А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Она в раздражении прикрыла простыней грудь.
– Откуда мне знать? У меня в этом мало опыта. Я бы сказала, что точно больше одной. А ты был у меня первым, – добавила она мрачно.
– Ты у меня – тоже.
Она уставилась на него как громом пораженная.
– Я должен кое в чем тебе признаться, милая моя. Той ночью в борделе не ты одна утратила невинность.
– Не может быть!
– Но это правда. Ты была у меня первой, Джилли.
Ее глубоко тронуло это признание. Оно внушало ей еще более глубокое чувство к нему.
– И чего же ты ждал? – спросила она.
– Тебя, – сказал он с нежностью. – Я думаю, мы предназначены друг другу самой судьбой. Я рад, что это оказалась ты, несмотря на тот глупый парик.
Джиллиан улыбнулась.
– Даже несмотря на то, что ты был категорически против рыжей девушки с зелеными глазами? – Она перестала улыбаться. – А почему ты был против, Грэм?
– На то были свои причины, – сказал он хрипло.
– Грэм, ты чего-то недоговариваешь.
– Да, – не стал отрицать он. – Возможно, придет время и я тебе расскажу об этом. Но знай, что никакая другая женщина не могла быть предназначена мне судьбой, Джилли. Теперь я твердо это знаю.
Тайны, мелькавшие в его глазах, заинтриговали Джиллиан. Она надеялась, что со временем Грэм ей все расскажет, но когда он приподнял завесу тайны, она внезапно испугалась.
– Ну вот и ключ к сокровищам.
Сердце у Джиллиан бешено заколотилось. Она заглянула через плечо мужа в его записи с подсчетами. Грэм вырезал из деревянного брусочка нечто похожее на ключ.
Ночью они переоделись во все черное и направились к большой пирамиде. У Грэма в мешке были небольшие лопатки и переносной фонарь. Ночной портье не обратил на выходящую парочку никакого внимания. Они быстро добрались до большой пирамиды. В лунном свете песок приобрел мертвенный серый оттенок. Грэм и Джиллиан отмерили нужное расстояние от западной стены и выкопали небольшой плоский камень, на котором был рисунок в форме ключа.
Они его срисовали, и утром Грэм вырезал ключ из куска дерева.
– А я и не знала, что в то время уже изобрели замки.
– Древние египтяне были достаточно прогрессивны, чтобы стать изобретателями первых замков.
– А теперь мы поедем на поиски сокровищ?
– Нет, сначала нам надо навестить моих знакомых. Это племя хамсинов, среди которых вырос мой брат. Они живут на юге. Но прежде надо закупить припасы в дорогу. К тому же, мне кажется, тебе должен понравиться Каир.
Каир с его башнями и минаретами вызвал у Джиллиан бурю восторга. Грэм провел ее по местным базарам, не упуская возможности полюбоваться женственными изгибами ее тела, когда она нагибалась, чтобы получше рассмотреть золотую чашу, выставленную на продажу бойким торговцем. Платье насыщенно-изумрудного цвета с отделкой из кружева цвета слоновой кости эффектно оттеняло белизну ее кожи и пламенно-рыжие волосы. Он больше никогда не позволит ей носить платья этого отвратительного серого цвета. Отец заковал ее в серое, как в стальную броню. Грэму стоило большого труда раскрыть ее истинную сущность. Он знал, что она очень переживала из-за того, что ее никто не замечал, не ценил и не любил, и старался дать ей то, чего она была лишена долгие годы.
Но брать ее с собой на поиски сокровищ Хуфу он не собирался. Он хотел оставить жену под присмотром друзей-хамсинов и отправиться в пустыню за сокровищами в одиночку.
Там, в пустыне, он встретит своего мучителя – в этом он не сомневался. Еще в Каире он заметил рыжеволосого преследователя, который усиленно старался не попадаться ему на глаза. Ошибки быть не могло – это лицо он надолго запомнил.
На следующий день они отправились к хамсинам. Джиллиан очень удивилась, когда Грэм нанял дахабию, чтобы плыть вниз по Нилу. Они уселись на обитую бархатом оттоманку на палубе, и капитан повел лодку вниз по течению. Ветерок приятно обдувал лицо Джиллиан, играя с локонами, выбившимися из ее прически. Она не могла оторвать восхищенного взгляда от живописных пейзажей и полной грудью вдыхала запах реки. По берегам ослики везли телеги, груженные овощами и фруктами. Любопытные детишки разглядывали путешественников.
– Я чувствую себя рыжей Клеопатрой, попавшей в будущее, – сказала она, маша рукой детям.
Грэм улыбнулся:
– Подожди, ты еще не видела хамсинов. Они очень отличаются от других племен пустыни. Например, у них не принято перегораживать шатры, отделяя мужскую половину от женской; мужчины и женщины едят вместе; кроме того, у них принято, чтобы у мужчины была только одна жена.
– Похоже, это прогрессивное племя не отстает от тенденций современности.
Грэм ухмыльнулся:
– Наоборот, это очень древнее племя, которое ведет свой род от фараона Ахенатена. Скорее уж тенденции современности нагнали их. И все это благодаря жене шейха Элизабет.
– Довольно необычное имя для жены шейха.
– Она американка. Очень умна, современна и безумно любит своего мужа. А еще она выступает за предоставление женщинам избирательных прав. Вдобавок она обучила грамоте почти все племя – и мужчин, и женщин.
– Правда? – спросила Джиллиан, скрывая удивление.
– Элизабет любит нарушать традиции. Их с Джабари очень волнует вопрос интеграции племени в современное общество и его финансовой независимости. Уверен, они будут рады возможности посоветоваться с тобой.
– Расскажи мне еще об этом племени, – попросила Джиллиан.
– Они живут далеко в восточной пустыне. Охранник шейха носит титул стража времен. Мы с Джабари и Рамзесом – так зовут охранника – большие друзья. Жену Рамзеса зовут Кэтрин, она дочь английского лорда.
Сюрприз за сюрпризом.
– А этот Рамзес, он любит англичан? Грэм ухмыльнулся:
– Было время, когда он их терпеть не мог. Но он так сильно любит свою жену, что постепенно стал относиться к англичанам с большим уважением. Он больше не зовет их «бледнопузыми самаками». Самак – это такая рыба.
– Повезло тебе, что он перестал ненавидеть англичан.
– Он большой шутник и часто дружески подтрунивает надо мной из-за моего английского происхождения.
Грэм в своем бежевом костюме, светлом галстуке и широкополой шляпе выглядел настоящим англичанином. За исключением разве что одной маленькой детали: утром он не побрился и на его щеках уже пробивалась грубая щетина.
Он преображался на глазах.
Они доплыли на лодке до небольшого селения, Грэм купил четырех верблюдов, на двоих погрузили их багаж и дорожные припасы, закупленные в Каире. По словам Грэма, путь к хамсинам был неблизким.
Зеленая полоса возделанных полей и величавых финиковых пальм по берегам Нила вскоре исчезла из виду, они направлялись в самое сердце пустыни. Пот струйками стекал по шее Джиллиан. Грэм ехал с ней бок о бок и, похоже, абсолютно не страдал от палящего полуденного зноя. Он внимательно разглядывал ее из-под широких полей своей шляпы.
Несколько раз они останавливались на привал. От длительной езды в непривычном жестком седле у Джиллиан болели все мышцы. Запах нагревшейся на солнце грязной верблюжьей шерсти был ей неприятен. Джиллиан старалась поудобнее усесться в седле и устало моргала. Казалось, они бесконечно долго едут по пустыне и пересекают высохшие русла, которые Грэм называл «уэдами». Суровый безрадостный пейзаж навевал на нее тоску. Она была убеждена, что в этой безводной земле, окруженной горами из известняка и гранита, никакая жизнь невозможна. Синее безоблачное небо казалось таким же твердым, как каменистый песок под ногами у верблюдов. Как вообще можно выжить в пустыне?
Она с подозрением смотрела на показавшиеся вдали финиковые пальмы и желто-зеленую растительность. На горизонте виднелись черные шатры. Конечно же, это мираж, вызванный непрекращающимся зноем. Но с другой стороны, она могла различить фигурки двигающихся людей. Неужели это и есть оазис хамсинов?
Грэм придержал своего верблюда и попросил ее остановиться. Его глаза горели от возбуждения. Он приложил ладони рупором ко рту и издал пронзительный вибрирующий звук.
Джиллиан рот открыла от удивления: ее муж, выглядевший как истинный англичанин, вдруг оказался такой же неотъемлемой частью пустыни, как песок под ногами.
Фигурки людей на горизонте замерли. В ответ раздались дикие пронзительные вопли. Потом она увидела, как некоторые из них вскочили в седла и помчались им навстречу. На горизонте поднялось облако пыли.
Джиллиан с трудом сглотнула. Грэм ободряюще ей улыбнулся:
– Не бойся. Это традиционное хамсинское приветствие: так они встречают сына пустыни, вернувшегося домой.
Но Джиллиан все равно охватил ужас от этих диких воинственных криков. Она не могла пошевелиться и только смотрела, как цепочка воинов с гиканьем и дикими криками мчалась к ним во весь опор. Всадники осадили горячих скакунов буквально в нескольких шагах от путешественников. Они были одеты в темно-синие короткие накидки и темно-синие брюки, заправленные в кожаные сапоги, на головах – темно-синие тюрбаны.
Все они носили коротко стриженные бородки и усы. Один из них, высокий, с царственной осанкой, соскочил с коня и бросился к ее улыбающемуся мужу.
Они обнялись. Остальные воины рассматривали ее.
– Знакомься, Джабари, – сказал Грэм, с нежностью глядя на нее, – это моя жена, ее зовут Джиллиан. Джилли, знакомься, это Джабари бин Тарик Хассид, шейх хамсинов, воинов ветра.
Джиллиан не знала, присесть ли ей в реверансе или поприветствовать шейха на арабский манер. Она нервно моргнула, глядя на длинный ятаган, висевший у него на поясе. К ее удивлению, красавец шейх подошел и пожал ей руку.
– Западный обычай, который так нравится моей жене. Она считает, что к женщинам надо обращаться так же, как и к мужчинам. – Он прекрасно говорил по-английски, правда, с легким акцентом. Его улыбка была теплой и радушной. – Я очень рад с вами познакомиться, Джиллиан.
Она улыбнулась и пробормотала, что ей тоже очень приятно. Невысокий крепкий воин, стоявший рядом с шейхом, смотрел на Джиллиан с нескрываемым любопытством. Его зубы сверкнули в лукавой улыбке, когда он бросил взгляд на ее мужа. Грэм представил его как Рамзеса.
– Наконец-то ты женился, друг мой. Да еще и на такой красавице. – Воин изысканно ей поклонился. Его необычные, янтарного цвета глаза светились от радости. – Я очень рад чести познакомиться с вами, ваша милость.
– Светлость, – поправил его Грэм.
Рамзес смутился.
– Она носит титул герцогини, – пояснил Грэм. – Поэтому к ней нужно обращаться «ваша светлость». Так же, как и ко мне.
– Друг мой, ты какой угодно, только не светлый.
– Это просто английский титул. – Грэм радостно улыбнулся. – Не я устанавливаю правила.
Рамзес обернулся к Джиллиан:
– Для меня это величайшая честь познакомиться с вами, ваша пресветлейшая милость герцогиня.
Он подмигнул ей, и Джиллиан улыбнулась.
– Ты сначала устроишься, твоя верховная герцогская светлость, а потом познакомишь свою леди с Элизабет и Кэтрин. Они будут очень рады побеседовать с ее светлой светлостью английской герцогиней.
Им отвели просторный шатер, устланный мягкими коврами, с низкими столиками и кроватью под пологом. Кровать была самая настоящая, очень удобная, на низких ножках. К удивлению Джиллиан, Грэм начал быстро раздеваться. Он порылся в одном из сундуков и достал оттуда темно-синие одежды, такие же, как у всех хамсинов.
– Когда я приезжаю в гости, то ношу биниш. Хамсины считают меня братом, даже зовут арабским именем – Рашид, – объяснил он ей. Потом он вложил в ножны на поясе длинный, смертельно опасный на вид меч. То же самое он проделал с кривым кинжалом.
В египетских одеждах он выглядел очень опасным. И совсем не знакомым. Джиллиан смело улыбнулась, хотя губы у нее дрожали.
– Понятно, в чужой стране жить – чужую одежду любить, – сказала она. – Ты считаешь, что мне тоже надо одеться так же, как здешние женщины?
– Ты и так прекрасно выглядишь.
– Но моя одежда совершенно не подходит для путешествия по пустыне в поисках сокровища. – Она поддела свои юбки носком туфли.
Грэм не смотрел в ее сторону. Джиллиан это показалось подозрительным.
– Или ты не собираешься меня с собой брать? И поэтому настаивал на том, чтобы сначала приехать сюда? Ты хочешь оставить меня у своих друзей?
– Джиллиан, тебе не стоит ехать в пустыню, – сказал герцог со вздохом. – Она таит в себе много опасностей. Даже самые стойкие мужчины зачастую не выдерживают испытаний и погибают.
– Грэм…
– Поговорим об этом позже, – сказал он твердо. По его непроницаемому виду Джиллиан поняла, что муж больше не намерен обсуждать этот вопрос. Он приобнял ее за талию и подтолкнул к выходу из шатра.
Пока они шли через оазис, их провожали любопытными взглядами. Джиллиан чувствовала себя неловко, и Грэм ободряюще сжал ее руку.
Они дошли до развесистого дерева, ветки которого были усеяны большими шипами. В его тени, смеясь и оживленно болтая, сидели две женщины – блондинка и темноволосая. Рядом с ними в колыбельке спал младенец, а детишки постарше играли на земле около их ног. Темноволосым близнецам было на вид годика два, а светловолосый мальчик с карими глазами выглядел годика на три. Лицо Грэма смягчилось, когда он знакомил их с женой. Блондинкой оказалась американка Элизабет, жена шейха, а зеленоглазую брюнетку звали Кэтрин, она была замужем за Рамзесом.
– Посиди с ними, познакомься поближе. Нам с Джабари и Рамзесом надо серьезно поговорить.
Он явно хотел от нее избавиться, но Джиллиан уж очень не терпелось поговорить с загадочной Элизабет, и она согласилась. Джиллиан проводила мужа взглядом до шатра шейха – полотнища, обычно закрывавшие вход, сейчас были подняты, чтобы пропускать в шатер свежий ветерок из пустыни. Грэм казался таким чужим, будто пески полностью поглотили и изменили его.
Ее надежды на сближение с мужем, и без того призрачные, стремительно таяли. Теперь он хотел оставить ее здесь, чтобы в одиночку отправиться на поиски сокровищ.
Джиллиан беседовала с женщинами, рассказывала им о своей свадьбе, о поисках сокровищ и о том, что Грэм хочет оставить ее в оазисе.
– Я не могу отпустить его одного, – с отчаянием сказала она Элизабет.
– Он хочет оставить тебя здесь ради твоей же собственной безопасности.
– А что такого опасного в пустыне?
Элизабет задумалась.
– Среди хамсинов бытует поверье, что, чтобы обрести себя, надо пойти в пустыню и потерять там себя. Наши воины уходят одни в пустыню с этой целью. Пустыня избавляет их от всего наносного, лишнего, обнажает их истинную суть. Иногда они сходят с ума, потому что не могут принять то, что обрели.
Джиллиан содрогнулась, представив Грэма одного посреди огромной пустыни, беззащитного перед немилосердной жарой и преследуемого жестокими призраками прошлого. Ее глазам открылась ужасающая картина: ее гордый, всегда такой сдержанный супруг, воющий от боли при встрече со своими демонами. Она не могла отпустить его одного.
– Я должна ехать с ним. Как же мне заставить его взять меня с собой?
– Вот я обнаружила, что после кое-каких ночных занятий мужчины становятся весьма сговорчивыми. – В синих глазах американки плясали озорные искорки.
– А может, мне спрятать всю его одежду? – Джиллиан вспомнила, как ее наказывал отец.
Кэтрин громко расхохоталась:
– Моего Рамзеса этим не остановишь. Он готов голышом отправиться в пустыню, только бы добиться своего. Упрямец.
– Если ты всерьез хочешь отправиться с ним, тебе надо будет многое узнать о том, как выжить в пустыне, – вставила Элизабет. – Докажи ему, что ты будешь для него помощницей, а не обузой.
Джиллиан очень обрадовалась, что может научиться чему-то новому.
– А ты научишь меня, как выжить в пустыне?
Две женщины обменялись понимающими взглядами.
– Конечно, мы обе будем тебя учить, – ответила Кэтрин.
– Но Грэм ведь такой упрямец. – Джиллиан все еще сомневалась. – Даже если я ему докажу, что такое путешествие мне по силам, он все равно меня не возьмет, – переживала она.
– Да, он упрям. А еще у него сильно развит инстинкт собственника – это я тебе точно говорю. Может, твоего мужа надо слегка подтолкнуть к мысли, что не в его интересах оставлять тебя здесь. Его привлекательная жена среди любопытных мужчин… Ты согласна, Кэтрин?
Миниатюрная брюнетка бросила взгляд на шатер. На ее лице появилась шаловливая улыбка.
– Я поговорю с мужем. Мне кажется, мы сумеем помочь.
Глава 16
Джиллиан со своей нежной алебастровой кожей, ясными зелеными глазами и копной огненно-рыжих волос разительно отличалась от других женщин в лагере. На ней была широкополая соломенная шляпа, защищавшая от палящего солнца, и белое платье с рукавами-фонариками и изумрудно-зелеными лентами на талии. Грэм хотел, чтобы она выглядела как настоящая англичанка. Она была чужой здесь, среди песков, горячего ветра и призраков его темного прошлого.
Он рассказал хамсинскому шейху и его воинам, что собирается отправиться на поиски сокровища Хуфу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32