А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Через несколько
минут в дверь постучали.

Первым появился Мзйхью. Как всегда, он выглядел неряшливо - в
незастегнутой рубашке, с взъерошенными волосами и неясным взглядом.
Подавив зевоту, он спросил:
- Да, сэр?
- Присаживайтесь, прошу вас.
В дверь опять постучали.
- Войдите!
Появился Кэлхаун, тщательно вытирая руки платком. Ему тоже предложили
сесть.
- Командир Кэлхаун, - сказал Гримс, - вы были воспитаны в вере Единой
Реформатской Спиритуалистической Церкви, не так ли?
- Нет, сэр. - Его ответ прозвучал подчеркнуто отрицательно.
- Я воспитывался в вере Единой Ортодоксальной Спиритуалистической
Церкви.
Он заметил, что его ответ слегка смутил Гримса, и добавил:
- Следует сказать, сэр, что есть люди, и мои родители среди них,
которые выступают за возврат к старым верованиям, к единственно верной
религии. Они выступают за право изгонять духов, например...
- Да, командир, я понял. Но вы лично верите в существование
Приграничных Призраков?
- Разумеется, сэр, - хотя еще не ясно, являются ли они проявлениями
добра или зла. Если это проявления зла, то тогда их можно вызывать при
помощи Экзорциста.
- Да, конечно. Конечно, не все на этом корабле придерживаются вашей
точки зрения на этот феномен. Но, согласитесь, необходимо войти в контакт
хотя бы с одним видением - ведь это, в конце концов, цель экспедиции. А
если этот контакт будет установлен... - Гримс сделал паузу, - если такой
контакт будет установлен, это могло бы принести пользу вашей Церкви.
- Именно так, сэр.
- Может, вы могли бы помочь установить нам контакт.
- Как, сэр? Я не думаю, что вмешательство моей установки могло бы
принести какие-либо результаты.
- Я не то имел в виду. Но в вашей Церкви есть некоторые обряды...
- Вы хотите сказать, спиритический сеанс? Но я не обладаю
способностями медиума, иначе я бы сделал карьеру священника и не находился
бы здесь.
- Но вы ведь знаете сам обряд?
- Да, сэр. Я знаком с обрядами и церемониями. Но это все бесполезно
без медиума.
- У нас есть медиум, - сказал Гримс, кивнув на почти уснувшего
Мэйхью.
Офицер пси-радиосвязи вздрогнул и выпалил:
- Ничего подобного! Я инженер, а не гадалка! Прошу прощения, сэр. Я
хотел сказать, что наш Центр всегда был против подобных суеверий.
- Религия - это не суеверие, заспанный болван!
- Джентльмены, джентльмены, - успокоил их Гримс, напоминаю нам, что
вы должны соблюдать дисциплину и что я мог бы приказать вам, командир
Кэлхаун, и вам, мистер Мэйхью, организовать спиритический сеанс...
- Сэр, даже на корабле есть вещи, которые вы не можете приказать, -
резко ответил Кэлхаун с внезапно побелевшим лицом.
- Любая команда капитана корабля во время полета является
правомочной, - холодно сказал Гримс. - Но я не забываю правило, пришедшее
к нам из глубины веков, когда люди на деревянных судах пересекали моря и
океаны, и которое гласит: один доброволец стоит десятерых подчиненных
приказом. Уверен, что вы не будете долго раздумывать, чтобы принять
участие в эксперименте, который обратит в вашу веру множество людей.
- Конечно, сэр, с этой точки зрения, но...
- А вы, мистер Мэйхью, конечно, сделаете все от вас зависящее? Это
ведь скажется на репутации вашего Центра.
- Сэр, эти суеверия...
- Мэйхью, если вы еще раз скажете это слово... - угрожающе сказал
Кэлхаун.
- Командир! Не забывайте, где вы находитесь. Мистер Мэйхью, прошу вас
с уважением относиться к чужим верованиям. Если моей просьбы для вас
недостаточно, я прикажу вам, с соответствующими последствиями в случае
невыполнения.
Оба обиженно замолчали.
Гримс продолжил:
- Кэлхаун, я уполномачиваю вас заняться необходимыми приготовлениями.
А вы, мистер Мэйхъю, будете в этом содействовать командиру Кэлхауну. А
теперь давайте-ка отметим начало вашей столь необычной деятельности...
Когда оба подчиненных, изрядно разогретые напитками и уже почти
друзья, удалились, Соня сказала:
- Кнутом и пряником вы действуете умело. Надеюсь, что это принесет
результаты...
- Надеюсь, что это принесет нужные результаты, - ответил Гримс. - Нам
ведь не нужны какие попало Призраки.
- Нет, - вздохнула Соня, и ее лицо исказилось и побледнело. - Нет...

8
Подготовка к сеансу заняла больше времени, чем того ожидал Гримс.
Было очевидно, что Кэлхаун, в равной степени религиозный и знающий, будет
соблюдать все мельчайшие детали обряда. Больше всего времени заняло
создание фисгармонии, на что пришлось пожертвовать часть клавиатуры
стоявшего в кают-компании синтезатора, сократив ее с семи с половиной
октав до пяти. В мастерской нашлись необходимые мехи и латунные трубки.
Слоновая кость от лишних клавиш пошла на изготовление различных рычажков.
Гримс с интересом наблюдал за созданием архаичного инструмента и
выслушивал первые, похожие на кошачий визг, звуки.
- Мы должны добиться хрипящего звучания, - настаивал Кзлхаун.
Когда инструмент стал приобретать оформившиеся черты, Гримс наконец
смирился с жертвой синтезатора, который оживлял многие вечера далеких
путешествий на "Искателе"; в которых он ранее принимал участие. Ведь идея
спиритического сеанса принадлежала ему, и он не чувствовал себя вправе
возражать.
Затем настала очередь переоборудовать кают-компанию. Уютные мягкие
кресла были заменены на жесткие металлические скамейки. Стены были
задрапированы простынями, окрашенными в темно-серый цвет специальным
составом из запасников доктора Тодхантера и Кэрен Шмидт. Выключатели
заменили на регуляторы яркости и поставили несколько ламп, дающих тусклый
красный свет. Также изготовили трубу с высоким голосом и тамбурин и
раскрасили их узором из светящейся краски.
Наконец все было готово.
Гримс вызвал к себе старшего лейтенанта.
- Командир Суинтон, сеанс назначен на сегодня, в 21 час по
корабельному времени. Проследите, чтобы все были поставлены в известность.
- Есть, сэр.
- И прекратите глупо ухмыляться!
- Прошу прощения, сэр. Согласитесь, что это действительно становится
похоже на безумную охоту на призраков!
- С точки зрения командира Кэлхауна это вовсе не безумное
мероприятие. Он считает, что мы оставили в покое всю эту научную белиберду
и вернулись к испытанным и верным старым средствам его религии. В какой-то
мере средство уже подействовало. Оно создало необходимую атмосферу. И,
может, мы достигнем чего-то большего?
- Это будет интересный эксперимент.
- Да, и я рад, что мистер Мэйхью согласился принять в нем участие.
- У него действительно есть талант медиума, сэр?
- Должен быть. Что такое медиум, если не телепат?
- Может быть, сэр... может быть.
- Командир Кэлхаун не пытался вас обратить в свою веру?
- О, он хорошо постарался. Я охотно верю, что его Церковь,
Ортодоксальная или Реформатская, добилась интересных феноменов, но я вовсе
не убежден, что они более сверхъестественны, чем Призраки. Я не могу
понять, почему Центр Исследований еще не включил спиритуализм в свои
научные разработки.
- Потому что им этого не позволяют. Они ведь занимаются наукой. А вы
знаете, что говорит церковь по этому поводу: некоторых вещей мы не должны
знать. Вера важнее всего, а знания - от дьявола. Ну и так далее. Поэтому
всякий раз, когда исследователь пытается проникнуть в церковную среду, он
тут же получает отпор.
- В таком случае я не понимаю, как Кэлхаун мог добровольно принять
участие в экспедиции.
- Ничего удивительного. У него свои цели. Он надеется обнаружить
что-либо, полезное его Церкви. Телеуправляемый экзорцизм, например...
- Но ведь в этом будет присутствовать наука?
- Да, но как служанка, а не соперница.
- Похоже, я понял... - молодой человек продолжал сомневаться. -
Разрешите идти, сэр?
- Да, спасибо, Суинтон... Постойте, еще пару слов. Как только этот...
эксперимент завершится, верните кают-компании ее первоначальный вид.
- С огромным удовольствием, сэр.
В этот вечер Гримс ужинал вместе с Соней у себя в кабинете -
кают-компания явно не могла похвастаться удобствами. Вместе они
наслаждались простыми, но хорошо приготовленными блюдами и винами из
личного запаса командора. За ужином они болтали под аккомпанемент
ненавязчивой музыки.
Затем, когда Гримс принес два бокала десертного вина и ящик отличных
сигар из Коррибеи, разговор перешел на серьезные темы.
- Честно говоря, Джон, я боюсь, - сказала Соня.
- Почему же, Соня?
- Пока все шло по научному пути, все было прекрасно, так как
соответствовало тому, к чему я стремилась. Действительно, это было похоже
на игру в пиратов. Направляешь прожектор Карлотти, как настоящее ружье и -
бабах! ты убит! А теперь... Я вам говорила, что я была на Дунгласе. Это
тоскливый мир. Города представляют из себя разбросанные в беспорядке
крохотные дома и сараи, в которых происходят службы. Постоянное ощущение,
что за тобой следят неодобрительно миллионы духов.
Я ходила на одну или две службы. Частично из любопытства, частично
потому, что я все-таки офицер разведки. Неестественно холодное помещение,
в котором похожие друг на друга люди поют тоскливые гимны. Тусклый свет и
голос, шедший из ниоткуда и говоривший о самых тривиальных вещах...
Я хорошо помню, что было дальше. Голос был грубый, мужской, хотя
медиум - маленькая забитая женщина. Сидевший рядом со мной шепнул мне, что
это Красный Орел, главный дух. Он сказал еще, что этот Красный Орел был
при жизни американским индейцем. Я удивилась, что он залетел так далеко от
дома, но потом сообразила, что время и расстояния для призраков не
существуют и несколько световых лет для них ничто. Голос сказал:
- Сегодня с нами чужестранец - женщина, прилетевшая с неба.
Ну ладно, многие из присутствующих могли знать, кто я такая. Голос
продолжил:
- У меня для нее есть послание. Я вижу корабль, он падает в пустоту,
все дальше и дальше... Он падает туда, где тусклые редкие звезды. Я вижу
название корабля, написанное золотыми буквами на борту. Я могу прочитать
его - Аутсайдер.
Тогда мне это еще ничего не говорило.
- Я вижу отважного капитана, в черной с золотом форме. Вы знаете
его...
И он описал внешность капитана, и я узнала в нем Дерека Кэлвера. Вы
ведь знаете, что я сначала встретила Дерека, когда он был вторым
помощником на "Лорн Леди".
- Там есть другой мужчина. Он тоже был некогда капитаном. Он испуган
и опозорен, он заперт у себя в кабине.
И снова последовало описание, подробнейшее, вплоть до лазерного ожога
на левой ягодице и родинки под пупком. Это был Маудсли, Билл Маудсли.
- Он болен, испуган, и он знает, что оставил вас навеки. Перед ним
бутылка, он пьет из нее, и пролитая жидкость плавает вокруг него мелкими
каплями. Он смотрит на пустую бутылку и изрыгает проклятия, затем швыряет
ее об стену. Острый осколок у него в руке, и он проводит им по горлу...
Я хотела расспросить его в наступившей тишине, но не смогла перед
всеми этими людьми. Больше не было ничего. Красный Орел сказал мне все,
что меня касалось, и перешел к обыденным посланиям другим членам общества.
Бабушка Билла Брауна беспокоилась за него, что он не надел теплое пальто,
а тетя Джимми Смита сообщила, что торговля в следующем году расширится, и
все тому подобное.
А после этого собрания, или службы, у меня была беседа с министром.
Он был очень приветлив и устроил мне частное свидание с медиумом. Но это
было уже не то. Похоже, Красный Орел был раздражен, что его вызвали,
поскольку он уже сказал все, что хотел. Он добавил лишь, что я должна буду
искать, долго и вдалеке, но что я не найду то, что искала.
Следует ли начинать поиски с того, чтобы самой стать призраком раньше
времени? Надеюсь, что нет. Для этого я слишком люблю жизнь и ее
удовольствия... Я люблю вкусную пищу, вино, табак, книги, музыку, хорошую
одежду и... и все прочее, что существует в жизни... Слишком уж неясно, что
происходит потом. О, я слышу целый хор возражений: там хорошо, красиво и
все счастливы... Но... у меня всегда было впечатление, что в той, другой
жизни, будет не хватать своеобразия, яркости, ну, и, конечно, всех наших
плотских удовольствий...
Я была неприятно потрясена после сеанса.
- Но, может, это можно объяснить телепатией?
- Нет, Джон, нельзя. В то время я не думала о Билле Маудсли - до того
момента, когда пришло о нем известие во время сеанса, но даже после этого
я продолжала думать о Дэреке Кэлвере. Я ведь не знала, что Билл летел
вместе с ним помощником. И даже... даже о том, как он умер, я не знала. Я
не знала об этом официально несколько месяцев, пока не пришло
подтверждение. Но я решила проверить. Я раскопала все данные о полете в
одном из компьютеров на космодроме, и я нашла специалиста, который
проверил все еще раз по своим каналам. Ответ был однозначный. Билл
распрощался с жизнью в тот самый момент, когда я сидела в этом зале
Собраний на Дунгласе...
- Может, вам не стоит принимать участие в сеансе, Соня? - сказал ей
Гримс.
- И оставить ею на откуп вашим паршивым сектантам? - вспылила она. -
Нет, сэр, спасибо!

9
Подойдя к кают-компании, Гримс и Соня нашли там все в абсолютной
готовности. Все расселись на расставленные в несколько рядов скамьи, перед
которыми на свободном месте стояли стол, три стула и фисгармония. Хорошо
еще, подумал Гримс, что корабль в невесомости и не придется мучатся, сидя
на этих скамьях, достаточно лишь пристегнуться, чтобы не улететь. Кэлхаун,
который, несмотря на униформу, был похож на непримиримого оппозиционера,
занял одно из мест за столом. Мэйхью, который на этот раз выглядел скорее
чрезвычайно смущенным, чем заспанным, сел на второй стул. Кэрен Шмидт
устроилась возле музыкального инструмента.
Как только Гримс и Соня заняли свои места в первом ряду, Кэлхаун
отстегнул ремень, осторожно встал на ноги и заговорил голосом, более
похожим на рев рассерженного осла, чем на скромное блеяние проповедника:
- О братья! Мы, жалкие искатели истины, собрались здесь, чтобы
униженно просить наших близких в миру ином пролить немного света в наш
затемненный разум. Мы просим Их о помощи - но мы также готовы помочь Им.
Мы отбросим свои сомнения и проникнемся бесхитростной верой ребенка. Мы
Должны Верить, - продолжал он более человеческим голосом, - уверяю вас,
это самое главное. Мы должны открыть сердца и души благодатной власти
Иного мира. Настройтесь на восприятие этих неведомых нам сил! Мы должны
создать необходимые условия, даже если это нам и не сразу удастся.
Тем временем один из помощников раздавал присутствующим распечатанные
листки. Гримс взглянул на них. Это были тексты гимнов.
- О братья! - крикнул Кэлхаун. - Споем же первый гимн.
Кэрен Шмидт слегка замешкалась с фисгармонией - жать на педали, к
которым были приспособлены воздушные мехи, в условиях невесомости было не
слишком удобно. Наконец, ей это удалось, и раздался резкий и громкий
вступительный аккорд.
Все запели разом под хриплый аккомпанемент инструмента:
- Веди, священный свет, веди меня вперед, средь мрака пустоты, туда,
где счастье ждет...
Когда гимн закончился, Кэлхаун стал молиться. Гримс, несмотря на свое
неверие, был под сильным впечатлением от искренности молитвы. Он даже
решил, что ему тоже неплохо было бы во что-нибудь верить.
Прозвучал второй гимн, и огни стали медленно гаснуть, пока не
остались гореть одни только красные лампы. На столе жутковато
проблескивали светящейся краской говорящая труба и тамбурин. Внезапно в
кают-компании наступило странное спокойствие; далекий отзвук работающих
приборов лишь усиливал впечатление от возникшей тишины. Было очень
спокойно - и очень холодно.
- Холод физический или психологический? - спросил себя Гримс и не
смог ответить.
Его глаза привыкли к сумраку. Он разглядел Кэлхауна и Мэйхью,
неподвижно сидевших за столом, и Кэрен Шмидт, склонившуюся над
фисгармонией. Он посмотрел на Соню. Она была такой бледной, что почти
светилась в темноте. Он нащупал ее руку и пожал ее. Соня с благодарностью
ответила на пожатие.
Мэйхью кашлянул и произнес:
- Похоже, что-то приходит ко мне...
- Да? - прошептал Кэлхаун. - Ну же?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12