А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Самый лучший вариант – гульнули да разбежались. Но уж лучше иметь квартиранта, чем вообще никого…
Игнат ушел. А Леся потащилась в ванную. С полчаса откисала в джакузи. Думала, что это сил ей прибавит. Но нет, горячие ванны только разморили ее. Кое-как вытерлась, набросила на голое тело свой любимый сексуальный халатик, добралась до трюмо. Глянула на себя в зеркало, кисло поморщилась. На нее смотрела какая-то развалина. Худая, осунувшаяся девка, халатик смотрелся на ней так, как будто она сняла его с чужого плеча. Воспаленные глаза, впалые щеки, губы, как две нитки… Неудивительно, что Игнат не реагировал на нее как на женщину.
Но ведь можно наложить макияж. И волосы она в порядок сможет привести. Ходить перед Игнатом будет с гордо поднятой головой, расправив плечи… Но так лень что-то делать. Это ж за кисточку нужно браться, над лицом колдовать. А чтобы голову феном сушить, надо руку долго на весу держать.
Нет, не будет она ничего делать. Зачем мучиться, если есть вариант отправиться в собственную студию красоты. Там из нее быстро сделают королеву… Но так неохота выходить из дома. Да и машины нет… Вернее, есть, но толку от нее нет. На штрафстоянке она до сих пор стоит. Адвокат хотел перегнать ее в гараж, на постоянное «местожительство». Но даже завести джип не сумел. Какая-то сволочь поснимала с двигателя все, что можно было. Да и колеса, судя по всему, не родные. На кузове какие-то вмятины, царапины. И за этот беспредел еще кучу денег нужно заплатить. Так просто машину назад не получишь…
Нет, и в студию она не поедет. Пусть Игнат принимает ее такой, какая она есть. Ей должно быть хорошо, а не ему…
Игнат появился ближе к вечеру. С вещами. Но не один. Какая-то роскошная блондинка с ним. Леся чуть не задохнулась от возмущения. А он даже ухом не повел.
– Какую комнату ты нам приготовила? – нагло осведомился он.
Леся хотела громогласно послать его куда подальше, но вместо этого показала на гостевую комнату.
– Нам бы ванную принять, – чуть ли не требовательно обратился к ней Игнат.
– А «снежок»? – просительно посмотрела на него Леся.
– Извини, не смог достать… Ну так что, мы пошли?
Он часа на два закрылся в ванной со своей красоткой. Леся слышала, чем они там занималась. И все ждала, что и ее позовут. Она бы, конечно, отказалась… А может, и нет… Но ее никто не звал. Игнату не было до нее никакого дела. А она ничего не могла сказать ему против… Похоже, тюрьма превратила ее в бессловесную ничтожную тварь. И, видимо, Игнат понял это. Поэтому и сел ей на шею вместе со своей красоткой…
3
Чернявый красавчик вел себя непринужденно. Со стороны могло показаться, что он шибко крутой. Пальцы веером, хвост пистолетом.
– Ну все, дело на мази! Можешь забирать свою красавицу!
Он только что выгнал из бокса ее «Лексус». Вышел из машины, протянул ей ключи. На улице мороз, а он в кожаной «косухе» нараспашку. И хоть бы поежился для приличия.
Леся торопливо осмотрела машину снаружи. Вроде бы все в порядке. Краска подобрана идеально, никаких подтеков и шероховатостей. Хотя могли быть какие-то недоделки. Но ей почему-то стало жаль Толика. Пока она проводила осмотр, он должен был находиться рядом с ней, а ему в теплый бокс нужно. Он хоть и хорохорится, но ведь ясно же, что замерз.
– Тебе не холодно? – спросила она.
– А тебе? – лукаво улыбнулся он.
Его ничуть не смущало, что у Леси такая машина, что на ней баснословной цены шуба. Он обращался с ней, как с равной. Может, потому, что она выглядела не очень. Шкура дорогая, а под ней потерявшая товарный вид женщина. Или он такой ухарь разбитной, что все ему нипочем… Толик чем-то напоминал ей Фима. Правда, внешность у того была гораздо ярче, да и с претензиями парень – музыкант чертов. А Толик, видать, ни к чему не стремится. Мастер кузовного ремонта – это, похоже, для него потолок.
– Мне холодно, – кивнула Леся.
– В такой-то шубе!
– А шуба не мужик, она изнутри не греет…
– Вау!.. Я могу погреть!
Леся воспряла духом. Не такая уж она и развалина, если на нее клюют такие парни.
– Прямо сейчас?
– А чего тянуть? – Он готов был оприходовать ее прямо здесь и сейчас.
– Может, прокатимся? – кокетливо повела бровью Леся.
– Куда?
– Можно, ко мне… Можно, просто…
– Да мне вообще-то здесь надо быть, начальник появиться может, а у нас тут строго… – замялся он. – Но если чуть в сторонку отъехать… Он показал на груду металлолома, за которой запросто могла затеряться машина. Да и зачем ей теряться, если стекла сильно тонированные, а дверцы изнутри запираются… Главное – решиться.
– Давай отъедем…
Леся села за руль, Толик примостился рядом. И едва она стронула машину, как его рука пролезла к ней под шубу. Горячо…
– Я сейчас уплыву, и мы врежемся…
Как же ей сейчас хотелось мужика!..
Толик убрал руку, и она благополучно загнала машину в узкое пространство между горой металлического хлама и котельной. После чего она взяла инициативу в свои руки…
– Ну ты ваще! – Толик по достоинству оценил ее мастерство. – У тебя, что, мужика давно не было?
– Догадался.
– А чего тут гадать, и так видно… Да, круто, ничего не скажешь… А к тебе далеко ехать?
– Хочешь повторить?
– Не отказался бы…
Он полез в карман куртки, достал оттуда старинный серебряный портсигар, вытащил из-под резинки папиросу.
– Ух ты! – Леся сразу догадалась, что это такое.
– Ух я! – улыбнулся Толик. – Пыхнешь?
Конечно же, отказываться она не стала. После жаркого секса в самый раз дернуть косячок. Да и вообще…
После долгого воздержания анаша подействовала быстро. Леся ощутила себя вдруг гибкой вербой, в которой после долгой зимы на ярком весеннем солнце взыграли жизненные соки.
– А кокс есть?
– Да можно достать. А нужно?
– Я заплачу…
– Тогда не вопрос…
Леся смотрела на Толика, как на некое божество, которое способно было пробудить ее к жизни. А он смотрел куда-то в окно.
– Ходят, блин, тут всякие…
Она тоже проследила за его взглядом и увидела какую-то бабу. Старая с проплешинами синтетическая шуба, грязные валенки с наполовину обрезанными голенищами. Непокрытая голова, слипшиеся волосы… У Леси глаза на лоб полезли от изумления, когда она узнала эту образину.
Маклашка! Она!!!.. Да, она что-то говорила, что суд должен ее оправдать. Похоже, так оно и случилось.
– Что она здесь делает? – испуганно спросила Леся.
Ей было страшно. Что, если Маклашка увидит ее сейчас, вытащит из машины?..
– Да с котельщиком живет. Он сам такой же бомжара. Михалыч его пристроил. Там каморка в котельной. Так он и работает, и живет здесь. И шваль всякую таскает…
Лесе вдруг стало смешно. И анаша здесь, похоже, ни при чем. Ее веселил собственный страх. Как он могла бояться Маклашку, если та сейчас абсолютно ничего собой не представляла. Бомжиха позорная, шваль подзаборная. Нет рядом с ней злобных ковырялок. И беспредел она творить не может, потому что на воле она полное ничтожество. Даже Толик, и тот был против нее, хотя она ничего ему плохого не сделала…
Животик надорвать можно, как смешно. У Леси деньги, у Леси все, а у Маклашки в этой жизни абсолютно ничего нет. Леся запросто может натравить на нее того же Толика. Если надо, он замочит эту тварь за пару штук баксов. Или за пять. Или за десять… Да хоть за сто штук, лишь бы сделал… Леся чувствовала острую потребность отомстить Маклашке за свои унижения. Она обязана это сделать… Там, в тюрьме, Маклашка вытянула из нее все силы. И если Леся ей отомстит, то вернет свою силу обратно…
– Эй, что с тобой? – тряхнул ее за плечо Толик.
Она и не заметила, как ушла в себя. Маклашка давно уже скрылась в котельной, а она все пялится в окно невидящим взглядом.
– Да так… Я эту тварь знаю…
Она могла расправиться с Маклашкой прямо сегодня. Она должна отомстить, она должна вернуть свою силу обратно.
– Откуда?
– В одной камере сидели…
– В тюрьме, что ли?
– Да с наркотой накрыли…
– А-а! – понимающе кивнул Толик.
– Тебя когда-нибудь бабы насиловали?
– Нет…
– А меня, да… Всей камерой. А эта падла первая…
Леся не боялась признаваться в том, что было. Она должна была возмутить Толика. И она своего добилась.
– Точно, падла!
– Представляю, что бы ты сказал, если бы эта мразь в тебя швабру воткнула!
– Да я б ее убил!
– Ты бы смог, ты сильный… А я женщина слабая…
Маклашка даже не подозревала, какие тучи сгущаются над ее головой. А они сгущались. Вернее, Леся их сгущала. Потому что она уже чувствовала в себе силы вновь вершить чужие судьбы. Она уже становилась прежней Лесей…
– Как насчет подзаработать? – спросила она.
– Сколько? – мгновенно отреагировал Толик. Он уже понял, что от него требуется.
– Просто за бомжиху сто баксов. А за эту сволочь – пять штук!
Леся намеренно завысила планку. Чтобы уж наверняка.
– Зеленью… – жадно облизнулся парень.
– Само собой… Но сначала ты должен насадить ее на швабру…
– Сделаем… Бабки вперед!
Леся вытащила из сумочки банковскую три тысячи долларов. Все, что у нее было.
– Остальное потом!
Толик хотел возразить, но встретился с ней взглядом и потух. На него смотрела готовая к броску волчица…
Леся не узнавала себя. А если узнавала, то ту, прежнюю, смелую и отчаянную девчонку, которая играючи ставила по стойке «смирно» и мужиков, и баб…
Толик взял деньги.
– Когда?
– Вечером… Договорись с котельщиком. Он свою суку за бутылку продаст, – посоветовала Леся.
– Ну, не за бутылку… – просиял парень. – Но за сотню баксов договоримся…
Леся дала ему номер своего мобильника. Он вышел из машины, осмотрелся по сторонам и юркнул в котельную. Где-то через полчаса позвонил, и Леся сама пошла по его следу…
Толик мог просто-напросто ее обмануть. Деньги он уже взял, теперь их у него не отнимешь. Что мешало ему договориться с той же Маклашкой? Что ему стоило заманить Лесю в ловушку, обобрать ее до нитки, а тело сжечь в печи котельной?.. Но Леся уже ничего не боялась. Она точно знала, что фортуна снова повернулась к ней лицом. Она обрела прежнюю уверенность в своем праве крушить чужие судьбы…
Маклашка лежала на спинке перевернутого стула, к которой она была привязана скотчем. И рот наглухо заклеен липкой лентой. Ноги неестественно задраны вверх и разведены в сторону. В промежность наполовину вдавлена бутылка из-под шампанского. Она лежала и в ужасе смотрела на виновницу своего кошмара.
– Узнала, мразь? – злобно зашипела на нее Леся и ногой утопила бутылку по самое донышко.
Маклашка скорчилась от боли. Но Лесе совсем не было жаль эту дешевку.
– Все, конец фильма!
Она показала жертве свой фирменный дьявольский оскал, многозначительно глянула на Толика и с высоко поднятой головой направилась к своей машине.
Когда он снова зашла в котельную, Маклашка уже догорала в жарко пылающей печи. А Толик и его пособник жрали водку за упокой ее души…
4
Толик подходил ей по всем статьям. Красавчик, каких поискать, такой же отчаянный, как и она сама. К тому же они повязаны кровью… Леся была бы полной дурой, если бы отпустила его от себя.
Но она не дура. Поэтому она притащила его к себе домой. Сам он откуда-то с Урала, в Москве никого, с жильем, само собой, проблемы. Так что Леся для него – дар судьбы. И за это он должен был ее носить на руках…
И еще он должен был таскать для нее каштаны из огня. Именно этим он и занимался, убивая Маклашку. А по пути к ней домой они заехали к одному товарищу, у которого Толик разжился дурью.
Какая же она дура: столько времени прошло, как ей вернули свободу, а только сейчас решила конкретно замутить марафет. А ведь и раньше желание было. Но страшно было начать. И вообще, такой лом… Но сейчас Леся ничего больше не боялась. И столько в ней было внутренней энергии, что хотелось весь мир наизнанку вывернуть.
– Да не вопрос, тут столько ханки, что месяц из хаты можно не вылезать, – кивнул Толик.
Похоже, он только рад был бросить свою работу. Пусть. Лишь бы ее не бросал…
– Сначала надо бы квартирантов из нашей хаты выбить. Но это мы быстро…
Что верно, то верно, дома у нее ходячая проблема. И даже не одна, а две. Игнат со своей белокурой шлюхой. Сидят у нее на шее и балдеют. Хотя бы разок ее к себе в постель пригласили. Так нет же, нос от нее воротят… Тот же Игнат мог бы взять на себя заботу о ее машине. Видел же, что Леся совсем никакая. Мог бы на штрафстоянку смотаться, выкупить джип да в автосервис загнать. Но нет, ей самой пришлось за это дело браться. Взялась да разбудила в себе зверя. Теперь ей любое море по колено…
Дверь она открыла своим ключом. Игнат и его курва были дома – туфли в прихожей стояли. Нет, чтобы в шкафчик все сложить для порядка…
Навстречу ей никто не вышел. Похоже, квартиранты друг другом заняты. Дверь в их комнату закрыта. Леся прислушалась. Так и есть – скрип кровати, хрипы, стоны…
Дверь открылась легко. Хоть бы изнутри догадались закрыться. Нет, они же у себя дома. А Леся здесь вообще никто…
– Оп-ля! Трахли-вахли! – презрительно скривилась Леся.
Игнат и его краля взвились одновременно. Взвыли хором:
– Пошла отсюда!
Но Леся и не думала уходить.
– Что ты сказал?
Она чувствовала, что к ней вернулась прежняя сила взгляда. Раньше она умела превращать Игната в загипнотизированного кролика. И сейчас она смогла скрутить его расслабленную волю в бараний рог. Игнат смотрел на нее удивленно и растерянно. Никак не ожидал он от нее такого энергетического всплеска.
– Я спрашиваю, что ты сказал?
И еще Леся чувствовала поддержку со стороны. За ее спиной глыбой возвышался Толик. Всем своим видом он давал понять, что в любой момент может дать волю рукам. А Игнат никогда не отличался силой духа. Струсил он и сейчас.
– Чего молчишь, мурло? – спросила Леся. И с размаху влепила ему пощечину. Игнат же даже не попытался ответить ей тем же.
– Эй, ты чего? – подавленно пробормотал он.
– Ты на кого хайло свое открыл? – продолжала бушевать хозяйка квартиры.
– Лесь, ну ты сама подумай, мы тут… А ты врываешься…
– А ты, тварь!..
Леся так глянула на блондинку, что у той голова в плечи чуть не наполовину погрузилась.
– Это… От неожиданности… – пролепетала она.
– Сама ты неожиданность…
Хоть она и тварь, но красивая. Даже роскошная. Глазки, губки, нижняя фактура… Толик во все глаза на нее смотрит, из штанов чуть не выпрыгивает.
– Хочешь? – кивнула она на блондинку.
Толик кивнул… Еще бы он от такой крали отказался.
– Будешь… А ты со мной! – ткнула она пальцем в Игната.
Она должна была отыметь его, чтобы еще больше возвыситься в собственных глазах. А Игнат и не думал возражать. Леся хоть и не так хороша, как прежде, зато в ней снова проснулся сексуальный магнитизм… А красоту она наведет. Возможностей для этого хоть отбавляй…
Глава 20

1
Макеев сиял от восторга.
– Любонька, ты чудо! Снова первая строчка в «Супер-десять»!
Люба и сама знала, что ее новая песня уже третью неделю подряд держит первое место в самом престижном хит-параде. Страна признала ее. Люди хотят ее слушать, хотят ходить на ее концерты. И она без устали гастролирует по городам и весям – собирает залы, зарабатывает деньги.
– Ты мне лучше скажи, сколько я за этот тур собрала?
– Много, Любонька, много!.. Ты бьешь рекорды!.. Но…
– Что, но…
– Пришло приглашение. На корпоративную вечеринку… Есть такой денежный мешок, Бугримский фамилия… Предлагают пять тысяч за частный концерт…
– Обойдутся! – мотнула головой Люба.
Она только что вернулась домой с гастролей. Провела их на высоком эмоциональном подъеме, но, едва оказалась в Москве, почувствовала, что выдохлась. Ни сил, ни желания. А тут еще Макеев со своим предложением. Не хочет она петь для какого-то денежного мешка. И пусть ее не уговаривают.
– И правильно! – Но, похоже, продюсер и не собирался уговаривать ее. – Пять тысяч для звезды твоего уровня – это мало. И это меня беспокоит. Поэтому ты не должна соглашаться. Будем набивать цену…
– Вот и отлично, – улыбнулась Люба. – Пока цена будет набиваться, я, как следует, отдохну…
За неделю, что ее не было в Москве, по Рэму она не соскучилась. Не потому, что не питала к нему жарких чувств, а потому, что он все это время находился рядом. Добровольно взял на себя роль внештатного администратора. И надо сказать, справлялся со своими обязанностями неплохо. За свой счет снимал самые лучшие номера в самых лучших гостиницах. А то Макеев на это дело был скуповат – его промоутеры не очень-то хотели раскошеливаться на дорогие люксы. Наверное, они полагали, что «звездным» своим свечением артисты способны убивать тараканов и клопов в захудалых номерах…
Рэм сейчас дома. И Люба скоро отправится к нему. Решит с продюсером ряд организационных вопросов, сядет в свой новенький «Мерседес» – и к Рэму… Хорошо она устроилась в этой жизни. Любимый человек, звездный статус, деньги… А если вдруг ее звезда померкнет, то ничего страшного. Ведь Рэм ее из-за этого не бросит, и это главное.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31