А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Это недорогая дверь. Сумма ущерба составляет всего семнадцать тысяч иен. Сюда входит стоимость самой двери и работ по её замене.
– Хорошо, спишите это с моей карты. А если там не хватит средств, то сегодня же я их пополню. Надеюсь, вы мне дадите подтверждающие документы, чтобы я мог отчитаться перед своим руководством?
– Разумеется.
Они вернулись к стойке «рецепшн» и уладили необходимые формальности.
90
После легкого завтрака и короткой поездки на автобусе, вся троица оказалась на той же станции, откуда они отъезжали вчера в сторону горячих источников.
Через десять минут они сели в проходящий поезд, идущий в Саппоро. Вагон был абсолютно таким же, как и вчера, с высокими креслами. Усевшись и подождав, когда поезд тронется, Олег взглянул на электронное табло. Цифры показывали семь часов сорок пять минут. Если поезд будет идти с такой же скоростью, как вчера, то они прибудут в столицу Хоккайдо в девять ноль пять.
Встреча с Таканиси назначена на десять утра, значит, за ним должны заехать не позже половины десятого. Если учесть, что от железнодорожной станции «Саппоро» до их отеля идти минут десять-пятнадцать, то Олег явно успевал.
Вытянув ноги и откинувшись в кресле, он мысленно стал анализировать события, произошедшие с ним за последние сутки.
Первое, о чем подумал Умелов, было то, что он в очередной раз остался жив, благодаря неимоверному стечению обстоятельств. Ведь если бы Хром остался в полиции и не встретился с Таканиси, а тот, в свою очередь, не позвонил бы киллеру… То всё могло быть иначе. Хотя…
Умелов почему-то был абсолютно уверен, что даже если бы события развивались по другому сценарию, то все равно его спасла бы какая-то неведомая сила.
Может быть, в этом противостоянии Олег мог одолеть японца. И нож, пущенный им, смог бы достигнуть цели.
Подумав об этом, Олег тряхнул головой, отгоняя тяжёлые мысли. Сам факт, что он мог стать убийцей, для него был противоестественным. Да и главной задачи это бы не решило. Потому что Умелова сразу бы арестовали и судили. И тогда – прощай свобода на долгие годы…
«Кстати, не забыть бы… Когда вернемся в отель, надо обязательно сказать Татцуо, чтобы он связался с Онсен Соункё и узнал у них стоимость испорченной двери. Нужно обязательно отправить деньги, а то неудобно как-то получается» – Олег неприятно поморщился.
Ладно, главное, что он жив и сегодня после разговора с Таканиси, сможет добиться для себя индульгенции. Подумав об этом, Олег переключился на вчерашний разговор с Митсуо Ковато.
А размышлять было о чем.
Конечно, то, что рассказал японец, не даёт ответов на все вопросы. Но для продолжения дальнейшего расследования, это было хорошим началом.
Если разложить всю информацию по отдельным стопкам, из которых можно тянуть и распутывать нити прошлого, то получится следующая картина.
Первая ниточка – это китаец. Информации о нем крайне мало. Но, из того, что Умелов уже о нем знает, можно предположить, что он американец с китайскими корнями. Значит, родился он либо в Америке (в каком-нибудь «Чайна-тауне»), либо иммигрировал в США из Китая. В те годы, Большой Китай был закрыт. Значит, остается или Гонконг, или Тайвань. В Гонконге, как известно, проживало миллионов пять-шесть, а в Тайване – порядка двадцати. Если учесть, что все китайцы для европейцев были на одно лицо, и Умелов абсолютно не знал их культуры и языка, то найти среди этих двадцати пяти миллионов одного азиата с именем Лео Чен, было просто нереально.
Есть и вторая ниточка – это американец Фил Боттон. Он регулярно приезжал на Хоккайдо, но встречался и вел дела только с китайцем. Эта особенность указывает на то, что Фил Боттон, возможно, работал под прикрытием. Но чьим? Если он действительно был из США, то это – ЦРУ. Подтверждением служат те многочисленные факты, которые получил Умелов во время экспедиции на Курильские острова. Значит, Фил Боттон – «ЦРУшник», и он вполне, мог работать под вымышленным именем. Митсуо Ковато сказал, что он несколько раз слышал, как китаец называл его Дэном. Возможно, это и есть его настоящее имя.
А вот тут ниточки расходятся.
Первая идет на Филиппины. Там, по словам Ковато, американец занимался поиском сокровищ. А какие там могли быть сокровища, кроме золота генерала Ямаситы, которое безуспешно ищут уже много лет.
А вторая ниточка ведёт в Филадельфию. Там, по информации, которую Ковато получил от бывшего бухгалтера рыболовецкой компании, Фил Боттон скоропостижно скончался в одном из госпиталей.
И какая же из этих ниточек крепче?
Олег склонялся к первой. На Филиппинах можно было найти людей, в том числе из их журналистского братства, которые могли дать много информации по этой теме. Тем более что она была достаточно раскручена в СМИ и среди местного населения. И потом, именно там могла начаться вся эта история с японским золотом.
А Филадельфия?
«Вот дурак. Я же совсем упустил из виду», – Олег чертыхнулся про себя.
Ведь Мария родом оттуда. Она рассказывала, что живет в пригороде столицы Пенсильвании.
Он повернулся к Мэри и, тронув ее за руку, спросил:
– А сколько в Филадельфии всего госпиталей?
Она, очнувшись от легкой дремы, с удивлением посмотрела на него.
– Зачем тебе это?
– Да вчерашний разговор с японцем вспоминаю. Он же сказал, что тот американец скоропостижно скончался в одном из госпиталей Филадельфии.
Мэри задумалась, видимо, вспоминая адреса этих медицинских учреждений.
– Точно не знаю. Возможно три или четыре.
– А какой самый крупный? – не унимался Олег.
– Самый крупный – Пенсильванский госпиталь.
– Спасибо, любимая, – Олег коснулся губами её виска и снова откинулся на спинку кресла.
До самого Саппоро он её больше не тревожил.
91
Распрощавшись с Татцуо Нагаи у здания железнодорожной станции «Саппоро», Умелов договорился с ним связаться после шестнадцати часов.
Взяв Мэри за руку, он быстро потянул ее в сторону отеля.
– Мы куда-то торопимся?
– Нет. Я просто хочу быстрее добраться до номера, – Олег торопился потому, что там, возможно, его уже ждал человек Таканиси.
Мария поняла этот порыв по-своему. Она подумала, что Умелов хочет скорее остаться с ней наедине. Ускорив шаг, они дошли до «Саппоро Гранд отеля» за семь минут.
Проходя мимо стойки рецепшн, Олег надеялся, что администратор известит его о прибытии гостя. Но служащие отеля только широко улыбнулись, увидев русскую пару.
Как только они переступили порог своего номера, сразу же раздался телефонный звонок. Сняв трубку, Умелов услышал незнакомый голос с акцентом.
– Господин Умелов?
– Да.
– У вас назначена встреча на десять часов. Пожалуйста, выйдете из отеля и следуйте вдоль дороги к станции метро «Одори». К вам подъедет автомобиль. Сразу же садитесь в него. У нас есть информация, что за вами установлено полицейское наблюдение. А человек, с которым вам предстоит встретиться, не желает быть скомпрометированным.
– Хорошо. Я немедленно выхожу.
Олег повернулся к Мэри. Она стояла рядом с широко раскрытыми глазами.
– Кто это? – испугано спросила она.
Олег не стал её обманывать и успокаивать.
– Это люди, которые охотились за нами. Но теперь они готовы оставить нас в покое, если я отдам им письмо Кудо Осимы. Мне надо обязательно с ними встретиться.
Мэри тяжело опустилась на стул.
– Боже мой, когда же это все закончится? Мы здесь всего неделю, а у меня ощущение, что прошёл целый год.
– Успокойся, всё будет нормально. Я же тебе вчера сказал, что сегодня может все решиться. Я встречусь с человеком из якудза, и мы обсудим с ним все вопросы. А завтра мы с тобой можем лететь в Москву. Кстати, позвони в аэропорт или в авиакассу и узнай насчет билетов. Хорошо? – Умелов погладил её по щеке.
Мэри тяжело вздохнула.
– Хо-ро-шо, узнаю. Только ради бога, позвони мне обязательно, а то я с ума сойду.
– Обещаю, – Олег поцеловал её и быстро вышел из номера.
92
Выйдя из отеля, Олег заметил, как за ним следом поспешил молодой худощавый японец. Он шел за Умеловым, даже не скрывая, что осуществляет наблюдение. Это явно был полицейский в штатском.
Олег, в который раз восхитился осведомленностью якудза. Неужели у них повсюду свои информаторы.
Повернув в сторону станции метро «Одори», Умелов пошел вдоль бордюра, окаймлявшего газон, который отделял пешеходную зону от проезжей части. Он успел пройти не более трехсот метров, когда рядом с ним притормозила серебристая Toyota. За рулем сидел Риохиро.
Умелов пересек узкую полоску газона и сразу же прыгнул в распахнутую дверцу машины. Риохиро нажал на газ и, Toyota быстро скрылась за ближайшим перекрестком, оставив в полной растерянности незадачливого филера.
Олег, пристегнувшись ремнем, смотрел по сторонам, стараясь запомнить маршрут, по которому его везли.
Через пятнадцать минут автомобиль въехал в какой-то гараж с массивными зелеными воротами. Как только они оказались внутри этого просторного помещения, ворота бесшумно закрылись.
Риохиро знаком показал, что можно выйти из машины. Олег огляделся и, убедившись, что внутренний индикатор опасности молчит, направился за японцем к открытой двери в конце помещения. За ней начинались ступени, ведущие вниз. Обитые красным бархатом стены мягко приглушали свет потолочных спотов.
Лестница вела в просторный холл, где, выстроившись в шеренгу, стояли шесть очаровательных японок в деловых костюмах. Но при этом, их достаточно короткие юбки вызывающе обнажали стройные ножки этих восточных красавиц.
– Прошу вас, – сказала одна из девушек на чистом русском языке, хотя и с легким акцентом. Жестом она показала Умелову, куда нужно было пройти.
Это был европейский зал с зеркальным полом.
Олег прошел к столу и присел на ближайший стул. Оставшись абсолютно один в зале, он огляделся. На противоположной стене висело огромное зеркало, в котором отражалось всё помещение.
«Наверное, там есть тайная комната, из которой можно наблюдать за гостями», – мелькнуло в голове Олега. Взглянув на пол, Умелов подумал, что гости, которые здесь бывают, должно быть, испытывают смущение, если рядом с ними вдруг появляется дама. Ведь в случайном отражении можно увидеть буквально все.
Умелов тут же поймал себя на мысли: вот болван, как он только сразу об этом не догадался. Ведь те девушки в коротких юбках, обязательно зайдут сюда обслуживать гостей. И мужчины бессознательно будут стараться кинуть случайный взгляд на их отражение, чтобы мельком увидеть их бельё. Или наоборот – полное его отсутствие.
Если учесть, что якудза достаточно часто встречаются с нужными людьми, в том числе и с влиятельными политиками, то при переговорах в этом зеркальном зале любому мужчине будет трудно сосредоточиться. Поняв эту тонкость, Умелов пересел на соседний стул, стоящий у самой стены, откуда зеркального пола не было видно.
Время шло, а Таканиси все не появлялся.
«А может он где-то здесь?» – мелькнула мысль.
Еще раз, внимательно осмотрев помещение, Олег пристально вгляделся в большое зеркало на противоположной стене. Своим шестым чувством он пытался определить, есть ли кто-нибудь за этой зеркальной поверхностью.
Он был абсолютно прав в своих сомнениях, потому что с обратной стороны стекла, на него смотрел Ацуо Таканиси, пытаясь понять, что за человек, этот русский журналист Олег Умелов.
93
Первым в зеркальном зале появился молодой японец в черном строгом костюме и в очках с тонкой оправой.
– Добрый день, господин Умелов. Я помощник господина Таканиси. Меня зовут Ацухито Осака. Я очень сожалею, но господин Таканиси не сможет сейчас присутствовать на встрече. Он уполномочил меня провести с вами переговоры.
Умелов с трудом скрыл свое недовольство.
«Ах, вот как? Поиграть со мной решили? Хорошо, посмотрим, насколько вы к этому готовы», – Олег кивнул головой, в знак того, что понимает возникшую ситуацию.
– Господин Умелов, нам стало известно, что вы имеете на руках письмо покойного господина Осимы. Я бы хотел ознакомиться с его содержанием. Надеюсь, у вас есть с собой его копия?
Выслушав японца, Олег решил сразу идти ва-банк.
– Весьма сожалею, господин Осака, но я не стал брать с собой копию этого документа. У меня было предчувствие, что сегодня господин Таканиси не сможет приехать на встречу, поэтому я решил лишний раз не открывать сейфовую ячейку. Надеюсь, что в ближайшее время господин Таканиси найдет время и сможет встретиться со мной, – Умелов пристально и жёстко посмотрел на собеседника.
Японец явно смутился. Он, скорее всего, имел определенные инструкции, как и что, говорить, но Умелов спутал все его домашние заготовки.
Олег, не упуская инициативу из своих рук, пошел в наступление.
– Поскольку у нас с вами нет больше темы для дальнейшего обсуждения, то позвольте мне раскланяться. Надеюсь, ваши люди подбросят меня до ближайшей станции метрополитена? – с этими словами Умелов встал из-за стола и направился к большому зеркалу на противоположной стене.
Подойдя к нему, он посмотрел на свое отражение. И обращаясь к своему второму «я» философски произнес:
– Значит не судьба. Хотя в Японии есть хорошая пословица: «Мудрец из тысячи раз, хоть один раз, да ошибется» . Надеюсь, что господин Таканиси никогда не ошибается.
Помощник встал из-за стола.
– Господин Умелов, пожалуйста, садитесь за стол. Я сейчас свяжусь с господином Таканиси. Возможно, у него поменяются планы, и он сможет с вами сегодня встретиться.
Олег не спеша, вернулся на свой стул.
Ацухито слегка поклонился, собираясь покинуть комнату, но не успел этого сделать. Потому что, на пороге зеркального зала появился пожилой японец с властным лицом и белыми, как снег, волосами.
Это был оябун Хоккайдской ветви клана «Ямагути гуми», господин Ацуо Таканиси собственной персоной.
94
Умелов привстал, увидев главу преступного синдиката.
«Вот он значит какой, этот таинственный Таканиси!» – промелькнуло в голове Олега.
Ацухито услужливо отодвинул стул для своего патрона. Тот сел напротив Умелова и что-то в полголоса сказал своему помощнику.
– Господин Таканиси просит извинить его за опоздание. Он предлагает вам быть здесь, как дома, и не стесняться в своих желаниях. Сейчас нам принесут хороший тайваньский чай.
Умелов, чтобы сразу разрядить обстановку, вдруг просветлел лицом и радостно сообщил:
– Чуть не забыл. У меня же с собой есть еще одна копия письма, – с этими словами он извлек из внутреннего кармана вчетверо сложенный листок и передал его двумя руками господину Таканиси, как того требовал азиатский этикет.
Оябун принял бумагу и, даже не развернув её, сразу убрал под салфетку.
Он что-то опять сказал своему помощнику.
– Господин Таканиси приятно удивлен, что вы так хорошо знаете наш этикет и японские пословицы.
Умелов от этих слов даже немного смутился.
– Спасибо. Надеюсь, что у господина Таканиси есть ко мне вопросы?
– Да, – Ацухито, видимо, ждал этого момента. Поскольку, он тут же начал вести диалог.
– Скажите, как попало к вам это письмо?
– Его доставили в наш отель по почте. Нам позвонили в номер и пригласили спуститься вниз и забрать корреспонденцию.
Олег видел, как быстро переводил помощник его ответ.
– А где сейчас находится оригинал письма?
– В России, в надежном месте, у моих коллег журналистов. Я его отправил в тот же день экспресс-почтой. Могу показать квитанцию, – Олег извлек из бумажника желто-красный бланк DHL.
– Что вы хотите сделать с этим письмом в дальнейшем?
– Ничего. Это моя охранная грамота или, как говорят в некоторых диких племенах, тотем. Пока я жив и здоров, это письмо будет в надёжных руках. Но, если со мной вдруг что-нибудь случится, то мои друзья передадут его в японскую прессу и полицию. Кроме самого письма у меня есть ещё диктофонная запись, которую я сделал на нашей встрече с Кудо Осимой, за несколько часов до его гибели. Он рассказал мне все. И даже то, что отправляется на встречу с вами, – Умелов блефовал, говоря о диктофонной записи.
Но Таканиси ему явно поверил.
– Что вы хотите от нас?
– Во-первых, я хочу, чтобы «Ямагути гуми» больше не угрожало моей жизни. А во-вторых, мне нужна информация, – Олег посмотрел на реакцию оябуна.
Тот спокойно слушал перевод требований Умелова, лишь изредка качая своей седой головой.
– Господин Таканиси хочет знать, какую информацию вы хотите получить от нас?
Умелов собрался ответить, но не успел, потому что, в зал вошли две девушки, неся на подносах парящиеся полотенца и фарфоровые чайнички с зеленым чаем.
95
Когда японки подошли к столу, Умелов демонстративно не стал смотреть в их сторону, даже, когда одна из них, поклонившись, протянула ему поднос с горячим влажным полотенцем.
Таканиси, наблюдая за действиями и поведением этого русского, отметил, что журналист умеет держать себя в руках и подобающе вести. При всем при этом, жестко отстаивая свою линию.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24