А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

«Где же он, где?..» – спрашивала она себя.
– Вы можете поспеть на дилижанс в Каллерсвилле. – Фермер посмотрел на Конора, сидевшего рядом с ним на козлах фургона. – Дилижанс довезет вас до Монро, а там вы сможете сесть на поезд и уехать куда пожелаете.
Но Конор знал, что не сможет. Шести долларов не хватит, чтобы доехать до Бостона. Но если бы его подвезли до Монро, то там, возможно, он смог бы найти паб, где его наняли бы на боксерский поединок и заплатили бы достаточно, чтобы дальше он мог поехать на поезде.
Размышляя обо всем этом, Конор постоянно видел перед собой лицо Оливии, и взгляд ее, казалось, удерживал его. Ее взгляд молил о помощи, хотя гордость не позволяла ей снова заговорить об этом. И он постоянно вспоминал о своем обещании, которое, увы, нарушил. Да, он не сдержал свое слово, и это ужасно мучило его.
А может, вернуться? Ведь он пробудет у нее всего лишь месяц. Месяц он, наверное, сумеет выдержать. Всего один месяц…
«Я пробуду столько, сколько понадобится, чтобы помочь вам убрать урожай», – кажется, так он ей сказал. И ведь он даже не закончил ремонт крыши. Теперь ей придется взобраться на крышу и закончить ремонт. О, черт побери!
Конор выпрямился на сиденье.
– Остановите!
– Что?..
– Остановите фургон!
Фермер дернул за вожжи, фургон остановился, и Конор тотчас же спрыгнул на землю.
– Мистер, мне казалось, вы хотели попасть в город, – пробормотал фермер, глядя на него с недоумением.
– Я передумал, – ответил Конор, уверенный в том, что пожалеет об этом внезапном порыве – так с ним всегда случалось.
Глава 18
Уже темнело, когда Оливия вернулась в дом. Девочки, сидевшие на кухне, с надеждой посмотрели на мать.
– Он не вернулся? – спросила Оливия.
– Нет, мама, – ответила Бекки, вытаскивая кукурузный хлеб из духовки. – Я приготовила ужин.
Оливия подошла к старшей дочери и обняла ее за плечи.
– Спасибо, милая. Давайте ужинать.
Во время ужина за столом было необычно тихо. Наконец Миранда нарушила молчание, задав вопрос, который был у всех на уме:
– Мистер Конор сбежал от нас, да?
– Мистер Конор не мог так поступить! – возмутилась Кэрри, швыряя ложку в миску с супом. – Он не уехал бы не попрощавшись. Он так не поступил бы, я знаю.
Оливия положила руку на плечо Кэрри.
– Я знаю, дорогая, что тебе нравится мистер Конор. Но, возможно, он все-таки уехал. Это ведь не его дом, не забывай.
– Мы должны его поискать, – сказала Кэрри. – Может, он упал… или еще что-нибудь. Может, он ушибся.
– Я всюду искала, – ответила Оливия. – Кроме того, уже темно. Мы не можем отправиться на поиски в темноте. Но утром, может быть, снова поищем его.
После ужина Оливия уложила дочерей спать и вернулась в кухню. Чтобы чем-то заняться, она поставила на огонь утюг. Она знала, что ей не удастся уснуть, пока он не вернется. Если он вообще вернется…
Услышав какой-то шум снаружи, Оливия помчалась к двери с радостным криком. Распахнула дверь, но за дверью никого не оказалось.
Она вышла из дома и осмотрелась. Что же это было? Или ей просто почудилось?
Она уже хотела вернуться в дом, но тут ее внимание привлекло какое-то движение в тени. В следующую секунду на свет у крыльца вышел мужчина. Но это был не Конор.
– Добрый вечер, Оливия. – Джошуа Харлан подошел поближе. Походка у него была нетвердая. Поставив ногу на, нижнюю ступеньку, он ухватился за перила и с ухмылкой добавил: – Рад вас видеть, милая.
Оливия нахмурилась.
– Добрый вечер, Джошуа. Поздновато для прогулки, вы не находите?
Он пожал плечами и запустил руку в карман брюк.
– Хороший вечерок, верно?
– Не думаю. Слишком уж жарко и душно, по-моему. – Она скрестила руки на груди. – Что вам нужно, Джошуа?
Он отвернулся и сплюнул на землю табачную жвачку.
– Вернон уехал по делам на несколько недель, но просил меня заглянуть к вам, пока его нет. Он хочет узнать – может, вы передумали?
Оливия вздохнула. Сколько раз ей еще придется повторять свой ответ?
– Нет, не передумала.
– И еще он сказал, что готов поднять цену до сотни долларов.
– Ответ будет прежним: нет. И не важно, сколько денег он предложит. Землю я не продам. Так и передайте Вернону.
Джошуа кивнул, передвигая табак за другую щеку.
– Передам. – Он окинул взглядом фруктовый сад. – Как поживают ваши персики?
– С моими персиками все в порядке, Джошуа. Передайте Вернону и это.
Она направилась в дом, но не сделала и двух шагов, как он схватил ее за руку и развернул лицом к себе.
– Я счастлив слышать это. Деревья прекрасные, было бы жаль, если бы с ними что-нибудь случилось. Сгорели бы, например…
Оливия попыталась высвободить руку.
– Отпустите!
– Пожар мог бы уничтожить весь ваш урожай. – Он еще крепче сжал ее руку. – Почему вы не хотите продать землю?
– Я сказала: нет!
Оливия размахнулась свободной рукой, намереваясь ударить Джошуа, но он вовремя перехватил ее руку. Прижав Оливию спиной к двери, он склонился к ней и проговорил:
– Думаю, вы поступили бы умно, если бы приняли предложение Вернона. Да-да, очень умно.
Оливию затошнило от запаха дешевого виски и табака.
– Отпустите! – закричала она, отвернувшись.
В следующее мгновение Джошуа громко вскрикнул и отлетел от нее. А затем Оливия увидела Конора.
– Не думаю, что она примет твое предложение, парень, – процедил он сквозь зубы, выворачивая Джошуа руку. – Может, объяснить тебе, что означает слово «нет», а, приятель?
Он поднял повыше вывернутую руку Джошуа, и тот завопил от боли. Конор же оттащил Джошуа к краю крыльца и прижал к перилам. Затем, размахнувшись, ударил кулаком в лицо и тут же, приподняв над перилами, швырнул на землю.
– Думаю, ты нарушил границы частного владения, – проговорил Конор. – Немедленно убирайся отсюда.
Джошуа с трудом поднялся на ноги.
– Ирландский ублюдок, – простонал он, поднимая руку к лицу. – Ты сломал мне нос.
– И не только нос сломаю…
Конор шагнул к Джошуа, но тот поспешно скрылся в темноте.
– С вами все в порядке? – Конор приблизился к Оливии.
– Да, все хорошо. – Она попыталась отойти от двери, но тут же покачнулась – после всего пережитого ноги ее сделались точно ватные.
Конор подхватил ее и прижал к себе. Она обняла его за шею, уткнувшись лицом в его грудь.
– Я услышала шум, – пробормотала она. – И подумала, что это вы. А он схватил меня, и я не знала, что делать.
Конор представил, что могло бы произойти, опоздай он хоть на минуту, и его снова охватил гнев.
– Он сделал вам больно?
– Нет, не очень. Но он был пьян и груб.
Конор осторожно поглаживал ее по спине, и его гнев переходил в какое-то другое чувство. Его гнев переходил… в нежность.
– Теперь все хорошо, милая, – пробормотал он, прижав губы к ее волосам. – Все хорошо.
– Знаю, – шепнула она.
Он долго сжимал ее в объятиях, наслаждаясь теплом ее тела и мягкостью волос. Когда же она попыталась отстраниться, он понял, что должен отпустить ее, но ему этого очень не хотелось. Пришлось заставить себя опустить руки и отступить на шаг.
Оливия расправила передник и поправила выбившуюся прядь волос – такая взволнованная и смущенная, что ему захотелось улыбнуться.
– Спасибо, теперь со мной все хорошо. – Не глядя на него, она тихо добавила: – А мы подумали, что вы нас покинули.
– Так и было.
Она внимательно посмотрела на него.
– Почему же вы вернулись?
– Не нашлось никого, кто мог бы меня подвезти – солгал Конор; почему-то он не смог сказать ей правду.
– Я рада, что вы вернулись, – прошептала Оливия. – Спасибо.
– Кто это был? Зачем он приходил? Чего он от вас хотел?
Уставившись в темноту, Оливия ответила:
– О, это длинная история…
– Похоже, у меня теперь много времени. Так что я готов выслушать и длинную… Чего он хотел, Оливия?
– Он хотел запугать меня. Представляете, Джошуа думал, что сможет запугать меня. – Она засмеялась, но ее смех показался Конору не очень-то уверенным.
– Испугать вас? – Он нахмурился. – Но зачем ему это?
– Джошуа работает на одного богатого и могущественного человека, а тот хочет построить железную дорогу, и ему нужна для этого моя земля. Я – единственная в округе, чью землю ему не удалось заполучить.
– Он хочет купить ее у вас?
– Да, хочет, – кивнула Оливия, и ее губы тронула лукавая улыбка. – Он сделал очень выгодное предложение. Но я оказалась упрямой. Я не хочу продавать свою землю. И теперь он пытается вынудить меня к продаже. Уверена, что именно он послал ко мне Джошуа.
– Но почему вы не хотите продавать?.. – Он взглянул на нее с удивлением. – Это ведь всего лишь клочок земли.
– Не хочу! – Она взглянула прямо ему в глаза. – Потому что это не просто клочок земли. Это – мой дом. Моя семья прожила здесь более семидесяти лет. Пять поколений родились здесь, пять поколений проливали на этой земле свою кровь, свой пот. Мои братья погибли, защищая ее. «Персиковая роща» – мое наследство и моя ответственность.
– Но если они вам угрожают…
– Пусть угрожают. Я не позволю прогнать меня с земли пустыми угрозами алчных «саквояжников».
– Значит, вы не хотите, чтобы вас прогнали с вашей земли, Оливия? – В его голосе слышалась легкая насмешка. – И как же вы это предотвратите?
– Я буду их игнорировать.
– О, блестящая идея! Когда этот Джошуа явится сюда в следующий раз, я просто позволю ему избивать вас. И тогда посмотрю, как вам удастся его игнорировать.
– Я все равно буду с ними бороться, – решительно заявила Оливия.
– Но как?
– Пока не знаю. Как-нибудь…
Конор внимательно посмотрел на стоявшую перед ним женщину. Конечно же, она не понимала, против кого выступает. Но у него не хватило духу сказать ей горькую правду – правду о том, что «саквояжники» побеждают всегда и везде, не только в ее родном городке.
Проснувшись на следующее утро, Конор тотчас же вспомнил о том, что произошло накануне вечером. Было совершенно ясно: Оливия не сможет бороться с этими людьми. И он должен был прямо сказать ей об этом.
Конор решил поговорить с ней после завтрака. Оливия сказала, что ей сделали выгодное предложение… Почему бы не принять его? Если она продаст им землю, го сможет купить на эти деньги другой участок – да еще и с домом, у которого не будет покосившейся изгороди и протекающей крыши. Вот единственное разумное решение, и он должен объяснить ей это.
Конор нашел Оливию в сарае. Она застилала свежую солому в стойле.
– Доброе утро. – Он улыбнулся и сразу же приступил к делу. – Неужели вы действительно намерены бороться с этими людьми?
Оливия облокотилась на вилы и откинула со лба прядь волос.
– Конечно.
– Я надеялся, что вы все обдумаете и образумитесь.
Она покачала головой:
– Нет. Почему я должна им уступать?
– Потому что у них есть деньга, а у вас, ясное дело, нет. Потому что у них есть власть, а у вас – нет. Потому что это – заведомо проигранная битва.
– Я вам уже сказала: это мой дом. Я не хочу, чтобы меня изгоняли с моей земли.
– Вы поступаете неразумно.
Она пристально посмотрела на него.
– А что, по-вашему, было бы разумно? Взять деньги и удалиться? Вы поступили бы именно так?
Конор вспомнил, сколько раз он сам вел такую же битву, заранее проигранную. А потом всегда горько сожалел о своем бунтарстве.
– Да, я поступил бы именно так.
– Ну а я другая. Я на вас не похожа. – Оливия снова принялась за работу. – Я никуда, не уйду отсюда.
– Что же вы собираетесь делать, когда они снова к вам заявятся? Стать у парадной двери и заявить этим парням, чтобы убирались отсюда? Ведь этот тип приходил к вам вчера вечером не на чашечку чая.
– Поверьте, я знаю Джошуа всю свою жизнь. Он не мог бы ударить меня. Он просто хотел меня запугать.
– Что ж, очень хорошо. А что произойдет, если в следующий раз он явится с намерением запугать вас… более жестко? Что вы тогда будете делать? Ведь он – мужчина, вы – женщина. Неужели нужно объяснять вам разницу?
Оливия густо покраснела.
– Ну, вы же здесь… Он не решится.
– Я пробуду здесь столько, сколько потребуется, чтобы помочь вам собрать урожай персиков. А потом я уйду. И что вы тогда будете делать?
Она поджала губы и ничего не ответила.
– Что вы будете делать? – повторил Конор.
– Не знаю, не знаю, не знаю! – закричала Оливия. – Но я не позволю Джошуа Харлану запугать меня!
– А как насчет девочек? Вы готовы рисковать их безопасностью?
– Джошуа девочкам ничего не сделает. Он всего лишь наемник Вернона, а Вернон не станет обижать меня и моих девочек.
Конор замер на мгновение. У него перехватило дыхание – будто от удара в живот.
– Как вы сказали?.. Кто?
– Вернон Тайлер. Именно он хочет забрать мою землю.
Конор провел ладонью по волосам.
– Нет, нет, нет, – пробормотал он, покачивая головой. – Нет, не может быть.
Оливия уставилась на него в изумлении.
– О чем вы говорите?
Он отвернулся и проворчал:
– Из всех моих неразумных, идиотских поступков… Вернон Тайлер? О Господи, почему же я не уехал?
– Что с вами? – Оливия подошла к нему и положила руку ему на плечо.
Конор резко отстранил ее руку. Ведь вчера он избил наемника Вернона. И за это его могут снова избить, а то и похуже… «Бежать, бежать, – думал он. – Бежать отсюда как можно быстрее».
– Конор…
Ее нежный голос прервал его беспокойные мысли, и он, повернувшись к ней, пробормотал:
– Вернон Тайлер – тот человек, который приказал избить меня.
– Приказал избить? Но за что? Почему?..
– Потому что я оказался идиотом. Сделал так, как мне захотелось.
– Конор, о чем вы говорите?
Он тяжело вздохнул.
– Именно Вернон организовал тот боксерский поединок, в котором я выступал против Элроя Харлана.
– Да, знаю. Я видела афишу в лавке.
– И Вернон принимал ставки, он был букмекером. Когда стали делать ставки, он понял, что потеряет свои деньги, если я выиграю бой. Поэтому он велел мне поддаться.
– Боюсь, я не слишком хорошо разбираюсь в азартных играх. Что это значит?
– Я должен был упасть. Намеренно проиграть. Должен был со стоном рухнуть на пол, чтобы все выглядело убедительно. Тогда бы Вернон получил приличный доход. А я все равно получил бы свои двадцать пять долларов. И все были бы довольны.
– Но это же обман! – воскликнула Оливия.
Конор усмехнулся в ответ.
– А вы считаете Вернона честнейшим человеком, не способным на обман?
Оливия пожала плечами.
– Выходит, вы не подчинились Вернону. Но почему?
– Потому что я никогда не любил подчиняться… Но, конечно же, я сглупил. Вот парни Вернона и решили преподать мне урок. А сам Вернон сказал, что если я еще раз окажусь у него на пути, то мне будет еще хуже. Гораздо хуже.
Оливия зажала рот ладонью.
– О Господи… – прошептала она.
Конор с усмешкой кивнул:
– Да-да, молитесь. Молиться – это прекрасная идея. И не забудьте спросить Господа, не поможет ли он мне выпутаться из этой ситуации. Чтобы мне не переломали остальные ребра?
Оливия вздохнула и отвернулась.
– Тогда вам нужно уехать, – тихо сказала она, глядя на солому под ногами. – Мне не хочется, чтобы вас опять избили из-за моей борьбы с Верноном.
– Оливия, будьте благоразумны. Если вы продадите землю, вы сможете купить себе другую ферму, не слишком большую – такую, с которой вы сможете справиться самостоятельно. Выиграть вам все равно не удастся.
Она медленно повернулась к нему. Расправив плечи, проговорила:
– Я отказывалась продать Вернону свою землю уже почти четыре года. И считаю, что смогу отказываться и дальше. Может быть, ему надоест, и он отстанет. – Она отвернулась и снова взялась за вилы. – Благодарю за совет, мистер Браниган, но теперь, когда вы все так замечательно объяснили, вам нужно уехать. Моя земля – это не ваше дело.
Значит, он опять стал мистером Браниганом? Конор молча смотрел на нее. Оливия же, казалось, не замечала его. И было ясно: разговор окончен.
Что ж, пожалуй, она права. Это действительно не его земля. И не его дело. Уехать прямо сейчас – это самое разумное, что он может сделать.
Резко развернувшись, Конор покинул сарай. Он не знал, куда идет, – просто пошел по первой попавшейся дорожке. Оливия вела заведомо проигранную битву, но это – ее выбор. Если ей хочется проявлять упрямство из-за клочка земли, то кто он, Конор, такой, чтобы вмешиваться?
Но как же она будет справляться одна, без него, без его защиты? А ведь этот Джошуа непременно снова заявится сюда, чтобы угрожать ей. Но это не его, Конора, дело. Пусть приходит. А ему надо уезжать отсюда поскорее…
– Мистер Конор!..
Он остановился на мгновение, но тут же ускорил шаг– как будто, ничего не слышал. Ему не хотелось сейчас видеть девочек.
– Мистер Конор, подождите нас! – прокричала Миранда, и он услышал за спиной шаги.
– Проклятие… – Конор остановился и обернулся, подчинившись неизбежному.
К нему по дорожке бежали Кэрри и Миранда. Бекки же, пытаясь выглядеть взрослой и сохранять достоинство, шла шагом.
Кэрри подбежала к Конору первая.
– Вы вернулись! – закричала она, прижимаясь к нему. – Я знала, что вы вернетесь! Я так и знала! – Девочка смотрела на него с восторгом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29