А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Хозяин таверны был не глуп. Когда держишь такое заведение, привыкаешь чувствовать беду до того, как она случится. Я видела, как он переводил взгляд с одного на другого.Беспокоился не он один. Не знаю, что было на уме у Тима Оутса, но он явно что-то замышлял. Тим Оутс, а также смуглый мужчина, не говоря уж об Элмере, заняли позицию между Дорианом и дверью.Дориан допил пиво и встал. Арчи тоже кончил пить, но кружку из рук не выпускал. Чантри поглядел на хозяина.— Значит, спим здесь? На полу?— Когда разгорится очаг, станет теплее. — Хозяин не хотел неприятностей. — Ложитесь вон там.Тим Оутс и здоровяк переглянулись. Это не входило в их планы. Возможно, они рассчитывали, что Чантри вместе с Арчи пойдут мимо них к двери.Арчи подвинул свой стол ближе к Оутсу и его людям. Аккуратно переставил скамьи, словно отгораживаясь. Делал он все непринужденно, словно расчищая место, но должна сказать, что шайке было бы трудновато затеять что-нибудь ночью, не наделав при этом шума.Дориан достал револьвер, проверил барабан и растянулся на полу у огня.Оутс не сводил глаз с оружия.— А это зачем? — спросил он.Дориан улыбнулся своей восхитительной улыбкой.— Индейцы! — пояснил он. — Дикие! В здешних лесах их полно, разве не слыхали?— Их отсюда давно выгнали, — смущенно возразил Оутс.— Не верите? И тем не менее они приходят по ночам за скальпами. Так что осторожность не помешает. — Вид у него был невинный, как у девушки. — Значит, так, советую ночью вести себя поспокойнее. Если эта дверь откроется или кто-то станет ползать в темноте, я могу и выстрелить.— Да здесь уж много лет не видали индейцев! — принялся доказывать смуглый.— Ладно, — весело заметил Дориан. — Если они придут — вы ближе к двери, вам и останавливать.Он посмотрел в мою сторону, всем видом показывая, что все будет хорошо. Я легла и, усталая после бессонной ночи и долгого дня на ногах, проспала до рассвета.Когда я утром вышла к завтраку, все уже сидели за столом. За двумя столами.— А-а, мисс Сэкетт! Видно, что хорошо спали! Присаживайтесь, пожалуйста.Дориан весело улыбался, Оутс, наоборот, сидел с кислой миной. Он быстро взглянул на меня, но я не обратила на это ни малейшего внимания, словно вообще его не знаю. У Элмера жалкий вид, но этого следовало ожидать. Молодому человеку явно хотелось спать.— Гречневые оладьи с медом! — объявил Дориан. — Вот это жизнь!Он взглянул на Оутса.— Далеко ли направляетесь, джентльмены? Хочу сказать, может, чем помочь?..— Мы ни в чьей помощи не нуждаемся, — отрезал Оутс. — Займитесь лучше своими делами!— О, мы как раз и собираемся! — радостно воскликнул Дориан. Можно было подумать, что он нарывается на неприятности.— За этим дело не станет.Гречневые оладьи были хороши. Кофе, как и положено, свежесмолотый. Пока еда была на столе, никому не хотелось разговаривать, и я задумалась о том, что будет дальше. Где-то на юге находится Пайквилл. Было бы куда легче, если бы мы достали лодку. Лучше всего каноэ или даже скиф.Когда мужчины вышли, я подошла к хозяину.— Что происходит? — спросил он. — Я думал, что назревает скандал.— Это воры, — сказала я, — и мы хотим от них отделаться. Не найдется ли у кого-нибудь скифа или каноэ?— У меня есть старое берестяное каноэ… — Он показал рукой. — Вон там, за скотным двором, заливчик. Там и стоит.Когда я полезла за деньгами, он поднял руку.— Нет, деньги оставь себе. Я слышал, тебя зовут Сэкетт. Это верно?— Да. Я Эхо Сэкетт из Тукалуки-Коув, из тех мест.— До того как мы начали строить гостиницу, — сказал он, — я здесь, на Биг-Сэнди, заболел. Здорово заболел, а тут еще жена и двое детишек. Мимо проходил человек, увидел, что у нас туго с мясом, и задержался у нас на неделю. Охотился, готовил и вообще ухаживал за нами, пока не поправились. Потом ушел. С тех пор от него ни слуху, ни духу. Он был Сэкетт. Так что бери каноэ и делай с ним, что хочешь.— Спасибо вам за добро.Дориан, сидя на корточках, разглядывал улицу. Тимоти Оутс и Элмер о чем-то говорили с третьим бандитом.— Пошли, — сказала я. — Есть каноэ.Не теряя времени, мы проскользнули за скотный двор и сели в лодку. Пара гребков веслом — и мы выбрались из заливчика, разворачиваясь против течения. Я неплохо гребу, но должна признать, что Дориан в этом будет получше меня. Но, конечно, он и больше и сильнее меня. Ну а Арчи — тот будто родился с веслом.Не стану гадать, сколько прошло времени, прежде чем они обнаружили побег, но думается, что, когда они очухались, мы были уже далеко. Выигрывая время, мы шли по Левисе, и все же меня грызло беспокойство.Уйти от них не так-то просто. Они продолжат погоню и, может быть, тоже пойдут по воде.Они двинутся следом. А мы будем уходить в дикие места. Вдоль Левисы разбросаны небольшие городишки, но между ними пустынные пространства… Мне думалось, что они нас так не оставят.Еще больше меня беспокоил Феликс Хорст. Где он? Пока что он не появлялся, но я была уверена, что он где-то рядом — ждет удобного случая.Тимоти Оутс или Элмер могут просто отнять деньги и удрать. Но не Хорст. Он никого не оставит в живых.Такой он человек, а мне не хотелось умирать или смотреть, как хоронят Дориана Чантри. От этой мысли меня прямо передернуло. Дориан это заметил.— Страшно? — спросил он.— Только не за себя.Он поглядел на меня, но когда я снова оглянулась, он уже опустил глаза и мрачно, но энергично загребал веслом.— Когда-нибудь все это будет далеко позади — мечтала я. У нас будет время посидеть над рекой и просто поболтать, как болтают парень с девушкой. Я покраснела. Кто я такая, чтобы думать об этом? Глава 16 Вода в речке была высокой, но течение медленное и спокойное. У нас оказалось преимущество, и его надо как можно лучше использовать. На нас работало и другое, о чем они не знали. Чем дальше мы уходили по реке, тем ближе были к землям Сэкеттов.Дориан снял куртку и греб в одной рубашке. Скажу вам, для городского парня такие мускулы просто редкость. Ближе к полудню я его подменила. Мельком взглянула на его руки. Он не жаловался, но на ладонях вздулись волдыри. Подозреваю, что ему давно не приходилось так долго идти на веслах.Левиса петляла, поэтому обзор был невелик, но я знала, что погоня идет следом.Берега в основном заросли лесом до самой воды. То тут, то там встречались фермы, а иногда у реки пасся скот. Было далеко за полдень, когда мы свернули в маленький заливчик и сошли на берег, чтобы сварить кофе. Я отыскала траву джеймстаун и сорвала несколько листьев.— Приложите к ладоням, — сказала я. — Это помогает.— Спасибо, — ответил он и с любопытством оглядел листья, а потом меня. Но совету моему последовал.Мы закусили взятым в таверне хлебом с ломтиками мяса.— Если нас догонят, — предупредила я, — придется драться насмерть. Хорст и все остальные дальше не пойдут. Они считают, что места здесь достаточно дикие и, что бы ни случилось, их не уличат.Дориан не произнес ни слова, но я чувствовала, что до него начало доходить, насколько серьезно наше положение. Арчи, не раз ходивший по рекам и в горы, не питал на этот счет иллюзий.— Как далеко до следующего города? — спросил Дориан.— Несколько миль. Он называется Пейнтсвилл. Идем хорошо, — добавила я, — мили три в час, может, чуть меньше.Я подозревала, что теперь из-за мозолей Дориана мы пойдем медленнее. Мои руки привыкли к тяжелой работе, и я в свое время много гребла — ездила на каноэ по Холстону, Французскому плесу и Теннесси. Мой брат Этан страшно любил реки и много раз брал меня с собой на охоту или рыбалку. Его слабостью была зубатка. Последнее я, кажется, произнесла вслух.— Зубатка и здесь водится, — заметил Арчи. — Будет время, наловлю. Нет ничего вкуснее, если хорошо приготовить. Разве что уха…— Что? — оглянулся Дориан. — Ты сказал — уха?— Ее варят чероки. Я мальчишкой ел ее много раз. — Арчи посмотрел на меня. — Небось тоже пробовали?— Пару раз. Мы дружим с чероки с тех пор, как в горах поселился первый Сэкетт. Когда я была совсем маленькой, половина моих знакомых были чероки. Хотя они не для всех были такими дружелюбными. Семья Уайли, например, пострадала от чероки и шауни. О Дженни Уайли все знают, — закончила я.— Кто она? — спросил Дориан.— Индейцы напали на их жилье, когда все мужчины были на охоте. Они убили брата Дженни, убили трех ребятишек и сняли с них скальпы. А Дженни с младенцем увели с собой, а вскоре убили и младенца, размозжив его голову о дерево, потому что тот слишком громко плакал. Дженни в конце концов удалось бежать, индейцы едва ее не догнали. — Я обвела рукой окрестности. — Это произошло совсем рядом, чуть выше по течению. То место называлось стоянкой Хармона. Стоянки давно уже нет.Мы продолжали грести, по большей части молча. Под деревьями сгущались тени, очертания стволов растворялись в темноте.Впереди мелькнул огонек, потом другой. Показался дом. От скотного двора к дому с фонарем в руке шел мужчина. Дверь открылась, он вошел. Должно быть, сейчас сядет ужинать. Никаких тебе волнений и забот. Не то что мы.— Вокруг нас и позади была земля Лу Ветцеля. Джесси Хьюз — тот обитал дальше к востоку, в Западной Вирджинии. Оба они воевали с индейцами. Индейцы поубивали их родичей, и началась настоящая вендетта. Не щадили никого. Говорили, что Ветцель нарочно отрастил длинные волосы, чтобы дразнить индейцев. Им очень хотелось завладеть этим скальпом, но Ветцеля они до смерти боялись. Некоторые даже считали, что он — не человек.Я взяла весло, чтобы подменить Арчи.— Впереди деревня, — тихо сказал он. — Неплохо бы остановиться и перекусить.У реки какой-то мужчина поил лошадей. Посмотрел, как мы причаливаем к берегу.— Припозднились, — заметил он.— Да вот уходим от беды, — ответила я.— Мать вас чем-нибудь накормит, — указал он на ближний свет в окне. — Отстал со вспашкой. Пролежал в лихорадке, — пояснил он. — А вы ступайте в дом. Мать будет довольна — уж очень любит компанию. — Навстречу нам выскочил бешено лающий пес. — Молчать, Шеп, — приказал мужчина. — Это свои.С половником в руках во двор вышла женщина.— Кто там, Джекоб?— Гости, мать, и здорово голодные. Я сказал, что ты накормишь.У двери на скамье стоял тазик и висело сшитое кольцом полотенце. Мы умылись, и Арчи вернулся к реке сторожить лодку и вслушиваться в ночь.— Они близко? — спросил Джекоб.— Точно не знаем, но появятся, — глянул на него Арчи. — Будьте осторожнее. Это недобрые люди.— Мы никого не прогоняем, — сказал Джекоб.— Я не об этом, просто — будьте осторожнее. Плохие люди.Джекоб посмотрел на меня.— Знаете тропу Натчезов? — спросила я. Конечно, он знал. Мы все ее знали. — Один из этих занимался тем же, что и Харпс с Мурреллом. Только он не попался. Один раз его поймали в Сеттльменте, но он нанял хорошего адвоката и оказался на свободе.— Хорошо. Мы дадим вам кое-что с собой. — Он крикнул жене: — Мать! Угости-ка их той жареной свининкой. И на дорогу дай.Он отвел лошадей во двор, снял сбрую. Я стояла в ночи, чувствуя, как разом навалилась усталость, зная, что и другие устали не меньше. Когда Чантри сел за стол, я увидела, как осунулось его лицо. Хорошо бы прилечь и отдохнуть!На минуту я подумала: можно взять новую винтовку и улечься спать у излучины. Из такой винтовки я могла бы уложить любого за две сотни ярдов. Может быть, за все пятьсот. Но я не хотела убивать. Однако я помнила, что говорил Регал: «Бывают моменты, Эхо, когда человек должен защищаться, и, когда такое случается, следует выходить из схватки победителем».В очаге горел огонь, на столе в честь гостей постелена скатерть.— Не часто к нам по реке приходят люди, — заметила женщина. — Теперь их куда меньше, чем в то время, когда я была девчонкой. В верховьях начали рубить лес. Скоро станут сплавлять по Огайо.— Конечно, людям нужны живые деньги, — заметила я, — но мне становится не по себе, когда валят деревья.— Деньги нужны, — согласилась женщина. — Джекоб, возможно, тоже займется рубкой. На здешней земле много не заработаешь, разве только начать гнать самогон, но мы это не одобряем. Не то чтобы были полными трезвенниками. Джекоб, бывает, и выпьет когда глоток.Наевшись, мы встали. Арчи вытер руки о штаны.— Спасибо, мэм, премного вам благодарен.— Не забудьте, что я приготовила вам с собой. В дороге пригодится.— Еще как пригодится, — заверила я. — Но помните то, о чем мы говорили. Люди, что идут позади, — сущие дьяволы. Плохие ребята.— Мы никого не прогоняем, — повторил Джекоб.— Прогонять не прогоняйте, но ружье держите под рукой.Мы вернулись к каноэ, постояли немного и столкнули его в темную как деготь воду. Все ужасно устали.— Поищем место впереди, — сказала я. — Надо выспаться.Может, из-за того, что мы так устали, а может, из-за того, что за нами гнались и хотели ограбить, но меня не покидало предчувствие беды.Где Феликс Хорст? Оставить добычу таким, как Тимоти Оутс и Элмер, было на него не похоже. Этот человек меня очень беспокоил.— Не волнуйтесь, — утешал меня Дориан. — Он остался позади, возможно, уже в Цинциннати.Теперь мы шли много медленнее, осторожно продвигаясь по темной воде, поскольку время от времени нам встречались бревна, мусор, сбившийся в кучу, а порой и завалы. Днем их легко разглядеть, а вот ночью дело другое. Даже торчащий кверху корень или ветка могли пропороть дно нашего каноэ.— Эй! — крикнул Арчи, вглядываясь в темноту. — Там что-то вроде пристани.— Давай поглядим, — ответила я.Арчи направил каноэ параллельно причалу, мы придержали лодку руками, и он выбрался на сушу.— Там домишко, — крикнул он, — и все тихо. По-моему, тут никто не живет.Мы привязали каноэ и выбрались на причал, прихватив с собою вещи. Где-то в темноте ухала сова.— Затолкните лодку под причал, — предложила я. — Тогда, если будут проплывать мимо, не заметят.Участок окружали большие деревья — тюльпанные деревья, платаны, дубы. Кругом гниль и запустение. Ни коров в загоне, ни запаха навоза.— Бросили, — произнес Дориан. — Интересно почему?— Не прижились, — ответила я. — Здесь пробуют жить многие, а удается это лишь некоторым. Одним работа не по плечу, другие не выносят одиночества.— Посмотрим-ка, что внутри, — предложил Дориан.— Не надо, — возразила я. — Если кто станет искать, то начнет отсюда. Ляжем спать вон там под деревьями. Если явятся, услышим.Арчи нашел прислоненную к дереву палку и принялся шуровать ею по земле.— Змеи, — объяснил он.Мы сидели и слушали. Что-то шуршало в листве, терлись друг о друга ветки; теперь, когда мы затихли, снова завели свои разговоры лягушки. Изредка в погоне за насекомыми мелькнет летучая мышь.Растянувшись на траве и заложив руки за голову, я смотрела в небо, думая, где сейчас Регал и беспокоятся ли обо мне дома.Было очень темно, но глаза мои уже привыкли, и я могла различить неясные очертания хижины, скотного двора, загона для скота. Где-то журчала вода: видно, рядом ключ или ручей.Я открыла глаза. Оказывается, я уснула и спала, не знаю, как долго. Слышно дыхание Дориана Чантри, чуть дальше — Арчи. Тихо. Что же меня разбудило?Что-то такое. Какой-то звук, какое-то…Я прислушалась, показалось, что кто-то движется рядом. Уловила легкий запах. Движение прекратилось, запах остался.Что такое? Пахло чем-то сырым и илистым. Крокодил? Или аллигатор? Я сомневалась, что они могут быть так далеко к северу, но кто знает… Находили же их в болотах Миссисипи. Однако на аллигатора все равно не похоже.Влажный запах, запах псины…Точно! Запах мокрого пса! Но что здесь делать одинокому псу? Да и один ли он? Собаки редко бывают одни; они чувствуют себя лучше среди людей.Новая винтовка рядом, короткоствольный револьвер под рукой, другой — в саквояже, но тоже близко.В листьях что-то зашуршало, я взяла револьвер. Стрелять не хотелось — выстрел в ночи слышен далеко, но…Выглянуло несколько звезд. Я уже могла разглядеть силуэты деревьев, сквозь листву мерцала речка. Напрягая слух, прислушалась. Кругом тишина.И вдруг мне захотелось домой. Захотелось спать в своей постели, вставать по утрам, заниматься обычными домашними делами. Хотелось сидеть и болтать с мамой, шить, штопать носки. Хотелось домой!Я устала бегать от погони, устала от постоянного напряжения. Сейчас бы посидеть с чашкой кофе и полюбоваться тем, как светлеют родные горы.Регал теперь далеко, а Финиан Чантри живет в другом мире. Мне хотелось наконец оказаться дома, среди скромных, порядочных людей, хотелось в воскресенье стоять рядом с мамой в церкви и петь псалмы или сидеть вечером у очага, распевая старые баллады «Зеленые рукава», «Лорд Ловелл», «Черный Джек Дэйви» или «Хорнпайп Риккетта».Что-то снова шевельнулось рядом, и на сей раз я его разглядела. Это и вправду была собака. Она лежала рядом, видно, стосковалась по людям.— Все в порядке, псина, — прошептала я. — Теперь давай спать.И я снова заснула. Глава 17 Это оказалась овчарка, черно-коричневая, с белыми лапами и белым пятном на груди. Похоже, жизнь обошлась с нею круто.— Откуда она? — поинтересовался Дориан.— Пристала к нам ночью. Видно, давно не ела.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16