А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

На крючке рядом со спасательным кругом висел бинокль, в который инструктору полагалось смотреть каждые две-три минуты – проверять, не попал ли кто в беду. Сам Ксавье лежал в тени запасного паруса и опять позволял одной из шведских близняшек потрогать свои мускулы.
Рассерженная и напуганная Кэрри Эн схватила его за бицепс и развернула к себе лицом. Шведская близняшка, изображая оскорбленные чувства, уперлась рукой в бок.
– Сейчас ему некогда тобой заниматься, милочка, – огрызнулась Кэрри Эн. – Там человек тонет.
– Где? – Ксавье прищурился. Носить очки он стеснялся, а сезонный запас одноразовых контактных линз иссяк.
– Там, за скалой, – подсказал Мортен.
– Кто там?
– Яслин, – ответила Кэрри Эн. – Взяла доску сорок минут назад.
– Она должна была уже вернуться, – заявил инструктор. – Когда столько народу, можно брать доску всего на полчаса.
– Боже мой, – ахнула Кэрри Эн. – Она не вернулась, потому что не может! Она уже десять минут как не поднимала парус! Надо доставить ее на берег. Где спасательная лодка?
Спасательная лодка была в экстренном ремонте – в другой будке дальше по пляжу.
– И что вы будете делать? – спросила Речел Ксавье.
Он пожал плечами как истинный француз, но теперь этот жест уже не казался таким обаятельным. Ксавье обдумывал варианты: его тревога росла с каждой секундой. Спасательная лодка не на плаву. Все три катамарана уже на полпути в Грецию. На пляже остался лишь один виндсерфинг, да и тот пострадал в лобовом столкновении со злополучной спасательной лодкой на прошлой неделе. Придется добираться вплавь. Но в этом году он не очень-то много плавал. Волны сильные. И плыть до англичанки далеко.
– Что вы будете делать? – повторил Мортен.
– Не знаю, – признался Ксавье. – Не знаю. – Он покачал головой и запустил пальцы в волосы. – Такого раньше ни разу не было!
– Вы должны были следить за ней, – заявила Речел.
– Нет времени для обвинений, – сказала Кэрри Эн. – Может, вызвать кого-нибудь по телефону?
– На рации батарейка села. – Похоже, Ксавье готов был вот-вот расплакаться.
– Эй! Эй! – Мортен зашел в воду так далеко, как только мог. Он все еще был в одежде, только снял белую рубашку и размахивал ей как флагом. – Кто-нибудь, помогите! Там человек в беде!
Из-за ветра крик Мортена донесся до Маркуса через слово. Он скользил по волнам на скорости тридцать миль в час, пытаясь поскорее добраться до берега. Он знал, что задержался дольше, чем следовало, но было непохоже, что маленький норвежец хочет покататься на доске. Ладно, вот вернется и узнает, из-за чего сыр-бор. И вдруг он увидел доску Яслин. Самой Яслин поблизости не было. И он понял.
59
Салли догадалась, Маркус предложит ей руку и сердце в первую же ночь, что они провели вместе. Они лежали у нее дома, на чистых простынях, которые она приготовила днем – так, на всякий случай. Они пока еще не занимались сексом. Только целовались. Новый бойфренд Салли даже не видел ее без трусов. Он и сам был в боксерских шортах.
Видимо, он подумал, что она спит. Она лежала, прижавшись спиной к его животу, а он обнимал ее за талию. Поза ложки – так, кажется, это называется. Салли была маленькой ложечкой. Глаза ее были закрыты, но она не спала. Слушала его дыхание, ждала, пока ритм замедлится – тогда она поймет, что он уснул.
Салли не хотелось засыпать первой. В тот вечер они выпили две бутылки вина, а в пьяном виде Салли всегда храпела. Она до смерти боялась, что Маркус узнает об этом и возненавидит ее. В тот день, готовясь к предстоящему вечеру, она поклялась, что отправит его домой, прежде чем настанет момент истины. Но на всякий случай все же постелила свежие простыни. И вот уже полтретьего ночи, и вряд ли он придет в восторг, если она вдруг вызовет такси. К тому же ей тоже было уютно. Очень уютно в его объятиях.
Так что пришлось бороться с дремотой и ждать, пока он сам не погрузится в глубокий сон и не сможет услышать раскаты ее храпа. Ее бывший бой-френд клялся, что она устраивает концерты каждую ночь. Но дыхание Маркуса не становилось медленнее. Он тоже наслаждался их близостью. И когда решил, что она уже в стране грез, то произнес всего одно слово:
– Салли.
Только ее имя. И больше ничего. Но Салли поняла, что он будто примерял ее имя на себя. Не повторял его, чтобы к утру не забыть, как ее зовут. И не пытался разбудить ее. Он произнес ее имя, как первое слово магического заклинания, что соединит их навеки. Салли перестала притворяться, что спит, и повернулась к нему лицом. Нежно поцеловала его глаза и прошептала:
– Должна тебя предупредить. Я храплю. Утром он уверял, что она вовсе не храпела, и с того дня они каждую ночь проводили вместе. Иногда у него, но в основном у нее, потому что, как и все мужчины, он не менял постельное белье, пока то не грозилось сбежать.
Когда через несколько месяцев он впервые признался ей в любви, это не произвело на нее впечатления той ночи, когда он произнес всего лишь ее имя. Ведь как только он прошептал ее имя в темноте, она поняла, что он ее любит.
И теперь она его теряет.
60
– Кто-нибудь умеет оказывать первую помощь? – закричала Кэрри Эн. – Кто-нибудь!
Маркус мог сделать искусственное дыхание, но он сам едва дышал. Все аниматоры прошли курсы экстренной помощи, но, похоже, оказавшись перед лицом настоящей опасности, начисто обо всем забыли.
– Надо прочистить дыхательные пути, – выпалил Маркус и закашлялся от попавшей в легкие соленой воды. – По-моему, с этого обычно начинают.
– Давайте же. – Кэрри Эн огляделась. – Ведь кто-то из вас должен хоть что-то уметь! Помогите же мне!
Она открыла Яслин рот, но понятия не имела, что делать дальше. Кэрри Эн смутно припоминала, что нельзя вдувать воздух пострадавшему прямо в легкие – это лишь вызовет дальнейшие повреждения. Но не могла же она бездействовать! Аниматоры образовали полукруг, застыв, словно каменные изваяния. Речел билась в истерике. Героический заплыв Маркуса с Яслин на плечах отнял у него последние силы, и он уже не мог ей помочь. Мортен неуклюже пытался вместе с Кэрри Эн перевернуть Яслин в правильное положение, но та все время откидывалась на спину.
– Помогите же мне! – кричала Кэрри Эн.
«Кэрри Эн, я вел себя очень недостойно. Вчера ночью я попытался соблазнить тебя, чтобы помочь Жилю выиграть пари. И думал о тебе, руководствуясь предрассудками, которые на самом деле неверны. Теперь я понял, что ты очень умная женщина…»
Спустившись по тропинке к пляжу, Аксель как раз закончил обдумывать речь. Теперь главное – отыскать Кэрри Эн среди всех этих полуобнаженных тел. Ему надо о многом с ней поговорить. О письме Натали и о том телефонном разговоре.
У пляжного бара он замялся. Похоже, у лодочной будки что-то происходит. Слышались крики. «Очередная командная игра», – подумал Аксель. Пусть сейчас у него на душе легко как никогда, но он по-прежнему ненавидит командные игры. И очень надеется, что Кэрри Эн не принимает в них участия…
Он заметил ее в толпе. Она стояла на земле на коленях, морской ветер рассыпал непокорные кудряшки по лицу. Акселю показалось, что она его увидела, и он помахал ей рукой. Сначала она не ответила. Но потом…
– Аксель!!! – Кэрри Эн вдруг окрикнула его по имени. – Аксель! Ты нужен мне, немедленно! Слава богу, что ты здесь!
Такого теплого приема он и не ожидал. Он нужен ей, немедленно? Аксель ускорился и перешел на неспешный бег. Откинул волосы назад и изобразил самую приветливую улыбку. Кэрри Эн подбежала к нему. И схватила за руку.
– Кэрри Эн, я хочу сказать…
– Нет времени на разговоры, – отрезала она и потащила его туда, где на песке лежала ее умирающая подруга.
– Что с ней? – побледнел Аксель.
– Ей требуется сделать искусственное дыхание. Она чуть не утонула. Ты же знаешь, что делать, Аксель? Ты раньше оказывал первую помощь? Когда учился в медицинском?
В какой-то момент Акселя захлестнул страх – как та приливная волна, что сбросила Яслин с доски. Но вслед за страхом последовало спокойствие. Миг тишины, когда крики вдруг отодвинулись на второй план и все вокруг будто подернулось дымкой. Аксель снял куртку. Все равно в этой жаре куртку носить невозможно, тем более сейчас, когда от него зависит человеческая жизнь.
– С дороги! – скомандовал он столпившимся взволнованным зевакам, перевернул Яслин набок, в правильное положение, и принялся за дело.
Неожиданное хладнокровие Акселя заставило встрепенуться остальных аниматоров. Дельфина стала просить у туристов мобильники, Ксавье побежал на регистрацию, на случай, если не удастся найти телефон. Шведские близняшки обернули Маркуса пляжными полотенцами. Речел проводили в кресло.
Кэрри Эн отказалась садиться и по-прежнему стояла на коленях рядом с Акселем. Он поочередно вдувал воздух ей в рот и нажимал на грудь, чтобы стимулировать сердцебиение.
– Она дышит?
– Да.
– О, слава богу.
Кэрри Эн схватила за руки Акселя и Мортена.
– Слава богу. Слава богу. Слава богу!
Когда Яслин понесли по пляжной тропинке к зданию регистрации, суматоха распространилась по отелю быстрее, чем герпес среди аниматоров. Салли так и сидела на балконе, где ее оставил Маркус, пока в дверь не постучала женщина из соседнего номера и не закричала:
– Англи-и-ски. Англи-и-иски человек потонул.
Услышав это, Салли сразу же представила худшее. Маркус пошел кататься на виндсерфинге. Неужели он так расстроился из-за их ссоры, что решил избавиться от бед в морских волнах? Неужели он пытался покончить с собой?
На бегу к пляжу Салли заключила с Богом сделку. Если с Маркусом все будет хорошо, она пожертвует своей свободой.
Она протолкнулась сквозь толпу, которая невольно расступилась, услышав, что она говорит по-английски. Все были там. Подружки англичанки, которые ехали с ней в автобусе в то первое утро. И все британские туристы, отдыхавшие в отеле на той неделе. Худосочный темноволосый аниматор, который боролся за пространство вокруг носилок, чтобы оказать первую помощь. Салли видела Кэрри Эн и Речел, но не видела мужа. К ней подбежала Кэрри Эн. Вокруг ее руки было обернуто пляжное полотенце Маркуса. – Нет! Маркус!
Когда он поднялся с бампера машины Яссера, ей показалось, что он воскрес из мертвых. Он наглотался воды, безусловно, но не утонул. Салли бросилась ему на шею и обняла так крепко, как не обнимала многие годы.
Когда Салли поняла, что тело утопленника, лежащего на земле, принадлежит Яслин, ее переполнила радость и чувство вины. Учитель шахмат стоял на коленях у ее изголовья и давал указания Яссеру и Жилю, которые перенесли ее на заднее сиденье машины Яссера, готовясь к тряской поездке в больницу. Подруги Яслин поехали с ней. Зеваки наблюдали, как машина выехала из отеля, а потом стали расходиться. Салли и Маркус остались наедине. Она все еще обнимала его. И никак не могла отпустить.
61
Остаток дня Кэрри Эн, Речел, Аксель и Яссер провели в больнице, не спуская встревоженных взглядов с распахивающихся белых дверей, сквозь которые Яслин повезли в палату скорой помощи. Наконец в приемную вышел доктор, который записывал данные Яслин – Яссер выступил в роли переводчика. У него был взволнованный вид, и для спасителя человеческих жизней он казался слишком юным.
– Он должен поговорить с ее мужем, – перевел Яссер.
– С мужем? – изумилась Речел. – Но она не замужем. Это серьезно?
– Очень серьезно, – ответил Яссер за доктора. – Он должен поговорить с отцом ее ребенка.
62
Юэн и Патрик прилетели в Бодрум в понедельник, ранним утренним рейсом. Им пришлось лететь через большинство европейских столиц. Когда Юэн ворвался в больницу, Яслин уже сидела на кровати и тихонько пила воду, пытаясь переварить все то, что сказал ей доктор, как только она пришла в сознание. Сначала она не поверила и подумала, что Яссер что-то перепутал – тот бегло переводил с турецкого на английский и обратно, словно переводчик Организации Объединенных Наций. В конце концов Яссер заставил врача нарисовать картинку: женщина и младенец у нее в животе. На этот раз ошибки быть не могло.
Яслин таращилась на рисунок у нее на коленях, а по обе стороны ее кровати сидели Кэрри Эн и Речел. Яслин так крепко вцепилась им в руки, что на их ладонях остались отпечатки ее ногтей.
– Юэн уже едет. Все будет хорошо, – успокоила ее Кэрри Эн, когда Яслин заплакала.
– Я знаю, – ответила она и вытерла слезу. Впервые в жизни Яслин хотела видеть кого-то так сильно.
Речел оказалась права. Когда все остальные вернулись в отель, и Юэн с Яслин наконец остались одни, он сделал ей предложение. Он планировал сделать это во время свадьбы в следующую субботу, но теперь ждать было ни к чему.
Кольцо он не захватил. Единственная проблема. Он должен был забрать его из магазина лишь в пятницу вечером.
Яслин печально улыбнулась.
– Не надо его забирать, – сказала она. – Я не могу за тебя выйти.
– Но как же ребенок? – спросил он.
– Ничего, – ответила Яслин. – Ребенка я оставлю.
Она с нежностью накрыла руками живот. Если верить доктору, она уже на третьем месяце. Глядя на каменно-твердые мышцы живота, это казалось невероятным. Теперь придется на какое-то время отложить марафонские нагрузки.
– У меня будет ребенок.
Она и не предполагала, что когда-нибудь произнесет эти слова. До сегодняшнего дня при мысли о ребенке она всегда думала о том, что потеряет во время беременности. Прощай, талия. Прощай, свобода. Прощай, Юэн.
Допустим, талию спасти не удастся. Но Юэн перелетел через весь континент, чтобы быть рядом. И поклялся, что никогда ее не бросит. Даже если она растолстеет, станет плохо одеваться и предпочтет гладить школьную форму, а не делать ему минет. И в доказательство он женится на ней, даже когда она округлеет, как бочка, и будет готова родить на полу зала регистрации. Яслин верила ему, но все же не приняла его предложения.
– Я стану мамой, – заявила она. – Но не думаю, что я готова стать и твоей миссис.
Ну да ладно. Какая разница. Даже если они никогда не поженятся официально, разве это важно? У них будет своя семья. Яслин, Юэн и малыш. На этот раз история необязательно должна повториться.
Когда девушки со спутниками вернулись в «Эгейский клуб», было уже темно. На обратном пути в машине Яссера они почти не разговаривали. Яссер разок потрогал колено Кэрри Эн – она сидела на пассажирском сиденье, – но теперь она не возражала. В этом прикосновении не было зловещего умысла, как раньше.
На заднем сиденье Речел клевала носом на плече у Патрика. Сейчас, когда он приехал, им понадобится еще один номер. Аксель сказал, что договорится с Шери. Пока они стояли у стойки регистрации и ждали, когда спустится главный менеджер – она часто работала допоздна, – Аксель поведал Кэрри Эн о письме от утраченной возлюбленной. Эд ее бросил. И она просила Акселя дать ей еще один шанс.
Кэрри Эн улыбнулась:
– Она поняла, что упустила хорошего парня.
– Но уже слишком поздно, – произнес Аксель. – Я понял: все, что ты говорила, правда. Она вовсе не богиня, как я представлял. И на самом деле я ей не нужен. Ей просто жаль себя, вот и все. Она всего лишь обычная девушка.
Кэрри Эн кивнула:
– Как и все мы.
– Ты не обычная девушка, – возразил Аксель.
– Спасибо.
– Я вернусь в медицинский университет, – продолжил он. – Сегодня утром, прочитав письмо, я позвонил своему старому репетитору и спросил, есть ли у меня возможность вернуться на курс. Он пообещал сделать все возможное, чтобы к сентябрю меня зачислили. Сказал, что лучшего студента у него не было, и он жалеет, что больше не может мне преподавать. Вот чем в первую очередь я хотел поделиться сегодня утром, когда пришел на пляж.
– А во вторую?
Аксель покраснел.
– Что наша встреча сделала меня другим человеком, – ответил он.
Он робко потянулся к руке Кэрри Эн. Держа ее за руку, притянул к себе. Склонил голову. Кэрри Эн наклонилась навстречу. Их губы были так близко, что Кэрри Эн ощущала щекочущее дыхание Акселя над верхней губой. Вот-вот, и они бы поцеловались…
– Я тоже изменилась после нашей встречи, – пробормотала она. – И, как и ты, собираюсь вернуться к учебе. Возьму тайм-аут на работе и попробую поступить в университет. Стану той Кэрри Эн, какой была до того, как мне помешала влюбленность.
– А ты не хочешь… – Аксель все еще держал ее за руки.
Кэрри Эн серьезно на него посмотрела. Затем улыбнулась одним уголком рта. Обхватила голову Акселя руками и смачно чмокнула его в губы.
– Ура!
Вокруг них раздались ликующие возгласы.
Пока они тихонько беседовали у стойки, почти весь персонал «Эгейского клуба» притаился в комнатке у главного коридора, предвкушая начало вечеринки. Аксель Раданн был героем дня. И лучшим аниматором года.
Аниматоры протанцевали паровозиком, похожим на гигантскую змею, от стойки до пул-бара. Шествие возглавлял Мортен, пьяный как сапожник и с ног до головы покрытый следами от помады. Весь день он был в центре внимания и раз за разом пересказывал историю о том, как его бинокль сыграл наиважнейшую роль в спасении прекрасной англичанки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32