А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— А я нет. Не верю я, чтобы такого, как Пьер, кто-то так сильно любил.
— Как раз у таких людей самая сильная привязанность, — возразил Дерк. — К тому же он обещал нам хорошие деньги. Не забывай об этом.
— Ладно, — неохотно согласился Скайт. — Но вот этот… как же его…
— Эбл.
— Да, Эбл. Уж он-то лукавит однозначно.
— Это неважно.
— Почему?
— Я уже объяснял Пьеру, когда мы первый раз разговаривали с Эблом в хранилище банка, что нам главное — покинуть Плобой. А теперь, когда мы добились своего, Эбл нам больше не нужен. Мы можем спокойно оставить его.
— Каким образом ты собираешься это сделать? Это не поезд, мы на звездолете — сойти не сможем.
— Надо под каким-нибудь предлогом совершить посадку, например, на Вафну. Эта планета как раз по пути.
— Лучше всего совершить посадку в наше дежурство, пока Эбл будет отдыхать, — внес предложение Скайт, затянулся сигаретой и вдруг опомнился: — Но это нечестно!
Дерк подавился дымом и закашлялся.
— Подожди, Скайт, подожди, — протирая заслезившийся от дыма глаз, попросил он. — Что ты там мне вначале хотел сказать об этом Эбле?
— Что он что-то скрывает от нас.
— Ну. — Дерк затушил окурок о край стола и бросил его на пол. — Поэтому мы имеем полное право в ближайшем порту оставить этот замечательный звездолет вместе с его хозяином и уродцем на гусеницах.
— Это ты о ком? — не понял Скайт.
— О роботе-слуге Эбла, у которого корпус из черного пластика и имя дурацкое, хуже, чем у хозяина, — Борис.
— Мне Борис понравился — интеллигентный робот с высоким интеллектом.
— Дурак на колесиках, — не согласился Дерк. — По его милости я сейчас в носках хожу.
— В этом Эбл виноват — это он завел такие порядки на звездолете. Чувствуется, что у парня было неправильное воспитание. Как-никак дворянин. Его испортили всякими церемониями и хорошими манерами, вот он и стал перегибать палку там, где это совсем необязательно. — Скайт выпустил облако табачного дыма. — Все-таки для чего ему эпидетермическая бомба?
— Пьер предполагает, что Эбл работает на Имперскую разведку.
— Если это так, то бомба нужна самому Императору — Ивану Штиху, — сделал вывод Скайт.
— Может, Штих не хочет, чтобы она попала в руки его противников, — предположил Дерк.
— Тогда Имперская разведка нас просто бы ликвидировала, а она, наоборот, нам помогает. Даже дипломатов к этому делу подключили.
— Какая разница? Что толку попусту гадать, кому и для каких целей понадобилась эпидетермическая бомба. В любом случае мы уже на корабле и направляемся к Энвантиненту.
— Я не согласен, — возразил Скайт. — Разница есть. Если мы будем располагать информацией обо всех тонкостях предстоящего предприятия, то будем заранее знать, что можно ожидать от наших попутчиков.
— Если Пьер заплатит обещанный гонорар, я соглашусь и не знать истинных целей поездки, — сказал Дерк.
— Как нас не хотели выпускать с Плобоя люди Даркмана, — вспомнил Скайт.
— Конечно! Ты только представь, какие возможности открываются у Даркмана, если он заполучит эпидетермическую бомбу, — заметил Дерк. — Не зря все словно с ума посходили. Каждый понимает, что у кого окажется бомба, за того и проголосуют избиратели.
Скайт некоторое время в задумчивости молча докуривал сигарету и только после того, как красный огонек дошел почти до самого фильтра, высказал свои заключительные предположения:
— Расклад здесь такой, нанял нас Пьер Хилдрет, летим мы на корабле… — Скайт запнулся. — Все время забываю, как зовут этого парня?
— Эбл, — усмехнувшись, подсказал Дерк, — просто Эбл.
— Да — Эбл, — согласился с ним Скайт, — так действительно будет проще. — И продолжил: — Летим мы, значит, на корабле Эбла, а деньги платит Хилдрет, следовательно, для нас главнее Хилдрет.
Скайт встал, прошел в санузел и выкинул окурок в унитаз.
— Пошли, навестим Пьера, — предложил он Дерку. — Поговорим с ним насчет посадки на Вафну.
Дерк встал и направился за Скайтом к дверям каюты. Уорнер открыл дверь и чуть не налетел на Бориса. Робот, моргая диафрагмами видеокамер, уступил дорогу и вежливо осведомился:
— Извините, господин Скайт Уорнер, не подскажете мне, где я могу найти господина Дерка Улиткинса?
— Он здесь, — ответил Скайт и вышел в коридор, чтобы Борис увидел Дерка.
— Что тебе, урод? — сурово спросил Дерк, выйдя в коридор следом за Скайтом.
— Я приготовил вам тапочки, Хозяин Дерк. — Борис положил перед Дерком зеленые матерчатые тапочки.
— Давно пора. — Дерк надел принесенные роботом тапки и, примериваясь, потопал ногами по полу.
— Я старался, чтобы они вам понравились, Хозяин Дерк, — сказал Борис, ожидая похвалы.
— Да, Борис, — Дерк покровительственно положил руку на плечевой шарнир робота, — кое-что ты все-таки делать умеешь. Это хорошо. Когда я продам тебя робототорговцу, за тебя можно будет выручить больше денег, чем те, на которые я рассчитывал раньше. А сейчас ступай к Скайту в каюту и подбери окурок с пола, который я туда уронил.
На жидкокристаллическом дисплее робота появилась надпись из трех букв на незнакомом языке и тут же пропала. Борис зажужжал моторчиком и поехал выполнять распоряжение.
— Интеллигентный робот, — сказал Скайт, — ничего тебе не ответил.
— Попробовал бы он слово сказать, — усмехнулся Дерк, — я бы тогда точно ему все манипуляторы поотрывал.
Друзья пошли к каюте Пьера Хилдрета. Ее дверь оказалась запертой изнутри. Скайт нажал на кнопку вызова селектора связи сбоку.
— Пьер, чего закрываешься? Давай открывай, дело есть, поговорить надо.
— Одну минуту, — отозвался из динамика переговорного устройства голос Хилдрета.
— Что он там делает? — спросил Дерк.
— Деньги пересчитывает, — предположил Скайт.
— Не иначе, — согласился Дерк.
Они замолчали, ожидая, когда наконец Пьер соизволит впустить их, но тот не торопился.
— Что он там так долго возится? — Дерк стал терять терпение. Он пару раз ударил по стальной поверхности кулаком. — Пьер, открывай!
Наконец, дверь в каюту открылась, и появился Пьер Хилдрет. Он был одет в новый ярко-желтый комбинезон, гармонирующий с желтыми тапками, которые ему дал Борис. Лицо Пьера с чисто выбритым подбородком раскраснелось после душа. Остатки волос мастер по взлому сейфов зачесал назад, стараясь прикрыть лысину, и обильно надушился цитрусовым дезодорантом «Кумкват».
— А вы еще не успели привести себя в порядок? — удивился Пьер, когда Дерк и Скайт прошли к нему в каюту.
— Мы делами занимались, — дотронувшись до щетины на подбородке, ответил Скайт. — Присесть можно?
— Конечно, пожалуйста! — Пьер показал на стулья. Каюта Хилдрета ничем не отличалась от других кают на корабле, лишь жалюзи на большом круглом иллюминаторе сейчас были открыты, и за толстым стеклом на черном фоне космического пространства плыли звезды. А так обстановка была похожа: две кровати, стол с двумя стульями, стенные шкафы и дверь в совмещенный санузел.
Скайт с Дерком сели на стулья, а Пьер расположился на кровати.
— Борис предложил привести в порядок мой костюм, — сообщил он, — пока он будет этим заниматься, я решил воспользоваться одеждой в шкафу каюты. А у вас в каюте есть встроенные шкафы с одеждой?
— Это не важно, — отмахнулся Скайт на вопрос Пьера об одежде. — Мы хотим поговорить об Эбле и экспедиции в целом.
— И попросить аванс, — напомнил Дерк.
— Аванс? — Хилдрет сразу стал серьезным. — Сколько вы хотите?
Скайт с Дерком переглянулись.
— Половину от гонорара, — ответил Дерк.
— Минуту, — Хилдрет нервно задергал веком левого глаза, — это очень большая сумма… Мы еще не проделали половину пути… Джентльмены, согласитесь, что полмиллиона в качестве аванса — это слишком много.
— Тогда сколько предлагаешь ты? — задал вопрос Скайт.
— Десять тысяч.
— Сколько?! — возмущенно воскликнул Дерк. — Жалкие крохи!
— Это всего один процент от гонорара, — серьезно заметил Скайт Уорнер.
— Но это все равно очень большие деньги, — возразил Пьер.
— Аванс обычно составляет не меньше десяти процентов от суммы гонорара, — на слова Пьера ответил Скайт.
— Вот именно! — вставил Дерк.
— Но мы еще даже не добрались до границ Энвантинента.
Уорнер задумался. В словах Пьера было рациональное зерно. До Энвантинента нужно было еще долететь, а самое главное: вернуться обратно. К тому же волею обстоятельств сейчас они находятся на чужом корабле.
— Хорошо, десять тысяч так десять тысяч, — согласился он.
— Каждому, — поправил Дерк.
Хилдрет на секунду замялся, но потом, видимо, решил, что двадцать тысяч — это лучше, чем полмиллиона, встал с кровати и направился к одному из стенных шкафов. Достал оттуда чемодан. Положил его на пол и посмотрел на компаньонов.
— Отвернитесь, пожалуйста.
Скайт взглянул на Хилдрета. Конечно, можно было поспорить, пристыдить его за недоверие, но это не имело никакого смысла, и Скайт отвернулся. А вот Дерк не преминул затеять спор и вставить пару колких фраз по этому поводу.
— Ты что, Пьер, нам не доверяешь?! — возмутился он.
— Почему же, — попытался оправдаться Хилдрет, — доверяю.
— Тогда как тебя понимать? Ты летишь с нами в жуткое место, где проще сгинуть без следа, чем найти дорогу назад, и боишься показать напарникам содержимое своего «дипломата»? Если бы мы захотели, то давно могли забрать себе этот чемодан со всем его содержимым.
— Вот как раз на этот случай я предусмотрел кое-какое приспособление, — пояснил Хилдрет.
— Значит, ты нам не доверяешь, — сделал вывод Дерк. — Боишься, что мы украдем твои деньги. Доверяешь жизнь, но не кошелек. Это по меньшей мере странно, Пьер. Неужели ты ценишь свою жизнь меньше какого-то жалкого миллиона кредитов?
— Ну что вам, трудно отвернуться? — с мольбой в голосе попросил Хилдрет.
— Пьер, ты должен понять… — начал опять приставать к Хилдрету Дерк Улиткинс, но Скайт его толкнул в бок.
— Хватит, Дерк. Тебе что, одного Бориса мало? Обязательно и над Пьером поиздеваться надо?
— А что я? — удивился Дерк.
— Ну, не хочет Пьер, чтобы мы видели, как он открывает чемодан. Так зачем ты нервы человеку треплешь?
— Ладно, — неохотно уступил Дерк, — я могу и отвернуться. Только чего там прятать, денег я, что ли, не видел? Впрочем, если у него там резиновая кукла, то это все объясняет.
Улиткинс отвернулся к иллюминатору, куда уже смотрел Скайт. В отражении стекла хорошо был виден Пьер Хилдрет с чемоданом на полу.
Убедившись, что пилоты отвернулись, Хилдрет открыл крышку, набрав код на кнопочной панели, отключил какое-то устройство и стал вынимать из черного полиэтиленового мешка, в каких обычно выносят мусор, тугие пачки денежных знаков. Он внимательно осматривал каждую пачку и складывал на полу возле себя в две одинаковые стопки. При этом вид у «медвежатника» был такой, словно он играл в кубики.
Наконец двадцать тысяч были извлечены, и Пьер закрыл чемодан.
— Можете повернуться, — сообщил он, поднялся с пола и положил деньги на стол.
— Ну что, не ошибся? — спросил Дерк, беря ближайшую к себе стопку денежных знаков.
— Можете пересчитать, — ответил Хилдрет и убрал чемодан обратно в шкаф.
Скайт, не считая, распихал пачки по карманам куртки. А Дерк принялся пересчитывать:
— Одна, две… четыре… восемь, девять… Пьер, ты просчитался, одной тысячи не хватает.
— Что?! — ошеломленно воскликнул Хилдрет. Он никак не ожидал того, что мог ошибиться. — Этого не может быть! Я пересчитывал несколько раз. Дай, я еще пересчитаю. — Он потянулся к стопке, лежащей перед Дерком на столе, но Улиткинс забрал ее и спрятал во внутренний карман своей замшевой куртки.
— Я пошутил, — засмеявшись, произнес он. — Классно я вас разыграл!
Но, кроме него самого, эту шутку никто не оценил, поэтому Дерку пришлось смеяться в одиночестве.
— Теперь о главном, — сказал Скайт, обращаясь к Хилдрету, когда напарник немного успокоился. — Плобой мы успешно покинули, теперь можем покинуть и звездолет Эбла.
— Инэксхоблуста-Эбла, — поправил Хилдрет.
— Мы решили звать его Эбл — это проще и понятнее.
— В принципе… — неуверенно согласился Хилдрет.
— План такой, — продолжил Скайт, — во время нашего дежурства меняем курс и делаем посадку на Вафне, где незамедлительно покидаем этот прекрасный звездолет.
— А если Эбл заметит, что вы поменяли курс?
— Каким образом?
— Ну, не знаю… Посадку звездолета на планету невозможно не заметить, где бы ты ни находился — в рубке управления либо в каюте.
— А ведь Пьер прав, — заметил Дерк, — начнет трясти, когда войдем в плотные слои атмосферы.
— Я могу совершить посадку так, что он даже не заметит, — не согласился Скайт.
— Много горючего сожжешь, — сказал Дерк.
— Не нашего.
— Все равно Эбл заметит.
— Каким образом?
— Двигатель будет постоянно работать. Когда я летал на истребителе…
— Это не истребитель.
— Эблу достаточно будет взглянуть в иллюминатор.
— Вот об этом я не подумал, — согласился Скайт. Дерк Улиткинс достал сигареты.
— Будешь?
Скайт взял сигарету из предложенной пачки.
— А ты, Пьер?
Пьер тоже взял сигарету. Компаньоны закурили.
— Что делать? — задал вопрос Скайт. — Как нам попасть на Вафну?
— А стоит ли вообще менять звездолет? — спросил Пьер.
— Но ты же сам не хотел лететь с Эблом, — напомнил Скайт.
— Тогда я думал, что это опасно.
— Что же сейчас заставило тебя поменять свое мнение?
— Хороший звездолет. Все удобства, — ответил Хилдрет. — К тому же Эбл нас не обманул, из экипажа на звездолете только мы вчетвером.
Дерк Улиткинс усмехнулся и выпустил тонкую струйку дыма в потолок каюты.
— Ты чего? — спросил Скайт.
— Как же, ты думаешь, Пьер поменял свое мнение, потому что ему понравился звездолет? Как бы не так, он боится, что когда мы на Вафне покинем Эбла, то затем свалим и от него.
— Ты действительно так думал, Пьер? — спросил Скайт.
— Ничего подобного! — возмутился толстяк. — Ив голову не приходили такие мысли!
— Признайся, Пьер, что думал об этом, — продолжал настаивать Дерк, — думал, что мы прихватим аванс и исчезнем. Ведь так, Пьер?
— Ни в коем случае! Как вы можете так думать о людях?! — Хилдрет от возмущения даже покраснел.
— Да, Дерк, — согласился с Пьером Скайт, — ты сейчас не прав.
— И ты туда же? Разуй глаза, Скайт, вокруг одни негодяи и предатели.
— Дерк, что с тобой9 Чего ты так разошелся?
— А ничего. Посмотри на Пьера. Я думал, он нормальный мужик, а он… — Дерк с досады махнул рукой, от чего начатая сигарета выпала из его рук и упала на пол каюты. Он не стал затруднять себя ее подъемом, а достал из пачки новую. — Аванс выплатил… — говорил Дерк, зажав зубами сигарету и прикуривая от зажигалки, — жалкие крохи, и теперь боится покинуть корабль. — Прикурив, он выпустил облако дыма. — Жадина оказался наш компаньон, вот что.
— Ты не прав, Дерк, — попытался унять друга Скайт, но Дерк прервал и его.
— Ты, Скайт, тоже хорош, всем всегда уступаешь. Десять тысяч так десять тысяч. Он тебе что, родственник? Ты еще у Браена Глума людям доверял до самого последнего, пока они на тебя бластер не наставили. Ничему тебя жизнь не научила.
— Хватит, Дерк, если ты сейчас же не заткнешься, я тебя пристрелю.
— Ладно, замолкаю, но свое мнение я еще выскажу, и не раз. — Дерк с оскорбленным видом повернулся вполоборота к Скайту, закинул ногу на ногу и стал молча пускать кольца дыма в потолок каюты.
— В принципе на Вафну залететь можно, — через некоторое время сказал Хилдрет. — Мне нужны кое-какие приборы, но это необязательно.
— Предлагаю, — сказал Скайт, — когда будем пролетать рядом с Вафной, тогда и решим, что предпримем, останемся ли на корабле Эбла или же наймем свой собственный корабль
— Хорошо, — согласился Хилдрет. А Дерк лишь недовольно хмыкнул себе под нос.
Глава 2. «ПАНОРАМА»
— Сегодня понедельник — последний понедельник в предвыборной гонке кандидатов за кресло мэра Плобитауна, — сообщает телеведущий с экрана телевизора. — Вы смотрите программу новостей восьмидесятого Плобитаунского канала. Вся самая свежая и интересная информация для вас в программе «Панорама»!
Под торжественную музыку над горизонтом поднимаются буквы П, А, Н, О, Р, А, М, А, их освещает солнце, бьют литавры.
— Как заявили представители предвыборного штаба Джеймса Хэнка — кандидата номер два на кресло мэра нашего города, Хэнк никогда не говорил, что обезвредил взрывное устройство в поезде ПСМД Плобитаун—Грейфикс. Тем более комиссар никогда не выдавал за бомбу свой термос, подаренный ему сослуживцами за бескомпромиссную борьбу с преступностью Плобитауна и укрепление правопорядка в городе. Все инсинуации по этому поводу исходят из предвыборных штабов Леона Смайлза и Боба Даркмана. Не секрет, что нанятые ими борзописцы используют все грязные политические технологии и не гнушаются не только подтасовкой фактов, но и откровенной ложью, чтобы очернить доброе имя комиссара Хэнка в глазах общественности Плобитауна.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49