А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Или замочить. Лучше взять. Ладно, это мои проблемы.
...Больше возможностей для побега так и не представилось. Леха с Ильи глаз не спускал, и минуту доверия компенсировал усиленными придирками. Видимо, он раскаивался в том, что на миг увидел в подручном человека. Впрочем, последние дни все без исключения жаловались на деспотизм Лехи.
А сегодня мужики в буквальном смысле слова подняли бунт. Ну что такое? Из дома не выйди, ни с кем не поговори, бабу и то снять нельзя. Подумаешь, клиент какая-то шишка. Ну и что с того? Две недели все как очумевшие носятся по Москве, по десять раз проезжают все его маршруты. Уже каждый в бригаде с закрытыми глазами двигается. Нет, они не люди, что ль? Отдых им не положен?
Леха сдался. Разрешил взять водки и снять баб. Только не больше двух. Илья во время споров и торгов помалкивал, но, когда дело дошло до женщин, почувствовал отвращение: в этой квартире находилось десять мужиков. Ну, положим, самого его что-то не тянет спать с кем попало, а потом строем идти к венерологу вместе с остальными. Леха, возможно, тоже откажется, его шлюхи не очень-то привлекали. Больше на честных западал. Все равно - восемь членов на двух работниц. Многовато.
Однако бандитов и более крутые ограничения устраивали. Моментально один побежал в магазин за водкой, второй - на рынок, искать "черных" с анашой. Двое пошли снимать телок.
Через полчаса все собрались. В одной комнате, побольше, накрыли стол, две других отвели под секс-кабины. Сбросили на пол матрасы с раскладушек, постелили какие-то простыни и решили, что для дешевых шмар этого хватит. А сами-то они могли и вовсе без этих изысков.
Девочки вызывали чувства, весьма далекие от полового влечения. Две не то хохлушки, не то молдаванки, лет по шестнадцать от силы, размалеванные и вульгарные. Скорее, при одном взгляде на них возникала брезгливая жалость. Илья не представлял, до какой степени надо ужраться, чтобы захотеть такое чучело. Однако пензенцы пришли в восторг от "товара".
Илья даже за столом со всеми сидеть не пожелал. И пить ему не хотелось. На душе было погано, будто кошки скребли. Ушел на кухню, встал у окна. Минут через десять к нему присоединился Леха. Со стаканом в одной руке и "косяком" в другой. Лехе было хорошо.
- Ну и телки у вас в Москве, - хмыкнул он. - Смотреть противно. А пацанам понравились. Ничего, щупают их, как курей.
- Это не москвички. Наши на такие условия не соглашаются. Этим ведь за квартиру наемную платить надо, ментам отстегивать - чтобы за отсутствие прописки не дергали, бандитам за "крышу"... У москвичек таких проблем нет, поэтому могут покопаться в клиентуре, а не вцепляться в первого попавшегося.
- Слушай, а среди москвичек много шлюх?
Илья пожал плечами.
- Да нет, наверное. Иногородних больше. Москвичка может другую работу найти. Это таким вот податься некуда.
- А ты чего не стал?
Илья посмотрел на Леху, выразительно скривил губы.
- Я свой член не на помойке нашел.
- Как хочешь.
Леха помолчал. Отпил маленькими глотками полстакана водки, потом раскурил косяк.
- Ты какой-то странный. Водки не пьешь, траву не куришь...
- Водку я не пью после того презента, который Пахан сделал. Две недели в реанимации надолго в память врезаются.
Леха заржал. Потом резко, будто ему зажали рот, заткнулся. Подождав, потер грудь против сердца, будто его терзала боль.
- Нехорошо на душе что-то, - пожаловался он. - Ох, как нехорошо. Прямо давит что-то, дышать не дает.
- К врачу сходи.
- Да не, это не здоровье, - он присел на шаткую табуретку, тяжело вздохнул. - Вот не люблю я тебя, скользкий ты какой-то. У нас пацаны не такие. А ты весь в себе, все время о чем-то своем думаешь. Независимость эта твоя прямо-таки глаза колет. Ты ж сопляк, а поставил себя выше всех. Но почему-то с тобой легче разговаривать, чем с остальными. Сколько тебе лет, Илюха?
- Девятнадцать.
- Я думал, ты старше... Документы твои не изучал, а стоило бы. И Пахан тебя ненавидит. Говорит, ты его не уважаешь.
Илья промолчал.
- Ладно, это ваши дела. Слушай, да выпей ты водки! Вон, из той же бутылки налей, из какой я пью!
Пожав плечами, Илья плеснул себе полстакана, пригубил. Леха успокоился.
- Клиент наш мне часто снится. Вот с того дня, как в ларьке с ним глазами встретился, каждую ночь приходит. Как черт за душой. И улыбается так страшно, будто скалится. Мне когда его фотку показали, я сначала посмеялся: несерьезный какой-то. На этих козлов, которых у нас за певцов выдают, похож. Патлы эти по спине, рожа не поймешь, мужская или женская. Ну не похож он на битого бандита! А потом мне объяснили. Он жестокий, падла, а внешность у него прямо противоположна натуре. Ему бы по такому складу характера этим, как его, неандертальцем стоило родиться. С ним здесь никто не связывается. Вот и нашли нас, дураков. Я как в магазине его увидел, офигел слегка. На фотке-то взгляд не виден. А такие глаза только у тех бывают, кто на душе не одну жизнь носит. Страшный он. И снится каждую ночь... Сегодня, вон, привиделось, что взяли мы его. С девкой его. У него же девка есть, не чета этим коровам, за девку тоже бабки хорошие обещали, только она из того особняка вообще не выходит. Если только с ним... Вот, прихватили, а потом вышло так, что мы вроде как в жопе оказались. Я помню только, что крови вокруг - по колено, а он прямо руками пацанов наших на куски рвет. И скалится так, как... Ну, что твой волк. И зубы такие белые, клыки острые... Знаешь, кто он? Слышал когда-нибудь такое погоняло Цезарь?
- Не. Я ж простой чувак, в такие дела не лезу.
- Вот и правильно, не лезь. А мы, дураки, влезли. Черт, домой-то как хочется! Прямо тянет. Смотрю я на эту проклятую Москву, а за каждым окном мать свою вижу. Зовет она меня. Один только раз такое со мной было, когда пошли на дело и повязали нас всех. Пятерик от звонка до звонка отмотал. Только тогда не так сильно было.
Он замолк, и в тишине вдруг раздался женский крик страха или боли, а вслед за ним - мужской смех. Илья вздрогнул, а порядком опьяневший Леха выругался. Слов разобрать было нельзя, но женщина лепетала что-то умоляющим голосом, кажется, даже плакала. Илья дернулся было в сторону комнаты, но Леха остановил его.
- Черти, сказал же - без воплей... Пойду, разберусь, что ли...
Он отсутствовал довольно долго. Крики с его появлением только усилились, теперь страдали обе девушки. Леха заорал на них, что-то типа заткнитесь, а не то... И тонна угроз. Они умоляли, но что значили их мольбы по сравнению с капризами девятерых мужиков? И все это время Илья стоял практически без движения. Он ненавидел себя за то, что стал свидетелем издевательств, что не воспрепятствовал... А с другой стороны, чем он мог помочь этим несчастным? Сам на положении пленника...
Под утро, когда шум утих, Леха опять завалился в кухню. Уже в ноль пьяный. Страшно удивился, увидев Илью.
- Эй, фраер, че здесь торчишь?
- А куда еще идти?
- Ну да, - Леха пьяно захохотал. - Там такой сексодром... Слушай, раз не спишь, может, отвезешь этих шмар? А? Ты парень классный, я только сейчас это понял. Не откажешь мне в маленькой услуге, ведь правда?
Покачнувшись, он повалился на Илью, собираясь, видимо, по-мужски крепко обнять его. Отпихнув Леху, Илья пошел в комнату - одеваться. В большой царил свинарник, три неподвижных тела в живописных позах валялись на полу. Где пили, там и спят... А во второй, поменьше, два бандита напоследок торопливо насиловали уже совершенно безучастных ко всему девушек.
Илье стало нехорошо при одном только взгляде на эти шевелящиеся тела, два из которых уже превратились в отбивные. Чувство отвращения оказалось настолько сильным, что он не сумел его скрыть. И тут увидел глаза одной из девчонок. Полные слез и немой муки - обеим завязали рты... Илью передернуло, но он промолчал( любое его слово могло спровоцировать бандитов на дальнейшие зверства.
Пока одевался, те кончили и слезли. Даже не помывшись, натянули штаны. Леха пнул неподвижно лежавших проституток, приказал собирать свои манатки. Те вскочили - известие, что их муки закончились, придало им сил.
Из подъезда вышли вшестером - Илья, Леха, еле переставлявшие ноги девочки и два бандита из числа отдохнувших. Втиснулись в шестерку.
- За город, - приказал Леха.
Илья изумленно покосился на него.
- Лех, ты что задумал?
В руке пьяного бригадира тускло блеснул ствол макарова.
- Сказал - за город.
Позади послышались сдавленные всхлипы обреченных девочек, тут же заглушенные бандитами. Илья, скрипнув зубами, завел движок, решив при малейшей возможности помешать убить их. На посту ГАИ остановиться или что-нибудь в этом роде...
Судьба была против него и несчастных малолетних проституток. Ни единому человеку не взбрело в голову проверить документы у водителя скромной шестерки. Илья беспрепятственно выехал за город. Направление указывал Леха, руководствуясь принципом - чем темней, тем лучшей.
Остановились у лесного массива в пятидесяти километрах от кольцевой. Леха приказал съехать с магистрали и углубиться в чащу заснеженных деревьев. Отыскав еле различимую проселочную дорогу, Илья загнал машину в кусты.
Бандиты выволокли наружу девчонок, завели за деревья. Где-то внутри возникла страшная сосущая пустота, и даже кишки заныли при мысли, что в пяти метрах творится расправа. И за что? Даже не за то, что платить не хотелось. Просто никто не должен был хорошо разглядеть пришлых бандитов. А побаловаться тем хотелось. Вот и придумали выход из положения - сначала попользоваться женским телом, а затем вытрясти из него жизнь...
Подспудно зрело понимание, что в свое время аналогично поступят с Ильей. Они в конце концов отловят кого-нибудь, доставят в Мытищи, затем все бандиты отправятся по домам в Пензу, а Илью отвезут в лесок за городом... Чтобы не болтал слишком много. Чтобы не показал пальцем, где именно в Пензе проживает Пахан. Ну, и просто так - из врожденной аккуратности. Вещь исполнила свое назначение - вещь нужно уничтожить, чтобы места не занимала.
Он не дернулся, когда понял, что девчонок убивают. Даже не обернулся в ту сторону. Вообще не шевелился, глядя прямо перед собой. Боялся встретиться ненавидящим взглядом с Лехой, боялся, что тот все поймет.
Будет, еще обязательно будет возможность отомстить. Илья не просто сделает ноги в самый ответственный момент - он постарается сорвать Лехе всю затею. Мало того, убежав, он найдет способ объяснить тому же Цезарю суть интриги...
Глава 2
Вечер прошел отлично. Саша давно так не отдыхал. Оказалось, ему для полного счастья не нужны ни дорогие кабаки, ни шумное престижное общество, в котором он, надо заметить, чувствовал себя как рыба в воде. Тем, кто видел его впервые именно на какой-нибудь презентации, казалось, что Матвеев родился и рос в располагающих к светскому образу жизни условиях. Черта с два! Да, этикет он знал так, что производил впечатление элитарного ребенка. Каждый шаг и жест были не заученными, а совершенно естественными и машинальными, будто впитанными с молоком матери. И как же он любил периодически шокировать общество, показывая свою трудовую книжку... А там первым его рабочим местом числился мелкий продовольственный магазинчик, где семнадцатилетний Саша Матвеев на равных вкалывал с остальными грузчиками. Между прочим, солидные и представительные знакомые - вроде банкира Логинова - попросту не верили. Считали, что трудовая книжка является таким же экспонатом Сашиной коллекции подделок, как и изготовленные на ксероксе баксы из самой первой партии - своеобразный раритет. Эх, знал бы тот же Логинов, сколько Матвеев в свое время через его банк фальшивок прогнал...
Женька Щербаков, муж его единственной сестры Натальи, сам принадлежал к артистической элите - как-никак, один из самых талантливых режиссеров современности. До знакомства с Сашей работал в театре, а после... Их встреча оказалась знаменательной. Саша приобрел кинокомпанию в Голливуде (ох, скольких сил, нервов и денег она стоила - кошмар), переименовал ее в "Caesar company", и надеялся, что когда-нибудь станет одним из крупнейших шоу-бизнесменов мира. А Щербаков стал первым - и пока самым ценным капиталовложением будущего киномагната. Женьке та встреча принесла не только контракт, но и красавицу жену.
К богемным тусовкам режиссер относился еще хуже Саши. Поэтому свой день рождения отмечал в очень тесном семейном кругу. Сначала хотели собраться на Кутузовском, у Женькиных родителей. Потом Саше удалось переубедить сестру. Их четверо молодых людей, зачем им родители? При них, какими бы они ни были терпимыми, не повеселишься от души. Отмечали на "Домодедовской", в квартире, где Саша вырос.
Все удалось на славу. И посмеялись, и отдохнули... После ужина Женька остался в гостиной в обществе Светки, а Саша с Натальей перебрались на кухню.
- Саш, послушай, - осторожно начала сестра. - Я давно хотела спросить: вы пожениться-то собираетесь или как?
Саша кивнул.
- Разговоры давно ходят, ты еще полгода назад чуть ли не во всеуслышание объявил, а до дела так и не доходит.
- Третьего марта.
- Что - третьего марта? - не поняла Наташа.
- Свадьба.
Она присела на табуретку, уронила полотенце на колени.
- Через три недели?! Всего? А что ж ты раньше не предупредил?
- Собственно говоря, мы никому еще не сказали. Пока знают только Светкина мать, Мишка и отец.
- Сергей Иванович? - уточнила она.
- Естественно.
- О Господи, - заволновалась Наташа, - мне же как раз рожать... Саш, нехорошо так делать. Мог бы пораньше. Или попозже.
- А мы отгуляем и прямо со свадьбы отвезем тебя в роддом, - весело предложил Саша.
На кухню зашли Светка с Женькой. Светка радостно объявила:
- Саш, в следующий понедельник мне надо быть на киностудии! Женя говорит, съемки уже в апреле начнутся.
Для удобства работы Саша купил киностудию в Москве, и Светка рвалась навестить ее уже давно. Саша всячески сопротивлялся этой идее, поскольку предполагал, что кинокарьера настроит Светку против семейной жизни. Она и так последнее время начала заговаривать о том, что надо подождать со свадьбой.
- Это по какому поводу тебя туда пригласили? - насторожился Саша.
Косо посмотрел на Женьку, тот с независимым видом изучал потолок.
- Жень!
- А?
- Ты ее на роль той стервы прочишь?
- Она не стерва. Ты так и не понял, это очень сложный характер...
- Жень, я же тебе сказал, что эту роль Светка играть не будет. Вообще, нефига ей с самого начала значимые роли поручать. Пусть оклемается до конца.
- Я здорова! - тут же возмутилась Светка. - И роль мне нравится, я всю жизнь мечтала такой быть.
- Вот видишь? - повернулся Саша к Щербакову. - Видишь, до чего доводит твое тлетворное влияние? Она уже спит и видит, как бы отравить жизнь мужикам. Свет, ты еще в общество феминисток запишись.
- Первым делом!
- Давай, давай. А я тебя дома запру. И возмущайся сколько угодно.
Светка скорчила презрительную рожицу и отвернулась.
- Саша, - настаивал Женька, - это же просто проба. Не исключено, что Света не подходит для этой роли. Пусть приедет, я просто посмотрю, как она перед камерой держаться станет.
- Жень, я тебе еще раз говорю: эту роль она играть не будет. Я против. И можете думать обо мне все, что угодно.
- Желание босса - закон, - развел руками Женька.
Осторожно покосился на Светку, та подмигнула, Женька едва заметно кивнул. Понятно. Сговорились. Светка предвидела, что разрешение с первого раза не получит, поэтому в оставшееся время пустит в ход все известные ей уловки. Дудки. Ничего не выйдет. Саша практически ни в чем ей не отказывал, но если что-то запретил - все, проще лбом стены в бомбоубежище прошибить. Так, после выписки из больницы она первым делом потребовала сигареты, а врачи курить ей категорически запретили. Материны увещевания стекали, как с гуся вода. Саша сам обыскал ее комнату, нашел сигареты, отобрал и никакие мольбы на него не действовали. Так что пришлось ей бросить. Сейчас даже не заикалась об этом.
В половине одиннадцатого Саша собрался уезжать. Вообще-то, он предупредил отца, что гулянка может затянуться до утра, так что ничего особенного, если они поздно вернутся. Но, конечно, он не собирался причинять сестре такое беспокойство. С "Домодедовской" планировал поехать в Ясенево, в свою собственную квартиру. В конце концов, им со Светкой так редко удается побыть наедине...
- Саш, может, вы здесь останетесь? - спросил Женька, улучив момент, когда дамы оставили их. - Какой смысл ехать? Тем более, ты выпил.
- Брось. Три бокала шампанского, да еще и столько времени после этого прошло... Ничего страшного. Чем запах отбить у меня есть, а так я давно протрезвел.
- Смотри. Наталья вам уже комнату приготовила.
- Спасибо. Но мы лучше поедем.
- Света стесняется? - понизив голос, поинтересовался Женька.
- Да нет, не в этом дело. Скорее, я не хочу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65