А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Ее глаза расширились от изумления. У дверей, небрежно опираясь локтем о косяк, стоял Арман де Круа. Его появление явилось для девушки полной неожиданностью. Кажется, она не говорила ему, что остановилась в доме маркиза де Марсе. К тому же он смотрел на нее таким странным взглядом, что по спине Элизы пробежал легкий холодок.
– Боже, Арман, как вы меня напугали! – пробормотала она, медленно приходя в себя. – Вот уж никак не ожидала увидеть вас сегодня. Я думала, что вы будете на вечере в клубе эмигрантов.
– В клубе эмигрантов? – произнес он с презрительной усмешкой. – Вот еще! Что я там забыл?
– Да, действительно, – Элиза натянуто рассмеялась, пытаясь справиться с растущим замешательством. – А знаете, Арман, я только что вспоминала о вас! – прибавила она, кокетливо улыбнувшись.
– Неужели? – Губы маркиза изогнулись в скептической улыбке.
– Я чувствую себя немного растерянной. Я не слышала, как вы вошли. Наверное, слуги забыли доложить о вашем приходе. – Элиза тревожно покосилась на окно, стараясь отогнать нелепую мысль, что раскрытые створки как-то связаны с появлением нежданного гостя.
Арман посмотрел на девушку так мрачно, что приветливая улыбка тут же сползла с ее губ.
– Слуги и не могли доложить о моем приходе, – проговорил он, не сводя с нее пристального взгляда, – потому что я не входил в этот дом через дверь.
– Да? А как же вы тогда попали сюда? – пролепетала Элиза, чувствуя, что ее вопрос звучит крайне глупо: все и так уже было очевидно.
В следующее мгновение Арман стремительно приблизился к ней и так быстро оказался у нее за спиной, что она не успела и глазом моргнуть. Из горла девушки вырвался сдавленный вопль, но мужская ладонь крепко зажала ей рот. Другая его рука скользнула под кашемировую шаль, и Элиза вдруг почувствовала, как что-то кольнуло ее в спину. И лишь спустя пару секунд она с ужасом осознала, что это лезвие стального ножа.
– Только попробуй закричать, – зловеще прошептал Арман, – и я, не задумываясь, пущу в ход оружие. Ты поняла?
Он убрал ладонь с ее рта и посмотрел в ее потемневшие от страха глаза.
– Да, – пробормотала Элиза охрипшим голосом.
– Хорошо. А теперь слушай, что мы будем делать. Сейчас мы вместе выйдем из комнаты, пройдем по коридору мимо привратника и покинем дом. Ты должна вести себя естественно, так, будто ничего особенного не случилось. Моя рука все время будет находиться под твоей шалью. Поэтому, упаси тебя бог позвать на помощь! Надеюсь, ты понимаешь, что слуги не станут рисковать жизнью ради твоего спасения от рук «злодея»?
– Понимаю, – выдавила Элиза, кивнув для пущей убедительности. У нее просто не укладывалось в голове, что все это происходит на самом деле. Маркиз де Круа собирается похитить ее! Да еще и угрожает расправой! В это было невозможно поверить.
Бросив на девушку предостерегающий взгляд, Арман повернул ее лицом к выходу и, придерживая за талию, подтолкнул к дверям. Лицо привратника вытянулось, когда они в молчании проследовали мимо него, но, как хороший слуга, он ни о чем не спросил. Как только Элиза с Арманом вышли на крыльцо, от дома напротив отъехал закрытый экипаж и остановился у крыльца дома де Марсе. Кучер торопливо распахнул дверцу, и Арман с нарочитой галантностью подсадил Элизу в карету. Не успел он запрыгнуть следом, как кучер ударил лошадей, и экипаж стремительно понесся по улице.
Откинувшись на сиденье, Арман отдышался, а затем вытащил небольшой ключик и старательно запер дверь кареты изнутри. Затем он спрятал ключ в нагрудный карман и, прищурившись, посмотрел на свою испуганную пленницу. Отважившись поднять на него взгляд, Элиза невольно содрогнулась. Глаза Армана больше не напоминали ясное летнее небо. Они были холодны, как вода в северном море, и их взгляд напомнил девушке взгляд палача, собирающегося исполнить приговор над своей жертвой.
– Что ж, – с мрачной улыбкой произнес Арман, – все прошло даже лучше, чем я рассчитывал. Теперь слуги маркиза де Марсе наверняка решат, что ты просто сбежала с любовником. Вряд ли у кого-то возникнет мысль о похищении.
– Слуги видели, как вы выходили из дома, но никто не видел, как вы вошли туда! – с прорвавшимся гневом возразила Элиза.
Оцепенение, вызванное столь неожиданным поворотом событий, начинало проходить, и молодая женщина стала проявлять первые признаки гнева.
Похититель неторопливо кивнул.
– Все правильно, графиня: этого никто не видел. Так и было задумано. Суди сама, что могли подумать люди, увидев, как ты выходишь из дома под руку с мужчиной, неизвестно как проникшим в дом? Они бы подумали, что ты впустила его через окно!
– Мерзавец! – У Элизы появилось сильное желание вцепиться Арману в лицо, но, опомнившись, она удержалась от столь безрассудного поступка. Глупо было надеяться, что она сможет справиться с этим сильным мужчиной, скорее лишь спровоцирует его на грубость. – Только посмейте еще раз назвать меня на «ты», месье де Круа! – гневно воскликнула она и посмотрела на него так, словно пыталась пронзить насквозь своим пылающим взором.
– И что будет тогда? – усмехнулся он. – Пожалуешься в палату лордов на недостойное обращение с высокородной особой?
– Подлый негодяй! Вы…
От охватившего ее негодования Элиза на время утратила дар речи. Выглянув в окно, она увидела, что карета уже выехала за городскую заставу, и в панике заметалась на сиденье.
– Спокойнее, мадам, – сухо заметил Арман, – а не то невзначай пробьете лбом стекло.
Сглотнув подступившие к горлу слезы, Элиза бросила на него умоляющий взгляд.
– Ради всего святого, месье де Круа, зачем вы все это делаете? Для чего вы меня похитили? Так может вести себя лишь разбойник с большой дороги, а не благородный маркиз!
– Я не маркиз де Круа! – оборвал ее Арман. – Черт возьми, сударыня, – воскликнул он, легонько встряхнув ее за плечи, – неужели я действительно так похож на жалкого дворянчика-эмигранта? Это даже немного обидно. Нет, – сказал он, окинув пленницу жестким взглядом, – я не аристократ. Мое имя – Арман Лаваль, я майор императорской гвардии его величества императора Наполеона.
– О! – только и могла простонать Элиза.
Внезапно ей вспомнилось, как выглядел Арман на балу у Сазерленда, и она вдруг поняла, почему ее смущал его внешний вид. Наверняка он не привык носить одежду светских щеголей и выглядел гораздо естественнее в офицерской форме и с саблей на боку.
«Офицер императорской гвардии»! – с невольным трепетом повторила она про себя, не в силах отвести от него взгляда.
Искоса посматривая на Элизу, Лаваль изо всех сил старался вызвать в себе неприязнь к этой изнеженной аристократке. Больше всего его возмущал ее притворно невинный вид. В белом муслиновом платье с лиловыми цветочками, с распущенными по плечам локонами темных волос, перехваченными лиловой лентой, и кротким взглядом миндалевидных глаз Элиза Шепард казалась наивной испуганной девушкой. Но он-то прекрасно помнил, какой искушенной обольстительницей она выглядела на том балу! И цель, с которой она туда приехала, была далеко не невинной. Покорить герцога Сазерленда! Не каждая опытная кокетка замахнется на такое. Но, похоже, этому с виду кроткому созданию по нраву столь опасные игры. Во всяком случае, в решимости ей не откажешь.
Арман вспомнил, как она жаловалась ему на мужа, судя по ее словам, жестокого и бессердечного тирана. Ха! Наверняка этому бедолаге можно только посочувствовать! Кажется, она говорила, что этот брак устроил ее дядя, подлец де Марни. Что ж, бывалому аферисту не впервой пускаться в подобные авантюры. Должно быть, это он придумал, как обвести графа Шепарда вокруг пальца. Естественно, чего проще, сначала благодаря замужеству племянницы проникнуть в высшие слои английского общества, а затем обвинить супруга в жестоком обращении и оттяпать при разводе львиную долю графского состояния.
Выглянув в окно кареты, Арман лениво потянулся и посмотрел на притихшую пленницу.
– Ну, сударыня, – проговорил он с язвительной усмешкой, – думаю, пришло время поведать вам, для чего я прибыл в Англию под вымышленным именем и выкрал вас из дома.
– Сделайте одолжение! – с вызовом бросила Элиза.
– Я приехал сюда, чтобы отомстить своему заклятому врагу, погубившему двенадцать лет назад мою сестру. Этим негодяем был ваш многоуважаемый дядюшка, виконт де Марни.
– Мой дядя? – изумленно переспросила Элиза. – Дядя Пьер?
– Да! – гневно воскликнул Арман. – Он самый. Полагаю, вам известно, что одно время он водил дружбу с якобинцами?
– Месье! Побойтесь Бога.
– Послушайте эту историю, мадам. – Потянувшись в угол кареты, Лаваль достал начатую бутылку коньяка и сделал несколько глубоких глотков. Его взгляд внезапно стал грустным и отрешенным, словно он снова перенесся в те далекие тяжелые дни. – Когда-то давно у меня была семья – мать, отец и обожаемая сестра, которая была старше меня на три года. Мама умерла, когда я еще был маленьким, и сестра в какой-то мере заменила мне ее. Я боготворил свою Жанну и был готов драться с любым мальчишкой, который осмеливался заявить, что встречал девушку прекрасней и лучше нее.
– Она была красива?
– Да, очень. Голубоглазая блондинка с нежным лицом и стройной, хрупкой фигуркой. – Лицо Армана на мгновение исказилось от душевной боли. – Мой отец, – продолжал он после короткого молчания, – был торговцем и держал в Париже несколько магазинов. Естественно, как и многие представители буржуазии, он поддерживал революцию – до того момента, когда она перешла в кровавый террор. По неосторожности отец однажды обмолвился о несогласии с линией Робеспьера и Сен-Жюста. На него донесли, и отца заключили в тюрьму Сен-Лазар. Вот тогда-то к моей семнадцатилетней сестренке Жанне и заявился некий Пьер де Марни. Он уверил ее, что сможет добиться освобождения отца, если, – Арман сделал еще несколько глотков и мрачно взглянул на Элизу, – если она станет его любовницей.
– И она? – испуганно спросила Элиза.
– Она согласилась. А что еще ей оставалось делать? Но подлец де Марни не сдержал своего обещания. Он и пальцем не пошевелил, узнав, что нашего отца собираются отправить на эшафот. Мерзавец рассчитывал, что Жанна не узнает об этом и, не имея родственников, кроме четырнадцатилетнего брата, согласится уехать с ним из Парижа. Но среди наших знакомых нашлись люди, которые обо всем рассказали Жанне. Известие о казни отца сразило ее, и она угасла за какую-то пару месяцев. Видит бог, я пытался, как мог, поддержать ее, но все оказалось тщетным. Жанна не могла смириться с мыслью, что ее жертва оказалась напрасной, и не желала бороться за свою жизнь. Она была очень порядочной девушкой, не то, что все эти дамочки из высшего общества. Потеря невинности для нее означала конец всему.
Уронив голову на руки, Лаваль замолчал. В его облике было сейчас что-то жалостно-неприкаянное, и Элиза на время забыла, что этот мужчина представляет для нее опасность.
– А вы? – едва слышно спросила она. – Что же стало с вами после смерти сестры?
Словно очнувшись, Арман поднял голову и посмотрел на нее затуманенным взглядом.
– Так как наше имущество конфисковали, я оказался на улице. Года полтора я скитался по парижским трущобам в компании таких же бездомных сорванцов, перебиваясь случайными заработками. А потом узнал, что генерал Бонапарт набирает новобранцев перед походом в Италию. Так я стал солдатом будущего императора. С тех пор миновало много всяких событий. Но я никогда не забывал, что однажды должен приехать в Англию и рассчитаться с давним врагом!
Последние слова Лаваль произнес с такой ненавистью, что Элиза испуганно вскрикнула и вжалась в спинку сиденья. Жестко рассмеявшись, Арман притянул ее к себе и, не сводя с девушки горящего взгляда, процедил:
– После того как о твоем побеге узнает весь свет, имя де Марни будет опозорено в Англии. Твой обожаемый дядюшка больше не сможет появляться в обществе и умрет в забвении и нищете, одинокий и всеми презираемый.
– Что вы собираетесь со мной сделать?! – прошептала Элиза, трепеща в его сильных руках, словно осиновый лист.
Неприятная усмешка исказила красивые черты Лаваля.
– То же самое, что сделал Пьер де Марни с моей бедной сестрой. А потом – высажу тебя в каком-нибудь европейском порту, предоставив собственной судьбе. Но прежде – в его взгляде вспыхнули жесткие огоньки – прежде ты напишешь письмо своему супругу, где известишь его, что решила бежать из Англии с любовником-французом.
– Я не стану писать такое письмо! – едва слышно прошептала Элиза.
На лице Армана проступила холодная непреклонность.
– Ты напишешь его, Элиза, – уверенно сказал он. – Даже не сомневайся.
Какое-то время они ехали в полном молчании, в ночной темноте раздавался лишь стук колес. Но вдруг карета резко остановилась, и снаружи раздались громкие голоса. Вскинув голову, Элиза с надеждой потянулась к двери, но Лаваль остановил ее.
– Это всего лишь мои друзья, – сказал он, распахивая дверцу.
Выйдя наружу, Арман с кем-то заговорил по-французски. Пытаясь разобрать обрывки фраз, Элиза вспотела от напряжения. Нет, это не может происходить с ней, это какой-то дурной сон! Оказаться похищенной прямо средь бела дня в центре благополучной, спокойной Англии. Но тут она вспомнила многочисленные рассказы о развитой шпионской сети и с той, и с другой стороны, и ее охватило отчаяние. В Англии было полно шпионов Бонапарта, так же как во Франции хватало английских шпионов. И помочь ей теперь могло только чудо.
Дверь распахнулась, и в темном проеме показалась высокая фигура Лаваля.
– Дальше я поеду верхом, так что вам, сударыня, придется путешествовать в одиночестве, – насмешливо произнес он. – Впрочем, навряд ли это вас сильно огорчит. Устраивайтесь поудобнее, наш путь весьма не близок.
– Да куда же вы везете меня?! – в панике закричала Элиза.
– На побережье, в Корнуолл. Там мы будем ждать французскую яхту.
Арман исчез прежде, чем Элиза успела что-то возразить. Раздался скрип ключа в замочной скважине, и карета снова тронулась в путь. Какое-то время Элиза еще предавалась своим тяжким раздумьям, но вскоре незаметно уснула, убаюканная мерным покачиванием экипажа.
ГЛАВА 4
Проснувшись, Элиза не сразу поняла, где находится. Сквозь решетчатое оконце кареты пробивалось приветливое майское солнце, где-то совсем рядом самозабвенно пел соловей. Но стоило девушке чуть повернуться, как ноющая боль в затекших конечностях вернула ее к действительности. О, Боже! Кошмарный сон не кончился, наоборот, при ярком свете дня ужасное положение, в котором она находилась, показалось ей еще невыносимее.
Поняв, что карета стоит на месте, Элиза поспешно выглянула в окно. Она невзначай надавила на дверь, и, к ее удивлению, дверца экипажа распахнулась. Не заперта! Это открытие подействовало на девушку словно сигнал. Опасливо посматривая по сторонам, Элиза выбралась наружу. Рядом с каретой стояли привязанные к деревьям лошади, за густым кустарником просматривались силуэты мужчин, которые негромко переговаривались между собой.
Убедившись, что они не видят ее, девушка заспешила прочь от этого места. Идти в легких домашних туфельках по каменистым кочкам было трудно, но Элиза не обращала на это внимания. Скорее бы оказаться подальше от этих страшных людей, а там уж она как-нибудь выберется к какому-нибудь жилью.
Платье девушки зацепилось за колючий куст, и она, потеряв равновесие, с приглушенным криком упала на землю. Рядом послышалось раздраженное шипение, и Элиза с ужасом увидела в нескольких шагах от себя омерзительную черную змею.
– Мамочка! – завопила девушка, судорожно вскакивая на ноги. – Уходи, убирайся отсюда, гадкая тварь!
Запрыгнув на невысокий валун, Элиза в панике замахала на змею руками. Но, вместо того, чтобы уползти, змея изогнулась, и начала медленно приближаться к своей жертве. Внутри у девушки все похолодело. Словно завороженная, она неотрывно смотрела в блестящие глаза чудовища, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой.
Кусты с треском раздвинулись, и на поляне оказался Лаваль. Выхватив из-за пояса пистолет, он, не целясь, выстрелил в змею. Лесная тварь дернулась, отброшенная пулей, а затем свернулась узкой лентой и застыла в неподвижности. Небрежно отшвырнув ее ногой, Арман приблизился к дрожащей Элизе.
– Надеюсь, этот случай отобьет у вас желание повторить попытку побега, – хмуро взглянув на нее, с холодной усмешкой заметил он.
Его издевательский тон оскорбил Элизу, и она сердито пробормотала:
– Если бы не эта досадная помеха, моя попытка закончилась бы успешно!
– Не заблуждайтесь, – возразил Лаваль, подавая ей руку и помогая слезть с валуна. – Я следил за вами с того самого момента, как вы вышли из кареты.
– Тогда почему же вы не остановили меня раньше?
– Хотел посмотреть, как далеко вы сможете убежать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33