А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Да, тогда была совсем другая жизнь, – пробормотал он кипящей на огне похлебке.
Сожаления о прошлом быстро испарились, как и всегда бывало с Гарибондом, и он обратился мыслями к более приятным воспоминаниям, к Динарду и Сен Ви. Удивительно, как за сравнительно короткий срок женщина смогла настолько сильно затронуть его душу. И еще он с радостью думал о Брансене, этом неловком и искалеченном мальчике. Гарибонд не мог без смеха вспоминать, как раздражались люди, слушая сбивчивое заикание Брансена; для Гарибонда этот недостаток только незначительно замедлял процесс раскрытия некоего секрета. Так длительное ожидание поклевки на рыбалке делает улов еще ценнее, а после долгого ненастья солнечные день становится ярче.
Гарибонд оторвался от похлебки, чтобы взглянуть на мальчика. Брансен снова уткнулся в Книгу Джеста и осторожно переворачивал страницу. С тех пор как Гарибонд показал ему первые слова, а потом несколько часов посвятил урокам чтения, мальчик почти не расставался с книгой. По какой-то непонятной Гарибонду причине Брансен находил в этом занятии явное утешение. Поначалу у Гарибонда возникли опасения, что неловкий мальчуган испортит или порвет книгу, но вскоре стало совершенно очевидно, что Брансен как никто другой заботится о ее сохранности. После чего Гарибонд разрешил ему брать книгу в любое время и больше не заботился о состоянии реликвии, связанной с воспоминаниями о Сен Ви и Динарде.
В этот вечер они сели ужинать позднее чем обычно, и в комнате вкусно пахло только что сваренным супом и древесным дымком. Низкие тучи за окном ускорили наступление сумерек, и пришлось зажечь несколько свечей.
– Красивый почерк в этой книге, – заметил Гарибонд между двумя глотками. – Тебе, наверно, нравится разглядывать его завитушки.
На лице Брансена появилась смущенная улыбка.
– Скажи, это помогает тебе отвлечься от всего, что тебя окружает? – спросил мужчина. – Ты, вероятно, забываешь о том, что произошло в городе, когда разглядываешь затейливые буквы? Какие все-таки дураки эти солдаты!
Выражение лица мальчика немного изменилось, и на нем мелькнуло что-то похожее на растерянность. Несколько раз он пытался заговорить, и Гарибонду показалось, что причина его неудач не только в невозможности ясно произнести слова. Наконец Брансен положил на стол растопыренную пятерню ладонью вниз.
– Эт-т-то… б-б-бра… ть, – произнес он.
От усилий перевернуть ладонь и при этом не смахнуть со стола посуду рука Брансена задрожала. Гарибонд с любопытством склонил голову набок.
– А эт-т-то… п-по… лу… чать.
– Да, конечно, – спокойно отозвался Гарибонд и осторожно убрал руку Брансена со стола.
Он видел, что мальчик взволнован, а такое состояние обычно предшествовало совершенно непредсказуемым и порывистым движениям не только его рук, но всего тела. Гарибонду совсем не улыбалось смотреть, как миски с только что приготовленной горячей похлебкой будут летать по всей комнате.
Но уже после того, как он убрал руку мальчика со стола, до него дошел смысл сказанных слов, и это буквально пригвоздило его к стулу.
– Что ты сказал? – спросил он, удивленно раскрыв единственный здоровый глаз.
Лицо мальчика исказилось от напряжения, но он снова попытался положить руку на стол, хотя Гарибонд все еще придерживал его за запястье. Он сам положил растопыренную ладонь на крышку стола, но не стал дожидаться, пока Брансен справится со словами.
– Это значит брать? – спросил он. Брансен кивнул.
Гарибонд перевернул его ладонь кверху.
– Получать?
Радостная улыбка мальчика была ответом.
Гарибонд стремительно вскочил из-за стола, в спешке опрокинув стул. Он схватил книгу, зажег еще одну свечу и внимательно посмотрел на текст. Вот оно! На той самой странице, где Брансен оставил книгу раскрытой, мудрец Джеста Ту объяснял различия в жестах, скрытый смысл движений и поз. Те, кто действует под влиянием гнева или чувства собственного превосходства, говорилось в книге, чаще всего тянутся за чем-то, держа руку ладонью вниз, то есть дают понять, что они возьмут желаемое без спроса. Как солдат на дороге, отпихнувший в сторону Гарибонда, как и сам принц, бесцеремонно отбросивший калеку.
Те же, кто более восприимчив к чувствам других, кто надеется на взаимопонимание и поддержку, протягивают руку ладонью вверх.
Но как удалось Брансену это понять? Гарибонд никогда не читал ему именно эту страницу!
Он повернулся к столу и внимательно посмотрел на мальчика.
– Ты это читаешь?
В ответ последовала смущенная улыбка и неловкий кивок головы.
– Читаешь? – чуть не задохнулся от волнения Гарибонд.
Брансен открыл рот, словно готовился что-то произнести, но не сказал ни слова. Да теперь это было и неважно для совершенно сбитого с толку Гарибонда. Как мог читать этот недоразвитый мальчишка, который едва справлялся с простейшим движением и не мог ровно поставить одну ногу перед другой? Как мог калека Брансен разобрать замысловатый почерк Динарда?
Гарибонд недоверчиво тряхнул головой, потом сгреб книгу и подошел к столу. Он решительно смахнул со стола миски, немало не заботясь о том, что они полетели на пол, чем очень удивил и даже напугал Брансена. Затем он положил книгу на стол и стал листать страницы. Гарибонд отыскал то место, где описывалось одно из простейших упражнений для начинающих учеников Джеста Ту. Ученику на ноги привязывали тяжелый груз и опускали в бассейн, достаточно глубокий, чтобы закрыть с головой самого высокого человека. Гарибонд не стал утруждать себя глубокими раздумьями над данной задачей. Все, что он понял, это возможность человека без посторонней помощи освободиться от пут и вынырнуть на поверхность. Заключительный вывод, имевшийся на каждой странице, в этом случае гласил: «В тишине и уединении воды мы познаем самих себя».
– О-о-об… ра… з.
– Верно, – кивнул Гарибонд. – Образ. Это когда мы смотрим на поверхность воды и видим самих себя, видим, как мы выглядим.
Брансен затряс головой.
– Н-н-нет, – выговорил он и ткнул пальцем в текст. – В… в-в-оде…
Мальчик закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Казалось, на мгновение он погрузился в свои мысли, заглянул в себя, а потом, к удивлению Гарибонда, совершенно чисто произнес целую фразу.
– В воде мы познаем себя.
Мужчина был настолько поражен чистотой его речи, что не сразу понял смысл сказанного. А Брансен настойчиво показывал пальцем на страницу, приглашая его прочитать текст. Гарибонд прочел указанный отрывок, еще раз вспомнил произнесенные Брансеном слова, и что-то прояснилось в его голове. Цель испытания водой Джеста Ту была в достижении внутреннего спокойствия. Всем ученикам заранее показывали, как освободиться от тяжелого груза; важно было другое – смогут ли они достаточно сосредоточиться под водой и проделать это или растеряются и наглотаются воды. Испытание определяло внутреннюю силу человека в чрезвычайных обстоятельствах. Гарибонд, конечно, догадывался о чем-то подобном, но окончательно понял это только сейчас, прочитав страницу Книги Джеста и благодаря помощи Брансена.
Мало того, что мальчик умел читать, он еще и обладал способностью понимать прочитанное! Как это могло произойти?
Гарибонд смотрел на Брансена, хотел высказать ему свое удивление и восхищение, но не находил слов. Никогда раньше он не мог и предположить ничего подобного, и теперь ему хотелось кричать от счастья.
Но он не мог. К горлу подкатил твердый ком, и слова не могли вырваться наружу. Гарибонд молча взъерошил волосы мальчика и подтолкнул его к кровати. Потом осторожно закрыл книгу, задул свечи и подождал, пока Брансен устроится на своей постели, состоящей только из набитого сухим сеном тюфяка. Но и после этого он не пошел спать. Гарибонд подошел к окну и уставился в небо, еще хранившее последние отблески заката. В просветах между тучами он наблюдал за появлением первых звезд среди черных пятен облаков.
Прошло немало времени, прежде чем Гарибонд наконец отправился в свою постель, а уснул он только при первых лучах рассвета.
Гарибонд услышал стук, но не отреагировал на звук, словно он доносился откуда-то издалека, может даже из другого мира. Повторный стук тоже не разбудил его, только заставил сонно моргнуть и перевернуться на другой бок.
Лишь только когда раздался отчаянный крик мальчика, Гарибонд мгновенно открыл глаза и соскочил с кровати. Происходило что-то невероятное – в его доме находился принц Прайди и его приятель, прославленный воин по имени Баннарган. Именно он держал мальчика за плечи, и огромные ручищи не давали Бран-сену даже шелохнуться.
– Когда правитель стучит в твою дверь, ты со всех ног должен бросаться навстречу, – произнес Баннарган.
– Я… Я спал, – пробормотал Гарибонд. – Мой господин, что случилось?
– Ничего не случилось, – ответил Баннарган. – Мы пришли за мальчишкой, и мы его заберем.
Могучий воин так стремительно повернулся, что ноги Брансена мелькнули в воздухе. Гарибонд, одетый лишь в ночную рубаху, метнулся вслед за ним к двери.
– Что вы делаете? – кричал он. – Вы не можете забрать моего мальчика!
– Не можем? – переспросил Прайди, жестом призывая Баннаргана к молчанию.
– Но, мой господин…
– Вот именно, – прервал его принц. – Твой господин. Твой правитель.
– Зачем вы хотите его забрать? Он всего лишь ребенок, он не сделал никому ничего дурного. Прошу вас, мой господин, оставьте его в покое. Помилуйте, мой господин!
– Заткнись, крикливый дурак, – сказал Баннарган. – И уйди с дороги, пока я не вышвырнул тебя за дверь. Принцу Прайди понадобился твой сын, значит, он ему послужит.
– Но что же он сможет сделать? Он же ребенок, да еще и не здоров…
– Могу поклясться, он достаточно здоров для нашего дела, – возразил Баннарган.
Он обхватил мальчика рукой за грудь и легко оторвал его от пола. Второй рукой Баннарган без труда дотянулся до его промежности и сжал пальцы, заставив беднягу сдавленно вскрикнуть.
– Да, все в порядке.
Гарибонд едва не задохнулся от ужаса и рванулся вперед, вернее, попытался это сделать. Не успел он ступить и шага, как кончик обнаженного меча Прайди уперся ему в грудь.
– Я могу это простить, – сказал принц. – Но только один раз.
– А, как я вижу, вы уже отыскали жертву, – раздался голос за спиной Гарибонда.
Обернувшись, Гарибонд увидел стоящего на пороге Берниввигара.
– Жертву? – прошептал он и весь напрягся. – Вон из моего дома, скотина!
– Мальчик не умрет, – заверил Гарибонда принц Прайди, и в его голосе прозвучал намек на сожаление, заставивший обернуться обезумевшего от ужаса Гарибонда. – Он нам нужен. И можешь гордиться, что это несчастное создание послужит делу продолжения рода Прайдов.
Гарибонд недоверчиво посмотрел на принца:
– Что вы собираетесь с ним сделать? Ведь он же еще мальчик.
– Древние Предки нередко принимают такие жертвы, – вставил Берниввигар.
– Но вы же сказали… – обратился Гарибонд к принцу.
– Он не умрет, – повторил принц.
– Жертвой будет не его жизнь, – с видимым удовольствием сказал Берниввигар. – Это никчемное существо поможет принцу Прайди вернуть силу, которой его лишили поври.
Гарибонд изумленно замолчал и неосторожно перевел глаза на нижнюю половину тела принца.
– Если ты проронишь об этом хоть одно слово, я изрежу тебе лицо, – предупредил принц. – И всю оставшуюся жизнь ты будешь слышать крики отвращения детей, женщин и даже мужчин, ужаснувшихся такому уродству. А еще я заставлю тебя смотреть, как твой ненормальный мальчишка умирает – долго и мучительно.
Гарибонд едва слышал эти угрозы; все его мысли были поглощены словами старого самхаистского жреца.
– Вы… вы не можете, – пробормотал он. – Ведь он еще ребенок.
– Род Прайдов должен продолжаться, – отрезал принц.
Гарибонд оглянулся по сторонам, словно загнанный зверь. Все чудесные открытия предыдущего дня: удивительное присутствие разума в голове мальчика, его умение читать – все это всплыло в затуманенном мозгу несчастного мужчины. Ужасная сцена показалась ему нереальной.
– Возьмите меня вместо него.
– Не валяй дурака, – возразил Баннарган. – Мальчишка все равно калека и ни на что не годен.
– Ты бы должен умолять нас убить его во время этой операции, – насмешливо произнес Берниввигар. – Его мужская сила никогда ему не понадобится, можешь не сомневаться. Да его надо было убить сразу после рождения, ты и сам это знаешь! Радуйся, что этот калека принесет какую-то пользу в своей жизни!
Брансен тоненько вскрикнул.
Гарибонд не смог вынести такой жестокости. Он резко развернулся, и большой кулак попал точно в челюсть старого самхаиста. Удар был настолько сильным, что жрец отлетел назад и стукнулся головой о дверной косяк. В этот момент Брансен снова вскрикнул, Гарибонд обернулся и увидел, что к нему бросился Баннарган. Сокрушительный удар по корпусу заставил Гарибонда выпрямиться и оглушил настолько, что он даже не попытался увернуться от удара слева по лицу. Второй удар сбил его с ног.
Снова раздался голос Берниввигара, но Гарибонд слышал его так же, как слышал сквозь сон стук в дверь, – откуда-то издалека.
– А может, взрослый мужчина был бы лучшим вариантом, – говорил Берниввигар. – Сколько лет мальчишке?
– Девять? Или десять? – предположил Баннарган.
– Он еще не мужчина.
– А это имеет значение? – спросил Прайди.
– Было бы лучше, если бы он достиг зрелости и мог самостоятельно зачать ребенка, – сказал жрец.
Гарибонд с трудом открыл глаза и увидел, что Берниввигар стоит на пороге, опираясь на косяк, и потирает челюсть. Его взгляд светился такой ненавистью, какой ни разу не приходилось видеть Гарибонду.
– Примите его предложение и бросьте мальчишку, – посоветовал Берниввигар.
В следующий момент могучая рука Баннаргана подняла Гарибонда на ноги, и воин потащил его к выходу. По дороге он смог лишь мельком взглянуть на Брансена, отчаянно пытавшегося подняться с пола после того, как Баннарган его отшвырнул.
– И не надейся, что твой сын-калека от меня так легко ускользнет, – негромко пробормотал ему напоследок Берниввигар.
Несчастный Брансен весь день провел у восточного окна маленького домика. Когда солнце скрылось за горизонтом, он все еще сидел на том же месте.
Что я буду делать? Что буду есть?
Он отчаянно хотел вскочить и побежать в город, чтобы спасти Гарибонда. Весь день только эта мысль его и занимала. Но он не мог вскочить и не мог побежать. Он не мог ничего. Даже зажечь свечу не мог, и весь вечер беспомощно сидел в темноте.
Он не собирался спать, он должен быть готов… к чему угодно, лишь бы помочь горячо любимому отцу. Но мало-помалу голова Брансена склонилась на подоконник. Сон был некрепким, и мальчик услышал топот приближающихся лошадей. Он выглянул в окно, но с этой стороны ничего не было видно. Тогда Брансен вытянул ноги и решился дойти до входной двери.
Он повернулся и попытался встать со стула, но в спешке упал на пол и все еще сидел, когда лошади развернулись и ускакали, а входная дверь распахнулась.
Гарибонд переступил через порог и сразу поднял руку, чтобы помочь мальчику подняться.
– Иди спать, сынок, – произнес он, и Брансен поразился мучительной боли, прозвучавшей в его голосе.
Мальчик потихоньку двинулся к кровати, а Гарибонд подошел к столу и высек огонь, чтобы зажечь свечу. Только тогда Брансен увидел, как измучен и истерзан его приемный отец. А когда он повернулся со свечой в руке, мальчик чуть не лишился чувств – вся ночная рубаха отца спереди от пояса до самого низа была пропитана кровью.
– Все в порядке, – сказал Гарибонд. – Иди в кровать.
Брансен упал на постель и зарылся лицом в подушку. Он хотел спрятаться от всего мира.

Глава 21
РАДИ МАЛЬЧИКА?

Дождевые тучи закрыли небо, тяжелые частые капли барабанили по скалам и с шипением вспенивали воды озера. Гарибонд почти не обращал внимания на проливной дождь; и без того уже несколько недель подряд он чувствовал себя глубоко несчастным и больным. Его рана зажила, по крайней мере зарубцевалась, но только снаружи. Жестокое вмешательство Берниввигара что-то нарушило внутри тела, и лихорадочное воспаление распространялось по всему телу. Каждое утро ему все труднее было заставить себя встать с кровати.
Почти непрекращающийся в течение нескольких дней дождь только добавил неприятностей и затруднил домашние дела. Вода в озере поднялась на несколько дюймов, так что Гарибонду и Брансену пришлось перебраться в верхнее помещение, иначе их ноги постоянно находились бы в холодной воде по щиколотку.
Сильный кашель донимал Гарибонда все утро, пока он пытался рыбачить. Ни одна рыба не попалась на крючок, сидеть дольше не имело смысла, и мужчина это прекрасно понимал. Поблизости от дома озеро было неглубоким – всего несколько футов, да и зарослей тростника тут почти не было.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41