А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

По преданию, прадед моего деда сражался с ним. Говорили, что этот владыка был не из наших краев. Он явился из ниоткуда и, видимо, ушел в никуда. Командир, тот, странный, что приезжал к нам…— Ялан говорил тихо — он мог переступить какую-нибудь черту и вызвать гнев Шанк-джи.Его вождь ответил не сразу. Сомнения все еще мучили его. Наконец он, насколько мог себе позволить, рассказал Ялану часть правды, не желая, чтобы тот подумал, будто Шанк-джи рассержен на него за то, что тот посмел упомянуть посланника.— Все это кусочки и части. Я должен узнать как можно больше, прежде чем смогу быть уверен до конца. Но твоя память очень мне помогла, и я в долгу перед тобой.Дюны, из-за которых им сначала пришлось петлять, теперь сглаживались. Хотя буря не обрушилась на них около их собственного скального островка, здесь она наверняка прошла, причем достаточно суровая, чтобы выровнять все. Плоские копыта его ориксена, предназначенные для путешествий по постоянно двигающимся пескам, застучали по более твердой поверхности. Шанк-джи постарался разглядеть, что изменилось. Это был камень — камень, по которому пересыпался песок.В своих странствиях по песчаным землям он никогда не встречал ничего подобного. Скала протянулась вперед, как мощеная дорога Вапалы, только куда более прочная. Он обратил на нее внимание Ялана, но ветеран не выказал никакого удивления.— Бури много раз выравнивали ее. Как-то раз моему отряду довелось сопровождать группу хранителей древнего знания, которые охотились за следами прошлого. По мнению одного из них, высохшего сумасшедшего из Твайихика, это дороги очень древних времен. Большинство его товарищей смеялись над ним за его спиной.Они продолжали двигаться по следу, когда Ялан вдруг сказал:— Командир, это ведет в направлении Безысходной пустоши.Шанк-джи натянул узду, остановив ориксена.— Туда нам не надо, по крайней мере пока.По его команде отряд повернул к востоку, вновь углубившись в дюны, успокаивающие своей привычностью. АЛИТТА Я слишком недолго правила своим Домом, чтобы успеть обзавестись обширным гардеробом. И не могла себе представить отправление в путь в придворном платье, Я просмотрела все одежды, которые служанки вытащили из сундуков, и попыталась продумать, что мне может потребоваться во время грядущего путешествия. Я могла только догадываться, насколько затруднит мой выбор роль спутницы. Раз за разом я задумывалась над своим согласием на эту дикую авантюру. Мы шли против всего, что считалось правильным.Я должна приготовиться к тому, что случится очень скоро. Конечно, этим я не могла поделиться ни с кем из своих домочадцев. Я могла только сообщить им, что отправляюсь в путешествие. Поскольку я была главой Дома Вуроп, этого можно было ожидать. Моя управляющая приготовила список всего необходимого для поездки, а также всего, что следовало сделать, чтобы в мое отсутствие управление хозяйством шло гладко. Ночью я удалилась к себе, счастливая тем, что только Касска делила со мной комнату.Равинга прислала со своим котти Виу записку, что тоже поедет с нами. Я вздохнула с облегчением. Ее присутствие рядом казалось благословением Духа.Большая часть дня прощального пира была посвящена подготовке к этому событию. Я спала долго, убаюканная мурлыканьем Касски. Служанка принесла мне завтрак — фрукты, сокровище Вапалы, и водорослевые лепешки с наструганным мясом.Для меня приготовили ванну с ароматной водой. В такой же вымыли мне волосы и высушили их надушенными полотенцами. Никогда прежде я полностью не отдавалась на волю искусных рук моих служанок, и теперь они жаждали показать, что может быть сделано для того, чтобы придать кому-то вид женщины из знатного рода.Я выбрала верхнее платье цвета сливок, поскольку оно было самым легким — я знала, как жарко может стать в более тяжелом, пока будет длиться ночь. В выбранных мной украшениях присутствовали традиционные алмазы Вапалы, Но они были маленькими, вставленными в глазницы и обрамляющими изображения миниатюрных песчаных котов, покрытых эмалью, настолько похожей по цвету на их настоящий мех, что можно было подумать, что это и есть мех, застывший благодаря какому-то волшебству.Еще я надела широкое ожерелье, серьги, достаточно тяжелые, чтобы болезненно оттягивать мои уши, свободные браслеты и пояс.Мне уложили волосы витками, заколов их шпильками, украшенными головами песчаных котов. Однако я отказалась от содержимого многочисленных бутылочек и баночек — всего, что предназначалось для того, чтобы сделать губы ярче, брови длиннее и изготовить из лица маску для придворного праздника. Я также отказалась от предложенных духов, приведя в великое смятение двух служанок. Наконец я отослала их приказать подать мой паланкин и осталась одна.Торопливо я достала шкатулку Равинги. Когда я открыла ее, по комнате разлилось благоухание, сильнее, чем запах духов, от которых я только что отказалась. Я села, держа в руках зачарованный кристалл, и заставила себя надеть цепочку, спрятав ее полностью под одеждой. Пустую шкатулку я положила в расписной горшочек на полке у окна.— Госпожа Дома, — послышался из-за занавесей голос, и Касска сразу же вспрыгнула на полку, закрывая собой горшочек.Снаружи стояла моя служанка Руффин. Ее глаза расширились, когда я вышла. Она попятилась, поднимая руки в новом приветствии.— Госпожа Дома, какая радость! Высший Дух с вами!— Надеюсь, — ответила я.Этим вечером мне будет нужна вся милость, что может ниспослать мне Высший. Чары Равинги действовали хорошо, хотя я не испытывала ни ожидаемой боли, ни возбуждения, про которые часто говорят между собой женщины.Руффин казалась несколько озадаченной моим спокойствием. Но я не знала, как мне полагается вести себя в таких обстоятельствах, и решила, что следует скромно молчать и держаться настолько замкнуто, насколько это будет возможно. Надо постараться, чтобы на самом деле не оказаться в центре внимания всех мужчин. По счастью, обычай был на моей стороне. Возможные партнеры не должны пытаться завязать отношения с вошедшей в пору девушкой, если та не выказывает к ним интереса, хотя от их внимания это ее все равно не спасает.Я опустила занавеси паланкина, как только оказалась внутри. Слухи уже должны были разойтись по дому, а за ними последует обсуждение, к кому из знати я окажусь благосклонна. Иногда процесс выбора продолжается много дней. Девицы скромничают перед холостыми воинами и придворными. По крайней мере, мне не придется этим заниматься — моя предполагаемая судьба разъяснится сегодня ночью. В ПОКОЯХ КОРОЛЕВЫ Берниен держала в руке кубок. У его содержимого был странный металлический запах. Ей ничего так не хотелось, как отбросить кубок подальше от себя. Но, несмотря на отвращение, девушке приходилось удерживать его обеими руками, чтобы из-за их дрожи не брызнуть напитком на роскошные праздничные одежды.— Пей!В приказе не было ни тени мягкости.Королева Юикала стояла перед ней, облаченная в новое роскошное платье зимнего снежно-белого цвета, усыпанное алмазным инеем. Голову венчал убор из белого меха, расчесанного и закрепленного на манер усеянного бриллиантами шлема, закрывающего волосы. С груди и до самой талии струилось сковывающее движения ожерелье из серебра и алмазов. На взгляд Берниен, она была олицетворением воли, которой никто и никогда не посмеет противиться.Кубок все равно вибрировал, несмотря на все усилия девушки сдержать дрожь в поднимающих его руках.Королева чуть пошевелилась, словно собираясь выхватить сосуд и силой поднести к губам Берниен, чтобы заставить ее проглотить его содержимое.Берниен слабо застонала, но выпила. Она почувствовала себя так, словно отхлебнула огонь. Страшный жар обжег ее горло и угнездился в животе. Она пошатнулась. Юикала цепкими пальцами жестко схватила ее за плечо и заставила устоять.Девушка задыхалась.— Пожалуйста…Внезапно слабость отпустила ее. Боль тоже ушла, хотя жар продолжал пылать в ней. Как ни странно, этот жар быстро рассеял все ее страхи. Чего ей бояться? Она почувствовала прилив сил и вырвалась из пальцев королевы. Ее бабушка ослабила хватку за мгновение до этого. Юикала кивнула.— Отлично. Но помни, что тебе говорили.Берниен высоко вскинула голову. Впервые с того самого момента, как ее призвали ко двору, ей не хотелось спрятаться. Почему она должна прятаться, если с этой ночи она станет первой госпожой империи, избранной спутницей императора, как ей обещала бабушка?— Я помню, — даже в голосе ее прозвучала новая, уверенная нотка. — Я должна оставаться рядом с тобой и не замечать, если кто-то из знати обратит на меня внимание. Есть только один человек, который имеет значение.Королева отступила на шаг и окинула ее с головы до ног оценивающим взглядом.— Неплохо. Пора идти. ХИНККЕЛЬ-ДЖИ Мурри сидел передо мной, и я чувствовал его критический взгляд. Как обычно, я был закован в тяжелое одеяние, длинный шлейф тянулся за мной по полу при движении. Это меня не просто раздражало — о шлейфе приходилось постоянно помнить. Он был зеленовато-синего цвета, расшитый овалами, которые должны были изображать кошачьи глаза, в центре каждого из них был драгоценный зрачок, бледный, как алмаз, но с зеленовато-голубым оттенком, — это были новые камни, совсем недавно обнаруженные в лавовых выбросах Азенгира. Верхнее платье было оторочено пышной, расчесанной гривой ориксена. На плечах жестко стоял меховой воротник, двумя полосами спускаясь спереди до талии, где его перехватывал широкий, усыпанный драгоценными камнями пояс. Голову венчала тесная шапка, охваченная несколькими кольцами оправленных в серебро драгоценных камней. Я видел в зеркале марионетку-императора, почти не видного за своим убранством, и не в первый раз подумал об издании указа, касающегося перемен в придворном платье. Но обожающие роскошь придворные станут ему повиноваться в той же мере, как изгои — указу о мире с песчаными котами Я снова ощутил мысленную усмешку Мурри.— Великолепно подойдет для странствий, — заметил он. — Что происходит в головах собравшихся здесь, брат, что им приходится так закутываться? Ведь так им даже не потанцевать как следует.Я вспомнил изящные высокие прыжки и парение, из которых и состояли танцы народа моего брата, и рассмеялся.— Нет, я не смогу так танцевать, Мурри. Нам не знакома свобода вашего народа. Не важно, этой ночью у меня найдутся и другие дела.— Твоя пара, брат?Я так затряс головой в отрицании, что чуть не уронил венец.— Не так. Правда, при дворе ее будут считать таковой. Ей будет безопаснее ехать с нами, чем оставаться здесь. Когда мы отправимся в путь, ты будешь оберегать и ее тоже.Он зевнул, встал и пошел к двери.— Слушаю и повинуюсь, — передразнивая придворный язык, ответил он. АЛИТТА Я оставила свой паланкин во внешнем дворе, почти полностью забитом такими же экипажами, как тот, в котором я приехала. Поскольку я была одна, я договорилась, чтобы капитан моей стражи проводила меня в залу собраний. Мы сделали лишь несколько шагов, прежде чем я успела понять, что мне не удастся остаться незамеченной. Но я смотрела только прямо перед собой и сознательно избегала встречаться взглядом с теми, кто окружал меня. По счастью, я не так давно вернула себе свое положение, чтобы успеть завести знакомства с кем-либо из других знатных семей. На деле они тоже избегали со мной общаться, что очень меня устраивало.У дверных занавесей, что удерживали распахнутыми слуги, я, поблагодарив, отпустила капитана и пошла вперед. Я надеялась, что внешне не показываю того, что кипит внутри. То, что я должна была сделать этой ночью, шло настолько вразрез с моими желаниями и жизнью, которую я себе наметила, что каждый шаг мне давался с трудом.О моем появлении объявили в пышной льстивой манере, подобающей таким случаям. Головы повернулись — выказывая куда больший интерес ко мне, чем прежде, в тот момент, когда я поднялась по ступеням к трону, и Хинккель-джи вернул мне мое достояние. Как для главы одного из Шести Домов, для меня было предназначено собственное место, и я направилась прямо к нему.Нарастающий гул голосов почти заглушал нежную музыку кифонггов, но то и дело раздавалась короткая барабанная дробь, которую нельзя было не услышать. В очередной раз это случилось, когда я оказалась между главами Домов Орсмер и Рафер-хок. У другого входа — ведущего во внутренние покои дворца — началось какое-то движение. И в режущее глаз многоцветье тканей и драгоценностей вступили, держась за руки, две новые гостьи. Алмазная королева и ее внучка.Я сразу поняла, как и все поблизости, что Берниен оправдала надежды Юикалы — девушка вошла в пору. В ней произошла большая перемена — в первый раз из тех, что я видела ее в окружении прочих людей, она выглядела уверенной. Она всегда казалась бледной тенью в присутствии вечно надменной королевы, из-за чего оставалась незаметной, но сейчас не было ни единого признака того, что она избегает общества.Они прошествовали к трону королевы Вапалы, где для Берниен было приготовлено мягкое сиденье чуть позади места ее бабушки. За ее спиной столпились молодые придворные — там происходило некое перемещение, как случается с дюнами под напором ветра, хотя те и не продвигаются далеко. У Берниен теперь была собственная свита, хотя она не перехватила ни единого взгляда от этих жаждущих знатных юношей.Если такое же собрание образовалось и у меня за спиной, я даже знать об этом не хотела. Только бы все это началось и поскорее закончилось. Я сцепила руки и высоко подняла голову, не глядя на соседей — ни один из них даже не приветствовал меня.Снова прокатилась барабанная дробь. Меж раздвинутых занавесей в зал вступил Хинккель-джи. Хотя он был высок и, насколько я заметила, хорошо сложен, его богато украшенные одежды, казалось, тяготили его, делая похожим на куклу в большей степени, чем изделия Равинги.По обе стороны императора выступали Мурри и Акиэа. Придворные были вынуждены широко расступиться, чтобы дать проход всей троице. Мы встали, приветствуя их. Королева и ее претендентка на внимание императора стояли ближе к проходу. Но Мурри чуть повернул голову, и его золотистые глаза встретились с моими. Через мгновение Хинккель бросил взгляд в мою сторону, и я поняла, что Мурри передал ему какое-то сообщение. ГЛАВА 13 ХИНККЕЛЬ-ДЖИ Я ощущал сгущающееся вокруг меня напряжение. Интересно, многие ли из собравшихся знали о плане Юикалы? Приближаясь к королеве, которую я должен был приветствовать в первую очередь, я ощутил еще кое-что, некое внутреннее возбуждение, питавшееся из нового для меня источника. Значит… она все же вмешалась в то, что должно решать одному Высшему Духу. Берниен вошла в пору.Девушка, которая казалась мне прежде чуть ли не ребенком, изменилась. Ее милое личико выглядело так, словно на него надели маску женщины несколькими годами старше. Изгиб губ ясно говорил о ее происхождении — настолько она в этом походила на королеву.И тут меня коснулась мысль Мурри.— Подумай, брат, она созрела, чтобы ее сорвать.И в этой мысли не было никакой насмешки.Юикала слегка присела в подобающем случаю поклоне. Я продолжал смотреть на нее, хотя слишком хорошо чувствовал присутствие одетой в белое фигурки, двинувшейся вперед, вероятно, по знаку своей бабки.Я никогда еще не испытывал полной силы очарования, которое может излучать девушка в поре, поскольку у себя на родине я считался слишком низким по положению, чтобы меня замечали. К моему лицу прихлынуло тепло, вызванное отнюдь не слишком тяжелыми одеждами. Мое тело отвечало на странное принуждение.— Царственный, — сказала королева. — Я прошу вашей благосклонности для вашей новой придворной.Берниен присела в очень низком реверансе. Однако самоуверенность Юикалы завела ее слишком далеко. Никого из нетитулованных особ, даже из самого высокого Дома, нельзя приветствовать прежде Шестерых, которые стояли неподалеку. Именно из них избирается будущая королева, и каждый Дом по очереди представлял женщину, принимавшую этот титул.И я быстро ухватился за ошибку Юикалы. Посмотрев наконец прямо на девушку, я не удостоил ее даже короткого кивка. Я услышал слабый вздох Юикалы, повернувшись к главам Домов. Мужчины встали, приложив правую руку к груди в приветствии, Алитта, как и подобало, присела.Я снова ощутил похожее влечение. Но она, конечно, не вошла в пору по собственному желанию. Я был уверен, что Равинга не станет нарушать древние законы. Я также был убежден, что Алитта не позволит себе действовать вопреки обычаям. Однако от нее действительно исходило то же самое очарование, каким угрожала моим чувствам Берниен, Только теперь мне не надо было пытаться сдерживаться ради собственной безопасности.Даже скованный своим жестким одеянием, я торопливо шагнул в ее сторону. Поскольку наш план работал, мой интерес к ней не казался подозрительным.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31