А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Касси, стараясь сдержать слезы, перевернулась на спину и взглянула на Эдварда. При воспоминании о том, как она пыталась представить каждую черточку этого когда-то дорогого лица, слабая улыбка тронула ее губы, и девушка громко шмыгнула носом.
— С тобой все в порядке?
— Да, просто очередной приступ тошноты. Малышу не понравился обед миссис Битти.
Зеленовато-карие глаза быстро скользнули по ее животу, и Эдвард поспешно попытался принять бесстрастный вид. Боже, уж лучше бы она молчала!
— Вы совершенно неотразимы, майор Линдхерст! — воскликнула девушка в надежде отвлечь его. — Виделись с генералом Хау?
— Да, и еще с генералом Клинтоном.., с помощью майора Андре.
Недоумение Касси сменилось легкой усмешкой:
— Ах да, майор Андре.., большой ценитель дам.
— Верно, — сухо подтвердил Эдвард. — Ты не хочешь накинуть халат, Касси?
"Как часто я смущаю его, шокирую или раздражаю”, — со вздохом подумала она.
— Да, благодарю тебя, Эдвард.
Она медленно поднялась: последнее время от всякого неосторожного движения кружилась голова. Встретившись глазами с Эдвардом, Касси покраснела от смущения. Набухшие груди распирали тонкий муслин, а подол приподнялся, обнажая ноги. Он подал ей халат, и Касси опустила голову.
Эдвард жадно смотрел на ее волосы, чувственной волной разметавшиеся по плечам. Пришлось отвернуться, проклиная знакомую растущую боль в чреслах. Господи, он настоящее животное! Касси было так плохо! Она и сейчас выглядит бледной и осунувшейся.
— Хочешь чаю, Касси?
— Я не люблю чай, Эдвард. И никогда не любила. В голосе девушки звучала непонятная горечь, и Эдвард недоуменно воззрился на нее. Касси мгновенно раскаялась в собственной резкости, и сконфуженно прижала руки к груди.
— Прости за мой поганый язык! Я не хочу быть в твоих глазах сварливой ведьмой!
Она осторожно поднялась, одергивая халат. Эдвард мягко улыбнулся:
— Ты не ведьма, Касси. Это я так глуп, что успел все забыть.
Он проводил ее в гостиную и усадил на диван.
— Генерал Хау оказался не очень сговорчив, Касс. Боюсь, до лета у меня почти нет шансов на отставку.
Касси затаила дыхание, вспомнив о судне, отплывающем в Англию на следующей неделе, и нервно вздрогнула.
— Понимаю, — кивнула она, ненавидя себя за трусость, — Кроме того, — продолжал Эдвард, садясь напротив Касси, — генерал Клинтон приказал мне.., и тебе, разумеется, явиться на бал в пятницу вечером. Он грубый невоспитанный упрямец, но иногда прислушивается к Джону Андре. Поэтому и решил дать бал. Надеется поразить тори своим гостеприимством и щедростью. Надеюсь, ты сможешь поехать?
— Как леди Делфорд?
— Ты забываешь, что к пятнице станешь леди Делфорд.
"Боже, помоги мне”, — взмолилась Касси, а вслух спокойно произнесла:
— Я хорошенько обдумала все, Эдвард.
— Что именно? Я только что говорил о проклятом бале.
— Не бал.., свое будущее и твое тоже. Нет, пожалуйста, не перебивай, я должна сказать, пока еще не растеряла храбрость. Я совершила ужасную ошибку, поверив, что твои чувства, как, впрочем, и мои, остались неизменными в продолжение столь долгого Времени. Мы оба стали другими, Эдвард. И теперь я вижу, что, даже не будь разлуки, мы все равно мало подходим друг другу.
— Что за вздор, Касси?
Она поморщилась, уловив в его ледяном голосе нетерпение. Касси был прекрасно знаком этот тон истинно английского джентльмена, считавшего, что на карту поставлены его долг и честь.
— Я хочу дать нам обоим выбор, Эдвард. И потому не выйду за тебя замуж. На следующей неделе я отплываю в Англию. Домой.
Он выпрямился и зажал коленями руки так, что побелели кисти.
— Я прощаю тебе это безумие, Касси, только из-за твоего.., положения. Но если ты в самом деле веришь, что я позволю тебе вернуться назад в Хемпхилл-Холл одной, без защитника и покровителя, незамужней и к тому же беременной, значит, жестоко ошибаешься во мне. Кроме того, Эллиот, не задумываясь, всадит мне пулю в живот и будет прав.
— Нельзя, чтобы жизнь диктовалась только законами чести, Эдвард, — печально улыбнулась Касси.
— Ты забываешь: если бы этот гнусный дьявол не похитил тебя, мы поженились бы!
— Но тогда, Эдвард, ты воображал, что любишь меня. Как, впрочем, и граф. Это его право, не отрицай.
— Как ты можешь защищать этого жалкого негодяя?! Господи, Касси, уж не помутился ли твой разум? Неужели не достаточно, что ты носишь ублюдка от этого подлеца?!
Спор разгорался, бессмысленный, ранивший обоих. Касси жалела, что не умеет убедить Эдварда в своей правоте.
— Мы понапрасну терзаем друг друга, Эдвард. Ты можешь честно ответить мне на один вопрос? Эдвард заколебался.
— Если ты настаиваешь на этой смехотворной игре, Касси, — наконец решился он, — я готов.
— Как ты относишься к тому, что тебе придется стать отцом чужого ребенка? — очень тихо вымолвила она.
— Поскольку у меня нет иного выхода, придется смириться. Ведь это еще и твое дитя.
— Но ты, возможно, скоро возненавидишь меня за это.., и малыша тоже.
— Теперь ты обвиняешь меня в бессердечии! — Эдвард резко поднялся и отошел было, но тут же повернулся. Его лицо на миг стало неузнаваемо жестким. — Прошу, постарайся сдерживать свои необузданные эмоции. Мы поступим разумно, и хватит об этом!
— Это, вероятно, единственная веская причина, почему мы совершенно не подходим друг другу. Я не желаю, чтобы мне приказывали, и отказываюсь подчиняться. Заверяю, что мое упрямство доставит нам немало неприятных минут. Что же касается эмоций.., загляни в свое сердце, Эдвард, и хотя бы на миг отрешись от холодной тяжести долга, которая камнем давит тебе на душу.
И, видя его ошеломленный взгляд, Касси поняла:
Эдвард наконец подумал о Дженни.
— Тебе представилась возможность увидеть, какова я на самом деле, Эдвард. Не та идеализированная сказочная девушка, которую ты потерял. Ее действительно больше не существует. Возможно, когда-нибудь ты поблагодаришь меня, Эдвард, за избавление от призрака.
Видимо, тебе следует поблагодарить и себя. Эдвард остановился перед ней. Зубы стиснуты, кулаки судорожно сжаты.
— Мне кажется, Кассандра… Не зови меня Кассандрой. Только он обращался ко мне так…
— ..что ты просто не выносишь мужчин после того, что вытерпела от рук графа. Ночи, проведенные вместе со мной, стали для тебя тяжким испытанием. Я не настолько глуп и глух к твоим чувствам, чтобы не видеть этого. И дам тебе сколько угодно времени.., и не стану предъявлять на тебя никаких прав, пока ты сама этого не захочешь.
Касси смотрела на него, понимая, каких усилий ему стоило выбросить из головы мысли о Дженни. Эдвард отдаст все, даже жизнь, во имя священной чести.
Она продолжала молчать, пока Эдвард не бросил:
— Черт побери, Касси, не нужно бояться меня! Я не насильник! Вспомни, именно ты позвала меня в свою постель!
И ничего не почувствовала, потому что он похитил мою страсть. Но даже если я ошибаюсь, это ничего бы не изменило.
— Я не боюсь тебя, Эдвард. Я отдалась тебе, искренне считая, что ты жаждешь этого и до сих пор любишь меня. Это была лишь попытка, глупая попытка снова соединить нас.
— Что значит “до сих пор любишь”?!
Ну вот все сказано Касси решительно вскинула голову:
— Ты никогда не умел лгать, Эдвард. Я знаю, ты не любишь меня и не осмелишься этого отрицать, если по-прежнему питаешь хоть какие-то чувства ко мне.
Эдвард смертельно побелел.
— Во всем виновата эта проклятая страна, — выдавил он наконец. — Как только мы вновь окажемся в Англии, все будет по-прежнему. Я знал тебя всю жизнь, Касси, и всегда любил. Неужели ты считаешь, что все прошло?
— Нет. Я уверена, ты всегда будешь., добр ко мне. Но ты неизменно остаешься дипломатом, Эдвард, и пытаешься избежать правды, чтобы не чувствовать себя бесчестным человеком.
— Это переходит все границы, Касси! Ради Бога, разве для тебя ничто взаимное уважение, сходство вкусов и интересов, происхождение и воспитание?! Что из того, если меж нами нет прежней великой страсти?! Уверяю, никто из нас не умрет от горя!
Он провел ладонью по тщательно напудренным волосам и раздраженно поморщился при виде приставшего к пальцам белого порошка. Гнев, неутолимый гнев на Касси разгорелся в нем, хотя слова “великая страсть” застревали в горле, и язык не поворачивался их произнести. Будь она проклята! Вернулась из могилы предъявить на него права, и теперь, когда Эдвард настаивает именно на том, чтобы исполнить ее желания, разражается напыщенными дурацкими тирадами о том, что он, видите ли, ее не любит!
Перед глазами встало лицо Дженни, ее бархатистые зеленые глаза, затуманенные желанием.
— Пусть дьявол заберет всех женщин!. — Он порывисто схватил со стола шпагу и пристегнул. — Я ухожу, Касси. Возможно, к тому времени, как я вернусь, ты придешь в себя.
— Я давно пришла в себя, Эдвард. И отплываю в Англию на следующей неделе. Знаю, ты не согласен со мной, но я уже все решила. Надеюсь, ты простишь меня.
Она говорила так уверенно, что Эдвард на мгновение замер, но тут же повернулся и, ни слова не говоря, вышел.
* * *
— Вы будете самой красивой леди на балу у генерала, — с энтузиазмом уверяла миссис Битти, осторожно опуская два длинных локона на обнаженное плечо Касси — Как хорошо, что вы не покрываете волосы этой отвратительной пудрой. Конечно, это сейчас в моде, но как трудно потом отделаться! Слава Богу, хоть дождь перестал… Март — такой коварный месяц! Не то, что июль. Тогда приходится закрывать ставни, чтобы было прохладнее.
Касси рассеянно улыбнулась, предоставляя хозяйке болтать сколько душе угодно. Миссис Битти помогла ей надеть светло-голубое шелковое платье, единственное, привезенное из Генуи, которое подходило для столь торжественного случая.
— О, оно тесно в груди, миледи, и ничего нельзя поделать!
Касси взглянула в высокое узкое зеркало. Груди вздымались над узкой кружевной оборкой низкого выреза. Она попыталась подтянуть платье, но жесткий, суженный книзу корсаж удерживал его на месте. Касси вздохнула. По крайней мере хоть живот пока еще не выдается!
Миссис Битти понимающе кивнула.
— Майору придется со шпагой в руках защищать вашу честь, миледи. Джентльмены потянутся к вам, как пчелы на мед! — Касси ошеломленно уставилась на нее, и хозяйка поспешила добавить:
— Это только так говорится, миледи. Не расстраивайтесь попусту. — Она внезапно осеклась и сосредоточенно сдвинула светлые брови:
— Майор сказал мистеру Битти, что вы отплываете в Англию на следующей неделе. Жаль, что вам так скоро приходится расстаться.
Касси старательно избегала взгляда женщины.
— Вероятно, майор вернется в Англию ближе к лету. Генерал Хау потребовал, чтобы он пока остался в Нью-Йорке.
Говоря по правде, Касси не знала, каковы планы Эдварда. Со времени их разговора прошло три дня, и Эдвард не раз пробовал разубедить ее, но Касси оставалась неколебимой. Однако последнее время ей казалось, что Эдвард начал кое-что понимать. Когда она пошутила насчет того, как ему повезло избавиться от сварливой жены, он немного оттаял и даже криво улыбнулся. Но Эдвард, конечно, волновался за нее и, естественно, боялся подумать, во что превратится ее жизнь в Хемпхилл-Холле. Именно поэтому Касси вынуждала себя быть веселой. Эдвард проводил с ней все свободное время, если не считать ночей.
Когда они обедали в плавучем ресторане, пришвартованном недалеко от Бруклин-хайте, она неосторожно спросила о том, как Эдвард собирается ухаживать за Дженни теперь, когда почти всему Нью-Йорку стало известно, что они женаты.
— Не считаешь ли ты, Касси, — сухо заметил он, — что это моя проблема? Я, как всегда, смогу выйти из положения, уж поверь.
Касси поняла, что он уже обдумывал, как поступить. Вероятно, Эдвард прав. Вместе с Дженни они — сумеют изобрести что-нибудь.
В гостиной послышался смех майора Андре. И хотя он явно наслаждался остроумным анекдотом, в голосе у него звучали привычные чувственно-хрипловатые нотки, словно его обладатель постоянно ждал появления прекрасных дам. Миссис Битти накинула на плечи Касси белую шаль и распахнула двери спальни.
— Желаю хорошо провести время, миледи. Я только вчера говорила своему мужу, что вы неважно выглядите, но сегодня этого не скажешь!
— Спасибо за помощь, миссис Битти. Надеюсь, что так и будет, особенно в обществе двух совершенно неотразимых джентльменов!
Майор Андре тихо присвистнул.
— Господи Боже, Эдвард, вам придется не спускать глаз с жены! Да вы просто чудесное видение для несчастного холостяка!
— Довольно хорошенькая, — подтвердил Эдвард, взяв ее под руку.
— Благодарю вас, джентльмены. Кажется, я не заставила вас слишком долго ждать.
— Вовсе нет, леди Делфорд Майор наметанным глазом окинул точеную фигуру молодой дамы и с любопытством уставился на Эдварда. Будь его женой такая красотка, он не сводил бы с нее глаз, не выпускал бы из постели, не говоря уже о том, что в жизни не разрешил бы отправиться в Англию одной. Пальцы просто зудели от желания коснуться густых золотистых волос.
Касси полагала, что майор Андре сопровождает их только потому, что у Эдварда не было кареты и приходилось идти пешком к Кеннеди-Хаус. Во многих кварталах города женщине было просто небезопасно показываться в обществе всего лишь одного спутника.
Мартовская ночь была прохладной, небо — ясным. С реки дул легкий ветерок, напомнивший Касси о Генуе. Но не было ни душистых цветов, ни серебристой луны, льющей свет над Средиземным морем. Касси на мгновение закрыла глаза, ругая себя, и постаралась обратить внимание на джентльменов.
Прогулка оказалась приятной — майор Андре был весьма занимательным собеседником. Касси то и дело смеялась над его язвительными замечаниями, особенно по поводу генерала Клинтона.
— Генерал искренне считает себя прекрасным наездником, — иронически сообщил он. — Сегодня утром он проскакал во весь опор по Бродвею, воображая, что несется по английским лугам вместе с веселыми охотниками. Будь у меня время, наверняка поймал бы какую-нибудь несчастную лисицу и подкинул ее под копыта генеральского коня. Это, вероятно, ошеломило бы старого дурня. Жители Нью-Йорка и без того шокированы его проделками.
— Не могу дождаться, пока увижу вашего командира, майор, — рассмеялась Касси.
— По отношению к вам, леди Делфорд, он будет сама любезность. Надеюсь, что у него хватит здравого смысла не пожирать вас глазами открыто, и вам не выпадет “счастья” с ним танцевать. Он так же неуклюж, как и скучен.
Хотя было еще совсем рано, длинная прямоугольная бальная зала в Кеннеди-Хаус уже была переполнена офицерами в алых мундирах, дамами, одетыми куда более роскошно, чем Касси, и нью-йоркскими джентльменами, во фраках, с пудреными головами в подражание английским офицерам. Музыканты в париках играли на возвышении в глубине комнаты. Невзирая на то что огромная зала была крайне просто обставлена, Касси без труда на несколько мгновений перенеслась в Англию. Она отдала шаль чернокожей горничной, поскольку в комнате стояла невыносимая духота.
Мнимые супруги приблизились к генералу Хау, и Касси сделала реверанс. Она ухмыльнулась про себя, вспомнив слова Андре, когда Эдвард представил ее генералу Клинтону. Он вовсе не показался ей любезным, а его откровенно-плотоядные взгляды, по ее мнению, были просто неприличны.
Касси натянуто улыбнулась, жалея, что поспешила снять шаль, — генерал не сводил глаз с ее груди.
— Майор Линдхерст сказал, что вы покидаете нас на следующей неделе, миледи Делфорд.
— Это правда, сэр. Я должна вернуться в Англию.
Касси была не слишком высокой женщиной, но генерал Клинтон оказался таким коротышкой, что глаза ее пришлись как раз вровень с его огромным бугристым носом картошкой.
Он сочувственно уставился на Эдварда. Его светлые глаза, посаженные достаточно широко, постоянно бегали, так что было трудно понять, к кому он обращается.
— Лето, майор, лето. Вы нужны нам здесь, чтобы помочь изгнать мятежников. — Генерал глубоко вздохнул, так что пуговицы на мундире едва не вырвались из петель. — Все мы должны чем-то жертвовать. Время пройдет быстро, Линдхерст, вот увидите. Я должен, однако, попросить вашу прелестную жену оставить для меня один танец, пока остальные поклонники еще ее не осадили. Ваш слуга, миледи, — добавил он, кланяясь.
— Он словно раздевает меня своими сладострастными взорами, — прошептала Касси Эдварду, прикрываясь рукой.
— Тебе следовало бы услышать, что говорит Джен…
— Давно пора договаривать ее имя до конца, Эдвард. Так что сказала Дженни?
— Что он похотливый старый осел, и ей бы страшно хотелось как следует пнуть его в коленку.
— Прекрасная мысль, — хихикнула Касси. Неожиданно вспомнив о чем-то, Касси спросила:
— Дженни будет сегодня на балу, Эдвард?
— Да. Оба генерала — ее верные поклонники. Но не сомневайся, она лишнего не скажет.
Заметив, как неохотно отвечает Эдвард, Касси постаралась переменить тему:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44