А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 




Андрей Алексеевич Бадин
Никто не вернется живым

Андрей БАДИН
НИКТО НЕ ВЕРНЕТСЯ ЖИВИМ

* * *

Над Долиной смерти вставало кровавое солнце, пронизывая своими еще холодными лучами безмолвные просторы каньонов. Невада просыпалась. Начальник тюрьмы Джек Уодингтон вошел в свой кабинет и, достав из холодильника банку мгновенно запотевшего пива, склонился над дисплеем.
– Ночью привезли троих заключенных. Немедленно переправьте их в Санта-Барбару под усиленным конвоем. Время прибытия к месту назначения двенадцать ноль-ноль.
Джек взглянул на часы. Девять. Время еще есть. Посадка займет пять минут, время в пути два-ноль-пять при скорости… Мысли мелькали в еще не проснувшемся мозгу. Джек с хлопком откупорил целебный нектар, большими глотками осушил банку и вяло глянул в окно на голубое безоблачное небо и начинающее распаляться ослепительное летнее солнце...
«Пойти поплавать, что ли? День, видно, будет жаркий», – подумал он и нажал на клавиши пульта, вызывая ночного коменданта.
Дверь открылась от уверенного движения. Комендант, поздоровавшись, прошел к широкому удобному креслу, стоящему против старого громоздкого стола, и развалился в нем.
– Какие новости, О’Нейл? – спросил Джек, достал из холодильника две банки пива и протянул одну коменданту.
– Да никаких… Любимчик ногой выбил Небритому два зуба. В двенадцатом блоке нашли полкило крэка. Пара отравлений. Кто-то опять изнасиловал Генриха IV. Разбираемся.
– И все? – Джек пристально смотрел на коменданта.
– Да, – ответил тот, отхлебнув из банки.
– А эти трое по спецканалу?
– А! Их привезли военным транспортным самолетом из Техаса в 4.30. Оставили нам, а сами улетели.
– Ну и что, ты их видел?
– Да ничего ребята, но не уголовники. Скорее всего, бывшие вояки, а может, еще кто-то.
– Как понять «еще кто-то»? – Джек насторожился. О’Нейл облокотился на стол и, глядя прямо в глаза шефу, тихо сказал:
– Эти ребята из разведки, их взяли потому, что они докопались до чего-то такого, куда им не следовало бы совать нос.
– А ты откуда знаешь? – спросил Джек. О’Нейл снова развалился в кресле и, хитро подмигнув, продолжал:
– Их привез В-52, с охраной. Там было двое штатских, они всеми командовали. Потом заключенных отвели в седьмой блок, развели по «мешкам», а сами улетели. Спрашивается, зачем надо высаживать их тут, когда можно было сразу спокойно доставить в Санта-Барбару?
– Ну и зачем?
– Не знаю. Здесь какая-то тайна. Их выводили по одному, видно, везли так, чтобы они не знали, с кем летят. Переправляли быстро, без шума, в полной темноте, даже прожекторы не включали. – Комендант состроил такую гримасу, что Джек не на шутку забеспокоился.
– Надо их отправить отсюда побыстрее. – Джек начал набирать на пульте код дежурной части.
– Джек! – О'Нейл энергичным жестом остановил шефа. – Сначала взгляни на них сам. Потрясающее зрелище! Рост метр девяносто, плечищи, ручищи… Все, как на подбор, – настоящие тренированные монстры. Кулаки, как молоты, морды зверские, – но не уголовники, нет! По стрижкам и по выправке видно, что они военные.
Он помахал выпрямленным указательным пальцем и с хлопком открыл еще одну банку пива.
– Ну, а все-таки, почему ты думаешь, что они из… – Джек осекся: О'Нейл быстро прижал палец к губам, вырвал из блокнота листок, что-то написал и передал шефу.
Джек прочитал: «Во время высадки я навел на них дистанционный звуковой радар и кое-что услышал. Сопровождающие парней штатские из какого-то спецподразделения, но не ФБР и не ЦРУ, а похлеще, видимо, Пентагон. Похоже, парни натворили что-то очень серьезное».
– Я так думаю, а там – кто их знает, – сказал О'Нейл с неподдельной озабоченностью, дождавшись, когда шеф кончит читать.
Джек скомкал листок, бросил его в пепельницу и поджег. В нос ему ударил резкий запах горящей бумаги. Когда листок сгорел, он нажал клавишу, вызвал командира конвойного подразделения и приказал готовить к вылету вертолет.
Командир ушел.
– Нельзя ли посмотреть их личные дела? – Джек пристально взглянул на О'Нейла. Тот развел руками.
– Никаких личных дел. Мне сказали, что документы переправят прямо в Санта-Барбару.
– Понял. – Джек снова нажал клавишу. На экране возник начальник охраны. – Всех троих в вертолет, по очереди и в наручниках, быстро. Полетите вы и еще двенадцать человек. Доставите в форт и сразу свяжетесь со мной. Ясно? Выполняйте.
Экран погас. Джек и капитан подошли к окну, из которого была прекрасно видна взлетная площадка с вертолетом. Вскоре в дверях седьмого блока показались четыре вооруженных человека с одним из заключенных посередине.
Он был на полголовы выше охранников и в полтора раза шире в плечах. Закатанные по локоть рукава клетчатой рубахи оголяли массивные предплечья, а широко распахнутый ворот – здоровенную загорелую грудь.
Заключенный шел прямо, как столб, чеканя каждый шаг, и если бы не наручники на запястьях, он, видимо, размахивал бы руками как на параде.
– О, черт, – пробормотал Джек, вглядываясь в лицо парня. – Где я мог его видеть?
Заключенный быстро глянул в сторону окна, зорко огляделся и нырнул в вертолет.
– Где же я мог его видеть? – снова пробормотал Джек.
Следом вывели второго парня такого же роста и такого же массивного телосложения. За ним появился и третий.
Он был пониже, но так широк в плечах, что, казалось, будто в ширину он больше, чем в высоту. Короткая военная рубаха с оторванным по плечо рукавом обнажала толстенную руку с великолепно проработанными двуглавыми и трехглавыми мышцами плеча. Пятна крови на рубахе свидетельствовали, что этот парень не очень-то хотел, чтобы его перевозили с места на место.
Дверца вертолета захлопнулась, и начальник тюрьмы, провожая взглядом взлетающую махину, облегченно вздохнул. Он еще не знал, что эту мимолетную, как бы ничего не значащую встречу запомнит на всю жизнь…
Яркий свет ослепил Джона, но, поморгав, он привык и внимательно оглядел площадку. Из окна административного здания за ним наблюдали двое. Когда его втолкнули в салон вертолета и усадили на лавку между четырьмя вооруженными охранниками, он спокойно развалился, ни о чем не думая и поглядывая в иллюминатор.
Тяжелое сопение за спиной заставило Джона обернуться. В вертолет втолкнули его друга Максимилиана Иствуда:
– Джон!
– Мак!
Больше они ничего не успели друг другу сказать. Охранники быстро оттеснили Максимилиана в другой отсек, а в салон впрыгнул коренастый Стив Стоун.
– О, Джон, и ты здесь, черт возьми! – Стив радостно заулыбался.
– Там Мак, он тоже с нами, – успел выкрикнуть Джон, пока охранники вталкивали Стива в третий отсек.
– Что случилось? Почему мы здесь? Где остальные? – грохотал удаляющийся голос сержанта. Вертолет взлетел.
Джон обрадовался. Значит, он не один, его друзья с ним! И значит, случилось что-то такое, в чем ни он, ни они разобраться пока не могут. Ребята были в наручниках.
Что же все-таки произошло? После злосчастной высадки в Долине смерти прошло пять суток, а их уже дважды переправляли с места на место. Сначала на вертолете, потом на самолете – и вот теперь снова на вертолете...
– Куда нас везут? – спросил Джон у охранника.
– В Санта-Барбару, в тюрьму, – ответил тот.
– Но здесь тоже что-то вроде тюрьмы, – начал было Джон, однако охранник резко оборвал его.
– Сиди и молчи, когда прилетим – все узнаешь.
В иллюминаторе проплывали безжизненные просторы каньонов. Жаркая, безводная пустошь, лишь кое-где – островки какого-то кустарника. Вертолет летел меж высоких холмов, словно торчащих из совершенно ровного плато.
«Похоже, здесь нет никакой живности, только песок и камни, камни и песок», – думал Джон, уныло поглядывая вниз.

* * *

Он вспомнил ночную высадку в Долине смерти. Их, шестерых разведчиков, сбросили на парашютах с высоты три тысячи метров и оставили на произвол судьбы, наделив оружием, провизией и специальными заданиями.
Дождавшись рассвета, Джон сориентировался и пошел на северо-восток. Ему нужно было пройти в учебный лагерь сил быстрого реагирования и вывести из строя оружейный арсенал дислоцирующегося там десантного дивизиона.
К вечеру Джон обнаружил минные поля, лазерные вуали и тепловые сетки охранной сигнализации. Пройти через них он не смог и решил обойти зону с востока, чтобы попытаться нащупать брешь, но электронные заграждения становились все плотнее и плотнее. Джон подумал, что это совсем не похоже на заслонные ловушки десантного лагеря. Десантники обычно протягивают колючую проволоку, отгораживаются минным полем и лазерным забором. А здесь – целые поля из лазерных и инфракрасных приемопередатчиков! Пробуя сканировать местность инфракрасным и ультразвуковым радаром, Джон нащупал мощный источник тепла, находящийся прямо в центре заградительного поля и, видимо, где-то под землей.
«Может, там какой-то подземный завод или город?» – думал Джон, разглядывая карту. Решив, что утро вечера мудренее, он выкопал маленькой саперной лопаткой яму, расстелил тонкий акриловый спальный мешок, лег внутрь, защелкнул молнию и змеевидными движениями закопался в песок с головой. На поверхности остались лишь часть плеча да бедро правой ноги. Так он заснул.
Под утро Джон почувствовал, как земля под ним содрогнулась и, мелко завибрировав, стала толчками уходить куда-то в сторону. Джон быстро расстегнулся, вскочил – и обомлел от ужаса. Каньоны были покрыты светящейся дымкой, слышался тончайший, очень тихий свист. Земля перестала содрогаться, в воздухе повисла тяжесть. Постепенно плотность дымки увеличивалась, искрение усиливалось. Стал нарастать далекий гул. Потом из земли, в самом центре теплового пучка, выдвинулся яркосветящийся голубой явно нематериальный столб. Мгновенно растворившись в воздухе, он покатился волной во все стороны, заставляя колыхаться искрящуюся воздушную вуаль.
Докатившись до Джона, волна ударила его в грудь с такой силой, что он кубарем отлетел метров на пять, но встал, не в силах оторвать ошалелого взгляда от магической игры дымчатой пелены.
Неожиданно все стихло, и воздух с первыми лучами восходящего солнца вновь приобрел привычную прозрачность.
Джон пошел по границе защитного поля. Наткнувшись к полудню на большой холм, он решил присесть в тени, чтобы отдохнуть и перекусить. Вдруг неизвестно откуда, прямо перед ним возникли две фигуры с автоматами. Это были охранники.
Один из них скомандовал:
– Руки на голову, встать, повернуться спиной.
Джон подчинился.
Они стали обыскивать его, отобрали оружие, рюкзак, нож, флягу и, надев наручники, повели к секретному входу в подземелье.
Минут пять они петляли по извилистым коридорам, а потом оставили Джона одного в маленькой, похожей на камеру комнатке. Через три часа его стали допрашивать, наводить справки, что-то выяснять. Джон на вопросы не отвечал.
Прошло чуть больше суток. Потом ему залепили глаза клейкой лентой, усадили в вертолет, переправили на какой-то аэродром и затем на самолете доставили в Долину смерти. У него снова стало сосать под ложечкой: в последний раз он ел почти двое суток назад.
«В чем дело? – размышлял Джон. – Почему нас схватили, ничего не говорят и все время куда-то везут? Как Мак и Стив? Где Боб, Питер и Майкл?»
Неожиданно мрачные мысли Джона прервал резкий звук сирены. Загорелась красная лампа.
«Так бывает за три минуты перед высадкой», – подумал он.
Качнуло, и вертолет стал терять высоту. Первый пилот сквозь свист и гул двигателя что есть мочи орал:
– Сержант, потеряна связь с базой, потеряна связь, помехи, что-то невообразимое с электроникой, мы падаем.
Вертолет снижался на большой скорости. Чудом уклонившись от огромного скального выступа, он пикировал вдоль отвесной стены прямо на ровное песчаное плато.
– Черт возьми, – заорал сержант, но его голос потонул в криках остальных.
Земля приближалась с чудовищной скоростью. Через секунду ужасный удар искорежил и перевернул крылатую машину. Лопасти отлетели, как лепестки с цветка, хвост со страшным воем изогнулся вверх, как у скорпиона, затем лопнул и отломился, а фюзеляж покатился по гладкой, словно стол, равнине, разбрасывая в разные стороны оглушенных людей.
Наконец все стихло, и не успела еще осесть туча пыли, как из деформированных обломков поползли чудом оставшиеся в живых люди.
Джон сильно ударился головой о жесткие перегородки и на секунду потерял сознание. Очнулся он, когда все уже закончилось. Где-то в самой сокровенной глубине мозга неудержимо билась мысль: «Быстрее из машины, может быть взрыв, быстрее…»
Он посмотрел на себя, на свои руки и ужаснулся: они были в крови. Охраннику, сидевшему напротив Джона, разорвавшейся переборкой отрезало голову, кровь фонтаном била из страшной раны. Охранник справа тоже был мертв: его грудь насквозь проткнул длинный металлический штырь. Сержант стонал, но двигался, пытаясь вылезти наружу.
– Мак, Стив! – закричал Джон, но из горла вырвалось только хриплое шипение. Он сделал рывок вперед всем телом, кое-как развернулся и пополз к выходу.
Вместо двери зияла огромная дыра. Джон окинул взглядом то, что осталось от кабины: окровавленная масса из человеческих тел, стекла, приборов и песка ужаснула его.
– Мак, – снова захрипел он. Вдруг обломки зашевелились, показалась чья-то рука. Джон схватил ее, потянул на себя. Алюминиевый лист отодвинулся, и он увидел Стива.
– Быстрее, быстрее отсюда! – хрипя, простонал он.
Джон вылез в пролом борта, за ним – Стив. Они поползли в сторону от начинающей гореть машины. В нескольких шагах, справа их уже поджидал еле дышащий сержант. Самое удивительное – и у Джона, и у Стива наручники на руках оказались разорваны, лишь на запястьях болтались стальные браслеты. Сержант был весь в крови. Ему рассекло голову. Стив вывихнул плечо. Немного подвигав предплечьем, он вставил сустав на место и облегченно вздохнул. У него были разбиты губа и нос, кровавое пятно на рубахе увеличилось.
Джон ошалело оглядывался по сторонам. Внезапно раздался взрыв, и изуродованный фюзеляж вертолета вспыхнул. Один из охранников и радист все же успели оттуда выбраться. Радисту огненной волной ударило в спину. Он упал и, закричав, стал кататься по песку, стараясь сбить пламя на полыхавшем комбинезоне.
Джон, Стив и сержант бросились к нему и засыпали его песком почти с головой. Пламя удалось погасить. Радист откопался и сел, пытаясь стянуть с плеч обгоревшую куртку.
Остатки вертолета пылали. Оставшиеся в живых люди, завороженные, смотрели, как огонь пожирает машину. Вдруг Джон вздрогнул: из-за холмика показалась сначала рука, а за ней и голова Максимилиана Иствуда.
– Мак! – радостно крикнул Джон. Стив обернулся и тоже увидел его. Мак полз, волоча за собой сломанную ниже колена правую ногу.
– А мы уж думали, что ты на небесах, – пошутил Стив. Мак болезненно улыбнулся и лег рядом, отдуваясь. Пошатываясь, Джон побрел вокруг вертолета.
– Может, еще кто-то уцелел, – бросил он через плечо парням и стал внимательно осматривать место аварии.
Среди обломков хвоста оказалось еще одно изуродованное тело. Подойдя поближе, Джон услышал стон. Приблизившись к стонущему, он невольно закрыл глаза: парень потерял ногу и руку. Он был в шоке, тяжело дышал и правой рукой сжимал маленький талисман, висевший у него на груди. Джон попытался повернуть парня на бок. Тот застонал. Пришлось оставить его, как прежде.
– Пожалуйста, – прохрипел парень, – передай это. Он разжал кулак, и Джон увидел маленький круглый серебряный медальон.
– Передай ей… – Рука у парня затряслась, он судорожно рванулся всем телом, вскрикнул и умер. Джон оцепенел от ужаса, глядя в полуоткрытые, еще не успевшие остекленеть глаза бедняги. Минуты три он но шевелился, не замечая палящих лучей коварного ослепительного солнца. Потом осторожно закрыл парню глаза, высвободил медальон, открыл его и увидел крохотное голографическое изображение лица юной, очень красивой девушки.
«Кто она? – подумал Джон. – Жена? Возлюбленная? Сестра? А может невеста или просто подруга… Все равно, кто бы она ни была, надо найти и передать ей этот талисман. Пусть узнает о последних минутах жизни близкого человека».
Джон обернулся, ища оставленных им парней. Остатки вертолета уже не горели, а только смрадно чадили. От сгоревших резиновых кабелей, пластмассовых конструкций и человеческих тел воняло так, что хотелось зажать нос и не дышать. От чада слезились глаза.
Джон увидел, что ребята отошли в тень огромного валуна – подальше от места аварии.
Он подошел к ним и сел, опершись спиной о камень. Стив наклонился к нему и шепнул:
– Мак плох. Открытый перелом большеберцовой кости, сломано три ребра, сотрясение мозга.
– Джон! – Стив взял его за плечо. – Наверное, ему конец… Я думаю, нам всем крышка? Это самое гнусное место на Земле… – Стив помолчал и бросил через плечо сержанту:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16