А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

А во-вторых, товар я нашел, но собственной цели не достиг. Есть у меня несколько идеек. Мне нужно следующее: какой-нибудь независимый бизнесмен в Греции, отсутствие подкованных в химии таможенников в "Шереметьево" и Визирь.
- По поводу Греции - это к Эйфелю обращайся. Все-таки он женат на гречанке, а не я. С Визирем я не знаком, и Ювелир, полагаю, тоже. Остальных тревожить не могу, поскольку в данный момент по твоей милости нахожусь на положении духа бесплотного. Ювелир - и тот крайне удивился бы, услышав мой голос. Я ему не говорил. Но он по крайней мере будет молчать, чего не гарантирую с остальными. С таможенниками помогу.
- Ладно, - кивнул Саша. - С Визирем как-нибудь сам разберусь. Пойду-ка я к себе, пожалуй.
- Как хочешь.
Спустившись к себе на второй этаж, Саша занялся организацией отправки товара. План собственно перевозки прямо-таки блистал непосредственностью, и странно, что Вихров не додумался до него, предпочитая вывозить партию из страны окольными путями.
Сначала Саша позвонил Эйфелю, все еще валявшемуся в "Склифе", но уже принявшему от своего заместителя бразды правления. Командовал, как и Саша сейчас, по телефону. От Эйфеля требовалось найти греческого бизнесмена, согласного выступить в роли заказчика и получателя груза, прибывшего самолетом. Затем он достал учебник неорганической химии - раздобыл, когда уточнял свойства перманганата натрия до передачи товара Вихрову - и переписал название минерала, стараясь не наделать ошибок. Красная ртуть должна быть вывезена из России под видом "мелко дробленого пиролюзита высокой степени очистки". Пиролюзит - он же диоксид марганца, вещество, обладающее некоторыми качествами перманганата натрия - в природе имеет бурый цвет, но Саша надеялся, что таможенники не станут вдаваться в такие тонкости. Отец, в любом случае, позаботится об этом. И, как завершающий этап, Саша потревожил Песочникова - человека, который занимался оформлением загранкомандировок сотрудникам UMF. В Грецию полетят Соколов и ВДВ с десятком сопровождающих лиц. И, конечно, Костя Корсар. А как же без него? Без него никак. Все-таки там ему предстоит заниматься именно тем, чему так долго и тщательно учили в КГБ. И никто, кроме Корсара, с этим не справится.
А вот дальше начиналось самое интересное. Если ФСБ сумело из ничего сделать миллиард зелененьких президентов, то почему бы Цезарю кое-что не заработать на перевозке этого миллиарда?
Саша совершил один-единственный международный телефонный звонок - в Соединенные Штаты, где проживал его родной отец - турок царских кровей, акула наркобизнеса, прирожденный гангстер, который после побега из тюрьмы в Турции напрочь забыл даже имя, данное ему при рождении. Большинство знакомых знали его под прозвищем Алияр, а по документам его имя менялось в зависимости от страны, где он в данный момент находился. В Штатах он был Эндрью Ваксбергом, в России - Андреем Суворовым (по-русски говорил замечательно, почти без акцента). Другими его именами Саша не интересовался.
Вообще-то, Алияра он сильно не любил. Во-первых, накладывались печальные воспоминания детства. Алияр долго жил в России, Саше исполнилось уже четыре года, когда того арестовали. И после этого никаких вестей от него не поступало. Саша так и не смог ему простить, что тот, имея возможность, не счел необходимым позаботиться о собственных детях - Наташа тоже была его родной дочерью. Во-вторых, характер у царственного турка оказался поганым, и при первой же встрече Саша, прекрасно умевший скрывать свои чувства, не выдержал и насмерть разругался с ним. Вплоть до гнусной драки. Потом, правда, помирился, точнее, предпочел лицемерно улыбаться, а не ссориться. В-третьих... Да много, чего можно вспомнить. Саша носил не его отчество - специально менял, когда ему было лет восемнадцать - и считал это справедливым. Алияр страшно обижался. Тем более, что в Америке Сашу знали как сына Маронко, и ему пришлось отдельно объяснять Алияру, почему нельзя говорить правду. Совсем отпираться от родства нельзя - отец и сын были очень похожи, поэтому для знакомых придумали другую версию. Якобы Сашина мать была турчанкой, а Алияр - ее родной брат и, соответственно, Сашин дядя. Разумеется, "дядя" был страшно недоволен, но из-за денежных интересов держал язык за зубами. Деньги для Алияра значили куда больше уязвленного самолюбия.
Последнее время они довольно тесно сотрудничали - с тех пор, как Саша запустил свою наркосеть. Девяносто пять процентов всего вырабатываемого героина шло за границу, распространением в Европе занимался Арсений, а в Америке - Алияр. Кроме того, он помог приобрести кинокомпанию - не деньгами, конечно, еще не хватало в долги к нему влезать, три шкуры потом сдерет... Сбил цену. Процентов на пятьдесят по минимальным расчетам. И то хлеб. Правда, Саша с лихвой отплатил ему, поставляя героин по смешным ценам. Для Америки смешным, сам-то накручивал будь здоров. А теперь Саше потребовался Визирь.
Алияр был мусульманином, Визирь, по слухам, тоже. Весь мусульманский мир поддерживает между собой тесные связи, в этом они христианам сто очков вперед дали. Чеченцы, к примеру, Цезаря люто ненавидели - за дело, не раз им нос натягивал. После того, как пронесся слух, что он близкий родственник Алияра, вражда сразу перешла в разряд скрытой. Вроде как за своего признали. Хулигана и пакостника, но своего. Впрочем, для Саши тоже времена детских шалостей давно прошли, он уже занимался только своим делом, а при пересечении интересов сначала пытался договориться, а уж потом хватался за ствол. С чеченцами, кстати сказать, за последние лет пять не дрался ни разу... А вот коноплю и мак у них покупал. Ну ладно, это так, отвлеченные воспоминания. Чеченцы сейчас его нисколько не интересовали, с ними давно были достигнуты все и всяческие договоренности, дорогу друг другу не переходили, в приятели не набивались, но и кровью не пачкались.
А вот к Визирю у Саши некоторые претензии были. Не личного характера. Не любил Цезарь, когда иностранцы в России как у себя дома шуровали. Красная ртуть или зеленая - это значения не имело. Факт тот, что Визирь сделал свой заказ, не спросив разрешения у местных. Мог бы хоть вежливости ради связаться с "черной дюжиной". Или установить контакт выборочно, скажем, с "сырьевиками" и Организацией - красная ртуть проходила по ведомству если не одних, так вторых. Опять же, товар, скорее всего, планировалось вывезти через южные границы, а Вахо имел свой процент с той контрабанды. Почему его не спросили? Нехорошо. Вот за это Саша и решил наказать Визиря.
Он имел стопроцентную уверенность в том, что Визирь не заплатил бы ни цента людям, которые брали для него товар. Не его это стиль - честно рассчитываться. Вероятнее всего, исполнители сгинули бы бесследно на просторах родной страны, чтобы какой-то Визирь мог спокойно положить денежки в карман. Но с Цезарем такой номер не пройдет. Не тот человек, чтоб кинуть его, как паршивого лошка.
По телефону с Алияром говорить пришлось мало того, что по-турецки, еще и намеками - тот опасался, что линию прослушивают. Долго отнекивался, уверял, что не поддерживает никаких контактов... Саша только посмеивался: раз Алияр понял, о ком речь, то знает и как разыскать этого человека.
Закончив переговоры с Америкой, Саша сладко зевнул, глянул на часы и убедился, что пора обедать. Да и желудок уже недовольно бурчал... Не успел доесть суп, как появился Эдик.
- К телефону? - догадался Саша. - Наш или международный?
- Звонок местный. Но абонент говорит по-английски.
Быстро положив котлету на ломоть хлеба и жуя на ходу, Саша прошел в диспетчерскую. Взял трубку, представился на великолепном английском. Однако ответ получил на... турецком.
- Господин Матвеев, я беспокою вас по поручению Эндрью Ваксберга, и с этой минуты поступаю в ваше полное распоряжение. Мое имя - Джеймс Робертсон.
Ну да. Наверняка такой же Робертсон, как и Алияр - Андрей Суворов. Чертовы турки, конспирируются за иностранными именами, а говорят на родном языке. Смешно.
- Очень рад, господин Робертсон. Ваксберг говорил, что меня интересует?
- В общих чертах. Назвал имя объекта, а подробности вам лучше уточнить.
- Отлично. Мне нужна информация о последнем заказе объекта - кто заказчик, сколько платят, на каких условиях и так далее.
Робертсон подумал.
- С вашего позволения, я перезвоню через час.
- И по другому телефону, - Саша продиктовал номер. Пусть звонит сразу в кабинет, чтобы Эдика не гонять и самому лишний раз лестницу не покорять, как гималайские вершины.
Время ожидания Саша провел с толком - попросту завалился подремать. Вскочил в четыре утра, полдня на заводе провел, устал как собака... Пунктуальный Робертсон вновь напомнил о своем существовании ровно через час.
- Господин Матвеев, ваше поручение выполнено. Вероятно, нам лучше встретиться?
- У вас какие-то материалы, требующие моей визуальной оценки?
- Нет.
- Тогда говорите. Мы сэкономим время, отказавшись от лишних поездок. Линия защищена от прослушивания.
Конечно, вариант с подслушиванием полностью не мог исключить даже Корсар, занимавшийся защитой от таких вещей... Но он не определил бы только технические новшества своих бывших коллег, Сашиных же конкурентов отсек сразу. А в ФСБ и без прослушивания все подробности знали. Редкий случай, когда чекистов Саша опасался меньше, чем кого бы то ни было...
- Как пожелаете. Объект выступает в роли поставщика крупной партии весьма ценного товара. По последним данным, речь идет о красной ртути. Его заказчик - разведка некоего государства, состоящего в НАТО. Более подробно узнать не удалось, это известно лишь объекту. Я не стал связываться с ним напрямую, поскольку не получил от вас соответствующих инструкций. Но зато из надежных источников пришла информация, что названная заказчиком сумма достигает полутора миллиардов. Расчет будет произведен на территории Пакистана или северной Индии, конкретное место пока не уточнялось. Для выполнения взятых на себя обязательств объект нанял исполнителей с российским гражданством. Совершенно точно не мусульмане, и вероятнее всего москвичи.
- От кого объект получил сведения о товаре?
Робертсон задумался.
- Пожалуй, от заказчика. На момент переговоров объект пребывал в заключении, поэтому сомнительно, чтобы ему сообщили по нашим каналам. Да, собственно, по нашим мало информации прошло.
Ага. Значит, слушок о мистификации не достиг ушей Визиря абсолютно точно. Будем играть дальше.
- Это интересно, если он сидел... За что?
- Как обычно, неуплата налогов. В третий раз взяли. В первых двух случаях до суда не дошло, он выкрутился. В этот раз его арестовали в Европе, поэтому он готовился к долгому тюремному заключению. Но следствие прекращено, он на свободе. Вероятно, его вызволили специально для выполнения заказа.
- Естественно. Где он сейчас?
- На Филиппинах. На нелегальном положении. Но, - по голосу Робертсона стало ясно слышно, что он хитро ощерился, - если вы пожелаете, можно устроить встречу. Господин Ваксберг пользуется большим влиянием, с его мнением считаются все, даже объект, и достаточно только сказать...
- В Москве. Завтра.
Робертсон издал неопределенный звук, символизирующий, скорее всего, изумление.
- Но...
- Дольше я ждать не стану. Вы намерены действовать через Ваксберга?
- Нет, самостоятельно. Он вместе с именем дал координаты объекта.
- Тогда звоните объекту и приглашайте. И не вздумайте сказать, что я наводил справки. Завтра утром он должен быть в Москве.
Робертсон решил не возмущаться. Трудно сказать, какую рекомендацию выдал Алияр своему потомку, но соответствующую, если его человек не посмел обозвать Цезаря сумасшедшим.
Саша ни на миг не сомневался, что Визирь явится, стоит только свистнуть. Наверняка его хозяева поставили какие-то ограничения по времени, а товар он до сих пор не получил. И в Россию полетит как миленький - чтобы если не узнать о местонахождении драгоценного мусора, то хоть нанять нового исполнителя. Будем ждать, будем ждать...
* * *
Хотя за Визирем стояли сумасшедшие деньги, сотрудничать с ним мало, кто рвался. Работа, как правило, грязная и кровавая, не всем по вкусу. Цезарь, кстати, невзирая на свою репутацию беспредельщика и эпитет "Кровавый", подобной деятельностью брезговал. Еще бы - он на невинных мошенничествах больше имел. Визирь деньги зарабатывал через смерть жертв, а Цезарь строил изящную "пирамиду". Да, слезы, да, разорение - но ведь живы все? А вот Визирь почему-то считал, что отказ от кровавых жертвоприношений сбавляет авторитет.
Пожалуй, его смело можно было назвать самым непредсказуемым человеком в мировом криминале. Никто не мог сказать, откуда он родом. Внешне похож на узбека, по-русски говорил прекрасно, почти без акцента. Но у Саши перед глазами всегда стоял пример родного папаши, который и на турка-то похож не был, скорее на француза. Интуиция подсказывала, что Визирь - тоже турок. А может, перс. Вряд ли араб или кто другой.
У него не было определенной специализации, и занимался, по существу, он всем понемногу, но как-то странно: мог отказаться от любого навара без объяснения причин. Деньги как таковые его не интересовали, и было совершенно невозможно заранее предугадать, как он отреагирует на деловое предложение.
За ним охотились все полиции мира, включая интернациональные структуры. Разумеется, национальные разведки тоже проявляли вполне уместное любопытство. Визирь никогда не скрывал своего рода деятельности. Мог даже дать телевизионное интервью, где открыто признаться - да, я вор, бандит и международный террорист. А что такого? Одних его слов маловато для того, чтобы засадить в тюрьму. Еще доказать надо, что он не оболгал себя. А вот с этим как раз и возникали всяческие сложности.
Дважды, правда, он все-таки побывал в тюрьме. За неуплату налогов. Первый раз он вышел на свободу через два месяца - разом уплатив все задолженности и штрафы. Второй раз поступил иначе. Следствие шло около года, и когда настало время суда, вдруг выяснилось, что у Визиря за душой ни копейки. Все свое баснословное состояние он передал на благотворительные цели. Еще и героем оказался...
Да... Большой оригинал - говорили о таких в прежние времена. Визирь мог расчувствоваться от пения детишек и не выносил женских слез. В то же время был известен случай, когда Визирь приказал извести под корень население одного небольшого аула - и его головорезы не оставили в живых никого. Ни стариков, ни женщин, ни младенцев. Даже скот - и тот поубивали.
Саша прекрасно понимал, что сильно рискует, ввязываясь в авантюру с Визирем. Но, с другой стороны, по милости Вихрова он уже оказался замешан так почему бы не довершить начатое? Хоть денег срубить, раз подписался...
Как он и ожидал, Визирь ничуть не возражал против визита в Москву. Вроде как даже с радостью согласился. И спешка его не удивила. На самом деле Саша не так уж и торопился - просто хотел показать, кто подлинный хозяин положения. Сейчас только от него зависело, чем закончится афера с красной ртутью - и он воспользовался случаем, чтобы расставить точки над "i". И ведь получилось! Вон, Визирю скомандовал "к ноге" - тот и подчинился, даже не попытавшись сравнить свой авторитет с влиянием Цезаря. Пустячок, а приятно, как сказал бы Мишка.
Организацию встречи брал на себя Робертсон, выступавший посредником при переговорах. Однако условия диктовал Цезарь. Назвал место, время и определил "церемониал". Поскольку никто не знал, чего ожидать от противоположной стороны, присутствие охраны было необходимо. Но понимать смысл беседы посторонним ни к чему, поэтому в качестве телохранителей можно брать только людей, не знающих турецкого. Этот язык Визирь знал превосходно, что лишний раз наводило на мысль о его происхождении.
Поздно вечером Саша отправил Корсара в гостиницу "Звездная" - на его взгляд, самое удачное место для встречи. От Центра далеко, крутой народ там бывает редко, можно не опасаться особого любопытства со стороны посторонних. Вообще-то Саше никуда не хотелось ехать, но обсуждать такие вещи по телефону немыслимо, а приглашать к себе... увольте, только Визиря ему в собственном доме и не хватает. Для полного счастья. Поэтому снял на сутки номер. Корсар тщательно проверил помещение на предмет подслушивающих устройств и взрывчатых веществ, после чего оставил там дежурных.
В гостиницу Саша должен был прибыть к одиннадцати утра. В десять приехали телохранители, лично отобранные Корсаром. Последнее время как-то само собой вышло, что собственные люди привлекались для таких целей только в редких случаях - так, при поездках по магазинам. Как только заходила речь о переговорах даже с относительно мелким бизнесменом, не говоря о криминальных авторитетах, охрана ложилась на плечи Корсара.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65