А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Для чего требовалось немало терпения. Каждый моток – это четверть мили проволоки, и я вовсе не рассчитывал, что Ричи прямо-таки побежит. Меня вполне устраивало, что проволока вообще разматывается. Когда он дошел до Тэма на вершине, я увидел, что натяжение слабеет. Разматыватель вращался все медленнее и медленнее, а когда Ричи достиг Тэма, и вовсе остановился.
Я ждал.
Они там что-то обсуждали. Интересно, о чем они разговаривают – эти двое моих коллег на том конце проволоки? Планируют меня свергнуть? Да вряд ли. Скорее всего: «Есть курнуть, Рич?»
Еще миг – и разматыватель снова ожил: Ричи перевалил через вершину и скрылся с глаз.
Барабан вращался, постепенно набирая скорость, когда Ричи начал спуск, и сила земного притяжения взяла свое. Скоро катушка вертелась волчком – это означало, что Ричи бежит по другому склону и рассчитывает, что проволока не даст ему свалиться и свернуть шею. Моток неожиданно кончился, и хвост потащился наверх по склону. Разматыватель начал беззвучно замедляться. Я допустил, что Ричи совершил мягкую посадку. Потом я зарядил следующий моток и потащил новый конец за собой. На середине склона отыскал конец проволоки Ричи и привязал к своей особым узлом строителя оград. Теперь всю горку сверху охватывала непрерывная проволока. Как только Ричи закрепит ее со своей стороны, я смогу ее натянуть, и у нас получится искомая прямая. Я задрал голову посмотрел на Тэма. Видно ли ему оттуда Ричи? Маловероятно. Для этого нужно перевалить через саму вершину, а это ему в голову, судя по всему, не пришло. Он просто таращился в воздух. Я крикнул, чтобы привлечь его внимание, но до него не долетело. Проблема с коммуникацией вдоль ограды – дело обычное. Дональд даже подумывал снабдить бригады рациями, чтобы процесс шел эффективнее, но потом решил, что это будет «поводом для злоупотреблений», и от мысли такой отказался. Я уже сбился со счета, сколько раз стоял у одного конца ограды, пытаясь проинструктировать коллегу на другом. А теперь между мной и Ричи располагалась горка, и все было только хуже. На самом деле, наверное, виноват лишь я один. Нужно было договориться о каком-нибудь сигнале до начала работ.
Интересно, куда Тэм уставился? Может, и никуда. Может, он простоял там уже так долго, что его мозг объявил забастовку. Тем временем, я понятия не имел, закрепил Ричи проволоку на другом конце или нет.
– ТЭМ! – заорал я изо всех сил.
Нет ответа.
Снова:
– ТЭМ!! Вот глухая ебучка!
На сей раз он обернулся. Я пожал ему плечами, в смысле: «Что там у вас?»
Он пожал мне плечами в ответ. А это еще что значит? Я же просто хочу, чтобы он сходил, посмотрел, как там Ричи, вернулся и подал мне знак. А он стоит как вкопанный. Рукой я показал ему направление. Он все равно не пошевелился – только еще раз пожал плечами. Мне очень не хотелось забираться на горку самому, раз он уже там стоит. Только силы зря тратить. Нам по этой горке еще скакать и скакать – пока работу не закончим. Все колья ограды придется затаскивать наверх вручную – для пикапа слишком крутой склон. За ними – мотки проволоки, потом их закреплять. Туда-сюда, туда-сюда – поэтому чего ради мне сейчас тащиться наверх? Только спросить Тэма, что там Ричи делает? Звать его вниз мне тоже не хотелось: он должен приглядывать за проволокой, когда мы ее будем натягивать, чтобы ни за что не зацепилась и не испортила нам прямую.
Я снова замахал ему рукой. Ага! Наконец, до Тэма что-то дошло, и он пошагал через гребень горки. Несколько минут я подождал – он не показывался. Скоро, думал я, он вернется и подаст мне знак, что все в порядке. Я все ждал. Он не вернулся.
В конце концов, я решил обойти горку понизу и самому посмотреть, готово ли у Ричи. Когда я туда дошел, меня вовсе не удивило, что Ричи на месте не оказалось.
Снова я виноват. Я – бригадир, значит, следовало лучше все организовать. Я посмотрел на вершину горки, но Тэма и след простыл.
Похоже, самое время подвязывать с работой на сегодня. Все равно уже смеркается. Когда я дошел до трейлера, стемнело совсем. Они снова сидели внутри, невидимые, если не считать огоньков сигарет.
– И что? – сказал я.
– Что? – сказал Ричи.
– Свет зажечь не хотите?
– А, – ответил он. – Оно нам надо?
Поговорили о том, не съездить ли вечером опять в «Голову королевы». Вчера, как я и предсказывал, паб начал заполняться народом только в половине одиннадцатого. Клиенты – преимущественно лохотня, но перед самым закрытием объявились две барышни. Девчонки местные, судя по тому, как их приветствовали остальные. На нас ноль внимания. Тем не менее, Тэм и Ричи решили, что у «нас» есть «шанс», поэтому «Голова королевы» пока останется нашей питейной базой.
– Жалко только, что пиво как моча, – заметил Ричи.
– Моча и есть, – откликнулся Тэм, глянув на меня. – Потому что ссыкуны делают.
Перед выходом же сегодня мне хотелось побриться. Я налили в чайник воды из колонки и поставил кипятиться. Бритье – изнанка жизни странствующего строителя оград. Все неплохо, если ты на ферме, где держат коров. Там всегда в молочной много горячей воды: она им как-то для гигиены нужна. А вот с овцами все иначе. Животных большую часть времени бросают на произвол судьбы, а фермеры-прогульщики, вроде мистера Перкинса, на фермах даже не живут. В розлив – только холодная вода, и если нужно помыться или побриться, приходится кипятить самостоятельно. Тэма и Ричи, похоже, мытье не особо интересовало – по крайней мере, среди недели. И скоро им надоело ждать, пока я побреюсь: быстро слинять не получалось.
– Ты долго еще? – спросил Ричи, когда я наливал кипяток в ведерко.
– Минут десять-пятнадцать, – ответил я. Он хрюкнул, вытащил «Раннюю ванну для Томпсона» и уткнулся в нее.
Тэму между тем делать было совсем нечего.
– Может, приберешься пока? – спросил я, кивая на печеную фасоль, оставшуюся на полу с прошлого вечера. На полу она лежала потому, что затупился консервный нож, входивший в один комплект с трейлером. Ричи попробовал открыть банку, нож застрял на половине крышки и двигаться дальше отказался. На этой стадии дело взял в свои руки Тэм и вышиб содержимое банки стамеской. Но часть оказалась на полу. Перед поездкой в магазин я спросил Тэма и Ричи, не хотят ли они скинуться на новый консервный нож. Оба ответили нет, поэтому я купил его себе и положил в свой шкафчик. Там у меня лежали тарелка, кружка и нож с вилкой – я мыл их отдельно и отдельно складывал. В трейлере мы уже второй день, а Тэм и Ричи явно не собирались ничего мыть. Все тарелки, кастрюльки и приборы уже использованы – они теперь громоздились в раковине; пробки, кстати сказать, в ней не было. Я мыл только свою посуду, а их посуду не мыл, и Тэм заявил, что это «гнусно». Незадолго до этого – попросил у меня новый консервный нож. Я отказался, и он вновь прибег к своей стамеске. Я понял, что с консервным ножом придется стоять на своем до конца, иначе потеряю в их глазах авторитет.
И вот теперь Тэм стоял и смотрел на фасоль. Прибрался он так: открыл дверь и носком сапога выпнул мусор наружу. Потом снова уселся и стал смотреть, как я добриваюсь. Ричи все время валялся на койке и читал «Раннюю ванну для Томпсона». Когда я закончил, мы поехали.

***
Судя по всему, хозяин «Головы королевы» нам обрадовался.
– Понравилось мое пиво, парни? – громыхнул он, когда мы вошли.
– Нормальное, – удалось произнести Ричи.
Несколько посетителей на первый взгляд были примерно вчерашними. Девчонок не было, но, с другой стороны, еще рано, поэтому мы уселись в углу и принялись убивать вечер. Когда Тэм принес по второй, хозяин решил, что пора разузнать, что тут у него за чужаки завелись. Мишенью себе он наметил Тэма – тот как раз донес до нашего столика один полный стакан и намылился к стойке за следующими двумя.
– Это… – сказал хозяин, не спуская глаз с пены, льющейся в последний стакан. – Так чем это вы, парни, тут у нас занимаетесь?
– Ограду строим в Боулэнде, – ответил Тэм.
Хозяин посмотрел на него и слабо улыбнулся.
– Прости, что ты сказал?
– Ограду строим в Боулэнде, – повторил Тэм. Прошло несколько секунд. По лицу хозяина я мог сказать, что он все равно ничего не понял. Самая неловкость наступит, когда придется спрашивать в третий раз. Интересно, что никто из стоявших у стойки, казалось, тоже не ухватил, что именно произнес Тэм, хотя слушали теперь уже все. Должно быть, с акцентом у него что-то не то. Я-то к нему привык, поскольку много времени проводил с ними обоими, но в тот момент Тэм с таким же успехом мог говорить на иностранном языке. Задачу себе он никак не упрощал – все время твердил одно: «Ограду строим в Боулэнде». Он вовсе не старался, чтобы его поняли, но, с другой стороны, – чего ради? Он же не на допрос пришел, а в паб. Однако теперь он стоял у стойки, сжимая в каждом кулаке по пинте, и все глаза смотрели на него. Выдержать это было не особенно легко.
Хозяин попробовал еще разок:
– Нет, прости, все равно не понял.
– Мы ограду строим в Боулэнде! – чуть не заорал Тэм – и тут его, наконец-то, поняли.
– Ах вы тут ограды, значит, строите? – сообразил наш хозяин.
Публика зашепталась. И тут весь бар окутала совершенно иного рода тишина. Лишь на мгновение, не больше, будто потребовалось что-то осознать или типа того, – но все равно молчание. Местные, похоже, как-то отодвинулись от нас подальше – ну, чуть-чуть, но все равно. Один, сидевший у стойки на табурете, наконец открыл рот:
– А тут у нас все ограды строят Братья Холл.
Больше он не сказал ничего, но и этих слов хватило, чтобы мы вновь почувствовали себя чужаками. Молчание постепенно рассосалось, Тэм вернулся к нам с Ричи. Поставил стаканы на стол и сел спиной к стойке.
– Чего это он? – спросил он.
– Ничего, – ответил я. – Не обращай внимания.
– А кто, блядь, такие эти Братья Холл?
– Откуда я знаю? – сказал я. – Не бери в голову.
Он пока и не стал, судя по всему. Мы выпили еще по несколько, а затем, когда стало совсем очевидно, что женщин сегодня не будет, ушли.
У дверей нас окликнул хозяин:
– Спокойной ночи, – сказал он.
Больше никто нам этого не пожелал.
5
– Сегодня столбы, – сказал я.
– Ну, – ответил Тэм.
– Так ты вставать собираешься? – спросил я.
– Не.
Сегодня был день Тэма. Тот, когда мы должны через каждые три ярда вколачивать в землю кол по всей длине будущей ограды. У Тэма лучше всего получалось управляться с кувалдой, и он это знал. Не вставать с постели – так он пользовался своим положением. Мы с Ричи, правда, тоже пока не встали, но суть не в этом. Сегодня самым важный член бригады – Тэм, и ему полагается вставать последним. По справедливости.
Я дал ему понежиться в лучах славы еще немного. Потом скинул ноги с койки и сказал:
– Тогда ладно. Мы с Ричи сами как-нибудь.
Трюк удался. Через секунду Тэм уже стоял на полу:
– Нет, блядь, не как-нибудь.
Таким образом удалось вывести их на горку к восьми утра. Я хотел пораньше начать: из-за вчерашних проволочек сделали мы немного. Дональд бы наверняка подсчитал, что мы уже на две трети дня отстали от графика. Вовсе не уверен, что так оно и было, но нагонять точно следовало.
Работа нам предстояла тяжелая. Как только нижняя проволока натянута и у нас установлена прямая линия, мы должны вбить в землю все эти заостренные колья – и у нас получится основа ограды. Процесс – проще некуда. Стальным костылем намечаешь место, где будет стоять столб, потом один человек держит кол в нужном положении (острием вниз), а второй лупит кувалдой. Когда кол уходит в землю на достаточную глубину и проверяется на вертикальность, идешь к следующему. Потом к следующему. И еще. Снова и снова.
Мы начали от подножия и двинулись вверх по склону. Тэм и Ричи вбивали колья, а я подносил новые. За много лет строительства оград методы обращения Тэма с кувалдой достигли совершенства. Он использовал «полный замах» – метод очень эффективный, если его правильно применять, однако потенциально катастрофический, если что-то пойдет не так. Тут все зависит от умения молотобойца опускать кувалду точно на вершину кола при каждом ударе. У Тэма такая способность имелась. Кувалдой он замахивался с вытянутой руки и опускал ее на кол полным кругом сильно и точно раз за разом. Если б он промахнулся, то расколол бы деревяшку, сломал кувалду или прибил бы Ричи. Обычно он ничего подобного не вытворял, и Ричи, казалось, в нем не сомневался – просто стоял и придерживал колья.
Я очень радовался, глядя, как они продвигаются вверх по склону. Наконец-то я чувствовал, что мы хоть что-то делаем. Ну ладно, таскать на гору колья, конечно, тягомотина, особенно учитывая, что ходить приходится все дальше и дальше, но что поделаешь – работа такая. И даже когда на середине склона Тэм и Ричи остановились курнуть, я особо не противился. Я и сам решил передохнуть, наблюдая знакомый ритуал издали. Тэм опустил на землю кувалду, выпрямился и что-то сказал Ричи. Затем Ричи извлек что-то из кармана рубашки, протянул Тэму и принялся корчиться, выуживая что-то из джинсов. Почему нельзя хранить оба предмета в кармане рубашки, я по-прежнему не постигал. Джинсы ему явно слишком узки, и доставать зажигалку – сущее мучение. В конце концов, у него все получилось, они закурили и остались стоять рядышком, а дым плыл вниз по склону. Когда я добрел до них с кольями на плече, Тэм и Ричи снова взялись за работу.
По мере продвижения наверх, я в очередной раз понял, как плохо здесь распространяется звук. Я видел, как далекая крохотная фигурка Тэма замахивается кувалдой, лупит по колу и замахивается еще раз – и лишь через секунду до меня долетал «клоп» первого удара. Странное впечатление: словно Тэм и Ричи работают в каком-то другом мире. Как я уже сказал, день нам выпал трудный. Наконец мы дошли до вершины и перевалили на другую сторону. Когда мы вечером добрели до трейлера, сил уже не оставалось ни на что. Поужинав, мы растянулись на койках и немного вздремнули. Ричи попробовал почитать «Раннюю ванну для Томпсона», но скоро закемарил. Я закрыл глаза.
А потом вдруг сразу понял, что Тэм трясет меня за плечо. В трейлере было темно, а в Тэмовом голосе бился ужас.
– Сколько времени?
Ричи что-то буркнул со своей койки и умудрился зажечь рожок. Половина одиннадцатого!
– Ёбть, паб! – возопил Тэм, и через секунду мы уже с воплями вихрем носились по трейлеру, разыскивая сапоги, а затем вылетели наружу. С первого раза грузовичок не завелся – было много криков и мата. Наконец поехали. В «Голову королевы» мы успели как раз к последнему заказу, слава богу, иначе вечер был бы вконец испорчен.
– Я думал, вы про нас совсем забыли, – сказал хозяин, нацеживая нам двойной заказ: шесть пинт.
– Нет-нет, – ответил Тэм.
Мы каждый засосали по две, и то было лучшее пиво в нашей жизни. Что еще приятнее – у стойки ошивались те две барышни: смотрели, как кидают дротики. Поскольку мы опоздали, наш обычный столик был занят, поэтому Тэм и Ричи направились к узкой деревянной скамье, стоявшей в одном закутке. На них по-прежнему были резиновые рабочие сапоги, и они уселись рядышком со стаканами в руках. По-моему, они смахивали на гномиков в магазине садового инвентаря.

***
На следующее утро, выбирая из раковины грязную тарелку и счищая с нее слизь, Ричи сделал объявление:
– Сегодня кувалду беру я, – сказал он.
Тэм посмотрел на меня, отошел к двери и выглянул наружу.
– Это еще почему? – спросил я у Ричи.
– Практику надо, – объяснил он.
Хорошо сказано. Несмотря на остальные навыки строительства оград, кувалдой Ричи так и не овладел. В лучшем случае, сомнительно целился. В худшем… ладно, не забывайте только, что у кувалды чугунная головка, и весит она несколько фунтов. В неумелых руках она опасна. Вчера Тэму удалось запороть только один кол: от одного неловкого удара в сторону полетела громадная щепка. Более того, двигался он в таком приличном темпе, что на сегодня нам осталось в этой ограде всего кольев двадцать. И эти последние хотел вбить Ричи. Его переполняла решимость, и мы пошли у него на поводу. Это означало, что колья ему придерживать должен Тэм. Надо признать, меня восхитило, что Тэм и не поморщился, когда Ричи замахнулся кувалдой в первый раз за день. Надо не забыть и проверить, сколько у нас запасных кольев – заменять те, что Ричи неизбежно расколет.
Пока они заканчивали этот участок, мне пришлось немного поплотничать. Натяжные столбы на обоих концах ограды следовало закрепить укосинами – обычно это входило в мои обязанности. Дональд всегда настаивал, что соединяться со столбом укосина должна как полагается – при помощи молотка и стамески. Некоторые просто приколачивали ее к столбу шестидюймовыми гвоздями, но такую практику компания не одобряла. Укосина представляла собой крепкий брусок 4х4, он прочно вкапывался в землю и сообщал высоконатяжимой ограде большую часть ее стойкости и долговечности. Мне эта работа в общем нравилась:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17