А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Вы хотите купить готовую еду, или же мы сами приготовим ее?Линет еще раз обвела взглядом пустые полки и печь, холодную, как могильная плита. Если она отложит обед, это будет надолго. Ее желудок тоскливо сжимался от голода, напоминая о том, что больше не намерен ждать.– У меня был очень трудный день, мистер Данворт. Хотя я обычно предпочитаю, чтобы еда готовилась дома, сегодня придется поступить иначе. Нет ли здесь поблизости какой-нибудь гостиницы, где сносно готовят жаркое или пироги с мясом?Данворт кивнул и протянул руку за шляпой.– Да, здесь неподалеку есть как раз такая гостиница.– Тогда купите достаточно еды для себя, меня, виконта и баронессы...– Виконт собирался обедать в клубе, – прервал ее Данворт. – А баронесса сегодня вечером будет пить, а не есть.Линет промолчала. Она видела, как некоторые из прихожан ее отца спивались, и не испытывала желания кому-либо содействовать в этом.– Тогда купите еды для нас троих. Я сама отнесу баронессе еду.– Хорошо, мисс.– В этом доме имеются еще слуги?– Нет, мисс. Только я один.Дворецкий застегнул пуговицы на плаще и повернулся, чтобы выйти. Линет остановила Данворта, положив руку ему на плечо.– Я могла бы пойти с вами, – предложила она, зная, что во многих домах хозяйки сами делают покупки. – Должна ли я это делать?– Нет, мисс, вам не следует идти со мной. Ведь вы станете настоящей леди, поэтому я – неподходящая для вас компания.Линет кивнула, понимая, что он имеет в виду.– Хорошо, – сказала она, с облегчением осознавая, что ей не придется бродить по вечернему городу.Графство Кент находилось достаточно близко от Лондона, чтобы до нее доходили слухи о том, какие опасности подстерегали незадачливых прохожих поздним вечером.– Тогда я, наверное, доем ваш черный хлеб, – уныло произнесла она.Быстро кивнув, Данворт исчез за дверью. Линет мысленно подивилась, что грузный мужчина способен на такое проворство.Она попыталась утолить голод черным хлебом, но ей не удалось заставить себя проглотить грубую корку. Поразмыслив, Линет решила поискать баронессу, вместо того, чтобы сидеть в кухне, изнывая от нетерпения.Она нашла ее наверху, в одной из комнат, которая, вероятно, тоже когда-то выглядела весьма привлекательно благодаря нежно-голубым и палевым тонам. Сейчас она носила на себе отпечаток разрушительного воздействия времени. Обивка на мебели вытерлась, портьеры истрепались и выцвели на солнце. Даже камин шипел и кашлял как-то по-стариковски. Баронесса сидела у огня, кутаясь в плед. В руках она держала бокал шерри и неотрывно смотрела на языки пламени.Линет остановилась у входа, чтобы как следует рассмотреть баронессу. Увидев эту женщину первый раз, Линет сразу почувствовала к ней неприязнь. В огромном помещении собора девушка казалась самой себе такой незначительной и слабой, что баронесса с ее надменностью и недовольством лишь усиливала это впечатление.Но сейчас Линет усомнилась в своей правоте. Женщина, которая сидела перед ней, выглядела рано постаревшей и очень уставшей; ее сгорбленная фигура выдавала подавленное настроение. Хотя баронесса сжимала в руках бокал шерри, она не пила из него. Бутылка, стоявшая на маленьком столике, была почти полной.У Линет мелькнула мысль, что баронесса, вероятно, всего лишь безвольная пешка в игре виконта, поскольку она настолько слаба, что не может противиться воле своего племянника.– Если вы хотите есть, вам придется самой покупать еду, – сказала баронесса. Ее голос прозвучал не холодно и отстраненно, а всего лишь устало.– Я уже послала Данворта за пирогами с мясом. Он скоро принесет нам еду.Глаза баронессы сверкнули, на мгновение ее взгляд оторвался от угасающих углей.– Вы сказали, чтобы он принес для меня еду?– Конечно. Я не позволю, чтобы кто-то страдал от голода, когда есть деньги.На этот раз женщина смотрела на Линет широко раскрытыми глазами.– Вы отдаете себе отчет в том, что деньги, которые вы сейчас тратите, вычтут из вашего состояния?Линет кивнула. Эта всеобщая уверенность, что какой-то джентльмен даст за нее большую сумму денег, была ей неприятна. Все они надеялись, что внезапно появится какой-то богач и, словно по мановению волшебной палочки, осчастливит их всех. Линет собиралась действовать по плану, а поскольку у нее не было никакого плана, ее охватывало беспокойство. Что будет с ней в том случае, если ей не найдут жениха? Сможет ли ее мать заплатить за то, что она потратит? Нет, у нее не было денег. Может быть, Линет отправят в дом ее дяди? Она будет опозорена, с ней никто не захочет иметь дела.К счастью, она не могла долго предаваться подобным мыслям, поскольку баронесса продолжила:– Я уверена, что Данворт сообщил вам о том, что сегодня вечером я намерена пить, а не есть.Линет кивнула. Она подошла к горящим углям и попыталась согреться.– Да, он говорил мне, но я уверена, что мясо полезнее, как для тела, так и для духа.Линет произнесла эти слова машинально – ей частенько приходилось говорить нечто подобное прихожанам отца. Затем, взглянув на женщину, она с удивлением отметила, что та смотрит на нее слишком задумчиво.– Баронесса?– Вы не испытываете ненависти ко мне, – сказала вдруг женщина. Ее слова были скорее утверждением, а не вопросом, и это застало Линет врасплох.– Почему вы считаете, что я должна ненавидеть вас?В ответ раздался смех, весьма странно прозвучавший в гробовой тишине дома.– Вы хотите сказать, что вам, как дочери священника, не пристало ненавидеть меня? Уверяю вас, каждая девушка, которую он приводил сюда, ненавидела меня до глубины души.Линет медленно опустилась в кресло, стоявшее напротив баронессы.– Значит, это правда: вы поступаете по его указке, позволяя ему командовать вами.Вместо ответа баронесса осушила свой бокал одним быстрым глотком.Линет отвернулась, понимая, что это лишь подтвердило ее догадку.– Я не считаю вас своим врагом, баронесса, – мягко произнесла девушка.– Разве вы уже начали войну? – грубо спросила та.Линет пожала плечами. Ей не хотелось объявлять войну, однако, если честно, она начинала считать виконта своим врагом. Всем домом заправлял он один, и по всему было видно, что ему это удавалось не так уж хорошо.– Вы проиграете. Вы не сможете сопротивляться ему. Он не позволит вам бороться против него.Прежде чем ответить, Линет взвесила каждое свое слово. Она была новичком в этом доме и не могла позволить себе роскошь пустой болтовни.– Я не хочу сеять раздор и нарушать гармонию, баронесса.– Ха-ха-ха! – Пронзительный смех баронессы неприятно резал слух. – Ведь вы же дочь священника, а на земле нет существа, более противоположного по своим взглядам моему племяннику, нежели вы. – После непродолжительной паузы баронесса снова наполнила бокал. – Вы, разумеется, попытаетесь бороться с ним, но, как и все, проиграете. Затем он выдаст вас, замуж и больше никогда не вспомнит о своей ученице. – Женщина сунула бокал в руку Линет. – Пей, девочка. Тебе это сейчас нужнее, чем мне.Линет пристально посмотрела сначала на баронессу, затем на бокал и медленно перевела взгляд на огонь. Все это казалось сплошным абсурдом. Все было неправильно. Когда она снова посмотрела на баронессу, стало ясно, что продолжения разговора не будет. Женщина погрузилась в себя, закрыв глаза, будто приготовилась уснуть.В голове Линет роились беспорядочные мысли. Что же происходило на самом деле? Когда она покидала Кент, ее переполняли мечты о переменах, которые должны были изменить жизнь к лучшему. Рекомендация графа Сонгширского казалась надежной гарантией и единственным утешением для нее. Если сам граф порекомендовал ей эту женщину, значит, Линет была в безопасности. Ведь он знает жизнь лучше, чем она.Однако постепенно ее охватывал страх. Во что она ввязалась? Как она могла рисковать всей своей жизнью, положившись на совет старого доброго человека?Линет почувствовала, как ею овладевает отчаяние. Ее взгляд упал на бокал, который она все еще сжимала в руке. Линет ненавидела алкоголь. Она знала, что он мог сделать с людьми и их семьями. Но, несмотря на это, девушка подняла бокал и осушила его до дна. Глава 3 Той ночью в ее комнату вошел виконт. Было уже очень поздно, возможно за полночь. Линет не знала, который час. Она просто услышала, как открылась смежная дверь, соединявшая их комнаты.Она в испуге открыла глаза и лежала, боясь шелохнуться. Марлок не взял с собой свечу, поэтому девушка скорее чувствовала его присутствие, нежели видела его: над ее кроватью возвышался темный силуэт, до невозможности большой. Ей хотелось закричать, но из ее горла не вырвалось, ни единого звука. Даже если она закричит, то кто придет ей на помощь? Наверняка никто, в этом можно было не сомневаться.– Не бойтесь. Этой ночью я не стану прикасаться к вам.Его низкий голос звучал как-то странно. Казалось, он был исторгнут черной тьмой, окружавшей ее, а не исходил из уст мужчины, стоявшего рядом с кроватью.– Дышите свободнее, Линет. Я не хочу, чтобы вы умерли от удушья, так и не начав заниматься.Подчинившись ему, она сделала судорожный вдох. Он сел рядом с ней, и кровать, скрипнув пружинами, прогнулась под его весом. Она удивилась, что ее тело по-прежнему повинуется ей. Отодвинувшись от него, Линет прижала руки к груди и широко раскрытыми глазами всматривалась в ночную темноту.Девушка понимала, что выглядит смешно. Он мог легко разделаться с ней, даже если бы она забилась в угол комнаты. И что ему одеяло, которое она натянула до самого подбородка? Он может сделать с ней все, что ему взбредет в голову.Ощущая свою беспомощность, она расслабилась и положила руки вдоль тела. Ее белая ночная сорочка была застегнута до самого ворота и надежно прикрывала ее. Если он видел в темноте, то все равно не заметил бы ничего предосудительного.Марлок, должно быть, почувствовал, что она изменила положение, и сразу отозвался:– Надеюсь, вы смирились с тем, что произошло с вами, Линет? Я здесь не для того, чтобы причинить вам вред.Ей пришлось сделать три попытки, прежде чем она смогла расслышать собственный голос. Когда же она заговорила, в ней все кипело от бессилия.– Почему вы здесь, милорд?Пожав плечами, виконт непринужденно ответил:– Я хотел убедиться, что вы спите. К тому же вы должны привыкать к моим посещениям. – Помедлив, он вздохнул. – Нет, это неправда. Я пришел сюда, чтобы задать вам один вопрос.Линет закрыла глаза, думая о том, что она попала в высшей степени странный дом. Этот мужчина явился в ее комнату – посреди ночи! – чтобы поговорить. И все же она была дочерью священника, а потому догадывалась, чего от нее ждут.– Что именно вы хотите узнать?Он рассмеялся, но на этот раз его смех показался ей довольно приятным.– Вы всегда так вежливы? – спросил виконт. – Даже когда незнакомый вам джентльмен входит в вашу комнату без стука?– Поскольку никогда раньше мне не приходилось бывать в подобной ситуации, я не могу сказать о своей реакции на ваш поступок, – вырвалось у нее. Линет вдруг заметила, что ее голос, к счастью, звучал уже не так взволнованно.В ответ на ее слова раздался раскатистый смех, и она, чувствуя злость и раздражение, невольно сжала кулаки.– У меня к вам очень простой вопрос, Линет, – серьезно сказал Марлок. – Почему вы до сих пор здесь? Приехав сюда, вы понятия не имели о том, какую сделку вам придется заключить. Но, узнав подробности, вы все-таки не сбежали из моего дома и не стали кричать от ужаса. Почему?Она нахмурилась, жалея, что не видит его лица.– Я приехала сюда, чтобы выйти замуж, – заявила она. – За богатого человека. Как мне пообещала баронесса.Он покачал головой.– Вы привыкли жить в честной бедности, Линет. Вы привлекательны, поэтому для вас не составило бы труда выйти замуж за кого-нибудь из графства Кент. А вы все бросили и приехали сюда, в дом распутника. Зачем?Она вздохнула. Почему-то ее нисколько не удивило, что он задал ей тот же самый вопрос, над которым она не один час думала. У нее действительно было достаточно времени, чтобы сбежать отсюда и как-нибудь вернуться в свою семью. В этом случае ее репутация пострадала бы не так уж сильно.– Ваш дядюшка очень плохой человек? – поинтересовался он. Линет отрицательно покачала головой.– Нет. Я знаю, что смогла бы устроиться жить у него.– Тогда в чем же дело? – настаивал он. Линет кусала губы, не находя ответа.– Знаете ли вы, милорд, что значит желать и не понимать причины своего желания? – Она не стала дожидаться, когда он ответит, и продолжила, пытаясь выразить в словах неясное беспокойство, которое жило в ней: – Я помогала своему отцу выполнять обязанности, которые диктовал ему долг священника. Все обязанности, милорд. Я знаю, что ожидает девушку из приличной деревенской семьи. Я слышала рассказы жен и матерей. Я знаю, о чем они тоскуют и мечтают. – Она вздохнула. – Не все из них несчастливы, однако...– Однако что, Линет? Вам хочется большего? Она снова покачала головой.– Нет, милорд, мне не хочется большего, я просто хочу чего-то... другого. Я не смогу найти там счастье. В деревне моего дядюшки я тоже не узнаю радости.– Значит, вы решили воспользоваться моими услугами, оттого что вам скучно? – В его голосе чувствовалось явное презрение, и она сжалась.– Нет, не от скуки, милорд. Поймите, я пыталась мыслить логически. Я не познаю счастья там, где живет моя семья. Поэтому я решила поискать в другом месте, пусть даже и безуспешно. – Она пожала плечами. – Баронесса... или, наверное, вы – это единственная возможность для меня.– Значит, вы хотите найти радость.Она до боли сжала руки, но голос ее оставался спокойным.– Я уже говорила вам, милорд, что я пока не понимаю, чего ищу. Единственное, что я знаю, – это невозможность найти счастье у себя дома.– А если вы не сможете найти его и здесь? После моего курса? Она вздохнула.– В ожидании перемен есть свой риск, не так ли? Иногда дальнейшая жизнь становится еще хуже, чем была.– И что тогда?– Тогда я буду жить среди тех обстоятельств, в которых окажусь. – Ей хотелось прикоснуться к нему, чтобы он лучше понял ее. – Я не смогу найти счастье в доме моего дядюшки. Возможно, в браке с богачом я буду так же несчастлива, как и с бедняком.Линет умолкла, ожидая ответа. Но Марлок молчал, и через некоторое время от наступившей тишины ей сделалось не по себе. В мучительном ожидании она с трудом выдержала его долгий, пристальный взгляд. Наконец Линет решилась прервать затянувшееся молчание.– Я намерена пройти у вас обучение, милорд. Я не убегу из-за своего страха или слабости.Он рассмеялся, хотя в его голосе не было ни капли веселья.– Значит, вы ручаетесь за себя, Линет. Но вы должны понимать, что я уже израсходовал приличную сумму на вас и теперь не скоро смогу ее возместить. Мое будущее зависит от вашего успеха, моя дорогая, точно так же, как и ваше собственное будущее. Поэтому мы должны пройти этот курс. Даже если вы вдруг передумаете или убежите из этого дома, я обязательно найду вас. И вы будете вынуждены выполнить ваши обязательства не только передо мной, но и перед вашим женихом.– Вы не можете заставить меня!– Нет, вы ошибаетесь. Я смогу заставить вас. – Сейчас голос виконта показался ей отвратительным. – Можете быть уверены.Линет проглотила комок в горле; она ни секунды не сомневалась в его словах. Мужчины не очень-то церемонились с женщинами, которые потеряли честь и запятнали свою репутацию. Никто и пальцем не пошевельнет, чтобы защитить ее.– Вы заключили со мной сделку, как только переступили порог этого дома, Линет. Не рассчитывайте на то, что я позволю вам изменить ситуацию. Можете даже не пытаться делать это.Она кивнула и, собравшись с духом, произнесла:– Я уже говорила, что не собираюсь убегать отсюда. Но и вы не должны забывать о своем обещании. Когда все это закончится, у меня, надеюсь, будет богатый муж и новая жизнь. Этот человек должен быть достаточно богат, чтобы я могла помочь своей сестре войти в приличное общество и дать хорошее образование своему брату. Это все, о чем я прошу.Она говорила спокойно и уверенно, но на самом деле ей было страшно. Что, если ее супруг окажется грубым человеком и проявит жестокость по отношению к ней? Или ей достанется в мужья какой-нибудь умалишенный старик? Что она тогда будет делать?Нежное прикосновение руки Марлока успокоило Линет. Виконт погладил ее по щеке.– Я думаю, что предстоящие месяцы обучения подарят нам много радости, – мягко сказал он, и в его голосе послышалось восхищение. – Клянусь Богом, это будет именно так.– Принесут ли эти месяцы радость мне, милорд? – Она не знала, зачем задала этот вопрос. И все же он с готовностью ответил:– Все зависит от вас, Линет. Именно вы будете решать, как расценивать происходящие с вами перемены.– Возможно, со мной произойдет, много грешного? – напрямик спросила она.Даже в темноте Линет увидела, как он кивнул.– Да, много грешного. – Виконт склонился над ней настолько близко, что она почувствовала, как его горячее дыхание касается ее лба. – Или же божественного.Она взволнованно задышала, не в силах совладать с охватившей ее дрожью. В тот же миг Марлок отодвинулся от нее и встал.– На сегодня достаточно, Линет. Я вижу, что вы устали.– Вы ничего не можете видеть, милорд. Здесь слишком темно. Она не знала, почему ей по-прежнему хотелось возражать ему.Но эти слова уже были произнесены, и они вызвали у виконта новый приступ смеха.– Напротив, моя дорогая, я прекрасно вижу в темноте.Он поклонился ей, собираясь выйти. Линет услышала, как он распахнул смежную дверь и прошел к себе. Но он почему-то не закрыл за собой дверь!Линет легко представила все, что он делал. Она слышала, как мужчина снимал одежду, как звякнули монеты, которые Марлок положил на стол, а затем плеск воды и, наконец, скрип пружин, когда он лег в постель.Потом наступила тишина, и Линет подумала, что он, вероятно, заснул. Она почти расслабилась, как вдруг раздался голос виконта, который, казалось, разрезал тишину.– Я хочу сказать вам еще одну вещь, – повелительным тоном произнес Марлок.Испугавшись, девушка села на кровати, думая, что Марлок снова подошел к ней. Это было не так. Голос доносился из его спальни.– В будущем, Линет, вы должны будете спать обнаженной.
Он слишком торопил события.Адриан вглядывался в темноту, окутавшую его спальню, и ругал себя за излишнюю поспешность. Эта Линет была странным созданием. Дочь священника, приехавшая сюда по своей воле и рискующая собственной жизнью только потому, что какой-то родственник одного из прихожан посоветовал ей так поступить.Он встал с постели и тихо зашагал по комнате, пытаясь дать оценку тому, что произошло. Казалось, она была точно такой же, как и все его девушки, – юная, хорошенькая, наивная, но ее характер отличался необыкновенной смелостью и мужеством. Кроме того, она была очень опрятной, а ее тело, судя по первому впечатлению, не имело изъянов.За нее дадут большие деньги, если, конечно, она проявит выдержку.«Я не убегу отсюда», – твердо заявила Линет, и он осознавал, что девушка говорила вполне серьезно. Но она выбрала для себя трудный путь. Никто – и менее всего дочь священника – не мог встать на путь куртизанки, не терзаясь сомнениями. Адриан должен сделать все возможное, чтобы она не изменила своего решения, погубив тем самым и себя, и его. Он уже столько потратил на нее, что у него оставался только один выход – выдать ее замуж за состоятельного человека.Теперь, когда Линет сама поклялась в том, что не убежит, виконт получил своего рода гарантию успеха. Наверняка он сможет расплатиться с долгами, которые отец так легкомысленно возложил на его плечи. Что ж, ему остается с радостью и нетерпением дожидаться свадьбы девушки. И все же это не радовало его. Почему?«Знаете ли вы, милорд, что значит желать и не понимать причины своего желания?» – эти слова все еще звучали в его голове, наполняя непроглядную темноту ночи тем самым беспокойством, о котором она говорила. Да, Марлоку была знакома подобная тоска, когда хотелось чего-то такого, о чем он и сам не ведал. Он чувствовал, как эта тоска разъедала его душу, ни на минуту не давая забыть о том, что в соседней с ним комнате спит прекрасная женщина, предназначенная для другого. Марлок испытывал невероятное уныние, когда смотрел на свои запустелые поля и малочисленные стада овец. В самые печальные моменты его жизни эта тоска лишала сил и веры в будущее, и все же он не понимал, чего ищет. Он только знал то, что у него этого не было.И Линет тоже не понимала. Марлок был уверен, что она не найдет ответа на этот вопрос, даже если выйдет замуж. Она не найдет его ни в Лондоне, ни в Кенте. Но, по крайней мере, у нее была надежда. Через десять или пятнадцать лет, когда ее муж умрет, а она будет обладать богатством, положением в обществе и свободой, ей представится возможность найти ответ на свой вопрос. Именно об этом он мечтал, когда сидел в долговой тюрьме. Чтобы обрести все это, он теперь работал с девушками, подготавливая их к богатому замужеству.Но почему тогда ему так отвратительно думать об этом? Почему он по-прежнему испытывает сильное томление и желание познать то неведомое, чего у него никогда не было?Марлок не мог ответить на этот вопрос. Ему оставалось лишь строить планы и думать, как сделать Линет своей самой лучшей невестой. А когда она выйдет замуж и получит обеспеченное будущее, он, вероятно, сможет обрести покой. Он расстанется с Линет навсегда, чтобы строить свою собственную жизнь.И тогда, возможно, он найдет ответ. Он узнает, чего ему недоставало, и заполнит пустоту, которая так мучила его. Но до этого времени ему необходимо вкладывать все свои силы в обучение Линет, чтобы как можно выгоднее ее продать. Глава 4 По старой привычке Линет проснулась рано. Ее отец всегда вставал рано, и она завтракала вместе с ним, с удовольствием внимая его рассуждениям о жизни. Однако в доме виконта в этот час царила мертвая тишина.Она открыла глаза, ожидая услышать сонное дыхание своего брата и сестры. Но, кроме звуков пробуждающегося Лондона, Линет не услышала ничего. Наверное, стоит еще немного поспать – после ночного посещения виконта ей не удалось сразу заснуть, и поэтому сейчас она чувствовала себя усталой. Но из-за непривычного ощущения, что в нескольких футах от ее головы распахнута дверь в спальню виконта и он находится в нескольких шагах от нее, она больше не сомкнула глаз.Девушка как можно тише встала с постели и быстро оделась, не отрывая глаз от темного входа в спальню виконта. Она опасалась, что Марлок может проснуться в любой момент. Затем, стараясь не дышать, чтобы не разбудить его, она на цыпочках вышла из комнаты.На первом этаже никого не было, даже Данворт отсутствовал. Линет направилась в кухню, надеясь, что дворецкий догадался купить что-нибудь к завтраку. Когда она открыла дверь, то сразу увидела баронессу, сидевшую за столом со свежеиспеченной булочкой в руке. В кухне было тепло, на печи стоял чайник.– Доброе утро, баронесса. Надеюсь, вам хорошо спалось.Это было обычное приветствие, которое Линет говорила по утрам своему отцу. Он всегда отвечал, что спал сном праведника, и выражал надежду, что его дочь тоже прекрасно выспалась. Линет задумалась, как бы она сейчас ответила отцу, ведь ее сон этой ночью был тревожным и вовсе не походил на сон праведницы. К счастью, у нее не было времени думать над этим, поскольку баронесса устремила на нее взгляд своих покрасневших глаз.– Никто из прежних девушек не вставал так рано, – с недоумением произнесла она.Линет молчала, чувствуя, как сильно ей не хватает сейчас отца.– Я всегда встаю в это время, – сдержанно ответила она.– Утро – это мое время, – отрезала баронесса. – Поскольку в это время он спит.В другой раз Линет из вежливости предпочла бы удалиться, но сейчас ей не хотелось упускать возможность узнать больше о своем таинственном хозяине.– Вы говорите о виконте? Он обычно спит допоздна? Баронесса, насупившись, смотрела в свою чашку. Затем она заговорила. Ее голос звучал гневно:– Для него самое главное время – это ночь. Вы не увидите его до полудня. Но и тогда он бывает в плохом настроении. Хорошенько запомните это, моя дорогая.Линет кивнула.– Конечно, я...– Обычно он оставляет записки, – прервала ее баронесса. Вынув из кармана конверт, она бросила его на стол. – Ночью он пишет свои распоряжения. Это для вас.Линет уставилась на белоснежный конверт. Сначала ее переполняло чувство страха; ей казалось, что если она прикоснется к этому посланию, то навсегда запятнает себя. Усилием воли Линет отбросила эту нелепую мысль – она и так уже была запятнана, а ее репутация безнадежно пострадала, как только она осмелилась войти в дом Марлока. И теперь этот конверт уже не может причинить ей никакого вреда.Однако она решила отложить чтение письма, воспользовавшись единственным предлогом, который у нее был.– Можно чаю? – вежливо спросила девушка.– Нет.Линет с удивлением оглянулась. Зачем тогда кипел чайник? Но, в тот же, миг она поняла, что не следует выяснять причин столь категоричного «нет». Достаточно было одного взгляда на напряженное лицо баронессы, чтобы удержаться от вопросов. Линет часто слышала от своего отца, что иногда мелочи не стоили того, чтобы спорить из-за них.Поэтому она спокойно села на стул и открыла конверт. «Сегодня вы должны навести порядок в кухне. Я буду обедать дома этим вечером. М.», – прочитала Линет и обернулась, заметив, что баронесса заглядывает ей через плечо.– Он все время пишет одно и то же, – сказала женщина с каким-то квохчущим смешком.Линет огляделась вокруг, пытаясь унять волнение и не поддаваться панике. Куда запропастился Данворт?– Но что я должна делать? Я не знаю, как наводить порядок в кухне.Баронесса никак не отреагировала на ее заявление. В наступившей тишине Линет вспомнила слова Данворта о том, что она может попросить у них о помощи. Повернувшись к баронессе, девушка вежливо поинтересовалась:– Не могли бы вы мне помочь? Я понятия не имею, как это делать.– Вы попросили у меня о помощи! – воскликнула баронесса, и на ее лице появилась понимающая улыбка.Линет была потрясена мгновенной переменой, которая произошла с этой леди. Лицо баронессы внезапно стало прекрасным. Ее прямые каштановые волосы красиво обрамляли высокий лоб и скулы. От кислого выражения, которое казалось отталкивающим, не осталось и следа. Когда она улыбалась, ее лицо приобретало какую-то особую привлекательность, а покрасневшие глаза нисколько не портили ее.Линет все еще думала об этом, когда в комнату ворвался Данворт.– О, вот и вы! Теперь мне не придется долго спать.– Мы долго ожидали появления новой девушки, – объяснила баронесса.Данворт вынул объемистый кошелек.– Посмотрите, сколько у нас денег.Дворецкий и баронесса уставились на Линет, ожидая ее распоряжений. У Линет закружилась голова.– Сколько я могу потратить? – спросила она, заикаясь. Мужчина вручил ей кошелек.– Сначала пересчитайте. Милорд потребует от вас отчета.– Она уже попросила меня о помощи! – с радостью заявила баронесса.Данворт захлопал в ладоши.– Я знал, что она умна.Он нагнулся и открыл для Линет кошелек, затем вытащил оттуда банкноту.– Мы всегда начинаем с обсуждения меню. Прикажете отправиться за продуктами для завтрака?Ошеломленная таким поворотом, Линет кивнула. Данворт сделал под козырек и исчез за дверью. Между тем баронесса извлекла из складок одежды банку с чаем, которую предварительно спрятала, и спокойно насыпала заварку в две чашки. Затем она достала бумагу и чернила, и они уселись за работу, словно лучшие подруги.Но ведь несколько мгновений назад баронесса вела себя с Линет так, словно та была, назойливой попрошайкой. Она даже отказала ей в чашке чая! Что же это был за дом, где с гостями сначала обращались как с врагами, а затем принимали их как друзей? Как должна вести себя Линет в этой необычной обстановке? Здесь все так отличалось от того, к чему она привыкла.– Ваше будущее сложится само по себе. А сейчас делайте так, как он вам скажет, и будьте довольны.Линет вздрогнула от слов баронессы. Неужели та прочитала ее мысли? Она покраснела и, запинаясь, произнесла:– Простите. Я задумалась о своей семье и о том, как мне не хватает близких людей.Баронесса снова захихикала.– Никогда не лгите. Мы знаем, о чем вы думаете. У нас уже было шесть девушек до вас, которым пришлось пройти через все это.– Тогда почему вы вдруг стали так любезны со мной? – вызывающе спросила Линет.Баронесса ответила не сразу. Она взяла чашку и отпила из нее. Затем, не спуская с девушки глаз, она медленно произнесла:– Потому что вы попросили меня о помощи. Помните, вы теперь леди. Никто не будет предлагать вам помощь в выполнении таких заданий.Линет не смогла удержаться от смеха.– Уверяю вас, баронесса, для меня никогда не составляло труда попросить кого-либо о помощи. Когда я выполняла свои обязанности в приходе, мне часто доводилось так поступать.Баронесса кивнула. На ее лице застыло задумчивое выражение.– Тогда, возможно, это большое преимущество – быть дочерью священника. Хотя я сомневаюсь, что вы в дальнейшем будете придерживаться такого мнения.
День пролетел очень быстро. Линет предстояло узнать так много нового! Баронесса оказалась неисчерпаемым источником знаний. Данворт же был неистощим на грубоватые, но забавные пояснения, и Линет не хотелось, чтобы этот день заканчивался.Они вместе побывали почти во всех лавках Лондона и накупили всевозможных продуктов. Линет знала, что ее глаза делались большими, как чайные блюдца, но она ничего не могла с этим поделать. Ее восхищало абсолютно все, и она пыталась запомнить каждую подробность. Ее компаньоны были дружелюбны и полны веселья.Это продлилось до того момента, пока они не вернулись домой. В доме виконта они вдруг помрачнели, и шутки Линет оставались без внимания. Баронесса и Данворт, молча и деловито, разложили продукты. Когда им нужно было что-то сказать друг другу, они перешептывались. Линет была огорчена и разочарована.– Неужели он так не любит смех? – спросила она. Данворт и баронесса испуганно посмотрели на нее, но предпочли не отвечать.– Я говорю о лорде Марлоке, – настаивала Линет. – Разве он не желает слышать, как люди смеются?Баронесса нахмурилась.– Конечно, нет. Почему вы об этом спрашиваете?– Потому что вы ведете себя странно. – Линет скрестила руки на груди. – Мы так весело провели этот день. Почему, вернувшись в этот дом, мы должны напускать на себя серьезный вид?– О, дорогая моя! – воскликнула баронесса. – Виконт Марлок здесь ни причем.– Тогда в чем же дело? Почему вы сейчас разговариваете шепотом?Нервно потирая руки, Данворт объяснил ей:– Это неприлично, мисс.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18