А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Для него ведь даже мысль о том, что кто-то лучше его нетерпима.
— Да неужели? — протянул Джеймс, посмотрев на нее. Он помнил, что девушка пришла немного позже его, и все время посвятила гимнастическим упражнениям. Но сейчас на ее руках были надеты перчатки для рукопашного боя, а через плечо висела вторая пара. — Ты что, следующая с Паладином будешь драться?
Рассмеявшись, Жанна скинула с плеча перчатки и бросила ему. Машинально поймав, Джеймс растерянно посмотрел сначала на них, потом на девушку.
— Я хочу подраться с тобой, если ты, конечно, не имеешь ничего против? — колкая насмешка в ее голосе моментально отмела все возражения, которые он мог придумать. Молча надев перчатки, Джеймс побрел за ней к свободному мату, любуясь по пути ее гибкой и изящной фигурой в плотно облегающем тренировочном костюме.
Отвесив друг другу традиционные поклоны, они приготовились к поединку: как и Маньяк, Анджел приняла классическую стойку, а Джеймс встал в более свободную, полуоткрытую стойку. Взгляды словно лезвия рапир скрестились между ними, и Жанна первой бросилась в атаку.
Уклонившись от серии коротких молниеносных ударов в корпус, Джеймс восхитился скоростью, с которой она нападала. Сделав ложный замах левой рукой, юноша мягким движением перенес вес тела на левую ногу, и освободившаяся нога «выстрелила» в круговом махе, метя ей в плечо. Быстро присев, Анджел избежала удара, и в тот же миг Джеймс прыгнул назад. Еще в воздухе он успел заметить что-то мелькнувшее под ним. Опоздай он на секунду — и прекрасно проведенная девушкой подсечка сбила бы его с ног.
Теперь их разделяло почти пять метров. На лице Жанны появилась слегка удивленное выражение: она явно не рассчитывала встретить серьезное сопротивление (на миг отвлекшись, он понял, что поединок Паладина и Маньяка закончился и теперь все наблюдали за ними).
Со свистом рассекла воздух рука Анджел, но вместо головы Джеймса ее встретила пустота. Юноша шагнул на четверть шага в сторону, разворачиваясь на месте, и хорошей серией хуков вызвал аплодисменты зрителей. Анджел же не повезло: отбивая удары, она на мгновение раскрылась, и Джеймс, не теряя зря времени, коротким апперкотом сбил ее с ног.
Новой бурей аплодисментов встретили пилоты этот удар. Очевидно, Жанна была одной из лучших в этом виде спорта и не раз выигрывала неофициальные соревнования (потом она подтвердила эту догадку Джеймса). Но юноша отметил, что драться было не трудно: хотя Жанна очень быстро передвигалась и наносила удары, имплантированный микропроцессор позволял вовремя реагировать и вести бой на равных.
Ошеломленная ударом девушка поднялась, глядя на него с неприкрытым изумлением. Она все еще не может понять, как ему удалось сбить ее, но больше не собиралась проводить стремительные атаки, на которых обожглась. Осторожным танцующим шагом Жанна начала приближаться к нему.
Джеймс развеселился: инициатива перешла к нему — и это его радовало. Он двинулся навстречу Анджел и после нескольких ложных замахов сделал резкий выпад, который она довольно легко блокировала. Однако, блокируя удар, девушка слишком далеко выставила плечо, за что и поплатилась: свободной рукой он прочно вцепился в него и через себя швырнул ее на пол. При этом он отметил, насколько крепкие и развитые мускулы у хрупкой на вид девушки.
Когда Жанна вскочила на ноги, Джеймс понял, что второй успешно проведенный прием серьезно разозлил ее. Гибкая и проворная как пантера, девушка молнией метнулась к нему, одним прыжком перемахнув почти половину площадки для поединков. Джеймс, не ожидавший ничего подобного, смог только слегка смягчить удар: скользнувший по подставленной руке кулак Анджел с хрустом врезался в его скулу; повторный удар в корпус на мгновение вышиб из него дух. Правда, и она не ушла невредимой: локтем Джеймс отбросил ее подальше от себя, заставив хватать широко раскрытым ртом воздух. Но воспользоваться этим он не успел: Жанна, взмыв в воздух в великолепном прыжке, ударом в грудь швырнула его на пол.
Следующие двадцать минут велась чисто позиционная борьба: противники оценили возможности друг друга, и не желали напрасно рисковать. Быстро кружась по площадке для боя, они обменивались сериями выпадов и контратак, изредка то один, то другой прибегали к головоломным приемам, в основном, сводя поединок к ожиданию ошибки противника. И вновь первой допустила промашку Анджел: отбиваясь от одной из атак Джеймса, ее рука на мгновение дрогнула, раскрыла голову, и юноша второй раз ударил снизу вверх, вложив в апперкот всю веселую, боевую злость, накопившуюся за время спарринга.
Опустившись на одно колено, Джеймс отдыхал, наблюдая за постепенно приходящей в себя Жанной. Очумело крутя головой, она с некоторым трудом отыскала его, и Джеймс поразился выражению, сияющему на ее лице: девушке явно понравилась схватка, в которой они неплохо потрепали друг друга.
Он встал, протянул ей руку и внезапно почувствовал ее теплое дыхание у самого уха:
— Ты хорошо дерешься, Джеймс. Спасибо за тренировку, — на краткий миг губы девушки коснулись его щеки, а затем она со смехом направилась к выходу из зала, расталкивая гудящую толпу и довольно едко отвечая на подтрунивая коллег-пилотов. Коснувшись лица в месте, хранившем тепло ее губ, Джеймс соскочил с помоста, скидывая перчатки вместе с мягкими налокотниками.
— Где ты так научился драться, Джеймс? — одобрительно хлопнул его по плечу Шонт, снимая с плеча и протягивая сухое полотенце. — Давненько Анджел не побеждали, а тем более новички.
— Мне просто повезло, — небрежно бросил юноша, осторожно ощупывая левую скулу. Пожалуй, синяка не будет, решил он: в конце концов, удар пришелся вскользь, да и перчатка смягчила его силу, но еще пару дней скула побаливать будет.
— Повезло? — недоверчиво хмыкнул Шонт. Достав небольшой пакетик из стоящего рядом контейнера, он перебросил его Джеймсу. — Вот, держи лед — приложишь к лицу. По физиономии она тебя таки неплохо съездила, будешь теперь «котов» пугать.
— Ну, спасибо, утешил, — фыркнул юноша, прижимая лед к ноющей скуле; донесшийся из задних рядов спокойный голос серигуанина напомнил ему про…
— Кстати, а как Паладин с Маньяком справился?
Окружающие громко расхохотались; Паладин торжествующе поднял вверх две руки, сцепив их в замок над головой: обычный знак победы. Из-за его спины послышались протестующие возгласы — очевидно, Маньяк не хотел соглашаться с тем, что проиграл и теперь выражал свое негодование.
— Семь-ноль, — сквозь смех сказал растиравший шею Снежок. Его темная кожа лоснилась от пота и блестела в свете ламп. — Я и не помню, когда мы так веселились. Но, говоря по правде, смотреть твой бой с Анджел — истинное удовольствие. Паладин с Маньяком — сразу ясно, кто победит: Адам в рукопашном бою не так силен, как в пилотаже, а вот драться с Анджел на равных — значит ты и впрямь мастак.
— Похоже, наши чемпионаты несколько преобразятся вскоре, — вмешался Егерь, причесываясь каштановой — под цвет волос — расческой; во взгляде и голосе пилота сквозил оттенок уважения. — Такие бойцы как Джеймс и Паладин… — со знанием дела он покачал головой.
— Интересно посмотреть, как вы друг с дружкой будете драться? — как бы невзначай протянула Вещунья, поглядывая на серигуанина.
— Только не сегодня, — в напускном испуге вскинул руки Джеймс, продираясь сквозь редевшую толпу. — После Жанны у меня сердце чего-то не лежит к еще одной зубодробилке.
Небольшая группа пилотов направилась к раздевалкам и душевым, устало перебрасываясь шутками. Паладин остался в зале вместе с Бабаем и Егерем, но большая часть «Черных Дьяволов» покинула к этому времени помещение.
Рядом с Джеймсом шла Вещунья, тихо напевая что-то под нос, и это юноша счел хорошим знаком. Был один вопрос, который он хотел задать ей, но никак не получалось выбрать время для разговора:
— Слушай, Тури, я хотел тебя спросить кое-что?
— Да, Джеймс?
— Это по поводу Анджел, — смутился он. — Мне просто интересно: она всех новичков так встречает или как?
— Нет, не всех, — улыбаясь, ответила Вещунья. — Если серьезно, то на моей памяти ты первый, из-за кого она так себя ведет. Может, ты ей так понравился? — лукаво спросила она.
Еще больше смешавшись, Джеймс пропустил этот вопрос мимо ушей и зашагал дальше. Но, к своему удивлению, он понял, что снова и снова задает себе его, надеясь на положительный ответ.
Глава 3.

2383.2.12, боевая база «Гетман Хмельницкий», граница Дакота-Оариис-с, 13:01.
— …в который раз я хочу напомнить вам, — командор свирепо оглядел собравшихся в зале совещаний пилотов. Джеймс невольно поежился, хоть знал, что эти слова относятся не к нему, — для посадки существует луч наведения и система автоматической координации. Мне не нужны герои или акробаты, а уж тем более — разбитые и покореженные корабли: вам замена всегда найдется, а вот истребителей у нас мало. Поэтому, на подходе к «Гетману Хмельницкому» вы докладываете дежурному о своем возвращении и переходите в режим автоматической посадки. И никак иначе! Следующий раз, если кто-то выкинет подобное, я отстраню его от полетов на две недели, а то и на целый месяц. Может быть, это отучит вас выпендриваться там, где не надо! Понятно?
О теме этого разговора и причине гнева Фарбаха база говорила уже второй день. Вечером позапрошлого дня Маньяк, как обычно садясь без луча, неудачно завершил маневр. В результате его «Ворон» «пропахал» половину ангара, врезался в контрольную башню и практически развалился на две части, а сам Маньяк отделался доброй дюжиной ссадин и порезов. В итоге Фарбах разъярился до предела; Адам ходил как пришибленный после полученного от командора разноса, а остальные хохотали до упаду при одном только упоминании об аварии или при виде Маньяка.
— Сегодня у нас обычный патруль, — уже спокойнее продолжил Фарбах, ровняя бумаги, лежащие перед ним. Он стоял за невысокой трибуной слева от огромного дисплея вмонтированного в стену зала. — Мы, как вы знаете, по-прежнему патрулируем границу сектора и осуществляем прикрытие системы Хоган, в которой продолжается постройка постов наблюдения, поэтому ваше задание на сегодня — проверить и обеспечить безопасность данного региона и не допустить прорыва крупных сил Килрача в тыл. Вы вылетаете в три волны: первая смена — сразу по окончанию брифинга, вторая — через два с половиной часа, третья — через шесть часов после возвращения первой волны. Бабай, ваша пятерка берет первую смену.
— Ясно, сэр, — пробасил Шонт с задних рядов. — Расписание то же?
— Нет, Джон, у вас некоторые изменения. Сонуко — ты берешь одиночный патруль в глубь системы, Шонт и Констильон — вы летите к границе сектора, Кортнел и Ли Твист — у вас тоже маршрут к границе. Для всех подготовлены «Стрелы»: они достаточно быстры и маневренны, хоть и не очень хорошо вооружены. Есть вопросы?
— Есть, сэр… — оглянувшись по сторонам, пока Вещунья интересовалась деталями маршруту, Джеймс нашел взглядом Егеря — он сидел в следующем за ряду, но ближе к проходу. Заметив его взгляд, пилот вскинул над головой кулак с вытянутым большим пальцем; Джеймс помахал рукой, и повернулся обратно к Фарбаху. Тот как раз закончил отвечать Вещунье и давал краткую характеристику маршрутов.
— …и Анджел. Наши сканеры засекли перемещения в вашем районе каких-то кораблей. Возможно, это часть секторального флота килрачей: по сообщениям разведки он вновь приблизился к нашим границам. Вы должны проверить, но не вступать в схватку, если противник будет обладать значительным превосходством. Нам важно знать, что там происходит, но не стоит рисковать напрасно. Бабай, по возможности, уточни пути метеоритных потоков и зон астероидов: если мы будем двигаться дальше через эту зону, эта информация пригодится. В контрольной точке три вы подойдете близко к границе — там будьте особенно осторожны.
— Егерь, Тигр — все вышесказанное касается и вас, кроме метеоритных потоков — в вашем регионе их нет. Насколько мы знаем, ваш сектор пуст, но проверить его мы должны. Тигр, ты командир патруля, но прислушивайся к советам Егеря — он как-никак опытнее тебя. У вас две точки, вторая и четвертая, пролегают рядом с границей — там глядите в оба. Егерь, не забывай, что я сказал про посадку, — многозначительно посмотрев на него, он шумно захлопнул папку серого цвета. — Бабай, ваша пятерка стартует через десять минут. Все остальные смены — расписание обычное. Пилоты, вы свободны!
Вскочив вместе со всеми, Джеймс начал энергично пробираться к выходу, задумавшись, почему его назначили старшим над гораздо более опытным и старшим по званию пилотом. В принципе, вчера вечером Вещунья говорила, что, мол, новичков обычно назначают на более ответственные места, дабы проверить их, но он не думал, что это вот так воплощается в жизнь. Поправив на голове пилотку, юноша бросился вдогонку за идущими к ангару пилотами.
Тот же день, сектор Оариис-с, семь световых лет от границы, 13:44.
Почти сто десять тяжелых, вдвое больше средних и легких крейсеров парили в пустоте. Четыре пятых флота сектора Оариис-с, во главе с флагманом «Ф'ффлик'кр» в безупречном боевом порядке неслись к границе двух секторов, килрачского и человеческого. Сотни космолетов мелькали между ними, как мошкара жарким летом, десятки транспортников и боевых баз следовали в арьергарде. Только два корабля выделялись из общей картины: один был трофейным транспортным кораблем Конфедерации, другой — причудливой громадой, вдесятеро превосходящей по размерам флагман. У непосвященного наблюдателя этот металлический хаос могло вызвать ассоциацию разве что с грудой металлолома, но бережливость, с которой тягачи обращались с ним, нарушала сие впечатление. Было ясно — это нечто, чем килрачи весьма и весьма дорожили!
Внезапно четыре истребителя скользнули к транспортнику. Выстроившись в виде клина, пятерка резко увеличила скорость, обгоняя передние корабли армады.
Затем тьма гиперпространства поглотила их.
Патруль системы Хоган, граница, 14:29.
— Четвертая точка, Тигр, — голос Егеря зазвучал под шлемом Джеймса. — Пусто.
— Пусто, — подтвердил Джеймс, регулируя приборы. Больше часа они рыскали по заложенному в их бортовые компьютеры маршруту, но не видели даже следа «котов». Район был чист.
— Два облака астероидов, куча космического мусора, три старых маяка. Не очень много как для границы, — резюмировал он. — И часто у вас такой «урожай»?
— Да как тебе сказать, — рассмеялся Егерь. — Бывает так, что в каждой точке по целому звену «Бабочек» ждет, а иногда: «Пуст космос, пустой мир…» — вполне прилично пропел он строчку из популярной песни. — Когда как. Ну что, летим домой?
— Летим, — подтвердил Джеймс, вводя последнюю команду в навигационный компьютер. — Координаты — 270.33.301, приготовиться к входу в субпространство. Переходим на гиперсвязь связь.
— Есть установить координаты 270.33.301. К переходу готов, связь установлена, — мгновенно отозвался Егерь. Джеймс нажал на кнопку автопилота, силовое поле, позволяющее пробить квантовый барьер, обволокло корабли, и две «Стрелы», многократно превысив световую скорость, понеслись к базе…
— Скажи, Егерь, как ты попал на «Гетман Хмельницкий»? — нарушил затянувшееся молчание Джеймс — в отличие от гиперпрыжов полет в субпространстве не выпадал из течения жизни Вселенной и всегда было время перевести дух.
— Как попал? — в наушниках зашуршал голос Роджера. — Как и все остальные — с большим трудом. Сначала я служил в войсках специального назначения сектора Оркос, потом меня перевели в Ригель. Там я дослужился до капитана и нахватал кучу наград за мужество. Под мое начало перевели дивизию отличных парней, с которыми мы устраивали рейды на планеты, захваченные килрачами. Однажды, — голос Кортнела дрогнул, и в нем послышалась застарелая боль, — мы высадились на Аяксе — это седьмая планета в системе Терра-2. Там был завод, производящий какую-то химическую гадость и электронику для истребителей. Заданием было уничтожить весь комплекс, закрепиться на местности и ждать подкрепления, но мы слишком поздно поняли, что нам устроили ловушку. Из этой миссии вернулось только двое — я и мой заместитель; он умер в госпитале. Я был ранен и на полгода выбыл из игры, пока доктора залечивали меня. Потом я подал рапорт о переводе из наземных войск в пилоты; рапорт удовлетворили, и после длительной переподготовки я прибыл сюда, на «Гетман Хмельницкий».
— Прошу прощения, — тихо пробормотал Джеймс, понимая, что картина гибели друзей на Аяксе до сих пор свежа в памяти Роджера.
— Не за что, — вздохнул Егерь. Все чувства вновь исчезли, и прежняя бесстрастность вернулась в голос. — Это война!
Громкий сигнал зуммера отвлек Джеймса. Приборная панель осветилась целым созвездием рубиновых огоньков, на дисплее навигационного компьютера запульсировало короткое сообщение.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42