А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Она испытала невероятное облегчение. Больше никаких страхов и опасений по поводу того, что будет, если родится девочка. Теперь она может расслабиться и с радостью ожидать появления малыша. Конечно, пол ребенка не должен иметь столь большое значение, и все же имел. И не столько для Ричарда, сколько для самой Ли.
В течение четырех месяцев, с того дня, как ее беременность подтвердилась, она вела непрерывную внутреннюю борьбу сама с собой. Она снова и снова повторяла, что пол ребенка должен быть ей безразличен, что он в любом случае будет желанным и любимым. Теперь Ли куда лучше понимала свою мать, родившую пятерых дочерей. Не зря старая пословица гласит: чтобы понять человека, надо побывать в его шкуре.
Доктор заверил Ли, что и она, и малыш здоровы, что беременность развивается нормально. Ли и сама чувствовала себе неплохо, за исключением утренней тошноты и сонливости, присущих большинству беременных. При соблюдении всех предписаний через четыре с половиной месяца она родит сына, что означает выполнение воли Лоренса и конец его тиранической власти над близкими ей людьми.
Сын… Ее и Ричарда сын… Он будет считаться законным внуком Лоренса Дюрана, хотя между ними нет никакой генетической связи. И, слава богу! Потому что о Лоренсе Ли могла думать только как о злобном и самовлюбленном тиране. Она была счастлива, что в ее ребенке не будет ни капли крови этого человека.
– Можете одеваться, миссис Сеймур, – сказала доктор, включая свет, чтобы ей было удобнее. Она улыбнулась Ли. – Уверена, что и вы, и ваш муж рады узнать, что у вас будет сын.
– Несомненно. Но мы были бы точно так же счастливы, будь это дочь, – ответила Ли почти искренне.
– Может быть, в следующий раз, – заметила с улыбкой доктор.
Следующий раз! Его может и не быть, пока Ли не увидит, каким отцом будет Ричард и какими станут их отношения после рождения сына. В постели они по-прежнему были очень близки, но внутренний мир мужа так и оставался для нее тайной за семью печатями.
У нее было такое чувство, что он разделил свою жизнь на части, в одну из которых ей есть доступ, а в другую – вход категорически запрещен. И он строго следил, чтобы она не нарушала установленный порядок. Иногда Ли случайно узнавала что-то о Ричарде на приемах и светских раутах, которые они посещали, из вскользь оброненных слов, но он всегда уходил от ответов, когда по пути домой она пыталась что-то выяснить. Лучшим способом отвлечения ее внимания было занятие любовью. Он это знал и беззастенчиво пользовался этим.
Ричард сейчас очень заботился о ней, Ли не могла не признать это. Поэтому, выйдя из клиники, она сразу же достала мобильный телефон, который теперь все время носила с собой по настоянию Ричарда. Был уже почти полдень и февральское солнце палило нещадно, и Ли поспешила укрыться в тени деревьев, растущих вдоль тротуара.
Ей нужно было нажать всего одну кнопку, заботливый Ричард записал все свои номера в память телефона на всякий экстренный случай. Поскольку случай был не экстренный – она просто хотела рассказать о результатах сканирования, Ли на миг заколебалась, стоит ли отрывать его от работы.
– Офис мистера Сеймура. Чем могу помочь? – на одном дыхании произнес женский голос.
– Это Ли Сеймур, жена Ричарда. Я бы хотела поговорить с ним.
– А… – последовало удивленное молчание, вызванное, видимо, тем, что Ли никогда прежде не звонила ему в офис. – Он на совещании, миссис Сеймур, но я вас немедленно соединю. Не кладите трубку.
– Но если он на совещании…
– Он сказал, что ваш звонок имеет безусловный приоритет перед всеми делами. Надеюсь, у вас ничего не случилось… – взволнованно произнесла секретарша. – Мистер Сеймур, звонит ваша жена.
И сразу же в трубке послышался резкий и обеспокоенный голос Ричарда:
– Ли, что случилось?
Приятно удивленная тем фактом, что Ричард специально проинструктировал секретаршу на ее счет, Ли чуть помедлила с ответом. Она никак не могла поверить, что она и ее малыш оказались для него на первом месте, оттеснив работу.
– Ли! – повысил голос Ричард. – Где ты? Что случилось?
– Ничего, Ричард. Со мной все в порядке. Дело в ребенке. – Она не могла сдержать улыбку. – Я просто подумала, что ты должен знать, что это мальчик. У нас будет сын.
– Сын? – Он казался ошеломленным. – Почему ты так уверена?
– Мне только что сделали сканирование. – Она не могла сдержать ноток триумфа в своем голосе. – Мальчик. Это абсолютно точно.
Ричард молчал. Когда он снова заговорил, голос его звучал осуждающе:
– Насколько я понимаю, это исследование было назначено заранее, но ты мне ничего не сказала. Почему?
Ли почувствовала себя виноватой. Ей, наверное, не следовало утаивать от него это, но она понимала, что, окажись ребенок девочкой, ей бы потребовалось какое-то время, чтобы совладать с собой и только потом сообщить ему.
– Я хотела пойти туда одна, – призналась она.
– А я хотел бы быть там вместе с тобой, Ли, – со вздохом произнес Ричард.
Этот огорченный вздох заставил ее почувствовать себя еще более виноватой. Она не дала ему возможности впервые увидеть своего ребенка.
– Извини, Ричард. Просто это оторвало бы тебя от работы средь бела дня… – пробормотала она довольно неубедительно. Сейчас она тоже отрывает его от дел, и безо всяких угрызений совести. Ее решение пойти в клинику одной было, безусловно, эгоистичным. – У меня есть видеозапись сканирования. Ты сможешь посмотреть пленку вечером, – поспешно добавила она, вовремя вспомнив о записи.
– Отлично! – обрадовался Ричард.
– Он – прекрасный малыш. С ним все в порядке, как и должно быть, – заверила Ли, стараясь сгладить ситуацию.
– Это прекрасно, Ли! Просто здорово! – Голос мужа значительно потеплел. – Там действительно можно разобрать, что это мальчик?
– Действительно. Ты сам увидишь, что сомнений быть не может. Я только что вышла из клиники и сразу же решила позвонить тебе.
– Спасибо.
Ли мысленно похвалила себя за это.
– Теперь можешь вернуться к делам.
– Мальчик… – произнес Ричард, как будто был ошеломлен этой новостью. Не восхищен, не распираем чувством триумфа, а именно ошеломлен.
Неужели пол ребенка действительно был ему совсем не важен? Многим мужчинам для самоутверждения требуется сын, наследник, и яркий пример тому – Лоренс Дюран. Вот еще подтверждение тому, что Лоренс и Ричард – совершенно разные люди.
Согретая этими мыслями, Ли горячо воскликнула:
– Вечером ты сможешь его увидеть.
– Да… вечером.
По голосу Ричарда она поняла, что он улыбается, и от этого у нее на душе стало еще теплее.
– А теперь пока, – весело сказала она и нажала кнопку отбоя.
Идя по направлению к подземной стоянке, Ли размышляла о двух сторонах характера своего мужа. Он мог быть нежным и жестоким, мягким и суровым, теплым и нестерпимо холодным.
На работе он был неизменно вежлив. Его поведение в деловой и светской жизни было доведено до совершенства. При этом Ли знала, что его сознание работает как бы на двух уровнях – поверхностном, на котором он выслушивает людей, и более глубоком, где его мозг тщательно фильтрует информацию, оставляя только самую интересную и необходимую. Она поняла это по случайным замечаниям, которые он делал, когда они оставались вдвоем.
Она не могла пожаловаться на мужа – он был добр, внимателен, заботлив. Когда встал вопрос о машине, Ричард предоставил право выбора ей, при этом стоимость не имела значения. Конечно, стать обладательницей «порше» или «феррари» было очень заманчиво, но, представив себе, как она перевозит в них глину или готовые керамические изделия, Ли справилась с соблазном и сказала, что ей нужен пикап. Ричард настоял на покупке лучшего, и теперь Ли ездила на «мерседесе ML 320».
Сев за руль, она подумала, что не ошиблась в выборе. В этой большой и сверхнадежной машине будет удобно возить ребенка и все его многочисленные принадлежности. Увидев воочию эту картину, Ли улыбнулась, завела машину и выехала со стоянки. Ее путь лежал в Роуз-Бей, где Ричард без колебаний купил дом, увидев, как он ей понравился.
Уже само название местности – Розовая Бухта – очаровало Ли, а в дом, все комнаты которого выходили окнами на бухту, она просто влюбилась. Дом был очень современным и светлым. Во многих комнатах целые стены были стеклянными, отчего солнечный свет просто лился внутрь. Дом с самого начала показался ей теплым, дружелюбным и счастливым, полностью противоположным по стилю и атмосфере внушительному и мрачному особняку Дюранов. И расположен он был по другую сторону Сиднейской гавани.
Белые стены и плиточный пол обеспечили Ли полную свободу при выборе обстановки. Она предпочла светлые и яркие тона, отказавшись от приглушенно-нейтральных. Наверное, в ней заговорили итальянские гены.
Прошедшие четыре месяца были полны событиями. Ричард честно выполнял свою часть их брачного соглашения, она – свою. Момент, когда он сделал Ли предложение, теперь представлялся ей очень далеким, хотя это случилось всего лишь в прошлом августе.
Ричард оказался добрым и заботливым мужем. Фантастическим любовником. У нее теперь есть прекрасный дом; бывшая оранжерея превратилась в мастерскую, где была установлена большая и современная обжиговая печь для керамики.
Из Брума прибыли ее вещи, и она разместила их по собственному усмотрению. Дизайнер по интерьерам много потрудился, разыскивая и приобретая по просьбе Ли мебель и украшения для дома. Ричард нанял садовника, кухарку и уборщицу, поэтому у Ли было много свободного времени, которое она с удовольствием проводила в своей мастерской, придумывая новые модели.
Он обеспечил ей беспроблемную жизнь, где каждое ее желание немедленно удовлетворялось. И все же ей не хватало… любви, глубокой и безоговорочной любви. Никакие материальные блага не могли заменить ей этого. Ее душа томилась. Кроме того, пропасть между ней и ее семьей не только не уменьшилась, но стала еще шире.
За все это время она лишь дважды случайно встретилась с Фелисити и Ванессой: первый раз в оперном театре, а второй – на открытии какого-то фестиваля искусств. Помимо вежливого «Привет!», они не обменялись ни словом. Ли не стала искать встреч с семьей, и все же эта рана по-прежнему саднила.
Однажды в одном из бутиков, где Ли теперь приобретала одежду, соответствующую статусу миссис Ричард Сеймур, она случайно столкнулась с матерью и импульсивно предложила вместе выпить кофе. К ее удивлению, Алисия согласилась, но вскоре Ли поняла, что матерью двигало не более чем простое любопытство.
– Ты беременна? – прямо спросила она, как только они сели за столик в кафе.
– Да, – ответила Ли, не сомневаясь, что для ее семьи будет большим облегчением узнать об этом. Во всяком случае, у них появится надежда избавиться от проклятия Лоренса Дюрана.
Но Алисия лишь иронично усмехнулась и заметила:
– Да, Ричард не стал терять времени даром. – Она искоса посмотрела на Ли. – Ты уже поняла, что он так же амбициозен, как Лоренс?
– Ты считаешь? – спросила Ли, оказавшись неготовой к такой стремительной атаке.
Алисия откинулась на спинку стула и с невозмутимым видом смотрела на дочь.
– Я все думаю, разрушит ли этот факт твою жизнь так же, как он разрушил мою.
На этом их разговор практически исчерпал себя, оставив в душе Ли неприятный и тревожный осадок, как ни старалась она убедить себя в том, что Ричард совсем не похож на Лоренса, а ее судьба никогда не будет походить на судьбу матери.
Эти мысли вернулись к ней сегодня, когда она ехала домой из клиники. Ли свернула на подъездную дорогу и вдруг с испугом поняла, что не заметила, как доехала. Отругав себя за такое легкомыслие – ведь теперь она отвечает не только за себя, но и за сына, Ли поставила машину в гараж и снова поймала себя на том, что думает о матери. Зайдя в дом, она направилась прямиком в свою мастерскую, где решительно набрала номер Алисии Дюран.
– Ли? – переспросила та удивленно, как будто не могла поверить, что ее младшая дочь может ей звонить.
– Я не повторю твою судьбу, мама, – решительно сказала Ли. – Я только что вернулась со сканирования. Ребенок, которого я ношу, – мальчик.
Молчание. Мгновенное удовлетворение от объявления столь важной новости угасло. Внезапно Ли поняла, что этот факт ничего не доказывает и ничего не опровергает.
– Понятно, – протянула Алисия. – Представляю, какое злорадное удовольствие ты испытала, сообщая мне эту новость.
– Нет! – закричала она. – Я только хотела… – Не договорив, она прикусила язык.
Как объяснить жгучее желание покончить, наконец, с прошлым? Попытаться выстроить новые отношения?
– Ты хотела разделить со мной свою радость? – насмешливо спросила Алисия.
– Нет, – едва слышно прошептала Ли в трубку. – Было бы глупо надеяться на это. Просто сообщи об этом Кэролайн, ладно? – безжизненным голосом сказала она. – И остальным сестрам. Рождение моего сына означает, что скоро они смогут получить свою долю наследства.
Глаза Ли наполнились слезами. Она едва успела положить трубку, как они хлынули бурным потоком. Она уже давно принимала вещи такими как есть, но после разговора с Алисией выдержка изменила ей. Видимо, даже привычная боль иногда может быть нестерпимой. Ли хотелось, чтобы у нее была мать. Был отец. Сестры, с которыми она могла бы поделиться своими проблемами. Она хотела, чтобы Ричард любил ее. Почему никто на свете не любит ее?!
Наконец приступ жалости к самой себе прошел, поток слез иссяк. Ли заметила, что инстинктивно прижимает руки к животу, и вспомнила о ребенке, хрупкой маленькой жизни, зародившейся внутри нее, о сыне, которого она сегодня впервые увидела на экране монитора. Когда родится малыш, у нее начнется совсем другая жизнь – в ней появится любовь. Материнская любовь, сыновья любовь. И если ей не дано другого, она будет счастлива этим. Она сделает все, чтобы ее малыш был счастлив. Что бы ни случилось, он никогда не будет чувствовать себя нелюбимым и отверженным.
Успокоившись, Ли поднялась в спальню, зашла в ванную и долго умывалась прохладной водой, чтобы смыть следы слез. Затем, собрав волосы на макушке, она переоделась в шорты и просторную футболку и вернулась в свою мастерскую, чтобы немного поработать. Работа с глиной всегда действовала на нее успокаивающе.
Урчание в желудке напомнило Ли о необходимости поесть, несмотря на отсутствие аппетита. Она сказала себе, что теперь должна думать в первую очередь о ребенке, и направилась в кухню. Там вернувшаяся из магазина экономка и кухарка Рене Харпер разбирала покупки.
– Готовы к ленчу, дорогая? – спросила Рене. В ее теплом и заботливом отношении к Ли было что-то материнское, и Ли не переставала радоваться, что из всех претенденток с их блестящими рекомендациями она выбрала эту полную, добрую женщину средних лет.
– Не беспокойтесь, Рене. Я сделаю бутерброд и съем его с соком.
– Я купила несколько авокадо. Они очень питательны и полезны для малыша. Хотите?
– Спасибо. Я съем одно.
За едой Ли рассказала Рене о сканировании. Ее очень тронула восторженная реакция женщины, которая тут же начала рассуждать о характере маленьких мальчиков. От этого непритязательного разговора у Ли поднялось настроение, и, вернувшись в мастерскую, она с энтузиазмом принялась за новую вазу.
Она не заметила, как пролетело время. Стук в дверь отвлек ее внимание от почти готовой вазы. Та немедленно скукожилась, превратившись в неказистый комок глины. Раздраженная Ли повернулась к двери.
– В чем дело? – Все служащие в доме знали, что часы ее работы в мастерской священны.
Дверь приоткрылась. На пороге с извиняющимся видом появилась Рене, за спиной которой Ли увидела свою мать.
– Миссис Дюран настаивала…
С руками, по локоть испачканными во влажной глине, Ли встала со своего табурета и молча смотрела, как изящная Алисия Дюран протискивается в комнату мимо внушительной фигуры Рене. Оказавшись, наконец, в мастерской, Алисия замерла, недоуменно глядя на полки, где стояли горшки и вазы. Не в силах скрыть потрясения, она посмотрела на дочь.
– Это все сделала ты? – спросила она даже с некоторым благоговением в голосе.
– Да, – сдавленно ответила Ли, точно так же не в силах справиться с потрясением. Она кивнула Рене. – Спасибо. Все в порядке.
Дверь закрылась.
Алисия медленно обошла пьедестал, на котором стояла высокая ваза, раскрашенная различными оттенками голубого, что создавало эффект хрусталя.
– Твоя работа? – спросила она, осторожно прикасаясь к вазе.
– Моя.
– Очень красиво. – Алисия покачала головой. – На самом деле очень красиво.
Изумленная до предела всем происходящим, Ли только и смогла выдавить:
– Спасибо.
Алисия продолжала свою экскурсию по комнате, разглядывая все и касаясь отдельных предметов. Ли не понимала, что происходит. Почему Алисия здесь? Что означает этот неожиданный визит?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15