А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Слова "дерево", "вода", "камень", "огонь" и тому подобные они подхватывали радостно и дружно. Но некоторые другие слова, такие, как "улица", "квартира" или "светофор", вызывали у них полнейшее недоумение. Коротышки морщились, напрягали память, чесали затылки, но никак не могли их понять.
Хитроумный Уголёк, который давно уже всё вспомнил, терпеливо разъяснял каждое понятие при помощи жестов, и время от времени в пещере раздавался радостный вопль вспомнивших значение какого-нибудь слова дикарей.
Когда грузовые трюмы "Волчка" были окончательно заполнены роботами и оборудованием и оставалось только место для коротышек, на кромку отвесного берега опустился челнок "летающее блюдце". Из него выскочил адмирал Прибамбас и бегом спустился в грот к своим арестантам.
- Все на борт!! - заорал он, срывая голос.
Пираты понуро потянулись к выходу, а туземцы-голодранцы стали прощаться с друзьями. Незнайка и Хитроумный Уголёк даже обменялись подарками на память. Незнайка разыскал в своих вещах вырезанную из дерева крошечную модель парусника, а Уголёк снял с себя выточенное из морских раковин ожерелье. Оба подарка были кропотливо изготовлены собственными руками, а потому особенно дороги.
На борту "Волчка" Пилюлькин совершал последний осмотр своего пациента, бывшего директора и диктатора, а теперь заплаканного и дрожащего от страха малыша. Благодаря полностью восстановившейся связи между головным мозгом и другими внутренними органами, а самое главное - спинным мозгом, Курносик многое вспомнил. Особенно сильно его тревожили последствия недавнего усовершенствования "Шестого", после которого робот стал самообучающимся устройством.
- Понимаете, он невероятно опасен! - шептал Курносик, умоляюще заглядывая в глаза Пилюлькина. - Его необходимо немедленно уничтожить, стереть всю программу! Вы даже не представляете, что он может натворить!..
- Успокойтесь, успокойтесь, голубчик, всё хорошо! - спешил заверить его Пилюлькин. - Робота вашего давно уже стёрли и уничтожили. Сгорел он, как спичка сгорел, понимаете? Пшик - и нет его больше, одни головешки остались!
- Правда? Вы правду говорите?
- Правда, правда. Что же я вам врать-то буду?
Курносик успокоился и перестал плакать. Он ещё не знал, как с ним поступят на Колобке, но думал теперь не о собственной участи, а о том, как исправить ужасный вред, нанесённый за эти годы коротышкам.
Вернулся Прибамбас, арестанты заняли свои места в трюме, и Пилюлькин стал прощаться со своим пациентом.
- Не надо так горевать, - ободряюще похлопал он Курносика по хилой груди. - Теперь для вас самое главное - душевное спокойствие. Вы раскаялись, и теперь всё будет хорошо. Господин командир! - обратился он к Прибамбасу. - Ведь моему пациенту зачтется искреннее раскаяние в содеянном?
- Зачтётся, зачтётся, ему всё зачтётся, - пообещал Прибамбас.
- Ну так я пойду.
- Да, конечно, доктор. - адмирал подскочил к Пилюлькину и горячо пожал ему руку.
- Желаю вам побольше пациентов, доктор! - радостно прозвенела "Матрёшка", которой тоже хотелось сказать что-нибудь приятное на прощание.
Пилюлькин спустился по трапу и присоединился к окружавшей "Волчок" толпе коротышек. Задержавшись в отверстии люка, адмирал Прибамбас помахал всем рукой и в который раз предупредил:
- Не заступайте за круг! Будьте осторожны!
Провожающие попятились и плотно прижались к опоясывающей площадку стене кратера. За годы стоянки защитная сфера "Волчка" оставила на каменном дне достаточно отчётливый отпечаток намытых дождями окаменелостей. За этот отпечаток, имевший форму абсолютно правильной окружности, никто не должен был заходить во время старта, потому что внутри создавалось малоизученное хроноаномальное поле и любое живое существо, попав туда, могло в одно мгновение оказаться неизвестно в каком времени и месте.
- Прощайте! - крикнул Прибамбас. - Не держите на нас обиду! Может быть, ещё встретимся!
Он захлопнул люк, и наружные огни погасли.
Теперь "Волчок" был освещен лучами стоявшего в самом зените, над отверстием кратера, солнца. Что-то внутри загудело, и корпус корабля стал медленно вращаться.
И вот уже стало невозможно разобрать, с какой скоростью вращается корпус корабля, только звук становился все тоньше и пронзительнее, а затем всё стихло.
Ещё через минуту лучи солнечного света, струившиеся вниз через отверстие кратера, начали принимать форму очертаний "Волчка", плавно огибая его по контуру и заползая под днище. Корабль больше не отбрасывал тени.
Но вот солнечные лучи внезапно распрямились, и на каменной площадке стало пусто.
Некоторое время все стояли, боясь пошевелиться, а затем самые решительные начали осторожно приближаться к центру, где темнело отверстие уходящего в неведомую глубину колодца.
Только три царапины от опор на каменной поверхности и намытый дождями след от защитной сферы - всё, что могло напомнить о семилетней стоянке инопланетного космического корабля.
Солнце миновало зенит. Его лучи, покосившись, разбежались, и в кратере наступил полумрак. Едва слышно переговариваясь, коротышки потянулись к выходу.
Удивительная, опасная и странная миссия пришельцев из далеких космических глубин завершилась.
Глава восемьдесят девятая
ПРОФЕССОР ЗЛЮЧКИН
КОММЕНТИРУЕТ
СОБЫТИЯ
После того как накануне вечером Злючкин, выступая в прямом эфире, плюнул в объектив телекамеры, его не просто выдворили из телецентра, а сдали в ближайшее отделение милиции. Дежурный милиционер Караулькин должен был составить протокол об имевшем место случае хулиганства и сделать нарушителю строгое внушение. Но поскольку Караулькин не видел по телевидению скандального эпизода, то он принялся за составление протокола со слов самого нарушителя, то есть профессора Злючкина.
Злючкин налил себе воды из графина, развалился на стуле и начал обстоятельно давать показания.
С его слов выходило, что плюнул не он, а наоборот - в него плюнули, и плюнул не кто иной, как академик Ярило, известный всем лжеученый и авантюрист.
На недоуменное замечание Караулькина о том, что Ярило в данное время возглавляет спасательную экспедицию и находится где-то далеко над океаном, Злючкин пояснил, что выразился - уби бене иби патриа (как выражаются настоящие ученые) - фигурально. И Ярило плюнул в него - образно выражаясь. И не только в него, но и во всю науку, каковую он, Злючкин, представляет.
Окончательно запутавшись, Караулькин скомкал бланк протокола, взял чистый лист и начал всё сначала.
Заполучив слушателя, Злючкин разглагольствовал с видимым удовольствием, легко перескакивая с одной темы на другую. Он высказал Караулькину свое решительное мнение по самым различным вопросам в области науки и культуры, а также по частным персоналиям.
Ближе к утру корзина для мусора была полна комканой бумаги, однако решительно ничего хотя бы отдаленно напоминающего милицейский протокол не вырисовывалось. Кроме того, Караулькин зверски хотел спать, глаза у него буквально слипались, а в голове, как колокольный звон, стоял надоевший голос словоохотливого профессора. Сам Злючкин при помощи электрического кипятильника периодически заваривал себе крепкий чай, а потому был бодр и особенно язвителен. Караулькину же распивать чай с задержанными строжайше воспрещалось.
Наконец, незадолго до рассвета, силы окончательно оставили Караулькина, и он отпустил задержанного восвояси, взяв с него слово, что тот пойдет домой и больше не будет хулиганить.
Охотно дав слово, Злючкин тут же отправился на телецентр. На беду, там уже работали коротышки из другой смены; они ничего не знали о вчерашнем инциденте, поскольку вечером отсыпались перед ночным дежурством.
Злючкин беспрепятственно проследовал в Первую студию и, как ни в чём не бывало, уселся в то самое кресло, из которого несколько часов назад его с позором изгнали.
Ничего не подозревавшая малышка-ведущая, приготовляясь к первому утреннему выпуску новостей, встретила его с улыбкой и предложила кофе из термоса. Злючкин молча выпил и стал ждать начала передачи. С минуты на минуту должен был начаться телемост со спасательной экспедицией академика Ярило.
Начался выпуск новостей, и первой темой стало прямое включение с ракет спасательной экспедиции.
- Как мы видим, - тут же начал комментировать Злючкин, перебивая и без того слабо доносившийся голос из эфира, - как мы видим, дела нашей доблестной (цык) экспедиции (цик-цик) не продвинулись ни на шаг. - Злючкин удовлетворенно прокашлялся (далее все посторонние звуки мы пропускаем). - Тем не менее, как мудро подмечено в одном из моих докладов, из всякого пустого и никчёмного дела при определенном старании можно раздуть невесть что, а кое-кому даже извлечь кое-какую пользу. Посмотрите на наших героев-спасателей: какое у них, должно быть, прекрасное самочувствие. Конечно! Ведь они побывали на свежем воздухе позагорали, искупались, плотно поужинали и потом отлично выспались! Выспались! Чего не скажешь о нас, столь презираемых всеми "лабораторных крысах", коим не до сна и коим на каждом шагу приходится ценою здоровья отстаивать идеалы...
- Одну минуточку, - вежливо попросила ведущая. - Кажется, академик Ярило собирается что-то сказать телезрителям...
- Академик Ярило? - удивленно спросил Злючкин, и не подумав замолчать. Хм... Почему же мне неизвестен этот академик?.. Или, может быть, это тот самый "академик", который вместо того, чтобы заниматься делом, загорает на солнышке под смехотворным предлогом поиска в океане миражей? Тот самый, который, желая прикрыть собственное невежество, кричит на всех углах о пресловутом острове, заведомо зная, что никакого острова не существует!?
И тут на экранах появилась картинка острова.
Прекрасное, расцвеченное восходом солнца изображение зелёного леса, скал и высокой вершины вулкана заставило телезрителей всех разом ахнуть, и даже Злючкин на некоторое время потерял дар речи. Теперь стал слышен голос академика Ярило:
- ...С нами вышел на связь командор Знайка. Он ещё не успел объяснить нам причину этого странного явления, однако совершенно очевидно, что остров, обозначенный на старинных картах, существует! И на нём сейчас находятся все столь загадочно и бесследно исчезнувшие за последнее время коротышки. По счастью, все они целы и невредимы. Через несколько минут мы совершим посадку на побережье и...
- Теперь я понимаю, - зловещим шепотом, прямо в мембрану микрофона произнес обретший дар речи Злючкин, и голоса академика Ярило опять не стало слышно. - Ах, как это мелко! Ведь всё это время они попросту морочили нам голову! Конечно же, остров существовал с самого начала, и они об этом прекрасно знали. Захотелось поиграть в героев? Что ж, отчасти им это удалось. Коротышки у нас доверчивые; для того чтобы заморочить им голову, не надо иметь ученые степени, ещё неизвестно какими извилистыми путями приобретённые...
Ведущая сделала робкую попытку остановить Злючкина, но тот грубым жестом приказал ей не вмешиваться и продолжал:
- Да, конечно, можно морочить голову коротышкам день, два, месяц, год... Но в один прекрасный день найдется тот (!), кто откроет им глаза, и тогда мокрое место... нет! и мокрого места не останется от того, кто столь долго и кропотливо подстраивал дешевые эффекты! Что же ещё успел наговорить вам этот интриган? Может быть, он опять договорился до того, что всех коротышек якобы похищали механические роботы на летающей тарелке?..
Злючкин выдержал театральную паузу для того, чтобы зрители смогли вполне ощутить абсурдность и смехотворность подобного заявления. В это время на экранах была картинка быстро приближающегося острова. Съёмка велась из пилотской кабины головной ракеты.
- Но что же мешает нашему весёлому академику, - продолжал Злючкин, сделаться хотя бы на миг серьёзным и задуматься о своём будущем? Что мешает ему заняться настоящей, общественно полезной, бурлящей и по-хорошему затягивающей научной работой? Выведением новых овощных культур, селекцией ярового или озимого зерна?.. Но нет, такая работа ему в тягость! Погодите ещё немного, и он заявит, что всему виной - инопланетяне!.. Ура! К нам прилетели из космоса инопланетяне вместе с механическими роботами, чтобы похищать коротышек!.. - Злючкин состроил клоунскую гримасу и оттопырил пальцами уши. А не пора ли нам гнать из науки поганой метлой таких, с позволения сказать, академиков?.. Не пора ли нам в порыве благородной ярости плюнуть...
Но ему не дали закончить. Сотрудники телецентра из предыдущей смены, увидев Злючкина в утренних новостях, сломя голову примчались в студию. Множество рук подхватили оратора вместе с креслом, вынесли на улицу и, хорошенько размахнувшись, забросили в глубокую лужу посередине дороги.
Побарахтавшись в грязи и пообещав, что доберется до каждого по отдельности, Злючкин отправился домой. Весь день он сидел перед телевизором, завернувшись в халат, и злобно комментировал происходящее себе под нос, энергично жестикулируя и цыкая зубом.
Прямую передачу с острова Голубой Звезды транслировали до самого вечера. Потрясённые телезрители собственными глазами увидели то, что ещё совсем недавно казалось невероятным, фантастическим и даже невозможным: роботов-похитителей, освобожденных пленников, большой алмазный шар, командира инопланетного корабля адмирала Прибамбаса, сам корабль, имевший причудливую форму волчка... и, наконец, старт корабля, в одну минуту исчезнувшего, будто растаявшего у всех на глазах...
Остаток дня бригада телевизионщиков передавала с острова многочисленные интервью, встречи, комментарии и обстоятельные рассказы с мест событий. Всех освобожденных пленников, за исключением пассажиров "Стрекозы", было решено сегодня же переправить на материк. В главном медицинском центре Солнечного города им предстояло пройти всестороннее медицинское обследование с последующим отдыхом. Ближе к вечеру четыре солнечногорские ракеты взмыли в небо и, плавно набирая скорость, устремились к уже начинавшему темнеть юго-западному горизонту.
А в ночном выпуске новостей академик Ярило сам появился в студии и провел свою первую пресс-конференцию по итогам полностью и успешно завершённой спасательной экспедиции.
Глава девяностая
ДОМОЙ,
ДОМОЙ!
Оставшиеся на острове готовились к возвращению.
"Стрекоза" была отремонтирована, и путешественникам оставалось только занять свои места в высушенных и прибранных каютах.
Помимо коротышек из Цветочного города, здесь задержались Перчик, Кренделёк, Кроха, Буравчик, Клюковка-Огонёк. Двух первых Стекляшкин обещал подбросить на ракете прямо до Ромашкина, а Кроха и Буравчик выразили желание вернуться в Земляной город в компании пассажиров "Стрекозы".
Что же касается Клюковки, то она после настойчивых уговоров Знайки любезно согласилась осмотреть Космический городок, в котором ещё ни разу не бывала.
Оставались пока на острове роботы "Бобик" и "Трезор". К полнейшему восторгу Незнайки и Пачкули Пёстренького, адмирал Прибамбас сдержал слово и оставил им в подарок эти механизмы.
Последняя ночь на обжитой стоянке в гроте прошла спокойно. Легли рано, и уже с первыми лучами солнца Знайка объявил посадку. Вскоре "Стрекоза", бурля водометными двигателями, плавно отшвартовалась от прибрежных камней.
Когда судно вышло на морской простор, двигатели вдруг стихли, в глубине трюма послышался скрежет выползающего из днища тяжёлого киля, а из-под палубы в небо взлетела легкая телескопическая мачта с полной корабельной оснасткой. Хитроумно уложенные паруса захлопали, надулись, и судно легко заскользило по лазурной глади, гонимое весёлым морским ветерком.
- Ура-а! - закричали собравшиеся на палубе путешественники.
Когда восторги поутихли, все столпились на корме и, прислонившись к перилам, провожали постепенно исчезающий в утренней морской дымке остров Голубой Звезды.
Дрожа от волнения, Знайка сжимал в своей руке руку соседки.
- А знаете, коллега, - сказала Огонёк, - у меня к вам есть сугубо научный вопрос.
- Да-да? - Знайка с готовностью поправил очки на переносице.
- Помните, когда вчера этот дурацкий шар собирался в нас выстрелить?
- Да-да...
- Так вот, как раз тогда ближе всего к вам находился академик Ярило... и еще эти... две доцентки.
- Фуксия и Селёдочка. - подсказал Знайка.
- Да, да, именно Фуксия и Селёдочка. Так почему же вы сломя голову бросились ко мне? Это нелогично.
- Вы так считаете?..
Знайка на мгновение задумался и ослабил руку. Огонёк тут же высвободила свою и засунула в кармашек платья.
- Мало того, бросившись ко мне, вы едва не сбили с ног несчастного академика.
- Да... действительно, неловко получилось...
- Но вы хотя бы сожалеете об этой своей неловкости?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46