А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Говорит «Гетман Хмельницкий», мы сбили истребитель противника! — чей-то восторженный голос ворвался в шлем Джеймса. На фоне громадной базы ярким цветком расплывался быстро блекнущий огонь: неожиданный маневр Джеймса «до смерти» удивил килрача — хоть умер-то он как раз благодаря одной из турелей базы, про которую он очень некстати забыл. Но тут юноше стало не до наблюдений: уже не истребители, а два перехватчика выходили на вектор атаки.
Не в пример последним, эти оказались более опытными или серьезными: как Джеймс ни старался, но уйти ему не давали, неумолимо сокращая расстояние. Закусив губу от волнения, он попытался обмануть их резкими и неожиданными сменами курса. Первая попытка удалась, но килрачи явно не собирались сдаваться и, угадав, каким-то образом, в какую сторону он свернет, дали по нему прицельный, хоть и короткий залп!
Тревожный кровавый свет залил кабину, сигнализируя о попадании. Пронзительно взвыли перегруженные генераторы защитного поля, отражая потоки плазмы, космолет затрясло так, что Джеймс едва не прикусил себе язык. К счастью, килрачи не смогли правильно скорректировать огонь, и «Жнец» выскочил из-под удара с незначительными повреждениями: один или два разряда пробили-таки силовой экран.
Побледневший и моментально утративший большую часть своего веселого настроения юноша рванул регулятор скорости до отказа, направляясь как можно ближе к обшивке базы. Два Дарха синхронно повторили его действия и, едва они замерли за его спиной, Джеймс резко повернул рукоять управления, включая ускоритель.
«Жнец» заложил крутой вираж в считанных километрах от выпячивающегося выступа отсека генераторов, а он зло рассмеялся: один «успешно» врезался в защитное поле базы, а другой, хоть и увернулся, но был как на ладони. Точная очередь отправила его к праотцам.
Расправившись со своими противниками, юноша посмотрел на дисплей. Паладин лениво крутился по левую сторону базы, «Стрелы» летали по другую сторону «Гетмана Хмельницкого», а Дарх в компании полудюжины уцелевших Салти вспомнил поговорку: «Бог неказист, но здоров» и умчался от греха подальше. Секунду Джеймс колебался, думая, стоит ли гнаться за ним, но, посмотрев на индикатор расстояния, отказался от этой идеи: их разделяло почти двенадцать кликов, а килрачи обладали преимуществом в скорости, да и угрозы они больше не представлял.
— Тигр, это Паладин. Как дела?
— Прекрасно, — ухмыльнулся Джеймс, расслышав неприкрытое удовлетворение в голосе серигуанина. Похоже, Паладин немало доволен собой и сражением. — Задали мы им жару.
— И не говори. Без потерь, и главное быстро!
— Быстро? — и в самом деле — с того момента, как они приблизились к «Гетман Хмельницкий» прошло около десяти минут. А он готов был поклясться, что бой занял не меньше получаса.
— Действительно быстро, — медленно произнес он. Включив диагностирующее устройство, юноша внимательно изучил выданный им отчет о состоянии корабля. Все-таки те несколько секунд, покуда его «Жнец» находился под обстрелом килрачей, не прошли бесследно: перегорело несколько блоков из генератора защитного поля, и небольшое повреждение получил ускоритель. Ничего опасного, но без ремонта в бой лучше не вступать.
«Если хочешь выжить, то должен научиться уважать килрачей, как они уважают нас…» — в голове зазвучали сказанные Бентаре слова. Что ж, первый же поединок — и они едва не стали реальностью; он вспомнил то презрение, с которым бросал «Жнеца» из стороны в сторону, стараясь уйти от преследователей, и внезапный удар плазмы, мгновенно доказавший, что здесь имеются и другие мастера пилотажа. Джеймс прекрасно понимал, что спасся он чудом: наведи килрачи немного точнее орудия — от него не осталось бы и пыли. Передернув плечами, юноша мысленно пообещал самому себе вести себя осторожнее в следующий раз.
— Тигр, — Джеймс заметил, что Паладин встал на крыло и, уравняв скорости, мчится рядом с ним. Три синих точки висели у самого края экрана, красных точек килрачей уже не было видно: радар истребителя действовал только в пределах пятнадцати километров. — Какие будут указания?
Голос и слова Паладина напомнили, кто был ведущим и командиром эскорта.
— Зеленый-1, Зеленый-2, Транспортник-234, прием. Сектор свободен, можете начинать операцию причаливания; встретимся на базе. Паладин, приступай к посадке. Конец передачи.
Выслушав подтверждение, Джеймс отключил системы вооружения, отыскал взглядом чернеющий прямоугольник входного отверстия в ангар и плавным движением направил истребитель к нему. Полюбовавшись сиянием посадочных огней, переходящих в ровное свечению стыковочной платформы, он переключил рацию на другую волну.
— «Гетман Хмельницкий», говорит Тигр, кодовый номер 8988-4235. Прошу разрешение на посадку, повторяю, прошу разрешения на посадку.
— Пилот Тигр, говорит «Гетман Хмельницкий». Вам разрешена посадка, повторяю, разрешена посадка. Переключайте ваши приборы в режим автоматического управления. Желаем благополучной посадки.
— Благодарю, — вежливо откликнулся Джеймс, выполняя необходимые манипуляции. Покачнувшись, «Жнец» начал самостоятельно спускаться к ангару «Гетмана Хмельницкого».
Боевая база «Гетман Хмельницкий», посадочный ангар. Двадцать минут спустя.
Стянув с себя сьютер, Джеймс лениво потянулся, с наслаждением вслушиваясь в хруст суставов. Рядом стоял Паладин, тоже избавившийся от своего костюма: серигуанин внимательно рассматривал огромный ангар, самый большой из того, что они когда-то видели: в длину он составлял до трехсот сорока метров, в ширину — сто двадцать. Правда, высотой он не отличался: до потолка было двадцать пять или двадцать восемь метров, не больше. Но, собственно говоря, большего и не требовалось — на «Гетмане Хмельницком» не причаливали крупные космические корабли, а для маленьких космолетов и транспортников таких размеров хватало с избытком.
— Даже не вериться… — тихо сказал Паладин.
— Что мы на «Гетмане Хмельницком»? — с понимающей улыбкой спросил юноша. — Да, ты прав: не верится. Я вспоминаю, как в детстве мечтал побывать на нем…
Посмеиваясь, Джеймс посмотрел по сторонам и насторожился, заметив идущего к ним высокого седого человека в форме полковника. Легко подтолкнув Паладина, Джеймс вытянулся в струнку и отдал салют, едва офицер приблизился к ним.
Ответив на приветствие, командор (то, что это командор базы Джеймс понял, заметив золотого орла, распростершего крылья под планками с наградами на его груди) остановился в двух-трех шагах, пристально рассматривая их. В свою очередь Джеймс не отрывал глаз от сурового, словно вырезанного из гранита лица светло-серого цвета, безошибочно указывающего на примесь фурсанской крови в нем. Темно-карие глаза без всякого выражения изучали их, цепко фиксируя каждую деталь. На какое-то время юношу озадачил неестественный вид кожи на шее командора, но, присмотревшись внимательно, он понял, что это последствие действия какого-то активного вещества — кислоты, а возможно и радиационного ожога.
— Вольно, пилоты. Мое имя Джон Фарбах. Я командор боевой базы «Гетман Хмельницкий». Вы, как я понимаю, лейтенанты второго ранга Джеймс Ли Твист, по кличке Тигр, и Сенул'лаапис Яо'орит, иначе Паладин? — переводя взгляд с одного на другого, отчеканил он.
— Да, сэр, — подтвердил Джеймс. — После завершения обучения в системе Мотор мы прибыли для дальнейшего прохождения службы на «Гетман Хмельницкий», — далее Джеймс коротко описал прыжок через гипертуннель, отданные во время сражения приказы, и про сам бой; Фарбах преимущественно молчал, лишь задал несколько вопросов в конце. Выслушав отчет до конца, командор усмехнулся и кивнул: «Вольно!».
— Что ж, рад видеть, что нам прислали неплохих пилотов. Впрочем, это подтверждает ваш первый бой: Тигр, ты сбил пять кораблей, Паладин — на твоем счету трое. Неплохо, весьма неплохо, — повторил он. — Мы на капитанском мостике пережили несколько неприятных минут под огнем «котов». К счастью, они не смогли нанести нам или «Свободе» серьезных повреждений, что весьма важно, так как мы после возвращения крейсеров сопровождения снимаемся с места и направляемся к границе — на ремонт времени у нас нет.
— К границе?.. Сэр, вы имеете в виду границу с сектором Фито-12? — осторожно переспросил Паладин.
— Нет, естественно, — фыркнул командор. Он хрустнул пальцами и посмотрел через весь ангар, где только что приземлилось две «Стрела», гораздо более совершенные и мощные истребители, нежели «Жнецы». Заметив откровенно завистливый взгляд Джеймса, устремленный на светло-зеленую обшивку и широкие раструбы излучателей «Стрел», Фарбах улыбнулся:
— Не волнуйся, скоро и вы будете летать на таких. А эти… развалины мы спрячем, — он кивнул в сторону «Жнецов». — Они только и годны, чтобы на них головы кто-то сложил.
— Ага, вот и они! — добавил командор, прежде чем Джеймс сумел сказать хоть пару слов в защиту «Жнецов», на которых тренировался почти шесть с половиной месяцев. Проследив за его взглядом, юноша заметил две фигуры в сьютерах, быстро приближающихся к ним. Вскинув руку к козырьку, более высокий пилот громко отрапортовал:
— Сэр, патруль зоны сто сорок семь дробь пять вернулся. Экстренных ситуаций и контактов с врагом во время полета не было. Метеоритный поток обнаружен на расстоянии двадцати восьми кликов от третей контрольной точки. Более ничего существенного не было обнаружено; после получения сигнала тревоги немедленно прервали миссию и возвратились на базу.
— Благодарю, Бабай, вольно! — К сожалению, новоприбывшие стояли так, что Джеймсу был виден профиль говорящего. Правда и этого хватало для богатого размышления: темно-серый цвет кожи вместе с седыми волосами отливающимися синевой говорил о большом возрасте и том, что местом рождения человека был сам Фурсан. Бабай был очень высоким, хоть, конечно, уступал Паладину, но на Джеймса ему придется смотреть, если что, сверху вниз — понял юноша. Цвета его глаз Джеймс рассмотреть не мог, однако по ястребиному изогнутый нос и тяжелый волевой подбородок выдавали решительный характер и силу воли, а массивная фигура и мощные узлы мышц свидетельствовали про незаурядную силу. — Я хочу познакомить вас с нашими новыми пилотами, которые только что прибыли на «Гетман Хмельницкий». Это майор Джон Шонт, мы зовем его Бабай: как и настоящего бабая его не видно, когда он атакует! — верзила неожиданно добродушно улыбнулся. — И капитан Жанна Констильон, по прозвищу Анджел.
Второй пилот, до этого момента закрытый от Джеймса фигурой Шонта, шагнул навстречу.
Первое, что отметил Джеймс — это огненно-рыжие волосы, рассыпавшиеся по плечам, и, словно хищный огонь, обрамлявшее миловидное личико с неожиданно строгими чертами. Карие глаза девушки дружелюбно глядели на Джеймса из-под длинных бровей; слегка припухлые губы открывали в едва уловимой улыбке два ряда молочно-белых зубов; маленький, прекрасной формы нос немного задирался вверх, но это не портило ее лицо — даже наоборот, придавало ему влекущее выражение. На первый взгляд казалось, что Анджел младше его, но, присмотревшись, Джеймс понял, что это впечатление ошибочно: девушке было двадцать один — двадцать три года. Осторожно пожав протянутую ему руку, Джеймс неловко кашлянул, и посмотрел на Фарбаха.
— А это лейтенанты второго ранга Джеймс Ли Твист и прибывший к нам с Серигуана Сенул'лаапис Яо'орит, по кличке Паладин. Они зачислены в эскадрон «Черных Дьяволов», то есть прямо к вам.
— Очень приятно, — глубокий и чистый голос несказанно поразил Джеймса. Глаза девушки довольно блеснули, но на лице не дрогнул ни один мускул. — Мы видели, как вы разогнали килрачей, которые, как я слышала, застали всех со спущенными штанами? — хоть обращалась она к ним обоим, но смотрела на Джеймса в упор, отчего юноша чувствовал себя не очень уверено.
— Минутку, Анджел! — прищурил глаз командор. — Интересно, где это ты слышала?
— С техниками поболтали: после боя мы немного встревожились без свежих новостей, — мотнул головой Шонт. Заложив за спину руки и покачиваясь с пяток на носки, он раздумывал о чем-то своем, слушая, вместе с тем, разговор. — Кстати, мы ведь сбили не всех? Сколько сбежало?
— Шестеро: пять Салти и, вероятно, командир на Дархе, — ответил Паладин, закинув две руки за голову, а оставшимися двумя уцепившись за поручни за спиной: оба пилота и командор с немалым любопытством воззрились на серигуанина. — Многих сбил «Гетман Хмельницкий», троих сбил я, а остальные пять на его совести.
Широким жестом Паладин указал на Джеймса, который пожал плечами: мол, что там! Но, встретив взгляд Анджел, смешался.
— Потом поговорите, — проворчал Фарбах и посмотрел на свой интерком: кто-то вызывал его с мостика. — Мы прыгаем к месту встречи с крейсерами через, м..мм, через двадцать три минуты. Джон, переодевайся и через четверть часа будь на капитанском мостике с подробным докладом. Ли Твист, Паладин?
— Сэр?
— Благодарю вас за прекрасную работу и помощь, оказанную в критической ситуации, — командор достал из кармана сложенный вчетверо лист плотной розовой бумаги и протянул его Джеймсу:
— Это схема помещений на базе. Сейчас отправляйтесь к интенданту — пусть он выдаст вам все необходимое, затем устройтесь в казарме. Жанна, сегодня ты не работаешь на тренажерах?
— Нет, сэр, — отрицательно помотала головой девушка, отчего ее волосы пышным ореолом взметнулись вокруг головы. — Сегодня я свободна.
— Тогда, после того как Джеймс и Паладин разместятся, познакомь их с нашим распорядком и представь «Черным Дьяволам». Джон, я думаю, что Тигра можно записать в вашу пятерку, а Паладина — в пятерку Снежка. Согласен? — Согласен, сэр, — моментально ответил пилот, осмотрев между делом Джеймса критическим взглядом; Анджел кивнула, одобряя предложение Фарбаха.
— Ну, вот и хорошо. В таком случае все свободны, — командор попрощался и размашисто устремился к выходу из ангара.
— Что ж, добро пожаловать на «Гетман Хмельницкий», — Шонт протянул Джеймсу, а затем и Паладину руку. Тонкие и хрупкие на вид пальцы с немалой силой стиснули кисть юноши, впрочем, Джеймс не остался в долгу, вложив всю силу в рукопожатие. — Жаль, что не могу потолковать с вами, но это не проблема — вечером поговорим. А пока я должен быстро переодеться и бежать на мостик.
— Передай, пусть проверят свою аппаратуру, — крикнула вдогонку Жанна. — У меня два раза посадочный луч чуть не сорвался. Это Маньяк и Егерь у нас специалисты по посадке без луча, а я шею себе сломать не хочу. Передашь?
— Передам, передам… — он скрылся в центральном коридоре.
Паладин, Джеймс и Жанна неторопливо направились за ним к выходу. Джеймс раскрыл карту и одним глазом рассматривал хитроумное сплетение переходов, коридоров и помещений.
Широкий коридор, который, как пояснила Анджел, вел от главного ангара к рубке управления и капитанскому мостику, а также столовой, в длину был приблизительно полтора километра и пронзал всю базу насквозь. От него веером расходились мелкие коридоры и туннели, а через равные промежутки стояли турболифты, позволяющие быстро попасть с уровня на уровень. Всего на базе было восемь уровней, самым большим из которых считался тот, на котором они находились. Рядом с ангаром располагались хранилища космолетов, топлива и оружия, а на протяжении ста метров вдоль главного коридора — душевые и раздевалки для пилотов плюс маленькая столовая для технического персонала.
Оставив Анджел около одной из душевых и договорившись встретиться в столовой через два часа (причем Джеймс с трудом отделался от мысли, что назначили девушке свидание), они поспешили на третий уровень, где была контора интенданта и казармы пилотов. Наземные войска и персонал боевой базы расквартировывались уровнем ниже, над главным коридором и ангаром, а под ним были хранилища военной техники, главный арсенал и медицинский центр. Седьмой уровень был полностью отдан под лаборатории, тюремные камеры и хранилища пищевых запасов, кислорода, одежды и подобных вещей, обеспечивающих определенный комфорт на базе. Восьмой уровень и всю заднюю часть занимали двигатели, реактор и система жизнеобеспечения вперемешку с ракетными установками, кормовою антипротонною пушкою и турель-батареями. Дальше уже начиналась сверхпрочная броня и безбрежный космос за ней.
Девушка, вкратце описывая структуру базы, ничего не сказала про первые два уровня, но Джеймс, внимательно изучив карту, нашел набранную мелким шрифтом пометку, где описывалось назначения каждого уровня. Если верить ей, то на втором уровне был построен тренировочный зал и миниатюрный полигон, а первый, самый маленький уровень находился в полном распоряжении турель-батарей, генераторов защитного поля и сканирующих устройств, беспрерывно изучающих пространство вокруг «Гетман Хмельницкий» на предмет кораблей противника или метеоритных потоков.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42