А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Вы спешите, господин Уэлсли? – вдруг остановил его низкий голос, заполнивший в долю секунды все пространство полуосвещенной конюшни.
Он повернул голову и увидел жену, лежащую на куче сена в одних чулках с красными подвязочками.
Будто околдованный трепетным взглядом Мег, он не раздумывая двинулся в ее сторону.
– Боже мой…
– Мне казалось, что ты никогда не оторвешься от своих лошадей, – вполголоса проговорила она и, медленно улыбнувшись, поднялась на колени.
– И мне так казалось. – Он сделал несколько шагов и повалился перед ней, впиваясь глазами в неповторимую наготу Мег.
Все вокруг было восхитительно: легкий полумрак, одинокая керосиновая лампа, свисавшая с потолка чуть поодаль и бросавшая на пол слабый желто-белый свет, аромат свежей соломы, смешанный с едва осязаемым запахом лошадиного пота, и даже неугомонный стрекот сверчка на улице. Меган подняла руку и кончиком пальца провела по краям его губ.
– Я слышала, как ты там тер лошадей, – прошептала женщина, проворно расстегивая рубашку мужа. – Я бы отдала все на свете, чтобы оказаться на их месте. – Наклоняясь вперед, она сняла рубашку и слегка прижалась к его широкой груди. – Как же это приятно…
– Мне тоже приятно, моя милая.
Ответив с горячей пылкостью на его поцелуй, женщина чуть слышно проговорила:
– Пожалуйста, встань.
Только благодаря непреодолимому желанию узнать, что же будет дальше, Джеффри поднял свое дрожащее от нетерпения тело, наклонился немного вперед, мгновенно стянул ботинки и носки и выпрямился, глядя вниз.
Жена кокетливо и в то же время многообещающе улыбнулась ему, перевела взгляд на его ноги и удрученно провела рукой по плотной ткани брюк, касаясь очевидного контура его возбужденной плоти.
– Они тебе мешают? – сочувственно спросила она.
– Да.
С намеренной медлительностью, от которой ему даже захотелось взмолиться о пощаде, женщина положила пальцы руки на ширинку.
– Ну вот, – расстегивала она уже последнюю пуговицу, – теперь, надеюсь, тебе намного удобнее. – Едва касаясь его ног, Меган стянула брюки и бросила голодный взор на наконец-то получивший свободу орган.
– О, ты так тверд и одновременно так мягок. Ты жизнь моя.
Еще немного, и от ее ласковых слов и рук Джеффри не смог бы себя контролировать.
– Меган, – задыхался он от страсти, – Меган…
Мег подняла голову, ее глаза побежали вверх по притягательному телу мужчины и остановились на его красивом лице.
– О Джефф, ты лучше всего сущего на земле, ты моя радость, ты мое упоение, – прошептала она и взяла его в рот.
Мужчина опустил ей на голову руки, медленно перевел взгляд вниз и испустил длинный стон. Ничто еще на свете не возбуждало его так сильно, как любящие движения рта его жены.
– Милая, я хочу…
Женщина подняла глаза, не прекращая страстно водить языком по его плоти.
– Я… знаю… знаю…
С замиранием сердца Джефф рухнул на колени, обхватил ее руками, потянул на себя, и его твердый столбик скользнул у нее между ног.
– О мой дорогой, – пробормотала она, раздвигая ноги, – мы так долго не…
– Да, я знаю, – перебил он, входя в нее. – Я так сильно по тебе скучал. – Опрокинув жену на спину, мужчина полностью погрузился в нее.
Меган в исступлении обняла ногами его бедра, потянулась вперед, и вдруг, к ее изумлению, он вышел из нее.
– Что случилось?
– Ничего, – прерывисто дышал Джефф, – ты еще просто не готова к этому.
– Но я готова, – возразила она, стараясь вновь сблизиться с его плотью.
– Подожди немного.
– Но, Джефф…
– Тсс, – он начал целовать ее тело, – расслабься и не думай ни о чем.
Женщина сдалась и, послушно разжав ноги, откинулась на сено. Почти сразу ее глаза непроизвольно закрылись, и она ощутила прикосновение губ Джеффа к мягкому лону. От его теплого дыхания по всему телу побежали хаотическими струями мурашки, а голова безумно закружилась в стремительном водовороте.
– О… – раздался ее голос, – какое блаженство…
Упругий язык вошел в нее.
– Джефф! Джефф! Ты не дол… – Но слова Мег, которым так и не суждено было выплеснуться наружу, оборвались, и ее тело затрясло в конвульсиях. Влажный язык лег на возбужденный бугорок и начал свою безудержную игру. Очень скоро в ней отозвалось знакомое давление, раздирающее все тело, и Меган в упоительном наслаждении начала терять чувство реальности.
Чутко отозвавшись на молчаливую просьбу жены, мужчина отпрянул назад, дождался, пока охватившая ее страсть немного успокоилась, и с улыбкой на лице потянулся к ней.
– Как мне хорошо, – протяжно проговорила Мег.
– Я знал, что тебе понравится.
– Откуда?
– Мм… инстинкт, любимая, – не стал открывать перед ней своих секретов Джефф.
Она засмеялась, довольная ответом мужа.
– Ну, иди же ко мне, мой господин Уэлсли. Поцелуй, поцелуй меня.
Не заставив себя ждать, он страстно впился в ее губы, и Мег ощутила во рту чуть приторный вкус себя, от которого ей с еще большей силой захотелось мужа.
Рука женщины быстро заскользила вниз, достигая упирающегося напряженного столбика, и сжала его.
– Я хочу тебя…
– Я тоже… – не договорила она и, раздвигая ноги, ввела его.
Дождавшись, пока Меган не затряслась в агонии, он высвободил наконец так долго сдерживаемую силу.
Крик упоения, слитый воедино, разорвал тишину сумрачной конюшни. Встревоженные лошади мгновенно оторвались от сена и с любопытством посмотрели в их сторону, одна из них громко застучала копытами.
– Что это? – испуганно спросила Мег.
– Испугалась? Это мой конь, – успокоил ее муж, – его возбуждает, наверное, наш запах.
– Да? Тогда твой запах возбуждает меня не меньше.
Он был сражен наповал. Ему трудно было просто поверить, что еще совсем недавно стеснительная жена научилась так самозабвенно наслаждаться дарами любви.
– Дорогая, моего коня все-таки возбуждает не мой запах, а твой. Только твой.
– Думаю, нам лучше пойти в дом, – немного краснея, смущенная своим признанием, быстро пробормотала она.
– Хорошо. – Джефф поднялся на ноги, тряхнул головой и повернулся к ней, чтобы протянуть руку. Однако то, что предстало перед его глазами, заставило его замереть от восхищения. Разбросав руки, она вальяжно полулежала на мягкой перине из сена. Ее взлохмаченные волосы были припорошены желтой трухой, губы припухли от любвеобильных поцелуев, а груди словно превратились в бутоны цветущих роз. А на ногах все еще заманчиво красовались черные чулки. – Ты великолепна! Милая, как я скучал по тебе все это время!
– О мой дорогой!..
И в его жилах вновь закипела кровь. Он хотел… он очень хотел, но не мог.
– Нет, – простонал Джеффри, поднимая ее за руку, – только не начинай опять дразнить меня. Прошу тебя, подожди еще немного. Придем домой, и делай со мной что угодно.
– Ты сказал, что я дразню тебя? Ничего подобного. Я в жизни никого не дразнила.
– Не оправдывайся, ты делаешь это со мной каждый раз, когда я смотрю на тебя.
– Тебе не стыдно так говорить? – напустила на себя обиженный вид Мег.
– Нет, – рассмеялся он, преследуя отступающую к стене жену. – Ты на самом деле смотришь на меня дразнящими глазами.
– Джефф, ну перестань придумывать, я не дразню тебя.
– Нет? – прошептал он и положил ее руку на свою плоть. – А может, все оттого, что ты смотришь постоянно на это?
– Ты опять готов?! – спросила она, чувствуя в груди приятную истому.
– Да, и все из-за твоих чулок. Стоит мне посмотреть на них, и я сразу же возбуждаюсь.
– Если так, может, мне их никогда не снимать? – упиваясь его страстью, прошептала Меган.
Мужчина прижал ее к стене и нежно лизнул соски набухших грудей.
– Прекрасно, и ничего больше никогда не надевай.
– Мне кажется, как только я появлюсь в городе в таком виде, не один мужчина потеряет голову. – Звучный смех Мег внезапно сменился едва слышным стоном, когда его пальцы, проскользив по всему телу, вошли в ее нежное лоно.
Страсть ловко и быстро оплетала их своей прочной паутиной, и они постепенно становились ее покорными жертвами. Дыхание их то учащалось, то замирало, на секунды отказывал мозг, и вместе с тем ласки становились все нежнее и страстнее. Джеффри без предупреждения ухватился за бедра жены и приподнял ее вверх.
– Обхвати меня ногами.
Откликнувшись на его призыв, женщина почти тут же ощутила вливающуюся огненную лаву.
– Джефф, неужели прямо у стены?
– Да. Тебе нравится?
– Да… – сказала Мег, беспомощно сдаваясь мгновенно охватившему ее оргазму. Вслед за ней последовал Джефф, разрывая свое напряжение громким стоном и в бессилии валясь на женщину. Вконец измученные наслаждением, они вместе устало опустились на сено.
– Я так устала, – невнятно проговорила Меган, вновь обретя дар речи.
– И я, Мег. Давай пойдем домой и ляжем спать.
Она покачала головой.
– Нет, Джефф, у меня даже нет сил одеваться.
С трудом Джефф поднялся на ноги.
– Ну ничего. Пусть твоя одежда полежит здесь до утра.
– Ты хочешь сказать, что я пойду домой голой?
– Нет, тебе совсем не придется идти. Я понесу тебя на руках.
– Как? Ты хочешь идти голым?
– Да, почему я не могу это сделать? Меня что, кто-то может увидеть? Посмотри, уже давно полночь, а сегодня к тому же на небе ни звездочки. А если кто-то и увидит – черт с ним.
– Ты уверен, что у тебя это получится? – спросила Мег, слишком счастливая и усталая, чтобы возражать.
Он фыркнул.
– Ты напрасно сомневаешься, на это у меня еще остались силы, малышка.
– Какой же ты сейчас смешной и как сильно похож на своих лесорубов, – засмеялась она.
– Я и есть лесоруб. Если хочешь знать, я этим даже горжусь. – Наклонившись, он взял на руки жену. – Но стоит все же признаться, что очень уставший лесоруб.
– Оставь, Джефф. Я пойду сама.
– Ни за что на свете, – наотрез отказался он и, погрузившись лицом в ее груди, понес через двор к дому.
Меган счастливо улыбалась, чувствуя, что на свете не может быть ничего более романтичного, чем оказаться на улице безлунной ночью в обнаженном виде в крепких руках этого красивого громилы.
Она вновь задумалась: что же возродило в Джеффе любовь к ней? Она обязательно еще поговорит с ним о причинах, прервавших их семейное счастье. Она должна знать, что его так сильно рассердило, чтобы избежать этого в дальнейшем.
Но сейчас было не время для разговоров. Сегодня их ждали белоснежная постель, море любви, поцелуев и целая пропасть ласки. А еще – новые открытия и чудеса слияния тел. Все остальное могло подождать…
Вернувшись домой, они снова предались безумной усладе, но на этот раз не спеша, изысканно и мягко. Мег уснула где-то после двух. Ее голова покоилась на плече Джеффа, и легкое дыхание приятно щекотало ему грудь.
Даже после долгих часов занятий любовью к нему никак не приходил сон. Он молча лежал с закрытыми глазами и раздумывал о своих чувствах к жене. Откуда в ней сегодня столько страсти? Он же безразличен ей. Но ни одна женщина, сколь бы хорошей актрисой ни была она, не смогла бы подделать такое счастье и удовлетворение, которое он видел в каждом ее взгляде, в каждом движении. Ее горячие поцелуи, ее необузданные отклики на его интимные ласки, ее глубокие вздохи и стоны от насыщения – все показывало глубину чувств, далеко преступающих границы одного физического наслаждения. И теперь она лежала, приткнувшись к нему, и крепко, словно что-то очень свое, держала руку на животе. Это было совсем не похоже на действие изощренной куртизанки. Все в ней говорило об искренней любви к нему.
Осторожно он повернул голову и взглянул на безмятежное лицо жены. Вдруг что-то внутри него зашевелилось, и откуда-то из глубины тихий голос прошептал слова, которые сознание отказывалось повторить.
«Ты все еще любишь ее». И это была чистая правда.
Весь этот месяц, проводя одну ночь за другой в бессонных раздумьях, Джефф полагал, что навсегда разлюбил Меган, что до конца своих дней стер ее образ из памяти.
Даже вчерашним вечером, когда она отчаянно отбивалась от Питера Фарнзворта, ему казалось, что он окончательно разобрался в своем отношении к ней. Он действительно хотел убить это отвратительное существо, но всего лишь из-за простого чувства собственности. Мег была его женой. Его и только его, и, даже не любя ее, он никогда бы не позволил кому-то прикоснуться к ней. Но теперь, после страстных часов, проведенных в ее объятиях, оказалось, что он глубоко ошибался. И, несмотря на уловки, несмотря на ложь, несмотря на все, за что он старался ненавидеть ее, он по-прежнему любил эту женщину и уже не придавал никакого значения прошлому.
Глава 27
Меган проснулась от его нежных прикосновений к груди.
– О Джефф! – Она открыла глаза и любяще посмотрела на мужа. – Как прекрасно, что ты рядом со мной!
– Доброе утро, дорогая, – нараспев проговорил он, прижимая ее к себе. – Ну, как спала? Ты знаешь, уже одиннадцатый час.
– Да? – лениво спросила она, наслаждаясь лаской Джеффа. – Нам пора вставать, да? – Потягиваясь, Мег ощутила у себя на округлившемся животе его горячие губы.
– Как там наш ребенок? – спросил он, прикладывая ухо к животу в надежде услышать ответ изнутри.
– Нормально. – Улыбаясь, жена попробовала выскользнуть из-под него. – Сегодня утром меня даже не тошнит.
– Я рад за тебя, – пробормотал он и, настойчиво останавливая ее слабые попытки, крепко ухватился за бедра, язык стало уносить все ниже, ниже…
– Джефф, у нас на это нет времени! У меня еще куча дел по дому.
Она решила вновь попытаться вынырнуть из-под мужа, но от этих движений страсть в нем разгорелась еще больше.
– Забудь о своих делах. Это намного важнее.
– Но, – тяжело дыша, возразила она, – мы должны собираться в церковь.
– Я думаю, нам сегодня не стоит туда идти, – улыбнулся муж, становясь на колени.
– Но мы должны, понимаешь, а это, – Меган показала на возбужденную плоть, – тебе лучше убрать и потерпеть немного.
– Да, и я знаю, куда мне это убрать.
– Джефф, те несносен!
– Через минуту ты не будешь так думать, – пообещал он и, опираясь на локти, вошел в нее.
Меган была удивлена, обнаружив, что уже готова к этому.
– Откуда ты знал, что я…
– Я очень давно проснулся, – раскрывал он секрет, – ты же знаешь, что говорят в церкви о греховодности бездельных рук…
Раздавшийся в ответ смех почти тут же перешел в едва слышные стоны. В своих движениях Джеффри был особенно страстен, и уже через несколько быстрых толчков они достигли оргазма.
Наполнившись приятной дрожью, он лег на спину и потянул на себя жену.
– Ну а теперь можно начинать утро. Мег удовлетворенно рассмеялась.
– Я и не думала, что это можно делать так часто. Ты что, никогда не спишь?
– Конечно, сплю, но недолго. Это кажется напрасной тратой времени, когда можно заниматься любовью!
– Какой же ты страстный, Джефф!
– Только с тобой, моя любимая, – прошептал он, нежно целуя ее в лоб.
Они еще долго лежали с закрытыми глазами и ни о чем не говорили. Мег прервала тишину первой.
– Почему ты злился на меня? Объясни, что я такого сделала?
– Я не хочу об этом говорить, – твердо сказал он, быстро поднимаясь с кровати.
– Джефф, ты должен все рассказать мне. Я чуть тебя не потеряла. Я хочу знать…
– Теперь это не имеет никакого значения, – перебил он, – с этим покончено, и давай забудем обо всем, что тогда было между нами.
Меган быстро села и посмотрела ему в глаза.
– Нет. Я не забуду этого, пока не узнаю, почему ты обиделся. Я не хочу, чтобы это когда-нибудь повторилось.
– Этого больше не произойдет.
– А я думаю, произойдет, если мы сейчас не попытаемся вместе во всем разобраться.
– Мы уже во всем разобрались. Последние двенадцать часов тому подтверждение.
– Нет, – настойчиво повторила жена. – Это подтверждение только тому, что ты по-прежнему хочешь меня. Но проблема, какой бы она ни была, все равно осталась.
– Нет.
– Почему нет?
– Потому что причины, из-за которой я злился на тебя, больше нет.
– Ну и что, ты должен мне все объяснить.
– Это я должен? Замечательно! – вырвалось у него.
Мег испуганно заморгала глазами.
– В чем дело? Джефф, прошу тебя, скажи, почему ты все еще злишься на меня.
– Не хочу. Я не думаю, что тебе будет приятно слушать это.
– Джефф, как ты можешь до сих пор мне не верить!
От безвыходности он нервно заскрипел зубами и отрешенно взглянул на промозглую погоду за окном. Черт, ну зачем все это? Еще каких-то десять минут назад они счастливо обнимали друг друга, шутили, и тут…
– Джефф! Расскажи мне, – прервал его размышления дрожащий голос Мег.
– Ну хорошо, – крепко сжав руки в кулаки, повернулся он лицом к ней. – Раз ты так этого хочешь, я расскажу. Это было из-за денег.
– Денег? – недоуменно спросила жена. – Каких денег?
– Тех самых, которые ты хотела получить от меня, когда заставила на себе жениться.
– Боже, о чем ты говоришь?
– Не притворяйся, Меган. Мне теперь все известно. Ты специально умолчала о том, что по соглашению, которое заключил твой отец, ты должна отдать лесопилку или сорок две тысячи долларов Питеру Фарнзворту, если не станешь его женой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31