А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Со стороны лошади не поступило никаких возражений, и седло легло на ее спину. Человек прыгнул в седло, догнал волка и легко убил его.
Лошадь облегченно вздохнула и, поблагодарив человека за помощь, сказала: "Наш враг убит. Теперь прошу вернуть мне свободу и снять седло и упряжь". Громко рассмеялся на это человек, взмахнул хлыстом и крикнул: "Не болтай глупости, старая кляча, но-о-о!" - и шпоры вонзились в бока лошади.
Стояла тишина, и тень, раньше носившая имя Виенис, не подавала признаков жизни.
- Я надеюсь, вы поняли смысл сказанного, - продолжил Хардин. Стремясь к абсолютному закреплению своей монаршей власти над собственными народами, короли всех Четырех Королевств согласились принять религию научную религию Термина, способную превратить их в полубогов. Но именно эта же религия превратилась в упряжь для властителей, так как животворящая сила атомной энергии находилась в руках жрецов, а служители культа подчинялись нам - заметьте, нам, а не вам. Волка вы сумели убить, но с человеком вам не справиться...
Виенис прыгнул на середину комнаты. Хриплый нечеловеческий голос выкрикивал бессвязные слова, и дыры глазниц горели во мраке.
- И все-таки я прикончу тебя - ты сгниешь здесь, не выйдя из моих покоев! Пусть жрецы проклинают нас! Пусть они уничтожают все! Тебе это будет безразлично! Месть предателю!..
Он уже бился в истерике.
- Солдаты! Бластером этого чистоплюя! Огонь по дьяволу во плоти!..
Улыбающийся Хардин развернул кресло и обратился к солдатам лицом. Они не шевелились, и лишь крайний охранник неуверенно поднял бластер, подумал и опустил его обратно. Несмотря на приказание принца-маньяка, им оказалась не по зубам мишень, подобная мэру священного Термина Сэлвору Хардину - в ореоле мягкого сияния, в ореоле славы разрушителя всей военной мощи королевства Анакреон.
Изрыгающий проклятия регент подскочил к ближайшему солдату. Он выхватил из его рук атомное оружие и, подобно взбесившемуся зверю, прицелился в неподвижного Хардина и нажал спусковой крючок.
Мерцающий сплошной луч полоснул по силовому полю, окружавшему мэра Термина; и поле полностью нейтрализовало страшную энергию, всосав ее в себя. Дикий хохот вырвался у принца, и он вновь выстрелил.
Чуть шире стала улыбка Хардина, и чуть сильнее засветилось в ответ силовое поле, поглощая все заряды бластера. Из угла донесся нечленораздельный стон Леопольда, прикрывавшего глаза рукой.
Последний выстрел заглушил крик отчаяния Виениса - и на этот раз он поднял бластер к собственной голове! Безголовое тело обмякло и рухнуло на пол.
Не выдержав, Хардин отвернулся от ужасного зрелища и пробормотал:
- Человек, понимающий только прямые действия. Воистину, радикальное решение!..
7
Люди в три ряда толпились у задней стены Хранилища, потому что стульев все равно не хватало.
Невольное воспоминание мелькнуло в мозгу Сэлвора Хардина: те люди, которые тридцать лет тому назад присутствовали при первом появлении Хари Селдона. Шестеро старых Энциклопедистов. Теперь они давно уже мертвы. А сам он тогда был неприлично молодым и бесправным мэром; и именно в тот день он вместе с Иоганом Ли утвердил свои права.
Сегодня члены Городского Совета также ожидали Селдона, но сегодня все обстояло иначе. Мэр Сэлвор Хардин ныне обладал всей полнотой власти, плюс невероятной популярностью в связи с падением милитаристского Анакреона. Когда мэр вернулся из столицы королевства, сообщив о трагической смерти Виениса и предъявив новый договор за подписью предельно дружественного Леопольда, вотум доверия был провозглашен ему с огромным энтузиазмом. Ответные договоры с оставшимися тремя королевствами не заставили себя долго ждать. Согласно им, Термин приобретал такую власть, что любые попытки нападения на планету, подобные Анакреонской агрессии, предотвращались навсегда. Факельные шествия двинулись по улицам и проспектам Термина. И даже имя Хари Селдона уступало в популярности имени Сэлвора Хардина.
Хардин иронически поджал губы. Подобная популярность приходила уже к нему - во время первого кризиса.
В дальней части комнаты шла увлеченная беседа между Сефом Сермаком и Луисом Бортом. Похоже, недавние события никак не сказались на их самоуверенности. Они немедленно проголосовали за мэра Хардина, в предвыборных речах признали все свои ошибки и принесли любезные извинения за резкие высказывания в предыдущих выступлениях. Прозвучал весьма деликатный намек на убеждения и голос гражданской совести, и была тут же развернута новая кампания в поддержку Партии Действия.
Иоган Ли легко коснулся руки Сэлвора и намекающим жестом указал на свои часы.
- Привет, Ли. Что беспокоит тебя сегодня? Ты еще зол на меня?
- Он должен возникнуть через пять минут, не правда ли?
- Надеюсь, что так. В прошлый раз Селдон появился точно в полдень.
- А если на этот раз он не появится вообще?
Я сыт по горло твоим пессимизмом!
Не появится - значит, не появится.
Хмурый Ли медленно покачал головой.
- Если сегодняшнее событие провалится, у нас снова начнутся неприятности. Если мы не получим поддержки Селдона - Сермак снова станет мутить воду. Он уже объявляет о необходимости прямого аннексирования всех Четырех Королевств, а также расширения территорий Фонда - и, если потребуется, силой. Кстати, новая кампания по этому поводу уже началась.
- Знаю. Факир должен глотать пламя, даже если он сам разжигает свой огонь. А у тебя, Ли, есть потребность всегда находиться в состоянии беспокойства, даже если повод для него ты придумал сам.
Освещение стало желтеть и окончательно потускнело - и у собиравшегося возразить Ли перехватило дыхание. Он указал рукой на стеклянный куб, занимающий половину комнаты, и со вздохом упал в кресло.
Хардин рефлекторно напрягся, увидев фигуру в кресле, возникшую в кубе. Кроме него, никто из собравшихся не мог помнить тот день, ровно тридцать лет тому назад, когда подобное событие произошло впервые! В то время Сэлвор Хардин был молод, а человек в кресле был стар. Но Хардин состарился, а Хари Селдон не изменился с тех пор. Совсем.
Пальцы человека легко поглаживали лежащую на коленях книгу, и глаза смотрели прямо перед собой.
- Я - Хари Селдон!
Старческий мягкий голос.
Все присутствующие затаили дыхание. Старик в стеклянном кубе продолжил спокойным тоном:
- Я появляюсь перед вами во второй раз. И, разумеется, я не могу знать, присутствовал ли кто-нибудь из вас при моем первом появлении. Мои органы чувств не в состоянии сообщить мне, есть ли тут кто-нибудь вообще, но это не имеет значения: если второй кризис преодолен, и преодолен успешно - вы не можете быть ни в каком ином месте. Только здесь. Если же комната пуста - значит, второй кризис оказался вам не по зубам.
Селдон спокойно улыбнулся.
- Но я сомневаюсь в подобном исходе, поскольку вероятность серьезных отклонений от плана в первые восемьдесят лет равняется нулю и шести десятым процента. Однако...
Однако я намерен предостеречь вас от чрезмерной самоуверенности. Во время наших встреч в мои расчеты не входит предоставление вам лишней информации, предвосхищающей развитие событий, но необходимо отметить то, что на данный момент вы лишь достигли нового непрочного равновесия. Разумеется, даже оно намного улучшило ваше положение. Духовная сила способна побеждать противника в неравной борьбе, но для ответных ударов она не годится. Неизбежный рост противодействия в виде сепаратизма или национал-шовинизма создает ситуацию, когда духовные проявления бессильны. И я не думаю, что открываю вам существенно новые истины.
Прошу простить мне излишнюю туманность формулировок. Я вынужден использовать в основном приблизительные категории, потому что ни одному из вас не хватит знаний для понимания сложнейшей символики психоистории - так что я стараюсь подобрать лучший способ объяснений.
Путь, ведущий к новой Империи, огромен, и Фонд находится всего лишь в начале пути. Ресурсы соседних королевств - как человеческие, так и прочие - гораздо выше ваших на сегодняшний день. А за их границами по галактическим просторам раскинулись непроходимые джунгли варварства. В их кипящей лаве еще существуют остатки - вернее, останки - Галактической Империи, ослабленные, рассыпающиеся, но еще достаточно могущественные.
Хари Селдон прервал речь, взял книгу и раскрыл ее. На лице старика было торжественное выражение.
- И я рекомендую вам никогда не забывать о том, что там, у Границы Звезд, на другом краю Галактики, был создан другой Энциклопедический Фонд. Всегда помните о нем и учитывайте этот фактор. План рассчитан мною на девятьсот двадцать лет - итак, господа, хотя это и ваша проблема, но приступайте к ее решению!
Он снова посмотрел на книгу и исчез. Освещение постепенно вновь стало ярким. Все потянулись к выходу, и в наступившей толчее Ли успел наклониться к уху Хардина.
- Когда он появится в следующий раз? Он не сказал об этом.
- Я не знаю, - ответил мэр Хардин. - Но я надеюсь, что этого не случится до того счастливого времени, когда все мы будем спокойно отдыхать в наших уютных могилах!..
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. ТОРГОВЦЫ
1
"Торговцы - ...во все времена до установления полной
политической гегемонии Фонда, торговцы упрямо, шаг за
шагом, при возникновении любой возможности, распространяли
свое влияние на колоссальные территории Периферии.
Месяцами и годами не появлялись они на Термине, корабли их
в большинстве случаев являлись кустарными самоделками,
честность их не выдерживала никакой критики, отвага их...
Используя подобные методы, они сумели создать более
прочную Империю, чем все Четыре Королевства с их ложным
религиозным фанатизмом...
Бесчисленное количество легенд ходило об этих
бесстрашных одиночках. Девизом торговцев был один из
афоризмов Сэлвора Хардина, и неизвестно, был ли он взят в
качестве шутки, или вполне серьезно. Девиз гласил: "Не
допускайте, чтобы ваши представления о нравственности не
позволяли вам поступать правильно!"
Крайне трудно рассортировать сонм преданий на
достоверные и совершенно не соответствующие реальности.
Скорее всего, не нашлось бы ни одной легенды, где не
отдавалась бы дань преувеличениям..."
Галактическая Энциклопедия.
Когда бортовой приемник принял сигнал вызова, Лиммар Пониетс вспомнил старый бородатый анекдот о ванной и телефонном звонке, соль которого оставалась в силе даже в суровых космических дебрях Галактической периферии.
Впрочем, данный отсек корабля свободного торговца - если он не заставлен всевозможными товарами - устроен достаточно удобно. К примеру, душ - и даже душ с горячей водой! - не дальше десятка футов от пульта управления. Так что Пониетс, с ног до головы в мыльной пене, прекрасно слышал треск приемника.
Сыпля проклятиями, он выскочил из душа, как ошпаренный, и помчался настраивать приемник. Не прошло и трех часов, как подававший сигнал второй торговый корабль уже летел с его кораблем бок о бок, а еще спустя некоторое время широко ухмыляющийся парень уже пробирался к Лиммару через герметичный шлюз стыковки.
Пониетс предоставил самый лучший стул на борту гостю, а сам шлепнулся в кресло пилота, вращающееся для лучшего обзора.
- Тебе что, нечего делать, Горм? - вопрос был задан крайне мрачно. Я полагаю, ты гнался за мной от самого Термина?
Лес Горм отрицательно покачал головой, доставая сигарету.
- Гнался? Ни в коем случае. Мне просто не повезло. Меня угораздило приземлиться на Глипталь-4 сразу после того, как туда пришла почта. Так что я сразу был отряжен за тобой. Держи.
И он передал Пониетсу крохотный сверкающий шарик. Потом добавил:
- Информация совершенно конфиденциальная. Полная секретность. Запрет на передачу в эфир и все такое прочее. Во всяком случае, меня предупредили о последствиях. Хотя зря - капсула индивидуального пользования, и открыть ее сможешь только ты.
Во взгляде Пониетса, рассматривавшего капсулу, стояла глубокая неприязнь.
- Сам вижу. Еще никогда хорошие новости не приходили в подобной форме.
Капсула открылась от прикосновения его пальцев, и прозрачная тоненькая пленка раскрутилась часовой пружиной. Лиммар быстро пробежал глазами сообщение, и, едва он успел дойти до конца, как начало уже сморщилось и приобрело коричневый оттенок. А еще через минуту-другую пленка почернела и рассыпалась пеплом.
- Галактика тебя забери! - крякнул от ярости Пониетс.
- Возможно, тебе потребуется помощь? - чрезвычайно тихо спросил Лес Горм. - Или все это слишком секретно для меня?
- Не говори глупости. Ты же член Гильдии. Здесь написано, что я должен лететь на Аскон.
- Аскон? К чему?
- Там местные власти засадили в тюрьму одного нашего. Торговца. Только это между нами.
Лицо Горма стало злым и напряженным.
- Посадили, а, между прочим, это нарушение Конвенции.
- Сознательное вмешательство в местную политику - тоже нарушение Конвенции, - заметил Лиммар.
- Вмешательство? - Горм задумался. - Вряд ли он мог на это решиться... Кстати, кто этот купец? Ты не знаешь имени? Может быть, я с ним знаком...
- Не знаком! - резко бросил Пониетс. Лицо Горма поскучнело, но вопросов он больше не задавал.
Пониетс встал и угрюмо уставился на видеоэкран. Он глядел на изображение Галактики, сходное по форме с туманной линзой, и губы его шевелились в беззвучных проклятиях. Затем он громко произнес:
- Черт бы их всех побрал! А у меня даже норма по реализации не выполнена...
Неожиданно Горма осенило.
- Слушай, приятель... Этот твой Аскон - там же закрытая зона!
- Совершенно верно. Там не продать даже перочинного ножа - запрещено. А об автоматических приборах просто не может быть и речи. Так что моя норма висит на мне, как ядро, прикованное к ногам каторжника. В подобном положении лететь на Аскон - почище самоубийства.
- А как насчет того, чтобы отказаться?
Пониетс отрицательно покачал головой.
- Ты понимаешь, Горм, я-то знаю этого парня. И не могу бросить товарища в беде. Тут уж ничего не поделать. Дух Галактики призвал меня, и я обязан, не раздумывая, идти по первому его зову.
Горм иронически хмыкнул.
Пониетс покосился на юнца и усмехнулся.
- Ах да, я и забыл... Ты же никогда не читал "Книгу Духа"! Не читал, ведь правда?
- Не только не читал, но и не слыхал о ее существовании, - резко бросил Горм.
- Разумеется! А вот если бы у тебя было религиозное образование, то ты бы наверняка слышал о ней.
- Какое-какое? Религиозное? Лиммар, ты что, учился на жреца?!
Потрясению Горма не было предела.
- К сожалению, да. И это мой тайный недостаток. Хотя святые отцы так и не смогли меня обуздать. И я был исключен - что, впрочем, не помешало мне в получении светского образования под руководством преподавателей из Фонда. Кстати, поскольку мне давно пора отчаливать - как у тебя в этом квартале с выполнением нормы?
Горм поправил фуражку и затушил окурок.
- Ерунда, справлюсь. Остатки груза. Сбуду - и конец.
- Счастливчик, - хмуро констатировал Пониетс. И после того, как Лес Горм покинул борт его корабля, он еще долго сидел, не шевелясь, в глубокой задумчивости.
Итак, Аскель Гороу находился на Асконе, да к тому же еще и сидел в тюрьме! Отвратительное известие! И намного хуже, чем могло показаться с первого взгляда. Одно дело изложить любопытствующему юнцу обрывки правды, чтобы он удовлетворился и отправился по своим делам, а совсем другое дело - когда ты понимаешь всю серьезность сложившейся ситуации.
Лиммар Пониетс входил в число немногих, кто прекрасно знал, что старший торговец Аскель Гороу в действительности никогда не был торговцем. Нет, на него возлагалась совершенно иная миссия - миссия агента Фонда!
2
Две недели принесли самые мизерные результаты.
Первые семь дней пришлось потратить, чтоб добраться только до самых окраинных границ Аскона. А там уж бдительные пограничные корабли в совершенно неимоверном количестве взяли Пониетса в кольцо. Как бы ни работала их система слежки, она выполняла свои функции безукоризненно. Они медленно окружили его без каких бы то ни было сигналов и, четко соблюдая дистанцию, указали курс на центральное светило Аскона.
Пониетсу хватило бы минуты, чтоб разнести в клочья всю эскадру. Эти лоханки являлись остатками давно погибшей Галактической Империи. И были это спортивные корабли, а отнюдь не военные крейсеры, и на этих изящных, но бесполезных эллипсоидах не устанавливалось атомное вооружение. Так что количество их не играло никакой роли. Он мог - и не мог. У них в руках находился Аскель Гороу, а такого заложника нельзя было терять. И сами асконцы прекрасно понимали это.
Вторая неделя ушла на множество утомительно сложных процедур и взаимоотношения с сонмищем мелких чиновников - фильтром между внешним миром и Великим Магистром Аскона.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26