А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Если это не такая необычная женщина, как я. Мы уже это обсуждали, Джайлз… Кстати, как же ты думал с ним разобраться?— Ну, для начала я хотел прийти в себя после твоего пинка и выбить у него из руки пистолет.Она подняла голову с подушки и пристально посмотрела на Пеннифезера, отчего их носы соприкоснулись.— Прошу тебя, Джайлз, выслушай меня и отнесись к моим словам серьезно. Дай Бог, чтобы тебе не пришлось попадать в подобные ситуации, но только, если тебе еще раз не повезет, ни в коем случае и не пытайся выбивать у кого-то из руки нож или пистолет. Это все отлично смотрится в кино, потому что и человек с оружием, и тот, кто ему противостоит, — актеры и получают за это деньги. В жизни все не так. Рука очень маленькая, очень подвижная цель. Пока нога описывает дугу в четыре фута, рука может чуть сдвинуться в сторону. И не пытайся хватать своей рукой руку, в которой нож или пистолет. — Она потерлась кончиком носа о его нос и спросила: — Понятно?— Хорошо, но что делаешь в таких случаях ты?— Иногда просто поднимаю руки вверх, как ведено, и жду, не выдастся ли благоприятный момент потом.— Но тогда ты повела себя иначе.— Тогда мне удалось застать их врасплох. Я от рождения была ловкой и с годами сделалась еще ловчее. Но правило состоит в том, что, если хочешь вывести из игры противника, атакуй его, а не оружие.— Ты так и поступила с серебристым. А как насчет коренастого?— Я стукнула его вот сюда, — она коснулась рукой подбородка Джайлза. — А коленом сюда, — она надавила бедром на соответствующие части Пеннифезера. — Но ты не пытайся выкинуть ничего подобного, потому что здесь необходим расчет… Собственно, вообще тебе не следует в таких случаях ничего предпринимать. Ладно, хватит об этом. Ну что, хочешь отдохнуть или немножко поиграть?— Честно говоря, и то и другое…— Ну что ж, это возможно. На то имеются свои способы.— Ты просто чудо, Модести, — отозвался Джайлз, касаясь пальцами ее щеки, отчего по телу Модести прокатилась волна удовольствия. Он не был искусным любовником, но странным образом доставлял ей целительное удовлетворение.
В десять утра позвонил Фрейзер.— Они готовятся к осаде, — коротко сообщил он. — За домом следит мой агент из пустой квартиры напротив. Запасаются всем необходимым. Никто не покидает дома. Они решили, похоже, сидеть на своем чертовом сейфе, пока не вернется из Штатов сами знаете кто. А когда он откажется заключать с ними сделку, они позвонят в некое посольство и передадут их представителям товар.— Ладно, Джек, спасибо, — сказала Модести.— Заклинаю вас в последний раз, не высовывайтесь.— Я буду держать вас в курсе.Она положила трубку, вернулась к столу. Вилли читал утреннюю газету. Венг, распоряжавшийся хозяйством, принес еще кофе.— Гренок не желаешь, Вилли?— Нет, спасибо. Где Джайлз?— Спит. Раньше полудня не встанет. Я велела ему не выходить без кого-то из нас, но, похоже, в ближайшие несколько дней им будет не до него. — Она рассказала ему о звонке Фрейзера и добавила: — Раз они решили окопаться, то значит, они мало на что способны. Я имею в виду, в смысле атаки.Вилли кивнул и сказал:— Если мы окажемся заняты, то за Джайлзом может присмотреть верный человек. Я не говорил тебе, что в Лондон приехал Джок Миллер?«Малыш» Джок Миллер представлял собой маленький комок, сплошь состоявший из мускулов. Его рост не превышал пяти футов, а лицо все было в шрамах. У него остался только один глаз. Он появился на свет в Глазго сорок с чем-то лет назад. Четыре года он заведовал всеми транспортными проблемами Сети, преступной организации с базой в Танжере, которую основала и контролировала Модести.Малыш Джок Миллер было большой молчун и отлично разбирался во всем, что имело отношение к механике. Он обожал все, что имело колеса, крылья и двигатель. В ходе одной из операций он остался без глаза, и теперь стараниями Модести у него были гараж в Глазго и пенсия. Сеть не бросала на произвол судьбы своих верных членов.Модести помнила угрюмое выражение лица, с которым Малыш Джок выслушивал ее распоряжения, помнила сопение, которое свидетельствовало о том, что он предвидит разнообразные осложнения, но она также помнила, что он никогда ее не подводил. Однажды кто-то, вдохновленный фырканьем Джока, решил в его присутствии нахамить Модести. Джок Миллер тотчас же, не говоря худого слова, сломал наглецу нос.— Надо пригласить его пропустить стаканчик-другой, — сказала Модести, покручивая пальцами кофейную чашку. — Попросим его поглядеть «роллс-ройс». Представляю, как он фыркнет. И как обрадуется.Ни она, ни Вилли Гарвин и словом не обмолвились насчет Уэлбери-сквер. Они ждали, пока их не осенит блестящая идея. Они не торопились, понимая, что озарение нельзя заказать, что это должно быть нечто в высшей степени оригинальное.— Мне нравится Джайлз, — лениво произнес Вилли, кладя на стол газету. — В нем что-то есть.— Он тебя смешит.— И это тоже, но главное в другом. Даже не могу точно сказать, в чем дело. Может, в том, что он снаружи такой же, как и внутри…Модести кивнула.— Человек природы. Простодушный. Он просто не способен на притворство. — В ее глазах вдруг загорелись лукавые огоньки. — Первый раз встречаю человека с такой короткой памятью. Он сам толком не знает, какая я у него по счету — четвертая или пятая.Вилли откинулся на спинку стула, прикрыл глаза, явно погрузившись в воспоминания. Потом сказал:— Я хорошо помню свою первую женщину.— Кто она была?— Анни.— Кто?— Анни.— А фамилия?— Не знаю. Принцесса. В приюте мы звали ее Анни Трахман. Она была дочь сторожа, у которого была кличка Хрыч.— Сколько же тебе было лет?— Четырнадцать. Это еще до того, как я смотал удочки. А ей шестнадцать. Глупа как бревно, но всегда была готова снять трусики. Никакой романтикой и не пахло. Анни была там единственной девицей, и старшие ребята держали ее, так сказать, на контракте. За полтинник или пачку жвачки можно было купить полчаса с Анни в бойлерной. Анни получала двадцать процентов — шоколадом. Она была такая толстушка… — Вилли вздохнул. — Мне жутко хотелось стащить с Анни трусики и вообще узнать, что там у нее под платьем. Но мне не присылали посылок, и потому я мог только мечтать…— Короче, ты сумел обмануть ее агентов?— Не совсем так… Главным там был один тип по кличке Ушлый. Жуткий гад, но обожал играть в игры. Я предложил ему сразиться в каштаны и выиграл пятнадцать минут с Анни.— В каштаны? — Модести фыркнула и поставила чашку на стол. — Я обязательно должна рассказать об этом Тарранту. Это заслуживает обеда.— Почему бы нет?— Как же ты смухлевал? Подпортил его каштан?— Нет, я сделал свой из свинца. Потом покрасил в коричневый свет, проделал дырочку, привязал веревочку. Потратил чуть не неделю, но получилось здорово. Только вот я потом дал маху — рассказал Анни, а она, негодяйка, наябедничала Ушлому. В общем, мне пришлось удариться в бега.Модести водрузила подбородок на ладони, с трудом удерживаясь от смеха.— Ну, Вилли, спасибо, повеселил. С меня ужин с шампанским… — Вдруг она осеклась, застыла, прислушиваясь к тому, что стало нашептывать ей сознание, в котором завертелись смутные образы.Так прошло несколько минут, наконец Вилли встал и тихо произнес:— Принцесса!Ее взгляд сфокусировался на нем. Глаза ее загорелись.— То, что надо, Вилли! Молодец! Каштаны! Да еще Джок Миллер в Лондоне! Лучше не придумать. Нам понадобится время на отработку маневра, а также на аренду оборудования — причем надо сделать так, чтобы никто не заподозрил, что за этим стоим мы. Думаю, это сделает Фрейзер. Тут просто нужно кое-что организовать, а у нас на это нет времени.Она уронила подбородок на сплетенные пальцы, нахмурилась, снова углубившись в напряженные размышления. Вилли молчал. Он сел и с удовольствием стал наблюдать за Модести. Он обожал ее в моменты, когда она думала в условиях цейтнота. Ее синие глаза потемнели, стали почти черными, она слегка по-особому наклонила голову на длинной красивой шее. Еще немного, и она набросает общие контуры плана, а потом они займутся деталями.Каштаны… Что, черт возьми, она задумала?Прошло две минуты, и Модести сказала:— Вот что, Вилли… Глава 4 Адриан Шанс сидел в глубоком кресле у закрытого шторой окна кабинета. На столике у локтя лежал револьвер «кольт» калибра 6, 35, а рядом стоял стакан, наполовину наполненный виски с содовой — все, что ему полагалось на ночь.Было три пятнадцать, и он только что сменил Джако. На столике также валялись два журнала Джако с голыми девицами. Шанс игнорировал их. Он скучал и даже не пытался как-то развеять скуку. Он подумал о Лизе. Прошло четыре дня с той ночи… Да, теперь нескоро Брунель разрешит следующую встречу. Но Шанс не горевал. В конце концов чрезмерная доступность притупляет остроту ощущений. На мгновение он попытался представить, что Лиза испытывала в те минуты, когда, подчиняясь правилам игры, послушно принимала наказание за свою якобы строптивость… Пальцы, вцепившиеся в подушку, то сжимались, то разжимались в такт ударам… Впрочем, его не интересовали ее чувства. Он так привык относиться к ней как к живой игрушке, что не мог уже вообразить ее настоящим человеческим существом.Он зевнул и недовольно обвел взглядом кабинет. Вот уже четыре дня они сидят тут, ожидая, когда сделают ход Блейз и Гарвин. Теперь он не сомневался, что они к ним не сунутся, и его это огорчало. Хотя порой возникали надежды. Подозрительные телефонные звонки. Один тип хотел продать страховой полис. Он договорился о встрече с Брунелем, но так и не явился. Были и посетители. Всего за эти дни явилось трое мужчин и две женщины. Кто-то собирал благотворительные взносы, кто-то по заданию производителей проводил опрос потребителей, кто-то хотел продать какую-то электроаппаратуру. Шанс был уверен, что все это липа, но никто из этих визитеров даже отдаленно не походил на Модести Блейз или Вилли Гарвина. Грим гримом, но всему есть пределы. Трудно ввести в заблуждение того, кто успел запомнить противника и готов к тому, что тот попытается обхитрить его.Все это было частью отвлекающего маневра, как предположил Брунель, и Шанс был с ним согласен. Похоже, это дело рук Фрейзера. Но когда начнется главный спектакль? Видать, он вообще не состоится. Они явно пошли на попятную. Жаль, Брунель принял такие драконовские меры предосторожности. Лучше бы оставить в заграждении брешь, чтобы заманить эту парочку.Шанс взял стакан, сделал глоток, прислушиваясь к уже знакомому шуму за окном. Какое-то чудовище на гусеницах приближалось к дому. Мотор работал ровно, но все равно это чертово устройство громыхало и скрежетало. Они обожают вводить этих металлических монстров, которые роют подземный гараж по ночам. Вчера, например, примерно в то же время прибыло два бульдозера.Шанс приоткрыл штору и успел увидеть, как гусеничный кран, громыхая, завернул за угол и исчез из поля его зрения. Шанс опустил штору, подошел к сейфу, погладил его металлический верх. Да, хорош, ничего не скажешь!!Но что-то не давало ему покоя, действовало на подсознание. Он никак не мог понять, в чем собственно дело. Снаружи все было тихо, спокойно, только за домом ровно гудел мотор крана.Ага, кран перестал двигаться. Но почему?Затем произошло невероятное. Дом зашатался, получив удар какой-то невидимой гигантской кувалдой, ударившей его в бок. Шанс почувствовал, как пол под его ногами заходил ходуном, а с потолка упал огромный кусок штукатурки. Рука, которая лежала на крышке сейфа, вдруг онемела. Удар пришелся как раз в ту стену, в которую был вделан сейф, прямо над ним.Шанс отскочил в сторону, потом ринулся к столику за «кольтом». Но после второго могучего удара в стену в ушах у него зазвенело. Он обернулся и увидел, что в стене рядом с сейфом возникла дыра, от которой во все стороны побежали трещины.Шанс разинул рот, вытаращил глаза так, что веки словно исчезли. Мозг отказывался работать, потому что просто не мог поверить в то невероятное, что сейчас творилось. От третьего удара в стене появилась новая дыра, с другой стороны сейфа.Сверху что-то кричал Джако. Последовал новый могучий удар, и в комнату влетел кусок стены размером в квадратный ярд. Затем последовал удар потише, отчего полетели в сторону кирпичи из рваной дыры возле сейфа. Тут-то Шанс и увидел эту кувалду, которая проникла в комнату, отчего снова зашатался пол и послышался треск дерева.Это был большой стальной шар диаметром в пару футов. Его поверхность была в царапинах и вмятинах. В шар была вделана толстая цепь, а к ней крепились два толстых троса. Шанс как завороженный смотрел на этот шар: цепь и тросы натянулись, и страшное орудие снова исчезло из поля его зрения, по пути задев сейф так, что он зашатался, ибо уже практически не крепился к стене.Выйдя из оцепенения, которое какое-то время не позволяло ему пошевелить ни рукой, ни ногой, Шанс подбежал к дыре. Через нее он увидел этот чертов кран со стрелой и высокой кабиной. Сейчас стрела повернулась так, что шар снова полетел к дому, и Шанс бросился ничком на пол, подальше от стены. Он успел только заметить, что проклятая машина там не одна. Рядом, словно шакал, выжидавший, когда насытится могучий лев, стояла на гусеницах машина поменьше — экскаватор с зубчатым ковшом.Шар снова врезался в стену, и во все стороны полетели кирпичи.
Лиза лежала у себя в спальне, вслушиваясь в темноту. Дом снова затрясся. Отчаянно вопил Джако. Творилось что-то очень странное, но Лиза не пыталась понять, что это такое. Она надеялась услышать Голоса, которые объяснят ей, что происходит и что ей необходимо сделать. Но Голоса помалкивали. Впрочем, се это не удивляло. Так случалось и раньше. Голоса никогда не торопились. Они, похоже, сперва все тщательно обдумывали, и только потом она получала от них наставления.Адриан Шанс распахнул дверь кабинета и увидел Брунеля и Джако. В комнате стояло облако пыли. Брунель был в халате и шлепанцах, казавшихся крошечными на его ножках.— Ну? — коротко спросил он.— Стальной шар… Каким сносят дома, — еле выдавил из себя Шанс, лицо которого покрылось слоем грязи и пота. — Они решили забрать весь сейф. Целиком. Я вниз. Надо помешать им, иначе все…Он побежал вниз, Джако за ним. Брунель не спеша тоже стал спускаться.В кабине крана со стальным шаром на цепи сидел Джок Миллер, ноги которого были на педалях, а руки проворно управляли тремя рычагами. Он поджал губы, проводя вычисления. Вилли сказал, что на все про все ему отводится две минуты. Не больше. Джок собирался уложиться в девяносто секунд, а если повезет, выполнить задание и того быстрее.Вилли сидел в кабине машины с ковшом. Джок Миллер покосился на него, и на его изрытом шрамами лице появилось подобие улыбки. Он тронул рычаг, и шар поднялся чуть выше, продолжая в то же время свое движение.У двадцатитрехтонного крана «Растон бьюсайрус» была пятидесятипятифутовая стрела. Даже придирчивый и привередливый Джок считал его отличной машиной, которая позволяла управлять шаром самыми разными способами: его можно было бросать сверху вниз и пробивать бетонные перекрытия, превращать в подобие маятника, можно было действовать им в горизонтальном режиме. Для этого имелось три рычага, попеременно манипулируя которыми можно было заставить стальную кувалду послушно выполнять самые разные маневры, как теннисный мяч на веревочке.Джок Миллер прикусил конец незажженной сигареты во рту, запустив шар так, чтобы он угодил в стену чуть ниже сейфа. Он удостоверился, что сейф находится именно там, где и положено, когда вогнал шар в комнату, проделав в стене огромную дыру. План, который дала ему Модести Блейз, оказался абсолютно точным. Это был настоящий профессиональный строительный план. Джок не задавался вопросом, откуда она его достала. За те годы, что он работал под ее началом, он успел уяснить себе, что она сперва доставала все, что ей требовалось для операции, и лишь потом посылала людей вперед. Малыш Джок Миллер доверял лишь нескольким мужчинам в этом мире и только одной женщине.Шар угодил точно туда, куда и хотел Джок. Снова во все стороны полетели кирпичные осколки. Балочные перекрытия пола, на котором стоял сейф, лишились опоры. Джок отвел стрелу для нового удара, но это не потребовалось. Сейф с прилипшими к его стальному корпусу остатками кирпичной кладки вывалился наружу и с оглушительным грохотом ударился о тротуар.— Ну, а теперь твой выход, Вилли, — пробормотал Джок Миллер, выключил мотор и спрыгнул из кабины на мостовую, устремив взгляд на маленький экскаватор, двинувшийся к сейфу.Адриан Шанс распахнул дверь, выскочил наружу и вовремя успел затормозить, врезавшись в ряды колючей проволоки, натянутой между колоннами входа, а также между оградой и окном.Он не видел ни души. Слышал только гул машины за углом. Что-то упало и разорвалось у его ног, и тотчас же он стал задыхаться от удушливых паров, а глаза его начали слезиться.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32