А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Не сможет потому, что у нее не было необходимых знаний, чтобы хотя бы сформулировать с помощью цифр направление такого полета. И даже само понятие координат в трехмерном пространстве не укладывалось в ее голове. Но со временем, овладев всеми необходимыми устройствами корабля, она, быть может, сумеет посадить его на поверхность любого встретившегося им мира… А затем, оттолкнувшись от его поверхности в своем сне, она вернется…
Миллионы миров лежат на пути летающей ордосской башни, и все, что ей нужно, — это время. Нет, ей нужен еще и полный контроль над этой летающей тюрьмой.
Нельзя допустить разрушения и хаоса в этом маленьком железном мирке. Выиграв время, она сможет освоить управление ордосским кораблем — впервые это незнакомое слово четко возникло в ее сознании. Ружана не знала, почему летающая башня называется этим странным именем, может быть, потому, что океан пустоты своей беспредельностью напоминал другой, живой океан, по которому странствовали настоящие корабли?
Слишком быстро пролетел единственный час, отведенный ею для отдыха. Она потратила его так бездарно, словно бабочка о стекло, разбивая себе крылья о наружную броню корабля… Пора было возвращаться к насущным делам, к незавершенным переговорам с бывшими рабами, к проблеме воды и пищи для всех, кто остался в живых.
И по-прежнему она не знала, хватит ли у нее на все это сил, выдержит ли она, справится ли?
— Ты справишься, Ружана, я в тебя верю… — Словно легкий шепот, словно вздох, словно воспоминание, коснулись ее слуха эти никем не произнесенные слова. И, стиснув зубы, сжимая в руке оружие, она вновь заставила себя погрузиться в кошмарный мрак бесконечных пролетов аварийной лестницы, где на каждом шагу ее поджидала опасность.
ГЛАВА 28
Добравшись до дверей восьмого уровня, княжна обнаружила, что на двери, ведущей в помещения обращенных, появилось отверстие.
Оно было небольшим — всего сантиметров десять в диаметре, но вполне достаточным, чтобы просунуть в него ствол оружия. Она каждую минуту ожидала здесь какой-нибудь неприятности и потому заметила отверстие вовремя, до того как попала в возможный сектор обстрела. Но луч ее фонаря наверняка увидели те, кто сумел прожечь это отверстие в двери из двойного стального листа.
Подтвердились ее худшие опасения — в блоке обращенных остались живые люди, и дыра в двери — это только начало. Тем, кто ее прорезал, ничего не стоило расправиться с замком, и она не понимала, почему они не сделали это сразу.
Теперь начнется кровавая борьба за запасы продовольствия и за каждое помещение корабля. Ей нужно ускорить создание боевой дружины, даже если ради этого придется принимать самые крутые меры.
Не зажигая больше фонарь и осторожно проверяя ощупью каждую ступеньку, она вновь медленно, двинулась вперед. Но, вместо того чтобы прислушаться к голосу благоразумия и поскорее миновать опасную зону, она подошла вплотную к двери и убедилась в том, что мины, которые она здесь установила во время прошлой экспедиции, стоят на своих местах, а их электронные выключатели находятся в рабочем положении. Когда она закончила эту опасную проверку и собралась идти дальше, из дыры над ее головой раздалось тихое неразборчивое бормотание, произведшее на нее впечатление гораздо более сильное, чем крик.
Она прижалась к стене и замерла неподвижно, боясь вздохнуть и выдать себя малейшим движением. Сейчас она находилась как раз посередине сектора обзора этой проклятой дыры. Голос повторился, и теперь она разобрала слова, произнесенные шепотом:
— Эй, кто там? Не бойтесь! Я только хочу поговорить!
То, что ее невидимый собеседник опасался быть услышанным, заставило Ружану спросить:
— Что тебе нужно?
— Нам нужны медикаменты и продукты. У нас есть раненые, помогите нам отсюда выбраться!
— Проблем и без вас хватает. Оружие у вас есть?
— У нас нет оружия, его захватили другие, и они убьют нас всех, если вы не поможете.
— Кто это «другие»?
— Те, кто после аварии сохранил верность ордосам. Их немного, сейчас они пытаются взломать дверь с противоположной стороны, только поэтому я могу говорить с вами.
Ружана знала, что аварийные лестницы расположены симметрично друг другу. Она заминировала оба выхода на лестничные площадки, на какое-то время это задержит любого, кто попытается там пройти, но этого времени оставалось все меньше. Ей хотелось поверить этому человеку, она чувствовала, что он говорит правду, но сейчас не могла себе этого позволить. Когда у нее появится вооруженная дружина, она подумает, что можно сделать, а сейчас ее мало трогала судьба этих существ, назвать которых людьми после всех совершенных ими преступлений не поворачивался язык. С другой стороны, союзник в лагере обращенных мог ей пригодиться, и она спросила:
— Как тебя зовут?
— Ордосы назвали Дином, а когда я был человеком, меня звали Росаном.
— Ты помнишь свое настоящее имя?
— Я вспомнил его недавно, после катастрофы. Те, другие, не помнят своих имен.
— Я постараюсь тебе помочь, Росан. Вывешивай из этой дыры тряпку, когда поблизости не будет твоих врагов, и ты сможешь говорить со мной. Я свяжусь с тобой позже.
Не обращая больше внимания на его приглушенные мольбы открыть дверь, она продолжила подъем.
Эта неожиданная встреча выбила княжну из колеи. Подъемы и спуски по темным лестницам, перетаскивание грузов и схватка с Гронтом настолько вымотали ее, что она с трудом переставляла ноги.
Только этим и можно объяснить ее непростительную ошибку, когда она, захватив первую порцию продовольствия и воды, вновь решила навестить корабельных рабов. Почему-то ей показалось, что ее объяснения с Гронтом были достаточно убедительны и ей нечего опасаться. Спустившись до уровня, на котором располагался Гронт со своими людьми, она не приняла никаких мер предосторожности и даже не вынула из кобуры пистолет. Очевидно, продукты и вода, которые она несла с собой для голодных людей, казались ей вполне весомым аргументом. Не задумываясь о возможных последствиях, она вставила в щель карточку, замок щелкнул, и, распахнув дверь, она сразу же шагнула внутрь.
Странная тишина, царившая в помещении, мгновенно насторожила ее. Люди стояли, сгрудившись в глубине, все как один с застывшими, обращенными к ней лицами, и среди них не было Гронта… Острое чувство опасности обдало ее холодом, но было уже поздно.
Сзади на нее бросились сразу два человека, притаившихся с обеих сторон лестницы. Один из них попытался накинуть ей на шею проволочную петлю, и только нечеловеческая реакция помогла ей защитить горло ладонью.
Петля захлестнулась и притянула захваченную руку к шее с такой силой, что Ружана едва сдержалась, чтобы не закричать от боли.
— Живой, она нужна мне живой! — проревел Гронт. Его утробный голос шел откуда-то со стороны, в этом нападении он лично решил не принимать участия. Недавний урок, который она ему преподала, явно пошел на пользу.
Свободной у нее теперь оставалась только левая рука, и Ружана не могла ею дотянуться до кобуры с пистолетом и даже замахнуться для удара. Напавшие на нее люди успели приблизиться вплотную, и второй, у которого руки оставались свободными, обхватил ее за талию и попытался бросить девушку на землю. Это было его ошибкой. Она не стала сопротивляться. Неожиданно для нападавшего резко нагнулась и, перебросив его через себя, вместе с ним кувырком покатилась по невысокой лестнице.
Рывок, усиленный весом двух человеческих тел, выбил из рук второго нападающего конец проволочной петли, но стоил Ружане вспышки невыносимой боли — проволока впилась в кисть руки и прорезала ее почти до самой кости.
Оказавшись на полу, княжна первой вскочила на ноги, но это было уже бесполезно. Теперь с разных сторон на нее бросились еще пять человек с заранее приготовленными веревками в руках, и единственное, что она успела сделать, до того как ее схватили, так это избавиться от проволочной петли и усилием воли подавить боль в разрезанной ладони.
— Вяжите как следует! Леди слишком резво умеет махать своими нежными ручками. И перевяжите ей ладонь, иначе она потеряет сознание до того, как мы успеем с ней поговорить.
Приказ Гронта был мгновенно выполнен. Теперь она стояла перед ними обезоруженная и обмотанная снизу доверху толстенной веревкой, похожей на корабельный канат, конец которой торжественно вручили Гронту. Этот символический акт передачи пленницы ее законному владельцу был встречен одобрительным ревом всех присутствующих.
Ружане с трудом удавалось сдерживать кровавую пелену ярости, помогавшую бертранцам выстоять в кольце гораздо более опасных врагов, она не хотела никого убивать и все еще надеялась завершить стычку переговорами.
— Чего вы добиваетесь?! — крикнула она, перекрывая рев толпы. — Вы хотите остаться голодными?!
— Не слушайте ее! Сейчас она покажет нам дорогу к своим запасам!
— А вот это у вас не получится! — проговорила она во внезапно наступившей тишине. — Возможно, вам удастся меня убить, заплатив за это дорогую цену собственными жизнями, но никому еще не удавалось заставить витязя бертранцев сделать что-нибудь вопреки его воле.
Послышались возгласы:
— Вы слышали? Она бертранец!
Лишь теперь почувствовав, какое опасное дело они затеяли, люди отшатнулись, и она с Гронтом остались в круге освободившегося пространства.
— Ну что же, сейчас мы проверим, какой ты бертранец, ордосская шлюшка! Передайте мне хлыст! Тот самый, что вы отобрали у охранника!
В руках у Гронта немедленно оказалась короткая черная палка, и Ружана с ужасом узнала электронный хлыст, ударом которого можно заставить повиноваться любого, даже самого упрямого раба.
Прежде чем княжна успела подготовить к удару свою нервную систему, сверкнула вспышка электрического разряда, и ослепительная боль пронзила все ее тело. Она едва не закричала, согнувшись от этой боли, но в следующую секунду, прежде чем Гронт успел повторить удар, эта боль внутри ее перешла в ту самую кровавую ярость, появления которой княжна старалась избежать всеми силами. Теперь она уже ничего не могла с этим поделать. Ее мышцы превратились в стальные канаты, веревки, опутывавшие ее тело, лопнули, как гнилые нити, а все остальное заняло в ее сознании короткий затуманенный миг — словно пронесся тайфун. Когда она пришла в себя, пять неподвижных тел лежали вокруг. А оставшиеся в живых обитатели этого места, из тех, у кого хватило ума не вмешиваться в драку, стояли, вжавшись в стены помещения, и с ужасом смотрели на нее.
Нагнувшись к неподвижно лежавшему Гронту, она забрала у него свое оружие, неторопливо водрузила пояс с пистолетом и ножом на привычное место и лишь затем обратилась к оставшимся в живых людям:
— Все могло закончиться гораздо хуже. В состоянии боевого транса я не контролирую свои действия. В Бертранском монастыре нас долго и хорошо учили убивать. Впрочем, не только этому. Я пыталась вас предупредить, но вы не слышали меня. А теперь уберите трупы и давайте наконец займемся делом. Я обещала вас накормить. Мне понадобятся два человека для переноски воды и пищи и еще шестеро в охрану. Кто из вас раньше входил в команду Гронта?
Таких осталось в живых всего четверо, и ей самой пришлось подбирать недостающих кандидатов в свою дружину.
Она включила фонарь и, проведя его лучом по их застывшим лицам, отобрала тех, кто не был полностью подавлен ужасом происшедшего на их глазах убийства пяти человек во главе с предводителем команды. Кроме этого, она выделила из толпы миниатюрную миловидную девушку, смотревшую на нее с непонятным восторгом, и решила, что ей не помешает иметь компаньонку, человека, с которым можно поделиться своими мыслями, просто поговорить, когда у нее возникнет такая потребность.
— Как тебя зовут?
— Юджина…
— Ты входила в команду Гронта?
— Раньше, госпожа, входила, но потом я ему надоела, и он меня выгнал.
— Ты тоже пойдешь со мной.
Сейчас все они повиновались ей беспрекословно. Перед уходом, не собираясь в ближайшее время сюда возвращаться, она решила кое-что прояснить,
— Вам известно о том, что башня, в которой мы все находимся, взлетела в небо и теперь устремилась прочь от нашего мира?
Ропот недоумения и недоверчивые возгласы подтвердили ее худшие опасения. О том, что произошло, они не имели ни малейшего представления.
— Вам придется в это поверить. Никто не знает, когда и где закончится наш полет. Продовольствие, вода, воздух — пока все это есть в достаточном количестве. Но если вода и воздух восстанавливаются механизмами башни, то продовольствие нам неоткуда будет пополнить, пока мы не достигнем какого-нибудь пригодного для жилья мира.
Нам придется экономить каждую крошку. Пища будет распределяться между всеми, все будут получать равные порции, достаточные для того, чтобы не умереть с голоду. Это все, что мы можем сделать. Экономить продукты придется всем, и никто не посмеет отобрать у своего товарища силой или хитростью его порцию. Мои люди проследят за этим. Ну, а каково будет наказание для тех, кто попытается нарушить этот запрет, вы, наверно, уже догадались. У нас много лишних ртов, и я с удовольствием избавлюсь от самых жадных.
Закончив эту короткую впечатляющую речь, Ружана в сопровождении отобранных ею людей направилась к двери, но, прежде чем выйти, вновь обратилась к оставшимся:
— Я собираюсь запереть вас. На первое время, пока между нами не установится полное доверие, это необходимо. Есть какие-нибудь вопросы?
Вопросы были. Преобладали в основном пищевые проблемы. Как распределять пищу, в какое время ее будут выдавать? Но был и один, более существенный: что делать с трупами? Оставлять их в закрытом помещении нельзя. Здесь довольно высокая температура, не меньше двадцати двух по Цельсию, и сейчас пленникам не хватало только эпидемии.
— Отнесите их на седьмой уровень. Там есть специальная упаковка. Я покажу, что нужно сделать.
Пришлось в похоронную команду выделить еще четверых, и, сопровождаемая целой толпой, она наконец покинула место, где ей только что пришлось пролить человеческую кровь.
Теперь, чтобы достигнуть очищения, ей предстоит долгий пост и тренировка психики по специальной программе, но сейчас она не хотела об этом думать.
Пока с основными делами было покончено, посты расставлены, а дневная норма продовольствия отправлена вниз и распределена между всеми, прошло еще немало долгих часов. Представление о времени внутри корабля было весьма относительным. И Ружана решила, что каким-то образом его придется измерять, иначе вся жизнь здесь превратится в цепочку безымянных дней.
Теперь же она просто валилась с ног от усталости. После боевого транса ее организму требовался длительный отдых. Убедившись еще раз в том, что она сделала все необходимое на первых порах, княжна, прихватив с собой Юджину, отправилась в свою маленькую крепость.
ГЛАВА 29
Впервые с начала катастрофы Ружана могла позволить себе полноценный отдых. Но после того как княжна оборудовала для Юджины уголок, отделенный от остального помещения матерчатой ширмой, выяснилось, что больше всего ей не хватало обыкновенного человеческого общения. И когда девушка, перед тем как отправиться спать, осведомилась, не нужно ли чего госпоже, Ружана ответила:
— Поговори со мной. Расскажи о себе, о том, как ты здесь оказалась.
Она усадила Юджину на край своей постели, пододвинула столик с консервированными фруктами и приготовилась слушать. Слушала, впрочем, она не слишком внимательно. Ей вполне было достаточно звучания тихой человеческой речи — словно ручеек струился между камнями. Но так продолжалось до той минуты, пока ее ушей не коснулись слова: «Песчаный дракон». Ружана вздрогнула, уставилась на Юджину и попросила повторить эту часть рассказа еще раз.
— Мы жили спокойно и тихо. Никто не обращал внимания на наш бедный дом до той поры, пока не появился этот юноша… Он пришел из пустыни и возник на пороге нашего дома глубокой ночью едва живой… Он умирал от жажды и от яда песчаного дракона…
— Его укусил песчаный дракон?
Юджина отрицательно покачала головой:
— Нет, позже, когда он немного пришел в себя, он сказал, что напился его крови… Что с вами, госпожа? На вас лица нет!
— Ничего. Продолжай. Как он выглядел?
— В ту ночь он выглядел неважно… Даже цвет волос под слоем песка и грязи нельзя было различить, а все лицо покрылось коростой, губы потрескались… Потом, когда я отмыла его, оказалось, что он красив… У него были светлые волосы и голубые глаза…
Ружана резко вскочила и стала нервно мерить пространство комнаты шагами.
— Мне продолжать? — робко осведомилась девушка, не понимая причины ее волнения.
— Продолжай! — Теперь в голосе Ружаны звенел металл.
— Постепенно он стал поправляться, хотя отец говорил, что это невозможно, никто не выживает, отравившись ядом песчаного дракона.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42