбке.
– Ошибки бывают разные. Некоторые не забываются никогда.
– Да… Мы свято верим, что теперь, наученные опытом, мы уже поступили бы иначе… – Саммер сосредоточенно поджала губы, – но кажется мне, что люди чаще руководствуются чувствами, а не логикой. К сожалению, чувства человека не всегда подчиняются его же рассудку…
Несколько минут Ник молчал, любуясь движениями девушки. Уже не в первый раз за вечер он представлял себе, что могло бы произойти вчера, если бы Фрэнк не помешал им? Наконец, он заставил себя задать вопрос:
– Твое появление здесь – это последствие какой-то ошибки?
Саммер отдернула палец, ойкнула и уставилась на алую капельку крови на его кончике. Не отдавая себе отчет в своих действиях. Ник поднял ее маленький подбородок и вгляделся в фиалковые глаза.
– Ты бежишь от своих ошибок, ирландочка? Может быть, какой-то мужчина причинил тебе боль? Ты любила его? Может, он разбил твое сердце? Ты вспоминаешь о нем с болью и сожалением?
– Почему это вас беспокоит, мистер Сейбр? Ник опустил руку и отвернулся, стараясь скрыть свои чувства.
– Меня это не беспокоит, – ответил он тихо, – мне просто любопытно, что привело такую молодую женщину, как ты, в Новую Зеландию.
– А как вы думаете?
На какое-то время он закрыл глаза.
– Может, ты занималась проституцией, но устала от этого занятия… Или была влюблена в лорда, у которого работала служанкой, а он решил прервать ваши отношения. В любом случае, уезжая сюда, ты надеялась что-то забыть.
– Вы всерьез полагаете, что я была шлюхой?
– Возможно…
– Похоже, мистер Сейбр, что всех женщин на свете вы считаете шлюхами…
Саммер закончила свое шитье и откусила нитку. Подавая Нику рубашку девушка улыбнулась, но никак не прокомментировала его рассуждения о прошлом.
Сейбр повертел рубашку в руках: пуговица была пришита прочно, но… с обратной стороны.
– Не огорчайся, – сказал он, заметив удрученное выражение ее лица. – Одно можно сказать со всей определенностью: ты еще никогда не служила ни поварихой, ни швеей.
Саммер соскочила со стола и молча двинулась к двери, но молодой человек продолжил:
– Бен и Клара приглашают нас завтра на обед.
– Нас? – спросила она, затаив дыхание.
– Нас, – тебя и меня.
– Вы возьмете меня с собой к Биконсфильдам? Ник сосредоточился на шитье и Саммер встала рядом с ним. Он чувствовал свежий запах ее молодого тела. Конечно, он пытался сделать вид, что игнорирует ее, но стоило девушке положить ладонь на его плечо, как его тело напряглось.
– Ну? – она чуть не подпрыгнула от нетерпения. – Вы абсолютно уверены, что я тоже приглашена?
Сейбр поднял голову. Саммер стояла напротив него и буквально искрилась ожиданием.
– Да. Клара специально просила передать, что этот обед устраивается в твою честь.
Взвизгнув от удовольствия, она обвила руками его шею с такой силой, что он потерял равновесие и инстинктивно обхватил ее за талию.
– Представить себе только – меня пригласили на обед! – напевала Саммер, раскачиваясь взад и вперед в его объятиях. – Представить себе только: нас приглашают на обед как мужа и жену! Я не могу поверить! – она с чувством чмокнула его в щеку и выскочила за дверь.
Ник закрыл глаза и коснулся пальцами еще чуть влажное место поцелуя.
– А мне нечего надеть! – раздался ее расстроенный голос из соседней комнаты.
Шкаф открылся и захлопнулся снова, и Саммер выскочила из комнаты. Вздрогнув, Ник понял, что она выходит из дома через заднюю дверь.
– Что ты делаешь? – завопил он.
– Я срочно должна постирать свою единственную приличную одежду!
– Но сейчас же час ночи!
– К утру высохнет…
Все еще ощущая поцелуй на своей щеке. Ник раздумывал, как бы ей объяснить, что приглашение Клары и Бена ничего не меняет в их отношениях. Несмотря на вчерашнее происшествие в сарае, он не будет менять свое отношение к ней, ему не нужна жена.
Жаркое было прекрасным, овощи великолепны, а персиковый пудинг вообще не нуждался в чьих бы то ни было похвалах. Саммер нравилась и еда, и то, что прислуживающая за столом девушка Рени, то и дело бросала на Сейбра любопытные взгляды. Впрочем, это и неудивительно: Саммер сама гордилась его изысканной одеждой, хорошими манерами и аристократической красотой.
– Еще вина, миссис Сейбр? – спросила Рени.
Саммер кивнула, и Ник без энтузиазма посмотрел на ее бокал, который наполнялся уже третий раз. Сам он отказался от вина.
Откинувшись на стуле, Бен сказал:
– Может быть, Саммер захочет после обеда посмотреть на нашу ферму?
Клара встрепенулась.
– О, конечно, Бен, почему бы и нет?
– Разумеется, пусть посмотрит, что представляет собой настоящая овечья ферма.
– С удовольствием посмотрю, – сказала Саммер, протягивая руку к бокалу.
– Там шумно и очень воняет, – объявила Клара. – Мне всегда жалко маленьких несчастных овечек, когда я вижу, как они толпятся в своих тесных загонах.
– Эти несчастные овечки дают нам возможность жить в нашем несчастном домике, моя дорогая. Кроме того, я хотел бы показать Нику кое-какое новое оборудование.
– Но Саммер, кажется еще…
– Нет, – перебила она и залпом допила остатки вина. – Я готова!
Ник глубоко вздохнул.
– Думаю, Саммер не помешает глоток свежего воздуха, – сказал он, вставая из-за стола и, галантно предлагая ей руку. – Позвольте?
С некоторым усилием девушка поднялась.
– Как себя чувствуешь, ирландочка?
– Не знаю, как вы, мистер Сейбр, а я себя чувствую прекрасно!
– Может быть, немножко головка кружится? Понизив голос до шепота, Саммер спросила:
– Откуда вы знаете?
– По всему видно, что ты не умеешь пить.
– Правда! Этим вечером я впервые в жизни попробовала вино!
Она повисла на его руке и посмотрела на него снизу вверх.
– Простите, что я тогда ударила вас по щеке…
– Инцидент исчерпан. А теперь будь внимательна: ступеньки!
– Я проклинаю свой ужасный характер, – не унималась девушка. – Вы, наверное, тоже обратили на него внимание…
– Да уж, у меня было время для этого!..
– Но и ваш характер не лучше.
– Согласен, – склонил голову Ник.
Опираясь на руку Ника, Саммер посмотрела на Бена и Клару, которые шли впереди, направляясь к подсобным строениям.
– Ваши друзья такие хорошие. Как вы думаете, я им понравилась? А вам? Я не ляпнула за столом чего-нибудь лишнего?
– Кому-кому, а уж Бену с Кларой ты понравилась без всяких сомнений. Да и на меня, ты, ирландочка, сегодня не производишь плохого впечатления…
Такой ответ Ника вызвал в Саммер новый прилив нежности к этому сумрачному, нелюдимому красавцу. С трудом ворочая непослушным языком, она решилась спросить:
– Я все еще не нравлюсь вам, мистер Сейбр?
– С чего ты это взяла? – Ник не без иронии вскинул брови.
– Но вы мне все время так говорили…
– Хм… Может, мне просто не хватало галантности? Приношу свои извинения.
– Извинения приняты. – Светлая улыбка девушки заставила его посерьезнеть. Он осмотрелся.
По обе стороны тропинки их окружали клумбы ароматных цветов всевозможных красок и оттенков. Гигантский сарай для шерсти лишь отдаленно напоминал то маленькое строеньице, которое Ник соорудил у себя. Стрижкой овец здесь занималось не меньше двадцати человек: одни стригли, другие рассматривали клеймо, сортировали шерсть, третьи разносили тюки с шерстью по определенным кладовкам.
Вслед за этим Саммер показали дом для работников, где сейчас на кроватях, выстроенных в ряд, спали работники второй смены. На общей кухне, пристроенной сбоку, повар раздавал еду и разливал чай добродушным рабочим.
Во время всей экскурсии Саммер внимательно наблюдала за мужем. Как обычно, Сейбр говорил мало, но его глаза, на этот раз не скрывали истинного восхищения и даже некоторой зависти. С присущей всем женщинам горячностью Саммер тут же пожалела, что эти сильные чувства, столь редко проявляемые Ником, не имеют к ней никакого отношения.
Пока Бен показывал Нику машинку для стрижки овец, привезенную из Австралии, Клара и Саммер присели отдохнуть на скамейку под деревом, легкий ветерок шелестел листьями и обвевал их разгоряченные лица.
– Ну, как вам нравится Новая Зеландия? – спросила Клара.
Не сводя глаз с Сейбра, Саммер ответила:
– Очень нравится.
– А чем вы занимались в Англии? Она улыбнулась:
– Так вот зачем вы пригласили меня, миссис Биконсфильд? Из любопытства? Щеки Клары вспыхнули.
– Признаюсь, я действительно довольно любопытна! Девушке очень приглянулась Клара, с ее мягкими чертами лица и нежной, фарфорово-белой кожей. На Кларе было нарядное платье, вроде того, что Саммер видела в Крайстчерче, в витрине магазина.
– Как они заняты этими дурацкими овцами. – Клара вздохнула и взглянула на своего мужа. – Я сыта по горло разговорами о ягнятах, о стрижке, о прибылях и изголодалась по хорошей женской компании.
– Но здесь ведь есть и другие женщины, – удивилась Саммер.
– Да, но из-за неудачных стычек между фермерами-старожилами и «какаду» и желания Бена оставаться нейтральным в этом конфликте, мне становится все труднее поддерживать отношения с женщинами, принадлежащими к враждующим сторонам.
– Мы с Николасом – как раз «какаду», – заметила Саммер.
– Да, но Ники с Беном дружат уже несколько лет. Ник работал у нас, когда только приехал сюда из Англии. Кроме того. Ник – совсем другое дело.
– Почему же?
– Одно только его благородное происхождение чего стоит!
– То, что он аристократ или был таковым, само по себе не делает его лучше других, – возразила Саммер. – Как, впрочем, и то, что ваша большая ферма, не делает вас лучше остальных «какаду», борющихся здесь за свое выживание.
Клара посмотрела на девушку долгим взглядом.
– Вы совершенно правы. Извините меня.
Постепенно женщины разговорились. Взгляд Клары стал мечтательным, когда она вспомнила, что, приехав в Новую Зеландию, мечтала учить детишек.
– Люблю детей, – говорила она. – До того, как встретить Бена, я работала гувернанткой и даже сейчас не прочь тряхнуть стариной.
– А почему же вы не преподаете здесь? – спросила Саммер.
– Это невозможно. Мы живем слишком далеко от Крайстчерча.
– При чем тут Крайстчерч? На наших холмах полно детей, которым нужно учиться. Уверена, их родители были бы очень благодарны вам за помощь…
– Я уже собралась было вначале, когда «какаду» принялись строить свою школу, но потом я посоветовалась с Беном, и он… мы… решили, что это неприлично. Таким образом мы сразу встали бы на сторону одной из враждующих группировок.
– Выходит, дети страдают только потому, что их родители не могут сосуществовать? Клара виновато покраснела.
– Да. Некрасиво получается. – Она вздохнула. – Но я действительно люблю детей. Нам с Беном не остается ничего иного, как завести собственных, но это так опасно… – Ее голос дрогнул. – Да, нам должно надеяться и молиться. Кто знает, что будет завтра?!
Они перешли на другие темы. Вспомнили Шона 0'Коннелла.
– Определенно, между ним и Сейбром есть какой-то конфликт, – сказала Саммер. – Может, Шона просто выводит из себя то, что Николас поселился в его районе?
– Есть и другие причины, – пояснила Клара. – Странно, что Ники сам не сказал вам об этом. Шон винит Ника в своей неудачной женитьбе и даже в смерти жены…
Саммер замерла:
– Сейбр был влюблен в Колин 0'Коннелл?
– Нет, но Колин была влюблена в Ника.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30