А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Никто не поверит, что наш Бог щедр, когда в их желудках пусто.
– И что ты можешь предложить, чтобы изменить суровую действительность этих темных времен?
– Голос церкви должен громче и увереннее звучать в залах Прайд-касл. Пусть отец Жерак со всем нашим уважением и благодарностью удалится на отдых, а ты будешь говорить голосом церкви безо всякого смущения.
– И что, по-твоему, должен провозгласить голос нашей церкви? – В словах Бателейса отчетливо прозвучали нотки скептицизма.
– Надо открыто возразить против политики лорда Прайди, – настаивал брат Реанду. – Против поголовного призыва на военную службу, против дополнительных налогов. Против страданий простых людей. Берниввигар пользуется возможностью и говорит, что сегодняшние страдания подготавливают людей к неминуемой кончине. Неужели мы ничем не отличаемся от самхаистов, если не можем возразить против действий жестокого правителя?
На короткий миг глаза Бателейса гневно вспыхнули.
– Мы живем здесь только благодаря благосклонности лорда Прайди, – напомнил магистр. – А он понимает, что в случае неудачи лорда Делавала в этой кампании лорд Этельберт захватит земли Прайда.
– А лорд Делавал сделает то же самое, если выиграет войну, – возразил брат Реанду, – Фактически он уже добился этого, только не изменил названия страны.
– Для таких людей, как лорд Прайди, это очень существенно.
– Неужели дело только в этом, магистр? Неужели все страдания только ради гордости одного человека? Всем известно, что лорд Прайди почти пообещал помощь противникам Делавала, пока надеялся на заверения лорда по поводу наследования трона в Этельберте. Только из-за несчастного ранения принца и невозможности появления наследников произошел разрыв, и наш правитель счел посулы Делавала более соблазнительными. Но даже и в этом случае после смерти лорда Прайд должен отойти к Делавалу.
– Ты слишком увлекаешься политикой, брат. Предупреждение в голосе магистра слегка остудило пыл брата Реанду.
– Это единственное, что может оказать реальную помощь нашим прихожанам, – ответил он.
– Я что-то не припомню, чтобы лорд Прайди интересовался нашим мнением.
– Тогда в чем состоит наша цель? – воскликнул брат Реанду, но быстро потупился под суровым взглядом магистра Бателейса.
Неожиданно брат Реанду почувствовал, что ему трудно дышать, настолько враждебным стало выражение лица Бателейса. В голове монаха смешались гнев, разочарование и страх, и эти чувства не давали вырваться негодующим словам.
– Возвращайся к своим обязанностям, – приказал магистр. – Если ты действительно хочешь мне помочь, то отыщи способ покончить с самхаистами. Я подумаю над твоими словами относительно отца Жерака, поскольку придерживаюсь того же мнения. Отец-настоятель в данный момент не может противостоять Берниввигару. Да что там, в данный момент он даже не может без посторонней помощи умыться! Но предупреждаю раз и навсегда – остерегайся подобных высказываний о лорде Прайди. Власть даже такого непостоянного правителя лучше для народа Прайда, чем безвластие. А твое возмущение, брат мой, может повлечь за собой изгнание церкви Святого Абеля из страны.
Реанду настолько был охвачен яростью и разочарованием, что только и мог произнести:
– Слушаюсь, магистр.
Эти слова прозвучали уже вслед уходящему Бателейсу.

Глава 24
ЗНАМЕНИТЫЙ МЕЧ ПРАВИТЕЛЯ

Удар могучего кулака Баннаргана чуть не сорвал деревянную дверь с петель.
– Лучше по-хорошему отворить дверь, – крикнул он. – Она вам еще понадобится, когда война придет на север!
Воин снова стукнул по неплотно пригнанным доскам, и дверь прогнулась внутрь. После этого щеколду отодвинули, и в щели показалось покрытое грязью лицо старухи.
– Если вы пришли за деньгами для лорда, то у нас не осталось ни одной монетки, господин.
– Нет, не за деньгами, – ответил Баннарган. – Я верю, если бы у тебя завелись деньги, ты уплатила бы налог правителю Прайда.
– Тогда за чем? Хотите получить продуктов? Но разве нам самим уже не позволено хоть что-то съесть?
– И не за продуктами, – терпеливо произнес Баннарган. – На востоке замечен отряд солдат лорда Этельберта. Нам нужны люди.
Женщина пронзительно вскрикнула и налегла на дверь, пытаясь задвинуть щеколду, но мощная рука Баннаргана без труда свела на нет ее усилия. Вместе с двумя спешившимися солдатами он вошел в единственную комнатенку бедного жилища.
– Да ведь вы забрали моего мужа, и теперь никто не знает, жив ли он еще! Вы забрали и братьев, и ни от одного из них нет весточки. Чего вам еще надо?
– Твоему сыну уже минуло пятнадцать зим, – ответил Баннарган.
– Он умер! – взвизгнула женщина. – Я сама убила его. Лучше так, чем посылать в кровавую мясорубку!
Почти не слушая криков хозяйки, Баннарган жестом указал солдату на занавеску, разделявшую комнату на две части. Тот без слов отдернул кусок материи, и за ней оказалась узкая кровать, состоящая всего лишь из деревянной рамы и охапки соломы. Солдат оглянулся на командира, и Баннарган кивком приказал ему продолжать поиски.
– Он умер, я же вам сказала! – со страхом в голосе кричала женщина. – Я накрыла его лицо подушкой и придушила, пока мальчик не проснулся. Это милосердная смерть.
– Если бы я поверил твоим россказням, я должен был бы тебя наказать, – рассудительно заметил Баннарган.
– За убийство? Он – мой сын, и я могу делать с ним все, что захочу.
– За кражу имущества, принадлежащего лорду Прайди, – возразил великан. – Все жители Прайда являются собственностью правителя, и ты не имеешь права распоряжаться его имуществом. И не важно, что он твой сын.
Он еще раз кивнул солдату, и тот перевернул койку. Под ней на полу скорчились мальчик-подросток и его младшая сестренка.
– Пошли, – скомандовал солдат, взял мальчишку за руку и рывком поднял с пола.
Девочка громко расплакалась, а старуха рванулась наперерез солдату. Но Баннарган схватил ее за одежду и не дал сделать ни шагу. Женщина попыталась вывернуться, но Баннарган обхватил ее за плечи и лишил возможности двигаться.
– Подлые псы! Вы не можете забрать его у меня! Вы не можете увести мальчика!
Баннарган покрепче обхватил ее рукой и приподнял, так что лицо женщины оказалось на одном уровне с его лицом.
– Глупая женщина! Если мы не соберем людей и не выступим против Этельберта, его солдаты разнесут в щепки не только дверь, но и весь твой домишко. Они убьют твоего мальчишку, когда у него даже не будет оружия, чтобы себя защитить. А еще… – Баннарган криво усмехнулся. – Может, на тебя они и не польстятся, но наверняка изнасилуют девчонку, причем все по очереди, а потом бросят, сломленную и искалеченную. Может, она и достаточно взрослая, чтобы родить ребенка, но разве ты этого хочешь? Зачем тебе ублюдок, отца которого ты никогда не узнаешь?
Женщина разрыдалась и не могла ответить ни слова. И сопротивляться тоже не осталось сил. Баннарган разжал руку и оттолкнул ее от себя, потом в сопровождении двух солдат, подхвативших мальчика под руки, молча покинул дом.
– Этот двенадцатый, – сказал один из солдат, как только они оказались на улице.
– На сегодня достаточно, – вздохнул Баннарган. – Отведите его в замок, выдайте кожаный кафтан и оружие. – Он повнимательнее присмотрелся к подростку и даже пощупал его худые руки. – Хватит ему и копья. Он все равно не сможет нанести ни одного стоящего удара мечом.
Не дожидаясь солдат, Баннарган вскочил на коня и повернул к замку. Он не хотел показывать солдатам своего дурного настроения. Знаменитый воин считал подобное занятие отвратительным и от всей души ненавидел отрывать мужчин – а теперь и совсем мальчишек – от семей. Пронзительные крики женщины все еще резали ему уши, и Баннарган хлестнул коня, пытаясь как можно скорее избавиться от этих назойливых звуков.
Солдаты с очередным новобранцем остались далеко позади, и Баннарган в одиночестве приближался к Прайд-касл, стараясь не обращать внимания на враждебные взгляды встречных крестьян. Военные потери за последние шесть месяцев затронули каждую семью в Прайде. Временами Баннарган сомневался, что его страна выживет после затянувшихся сражений. Почти целое поколение мужчин оказалось под угрозой истребления из-за захватнических притязаний лорда Этельберта. Уже сейчас списки убитых насчитывали более трехсот человек; в одном только сражении на границе полегло около полутора сотен солдат.
По дороге к замку Баннарган вспоминал давние дни, когда люди Прайда сражались против поври, а лорд Этельберт со своими отрядами, занимал позиции на той же линии к северу от них. Тогда правитель самой обширной территории в юго-восточной части Хонсе спас жизнь и ему самому, и принцу Прайди, и многим другим, угодившим в западню кровожадных карликов. Но уже в те времена Баннарган различал признаки надвигающихся бед. Строительство дорог было закончено, и удобные пути пересекли Хонсе от Делавалтауна до самого Этельберта, проходя через Прайд и Каннис, вплоть до самого Палмаристауна в устье великой реки. По этим путям двигались армии против поври, и по ним же проходили солдаты, направляемые волей тщеславных правителей, желавших расширить границы влияния. Палмаристаун уже находился под властью Дела-вала, а весь юго-восток захватил Этельберт.
Земли Прайда, к несчастью для местных жителей, лежали как раз посередине между владениями двух влиятельных правителей.
Подъемный мост через заново выкопанный ров был опущен, и лучший защитник Прайда, самый известный в стране воин, не снижая скорости, с грохотом проскакал по деревянному настилу моста между двумя сторожевыми башнями – тоже сооруженными совсем недавно. В просторном дворе замка он остановил коня, соскочил на землю и бросил поводья могучего жеребца двум подбежавшим конюхам.
Справа от Баннаргана виднелась личная часовня лорда Прайди, позади нее раскинулся небольшой сад под открытым небом, через который в замок частенько наведывался Берниввигар со своими просьбами и предложениями к правителю. Строение часовни было одним из самых ранних сооружений замкового комплекса, и его стены заметно выделялись по цвету среди остальных построек. Архитектура часовни, согласно древним обычаям, не отличалась изысканностью – в толстенных стенах виднелись узкие прорези окон. В стороне стояла единственная деревянная постройка – длинный барак, почти пустой в это время суток, поскольку почти все солдаты несли службу на стенах и в городе.
Напротив главных ворот возвышалась главная башня, где располагались личные апартаменты лорда Прайди; крытый переход соединял его комнаты с залом для приемов и обширной столовой. При виде Баннаргана двое стражей торопливо распахнули тяжелые створки высокой двери и неподвижно замерли по стойке «смирно» в ожидании командира.
Нижнее помещение башни – единственное квадратное помещение – было почти не обставлено мебелью, лишь два кресла с высокими спинками стояли на толстом ковре перед огромным камином. Взгляд Баннаргана скользнул по пустым креслам и остановился на пустых крючках над камином. Совсем недавно там висел великолепный меч Прайди, подаренный братьями святого Абеля. Несколько дней назад лорд Прайди перенес его в личные покои, опасаясь завистливых взглядов благородных представителей свиты лорда Делавала. Каждый раз во время их визита ему приходилось одаривать гостей монетами или ценными предметами роскоши, и лорд Прайди не сомневался, что прекрасный меч, превосходящий все, что могли предложить мастера Хонсе, стал бы предметом зависти. С этим сокровищем правитель Прайда не согласился бы расстаться ни за какие блага.
Баннарган с удивлением, отметил, что его друг и господин не сидит за завтраком, как было принято в этот час дня. Он шагнул налево, к лестнице, ведущей в жилые комнаты, но остановился на первой ступеньке, услышав женские крики. Вслед за тем раздались ругательства Прайди: «Шлюха! Дохлая рыба!»
Воин опустил голову и тяжело вздохнул. Все это было ему знакомо. Согласно слухам, лорд Прайди чуть ли не ежедневно требовал новую женщину. Как правитель страны, он имел полное право уложить к себе в постель любую женщину или девушку, старую или молодую. Но, по мнению Баннаргана, ни одну из них нельзя было назвать его любовницей, несмотря ни на какие усилия монахов с их священными камнями, несмотря на многочисленные жертвоприношения, совершенные Берниввигаром за последние годы.
Неудачи следовали одна за другой, и каждый раз Прайди, сгорая от стыда, обвинял в этом женщин, обзывая их шлюхами или дохлыми рыбами, намекая на отсутствие мало-мальски развитого воображения в постели даже у самой искушенной проститутки.
На верхней площадке мелькнула фигура женщины лет двадцати, которая могла бы показаться хорошенькой, если бы не отсутствие передних зубов, и устремилась вниз по ступенькам. Небрежно наброшенная накидка едва прикрывала ее аппетитные формы, босые ноги звучно шлепали по деревянным ступеням, а по лицу бежали ручейки слез.
Баннарган узнал женщину и даже вспомнил, как отправлял ее мужа вместе с очередным подкреплением на южный фронт. Неудавшаяся любовница едва взглянула на высокого воина и, не переставая всхлипывать, побежала к выходу. Баннарган проводил ее взглядом, а потом снова посмотрел наверх. Теперь на той же площадке показался совершенно обнаженный и наполовину возбужденный лорд Прайди. Лицо правителя раскраснелось от разочарования, а крепко сжатые кулаки, казалось, ищут цель для удара.
– Дохлая рыба! – снова крикнул Прайди, сильно стукнул по перилам лестницы и скрылся в спальне.
Баннарган покачал головой, потом отошел к креслам, налил себе вина из запасов принца и уселся перед камином. Некоторое время он неподвижно наблюдал за тлеющими углями, голубоватыми и красными огоньками и тонкими струйками дыма, исчезавшими в дымоходе. Спустя полчаса к нему присоединился Прайди.
– Негодная шлюха, – сердито произнес он, наполнил свой кубок, выпил, добавил еще и только потом предложил своему товарищу снова налить вина. – Разве я многого требую? Всего лишь каких-нибудь других звуков, кроме хныканья, и простейших движений!
– Но ты хотя бы приблизился к цели? – спросил Баннарган.
Прайди поставил кубок на широкий подлокотник кресла и обеими руками потер покрасневшее лицо.
– Лучше бы поври совсем лишили меня половых органов, – пробурчал он, – а заодно и желаний, до сих пор кипящих в теле.
– Ты гоняешься за сокровищами дракона, – заметил Баннарган, – а его следы ведут сразу в нескольких направлениях. Разве такая охота не стоит затраченных усилий и времени?
– Я жажду лишь сладости женщины, – поправил его лорд. – Женские прелести находятся прямо передо мной, на расстоянии вытянутой руки, но я никак не могу их получить! Разве нормальный человек в силах вынести такое разочарование?
Баннарган усмехнулся и поднес к губам кубок с густым ароматным вином с западных виноградников лорда Делавала.
– Мед становится только слаще после долгого ожидания, – произнес он.
Прайди рассмеялся, хотя оба они прекрасно понимали, что дело вовсе не только в легкомысленных забавах любвеобильного правителя. Если бы Прайди преуспел в своих усилиях – а он нередко был так близок к цели, – если бы он смог произвести на свет наследника, политика всех действующих ныне правителей изменилась бы коренным образом и это пошло бы на благо подвластной ему стране. Лорд Этельберт не назвал Прайди своим преемником и наследником по единственной причине – он был уверен, что у Прайди не будет детей.
В соглашении между правителем Прайда и самым могущественным лордом Хонсе тоже учитывалось это обстоятельство. По договору после кончины Прайди в отсутствие у него детей земли отойдут Делавалу или его наследникам. Рождение сына Прайди могло изменить к лучшему условия договора для его страны.
– Разочарование могло бы быть еще больше, если бы в твоем теле не тлели угли прежнего пожара, – заметил Баннарган.
Воин сознавал, что на всей земле только ему одному позволено говорить с правителем о таких вещах, поскольку только он был в курсе всех подробностей интимной жизни лорда.
– А удача была так близко, – вздохнул Прайди, осушил свой кубок и снова наполнил его вином.
– Принц Йеслник сражается на юге, – доложил Баннарган. – Его знамя заметили на поле боя. Ходят слухи, что он сам возглавляет одну атаку за другой.
– По твоему голосу не скажешь, что ты этому очень-то веришь.
– Принца Йеслника едва ли можно назвать настоящим воином. Скорее всего, в сражениях участвуют его сподвижники, а сам принц наблюдает за битвой из окна удобной кареты, стоящей далеко в тылу. Мне кажется, что за исключением небольших государств, вроде Прайда, больше нигде правители не принимают участия в сражениях.
– Делавал в свое время неплохо сражался, как и Этельберт, проявивший себя в битвах на востоке лет десять назад.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41