А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

- Стенхе поклонился.- А теперь,- голос Руттула стал
почти неуловимо тверже.- Стенхе насторожился,- теперь объясни, по-
чему Высочайшему Союзу захотелось выдать за меня эту девочку? Я
пригляделся к ней: не хромая, не горбатая, не дурочка... В чем же
дело? Какой в ней изъян? Я хочу знать заранее. Если она больна,
нужно попробовать ее лечить.
Стенхе помолчал. "Вот оно, главное, ради чего вызвал меня Рут-
тул. Вот тут уж не пошутишь..."
- Я полагаю, государь,- сказал он наконец,- что никакого осо-
бенного лечения ей не нужно. Здоровая жизнь в деревне, простые раз-
влечения, хорошая пища, купания - и все будет в порядке,- изложил
он.- Не думаю, чтобы какой-нибудь лекарь предложил лекарство лучше
этого.
- А все-таки, в чем дело?- спросил Руттул.
- Амулет,- сказал Стенхе.- Всего лишь амулет.
- Я думал, хокарэмы не верят в силу амулетов,- заметил Руттул.
- Вообще-то да,- подтвердил Стенхе.- Но это какая-то чертовщи-
на объявилась, других слов не подберу. Не представляю, какие руки
могли его изготовить.
- Что же это такое?- поинтересовался Руттул.
- О, на первый взгляд это совершенно невинная вещь,- ответил
Стенхе.- Всего-навсего нитка грошовых бус...
- Бусины похожи на янтарь?- быстро спросил Руттул.- И между
собой соединены железными шариками?
- Верно...
- Где же они?- живо спросил Руттул.
- Так это твои бусы, государь,- медленно проговорил Стенхе.-
Ах, пресвятые небеса, как я не додумался? Странные бусы - странный
человек...
- Где они?- повторил Руттул.
- Прости, государь, но я их выбросил,- сокрушенно сообщил
Стенхе.
- Как выбросил?
- Они показались мне очень опасными,- объяснил Стенхе.- Я ре-
шил, что их нужно уничтожить. Я очень сожалею, государь...
- Куда же ты их выбросил?- спросил Руттул.- Их можно отыскать?
- Боюсь, что нет, государь,- ответил Стенхе.- Я перебрал нес-
колько способов, и лучшим мне показалось бросить амулет в подземный
поток в Иэрторверовой пещере. Вода утянула их вглубь горы, госу-
дарь...
Руттул молчал. Потом он усмехнулся Стенхе:
- Может, так и лучше. Бусы эти довольно опасны, и надо уметь
ими пользоваться.- Стенхе поклонился.- Иди,- сказал Руттул.- Если
маленькой госпоже что понадобится, приходи, не стесняйся.
Стенхе повторил поклон, на этот раз глубже, отступил в поклоне
и вышел. Он миновал секретаря, вышел в коридор и коснулся ладонью
кошелька, в котором лежал амулет.
Может быть, как раз его не хватало Руттулу, чтобы стать прави-
телем всего Майяра?
5
Савири нарисовала на грифельной доске лошадь и поволокла доску
показать Маву. Маву, ведущий на террасе нежную беседу с красивой
белошвейкой, рисунок восторженно одобрил и посоветовал девочке тот-
час показать его Стенхе. Савири, чтоб удобнее было нести, водрузила
доску на голову и отправилась во двор, где Стенхе вел степенный
разговор с Руттулом, имея темой подбор учителей для Савири.
Девочка бесцеремонно вклинилась между ними:
- Смотрите, я нарисовала! Похоже, да?
Руттул согласился. Стенхе сделал замечание: некрасиво встре-
вать в разговор старших.
- Ну-ка вернись и подойди, как полагается,- строго сказал он.
- Он не сердится,- возразила Савири, ткнув пальчиком в Рутту-
ла. Стенхе, взяв из рук девочки доску, бросил ее на землю, а саму
принцессу отвел в сторону и заявил, что если она будет нарушать
приличия, он не пустит ее ужинать вместе со всеми. Есть же в одино-
честве Савири не любила совершенно.
- Что я такого натворила?- уныло спросила она.
- Ты подошла, не поприветствовав господина,- начал перечислять
Стенхе. Ты не спросила, желает ли он смотреть твои рисунки, а сразу
сунула нам под нос свою мазню. Ты в присутствии господина назвала
его "он" а это неуважение к старшему. И тем более нельзя тыкать в
господина пальцем: это для него оскорбление, и он вправе наказать
тебя розгами.
Савири дернула плечом, высвобождаясь от руки Стенхе, и подбе-
жала к Руттулу:
- Извини, пожалуйста, я вела себя неправильно, я больше не бу-
ду так...- заговорила она скороговоркой.
- Чудесно,- улыбнулся Руттул.- Я надеюсь, ты и в самом деле
больше не будешь. Стенхе,- обернулся он к подошедшему хокарэму,-
если госпожа принцесса еще раз сделает что-то неподобающее, не надо
отчитывать уважаемую госпожу на виду у всех. О проступках надо го-
ворить позже. Ведь взрослую принцессу ты бы не стал отчитывать на
моих глазах.
- Слушаю. господин,- неглубоко поклонился Стенхе.
Савири, склонив голову к плечу, обдумывала слова Руттула.
- Это неправильно,- немного погодя заявила она.- Стенхе уже
взрослый и даже старый, а ты делаешь ему замечания вовсе не наеди-
не.
Стенхе крякнул, делая принцессе страшные глаза.
- Хорошее замечание,- сказал Руттул.- Надеюсь, ты не думаешь,
что я хотел огорчить Стенхе?
- Не знаю,- ответила Савири.- Может быть, ты имеешь в виду,
что слугам, даже если они и старше, указывать на ошибки можно всег-
да. Стенхе ведь слуга, правда?
Стенхе мысленно чертыхнулся.
Руттул спросил:
- А другого предположения у тебя нет?
- Есть,- заявила Савири.- Ты, господин, сказал Стенхе об этом
при мне, чтобы я потом помнила и делала меньше ошибок.
- Ах, святые небеса!- вздохнул Стенхе. На его взгляд, принцес-
са продолжала проявлять неуважение к Руттулу.
- А ему все не нравится,- сказала Савири Руттулу.- Он ворчит,
ворчит...
- Неправильная лошадь,- объявил Стенхе, чтобы перевести нелов-
кий, по его мнению, разговор на другое.
- А Маву похвалил,- возразила Савири.
- Что Маву понимает в лошадях?- в воздух спросил Стенхе.
Савири рассерженно стерла рисунок.
- Принеси-ка мел,- попросил вдруг Руттул.
Савири достала мел из кармашка фартучка.
Руттул, задумавшись на мгновение, нанес на доску несколько
штрихов. Савири ожидала продолжения. Стенхе внезапно проявил инте-
рес, вглядываясь то в Руттула, то в рисунок.
- Это все?- разочарованно спросила Савири, поняв, что продол-
жения не будет.
- А ты не видишь?- спросил Руттул.
Савири пожала плечами. Стенхе позволил себе сказать:
- Пеший гонец,- проговорил он.
- Стенхе!- С изумлением воскликнула девочка.- Где ты усмотрел?
Тут же три черты...
- Молодой гонец,- пояснил Стенхе.- Лет двадцати, не больше. С
устным посланием. Бежать ему недалеко, не более двух лиг.
Руттул, похоже, и сам не ожидал таких глубоких изысканий.
- Объясняй,- потребовала Савири у хокарэма.- Откуда это все
видно? Ладно, пусть будет бегун... Вот туловище, вот нога, вот ру-
ка... Но разве можно сказать что-то еще?
- По выгибу спины видно, что молодой,- сказал Стенхе.- У стар-
ших тело не такое гибкое. Колено поднято довольно высоко - значит,
бежать не далеко. В руках ничего нет - отчкетливо видно, что ладонь
пустая.
Савири глубоко задумавшись уставилась на крючок, который изоб-
ражал ладонь.- Она завертела своей ладонью, пытаясь придать ей фор-
му, очерченную на рисунке плавно изогнутой линией. Выходило, что
ладонь раскрыта.
- Но второй-то руки на рисунке нет!- запротестовала Савири.-
Может, он во второй руке что-то несет!
Стенхе возразил:
- Если бы в одной руке что-то зажато было, то он бы и второй
кулак почти наверняка сжал.
Девочка, глядя на свои кулачки, принялась поочередно их сжи-
мать и разжимать.
Руттул спросил:
- Похоже, что у хокарэмов есть свое тайное письмо? Уж очень
ловко ты прочитал мою картинку...
Стенхе пожал плечами:
- Ну, настоящим письмом это не назовешь, но небольшие сообще-
ния так можно делать.
- Надо иметь привычный глаз.
Стенхе согласился. Савири подергала его за рукав куртки:
- Стенхе, нарисуй что-нибудь еще такое.- К Руттулу она обра-
щаться с просьбой постеснялась.
Стенхе изобразил штрихами лошадь.
- Это наш Воронок!- в восторге закричала Савири.
- Да почему именно Воронок?- удивился Руттул.
- А только у него такая шея,- объяснила девочка.
- Точно,- подтвердил Стенхе.- Это лошадь саутханской породы. У
майярских пород лошадей осанка другая...
"Новая игрушка,- подумал Руттул.- Очень хорошо. Это развивает
наблюдательность."
Нельзя сказать, чтобы Руттул не занимался воспитанием Савири;
он щедно тратил деньги на ее педагогов и на книги. Сам-то он читал
очень редко и главным образом летописи; другие книги были ему мало-
интересны, да и читал он по-майярски не очень хорошо, спотыкаясь о
знаки ударений. С этой точки зрения его нельзя было назвать образо-
ванным человеком; книжной учености у него было куда меньше, чем у
Стенхе, но Стенхе подозревал, что, будучи почти невежественным в
майярской литературе, Руттул тем не менее довольно много читал на
родном языке. И если по-майярски он писал совершенно безграмотно,
считая более удобным прибегать к помощи писца, то записи для себя,
которые он вел никому не понятным письмом, вовсе не были каракуля-
ми. Не похожи, впрочем, они были и на каллиграфическую запись, ско-
рее это был вид какой-то скорописи, потому что, Стенхе видел, Рут-
тул не выписывал каждый знак с усердием и тщанием, а быстро черкал
стилом по вощеным табличкам.
Об успехах Савири в овладевании науками Руттул неизменно осве-
домлялся у Стенхе. Девочка была хоть и непоседливой, но смышленой;
Стенхе с содроганием вспоминал, что мог еще долго не замечать Рут-
тулов амулет. Боже милостивый, в какое чудовище превратилась бы ма-
ленькая принцесса, если бы он не отобрал зачарованные бусы! И ведь
Руттул согласился с его действиями; правильно он тогда поступил,
изъяв бусы, они не для детей. Но Руттул одновременно отказывался
считать, что именно эти бусы (абак, как назвал их Руттул) до сих
пор заставляют ее быть более разумной, чем полагалось бы Савири по
возрасту.
- Нет, Стенхе,- качал головой Руттул.- Абак мог научить ее
лучше использовать память и развить сообразительность, но за то ко-
роткое время, пока он был в ее руках, он вряд ли мог повлиять на
характер. То, что ты называешь недетской серьезностью - это вопрос
темперамента. Встречаются и без всяких Амулетов дети, чуть более
спокойные, чем другие.
- Но ведь она не спокойная, государь,- возражал Стенхе.- Она
сует нос во все, чего не знает, но быстро решает, что это ее не ин-
тересует. Странная целеустремленность, государь. Только вот к чему
она стремится?..
С самой Савири Руттул о ее учебе говорил редко.
- Сава,- произнес он однажды за завтраком, называя девочку
прозвищем, которое она получила в Сургаре.- Сава, учитель твой жа-
луется, что ты неприлежна...
- А почему он одно и то же по десять раз повторяет?- возразила
она живо, метнув на учителя презрительный взгляд. Руттул взгляд
этот отметил и неумеху потом заменил. Однако сейчас он сказал:
- Вероятно, он хочет, чтобы ты лучше запомнила его слова.
Сава скорчила гримасу:
- Я не беспамятная!
- Считать-то он тебя научил?- с улыбкой осведомился Руттул.-
Сколько будет один да один?
- Ну-у,- возмущенно протянула Сава.- Уж это-то я знаю.
- Ладно,- согласился Руттул.- Тогда реши такую задачку: у од-
ного купца аршин полотна стоит семь таннери, а у другого - восемь,
но аршин у второго на пядь короче, чем у первого. У которого из
купцов покупать выгоднее?
- У второго,- тут же сказала Сава.
- А почему?- удивился Руттул.
- У него ткань лучше,- лукаво сказала Сава.- Иначе почему у
него дороже? А то ведь разориться... Но вообще-то это на месте надо
смотреть.
Маву подавился смехом. Стенхе бросил на него убийственный взг-
ляд.
- А вот такая задачка,- весело продолжил Руттул:- Некая барыш-
ня купила десять аршин бархата, два аршина атласа и три аршина вер-
дорских кружев. Сколько аршин несла с рынка служанка той барышни?
- Так нельзя складывать,- сказала Сава спокойно.
Руттул рассмеялся. Стенхе вдруг проговорил:
- Прошу прошения, государь...
Руттул приглашающе кивнул:
- Ну-ну, Стенхе...
- Эти купцы из задачки...- сказал Стенхе не очень уверен-
но,-... один торгует в Лорцо, а другой в Ингрисо.
- Да,- с удовольствием подтвердил Руттул.- Так у которого по-
купать будешь, Сава?
- Я лучше в Тавине полотна куплю,- вяло отозвалась Сава.- В
Тавине полотно неплохое, зачем же в Майяр ездить.
- А служанка несла с базара не аршины, а корзину с покупками,-
добавил Стенхе.
- А если один да один складывать,- совсем хмуро сказала Сава,-
так и вовсе неизвестно что получится. При таком-то способе считать...
- Так прежде чем считать, надо знать, что считать и зачем,-
улыбался Руттул.- Или я не прав по-твоему?
- Прав,- отозвалась Сава.
Стенхе полагал, что такой метод счета Саве не понравился. Он
ошибся; шутка Руттула заставла Саву изучить, пусть не очень углуб-
ленно, откуда купцы берут свои цены. Для этого она, воспользовав-
шись присланными Руттулу сведениями, даже составила таблицу налогов
и сборов, взимаемых майярскими государями, Миттауром, Сургарой, Са-
утхо и Аориком. В экономику более далеких стран ей не позволяли уг-
лубиться недостаток и отрывочность данных.
Руттул таблицу оценил очень высоко; настолько, что даже ис-
пользовал ее, когда дело касалось денежных расчетов.
А Сава вошла во вкус.
- Это как плетение кружев,- говорила она, ползая по расчерчен-
нной на полу зала карте Майяра и Сургары. Вся пыль с пола была уже
на широкой ситцевой юбке; Стенхе посматривал на это занятие неодоб-
рительно, но ничего поделать не мог. Сава, справляясь со своими за-
писями, подсчитывала, во сколько обойдется ей доставка трех фунтов
янтаря из Кэйве через Ирау и Миттаур.
- Морем дешевле,- сказала она наконец, садясь на славное кня-
жество Марутту.- Даже если в зимнюю непогоду... Но только на аорик-
ских кораблях.- Она расправила юбку.- Ишь, измарала,- рассудительно
заметила она.- Пойдем, Стенхе, купаться.
Стенхе не одобрял ни экономических расчетов, ни совершаемой
Савой после них на реке собственноручной стирки юбки. Сава, обмусо-
лив ткань мыльным корнем, сосредоточенно взбивала пену, прополаски-
вала юбку в воде и развешивала ее сушиться на ветках прибрежного
куста. По мнению Стенхе, ни подсчитывать каждое уттаэри, ни зани-
маться стиркой принцессам не полагается. Для этого есть слуги.
Но Руттула такое умаление сана, похоже, только забавляло, тог-
да как Сава исполняла все это не просто из чувства долга, но и с
некоторой примесью удовольствия. Правда, загодя вымыть пол в зале с
картой она еще ни разу не додумалась.
И Стенхе заметил, что всякое событие, происходящее в Майяре,
Сава теперь рассматривает не только как забавную сплетню.
"Да зачем же это?- поражался Стенхе.- Зачем все это Руттулу? О
чем он думает? Разве можно учить всему этому девочку?"
Но Руттул теперь, уже не удовлетворяясь достигнутым, стал по-
немногу приучать Саву на основе экономических данных принимать по-
литические решения. К той поре, когда Саве исполнилось двенадцать
лет, она уже научилась в не очень сложных случаях находить компро-
миссные ситуации между интересами Руттула, Малтэра и Сауве. Но пока
и она, и Руттул воспринимали подобные задания как поучительную иг-
ру, интересную, потому что она была связана с конкретными людьми,
но несерьезную, потому что Сава пока никакой власти не имела.
И Руттул поджилал подходящий случай, который покажет Саве, что
ей пора понять: в двенадцать лет уже нужно самостоятельно принимать
решения и брать за эти решения на себя ответственность.
Случай не заставил себя долго ждать. Правда, Руттул предпочел
бы, чтобы то, что случилось, не случилось вообще.
6
Однажды Сава задумалась над тем, что куда бы она не пошла,
сопровождают ее Маву или Стенже. Нельзя сказать, что этот постоян-
ный конвой ей мешал - она привыкла к своим хокарэмам так, как при-
выкают к шпилькам в волосах или к какой-либо одежде; но у всех дру-
гих людей хокарэмов не было, даже у Руттула, а Саве так хотелось во
всем быть похожей на Руттула.
Сава не стала обсуждать этот вопрос со Стенхе, чтобы не насто-
раживать его; она решила, что в следующий раз, когда она затеет с
Маву игру в прятки, обмануть ни в чем ее не подозревающего хокарэма
и убежать. Но потом она этот план отвергла. Совершить побег из-под
опеки во время игры в прятки, поняла она, невозможно и бессмыслен-
но. Маву ведь будет искатьее и найдет сразу же, так что надо изб-
рать какой-то другой способ. А в том, что надо обманывать именно
Маву, она не сомневалась: Сава уже давно поняла, что Стенхе ей об-
мануть никогда не удастся.
Случай подвернулся, когда Руттул запретил ей заходить в лабо-
раторию к алхимикам.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23