А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Знаете, словно была чем-то очень довольна.
— Вполне может быть, — сказал Харт. — Ну, большое спасибо, Бен.
Он положил трубку и вернулся в спальню. Сопротивление девушки с каштановыми волосами было не столь крепко, как крепок был джин, который она выпила. Скомканная простыня сбилась к изножию кровати, а сама Пегги лежала на спине с закрытыми глазами. Ее маленькие груди то поднимались, то опускались в такт с ее легким, ритмичным дыханием.
Харт взял сигарету из пачки на прикроватном столике и внимательно посмотрел на спящую сквозь пламя зажигалки. Перед ним открывалось два пути: либо одеться, выйти за дверь и забыть о случайной встрече, либо подождать, пока Пегги достаточно протрезвеет, чтобы с ней можно было серьезно поговорить. Он решил выбрать последний.
Опять эти армейские игры! Если положение в обществе дает человеку определенные привилегии, оно также и накладывает определенные обязательства. Если Бонни Темпест жива, то он должен об этом знать. Он не сможет жить в мире с самим собой, зная, что принимал активное участие в вынесении смертного приговора невиновному человеку.
Он оделся, не спуская глаз с Пегги.
Судя по тому, что он знал о женщинах (а он считал, что разбирался в них очень даже неплохо), к утру Пегги откажется говорить на эту тему. И ничто не "сможет заставить ее делать это. Она лишь сказала то, что сказала под воздействием алкоголя и подавляемых эмоций. К утру она будет все отрицать, поскольку ненавидит Коттона и решительно настроена рассчитаться с ним.
Харт вздохнул и прошел в ванную, чтобы намочить полотенце. Пока он ждал, когда ткань пропитается холодной водой, он рассматривал собственную физиономию в зеркале над раковиной: на него смотрел довольно приятный мужчина средних лет.
— Послушай, Док, — сказал Харт собственному отражению, — ты уже слишком стар для подобных историй. Настало время вернуться к ступке с пестиком.
Он прошел в спальню и приподнял девушку, чтобы посадить ее в постели. Сначала он прижал мокрое полотенце к ее шее сзади, потом протер им лицо и грудь.
— Пегги! Давай же! Просыпайся!
Девушка, ровно дыша, безвольно повисла у него на руке. Харт попытался легонько ударить ее по щеке. Никакого эффекта. Ему следует предпринять нечто более радикальное. Он безуспешно обыскал аптечку в ванной в поисках нашатыря, а потом с тем же успехом и кухню, стараясь найти какое-нибудь обычное домашнее средство.
Некоторое время он стоял в нерешительности. Потом понял, что надо делать. Его аптека находится на расстоянии менее мили. Он может взять все необходимое там.
Харт отыскал сумочку девушки, но ключей в ней не оказалось. После минутного колебания он поставил замок на предохранитель, чтобы потом беспрепятственно вернуться, и тихонько закрыл за собой дверь. В таком состоянии Пегги вряд ли куда-нибудь уйдет за те несколько минут, что он будет отсутствовать.
Ветер был сухим, утро — теплым, что обещало в перспективе еще более жаркий день, чем предыдущий. Харт открыл дверцу машины, потом постоял немного, оглянувшись на дом, из которого только что вышел. Свет горел только в квартире Пегги. Судя по всему, ни один страдающий бессонницей сосед не встал за стаканом воды, не пошел в ванную и не размышлял о тщете всего сущего, поэтому не мог видеть, как Харт входил и выходил из подъезда. Он надеялся, что его возвращения тоже никто не заметит, и улыбнулся про себя. Удивительно, каким правильным и респектабельным может стать человек после удовлетворения страсти, которая за несколько минут до этого вынуждала его пинать двери ногами.
На боковой улочке вообще не было транспорта, а на бульваре он был немногочислен. Харт преодолел расстояние до своей аптеки за считанные минуты. Некоторое время он сидел в своем автомобиле, припаркованном перед знакомым зданием, с восхищением глядя на свое детище. И было чем восхищаться. Если не считать значительной суммы вложенных денег, аптека, превышающая в три раза по размеру подобные стандартные заведения, представляла собой несчетное количество рабочих часов упорного труда и хлопот, а кроме всего прочего, и жертву, которую он принес в свои младые годы, отказавшись от нормальной цели нормального молодого человека — жены и семьи. Если банальная народная поговорка о том, что человек платит за то, что имеет, верна, то она должна стоять под номером первым в параде старинных мудрых изречений. Черт подери, эта поговорка прекрасно подходит как для его промахов, так и для успехов!
Харт пересек тротуар и отпер парадную дверь. В качестве предосторожности от воров везде горел свет, поэтому всю ночь каждый уголок интерьера аптеки просматривался прямо с тротуара.
Кондиционер превратил аптеку в долгожданное отдохновение от уличной жары. Пахло чистотой и свежестью, запахи дорогих духов, хорошей еды и хорошего табака перемешивались с едва уловимым запахом лекарств, присущим всем аптекам. Уборщицы давно закончили свою работу. Нигде ни единого пятнышка. Стеклянные витрины сверкали. Харта снова охватила досада. Человек провел три четверти своей жизни сражаясь за чистоту, среди антисептиков. Чистоту он сделал своим фетишем. А потом свалял дурака, вступив в интимные отношения с девушкой, с которой был знаком меньше часа, с девушкой, которую подобрал на автобусной остановке!
"Тогда садитесь. Я отвезу вас домой”, — сказал он ей.
Харт прошел прямо в рецептурный отдел и взял то, что, по его мнению, было необходимо, включая немного снотворного, чтобы вернуть Пегги в сон, после того как он с ней переговорит, и седативный препарат для успокоения нервов.
Он до сих пор не знал, как поступить, если решит, что Пегги говорит ему правду, если, конечно, она станет настаивать на том, что видела живой женщину, которая предположительно должна быть мертвой. Каким образом он передаст эту информацию в офис генерального прокурора штата, не сообщая, при каких обстоятельствах эта информация была получена, он не представлял себе.
Несмотря на кондиционер, Харту вдруг стало в аптеке так же жарко, как и в комнате для заседаний присяжных или небольшой спаленке Пегги. Он взял кусочек ваты из коробки на прилавке и вытер пот, выступивший у него на лице.
Даже если рассказ Пегги окажется правдой, несмотря на то, что она имеет извращенное понятие о мести, желая смерти Гарри Коттону за преступление, которое он не совершал, Харт не видел, как он или она могут доказать правдивость ее утверждений. А без достоверных доказательств генеральный прокурор может избрать один из трех вариантов — посмеяться над ним и выставить вон из своего кабинета; направить на обследование к психиатру; приказать посадить с тем же обвинением, какое штат выдвинул против Коттона по делу Бонни. Конечно, он респектабельный бизнесмен. Но это как сказать. Ведь сладость аромата розы не зависит от шипов. По сути, если уж на то пошло, романтического скитальца вполне можно назвать слоняющимся без пользы бездельником. Все зависит от того, где ты сидишь, независимо от того, присел ли ты просто отдохнуть или заседаешь в зале суда в качестве присяжного.
Харт принял решение. Он заставит Пегги протрезветь до такого состояния, чтобы она могла говорить. Он заставит ее повторить то, что она ему сказала. Потом, если он окончательно решит, что она говорит правду, он позвонит своему адвокату и попросит у него совета. Келли наверняка знает, что делать. Он уж точно знает, как передать информацию в соответствующие инстанции и начать расследование, которое приведет к пересмотру дела Коттона без привлечения и Харта, и Пегги.
Возможно, он ставит себя в весьма дурацкое положение, поверив в рассказанную девушкой историю. Шансы на то, что этот рассказ правдив, — двенадцать против одного. Бонни наверняка мертва. Коттон убил ее из-за бриллиантов и вытолкнул мертвое тело через иллюминатор, рассудив, что, даже если его поймают, штат не будет в состоянии предъявить никаких вещественных улик.
Харт еще раз удостоверился, что взял все, что ему потребуется, и направился было по проходу позади прилавка к двери, но остановился, испытав тошнотворное ощущение, словно его желудок вдруг опустился куда-то, поскольку обнаружилось, что в аптеке он не один. Кто-то прятался в одной из кабинок рядом с фонтаном. Он разглядел в наружной витрине неясное отражение скорчившегося человека. В ящике за сигаретным прилавком есть пистолет. Он вытащил оружие и осторожно вернулся тем же путем, что и пришел, а потом через склад и кухню зашел незваному гостю за спину. Не дойдя десяти футов до кабинки, он тихо сказал:
— Порядок! Выходи с поднятыми руками!
Из кабинки ответа не последовало. Харт сделал еще три осторожных шага и почувствовал себя в глупом положении. Отражение, которое он увидел в витрине, принадлежало Герте. Все тот же коротенький конский хвостик весело торчал на ее затылке! Положив голову на руки, лежащие на столике, блондинка спала так же мирно, как Пегги, когда он уходил. На столике рядом с ней, в нескольких дюймах от согнутого локтя, стоял трехслойный шоколадный торт, его любимый, на котором повар сделал надпись белым кремом: “Добро пожаловать домой, Док!"
Харт мысленно восстановил сцену. Мэнни, Грета и его остальные сотрудники запланировали вечеринку в его честь, когда узнали, что заседание суда завершилось. Они прождали в закрытой аптеке несколько часов. А он в это время развлекался с девушкой, чьим единственным интересом была месть мужчине, который дал ей для этого хороший повод. Все остальные в конце концов пошли домой, но Герта осталась. Харт почти слышал, как она говорит своим юным голоском: “Хорошо, идите. Кому-то ведь нужно подождать. Кто-то же должен быть тут, чтобы сказать Доку, как мы рады, что он вернулся”.
Харт впал в уныние. Он обманул ее ожидания. Он обманул ожидания всех. Он хотел было положить руки на плечи девушки, но передумал: лучше всего покончить дела с Пегги как можно скорее, а потом вернуться и проводить Герту домой.

***
Короткая поездка в квартиру Пегги показалась ему бесконечной. Харт даже не понял, пока не вышел на тротуар, что все еще держит в руке пистолет. Чем снова отпирать аптеку, он предпочел опустить оружие в боковой карман пиджака. Не успел он пройти и двух кварталов, как пожалел об этом. Тяжелый пистолет оттягивал пиджак, отчего воротник стал натирать шею.
Вдобавок к раздражению за те несколько минут его отсутствия кто-то умудрился припарковать перед домом Пегги автомобиль последней модели, и ему пришлось поехать вверх по холму и миновать следующий перекресток, прежде чем нашлось место, где он мог бы оставить свою машину.
К тому времени, когда Харт прошел длинный квартал назад к дому Пегги, все его тело стало мокрым от пота. Он чувствовал усталость и раздражение. Заплеванный лестничный пролет, ведущий на второй этаж, показался ему очень крутым. Дверь, которую он оставил прикрытой, теперь была распахнута, и ее раскачивал горячий бриз, время от времени дующий вверх по лестнице, словно желая напомнить спящим жильцам, что в далеком прошлом Город ангелов был не чем иным, как безводной пустыней.
Харт прикрыл дверь и запер ее на замок. После кондиционированного простора своей аптеки квартира казалась нагретой в паровой бане коробкой. В ней висел застоявшийся запах сигаретного дыма и джина. Проходя мимо двери тускло освещенной спальни, он заглянул в нее. Пегги все так же лежала на спине, но теперь закинула руки за голову и согнула одно колено, приподняв его.
Харт с трудом проглотил ставшую кислой слюну и прошел в кухоньку, где поставил лекарства в раковину. Потом отмерил в стакан немного нашатыря, добавил воды и отнес стакан и флакон едко пахнущей соли в крошечную комнатушку, освещенную тонким лучом желтого света, проникающим сквозь щель приоткрытой двери в ванную.
— Порядок. Давай просыпаться, Пегги, — сказал он.
Одна подушка упала на пол рядом с кроватью. Харт пинком убрал подушку с дороги и поставил стакан на прикроватный столик. Затем, держа флакон с солью в правой руке, нагнулся, чтобы просунуть левую под плечи девушки. И тут он почувствовал за спиной какое-то движение, и чья-то темная тень отделилась от стены.
Харт подумал: “Открытая дверь! Конечно же! Это вовсе не ветер!"
Мгновенно, но слишком поздно насторожившись, он бросил флакон с нюхательной солью и попытался выцарапать пистолет из кармана. Но когда повернулся, то преуспел только в том, чтобы увернуться от коварно занесенной над его затылком дубинки. Удар пришелся по правому виску. Боли не последовало. У него только возникло ощущение падения, короткого падения, закончившегося столкновением с подавшимся ему навстречу телом. Потом ему показалось, что тесная спальня взорвалась, ослепив его белой вспышкой от стартовавшей в космическое пространство управляемой ракеты.
Когда Харт пришел в сознание, он еще долго лежал, пытаясь понять, где находится. Он же вернулся в квартиру Пегги. Приготовил ей нашатыря. И отнес его в спальню. Потом наклонился, чтобы приподнять ее, а кто-то отошел от стены и дважды его ударил, о чем свидетельствовала боль в правом виске и на затылке у основания черепа.
Харт силой заставил себя открыть глаза. Он стоял на коленях у кровати в позе молящегося, его правая щека опиралась о правое бедро Пегги. Глаза девушки были открыты, но смотрели не на него. Он принял сидячее положение и включил яркую лампу на прикроватном столике.
Бонни Темпест могла быть до сих пор жива. Но она могла быть и мертва, как голословно и бездоказательно утверждали власти штата. Но в любом случае жена человека, приговоренного к смерти за убийство Бонни, уже больше никогда не сможет ни подтвердить, ни отрицать этого факта. Харт понял это, посмотрев на девушку, но удостоверился, придвинув свою щеку ближе к ее губам, а потом поискав несуществующий больше пульс под небольшим холмиком безжизненной плоти, прикрывающей сердце.
Насколько он мог понять, на стройном теле не было следов насилия, но объяснением тому были подушка на полу и поза девушки. Жизнь — вещь хрупкая. Для того чтобы лишить ее человека, много не нужно. Подержать подушку на лице пьяной девушки несколько минут — и достаточно. Теперь Пегги больше никто не обидит. Она перестала ненавидеть Гарри Коттона и больше не станет ему мстить. Настал конец ее страстям и благодарностям, она никогда не будет ни у кого ничего брать, не будет ничего отдавать. Ее жизни пришел конец.
Харт прошел в другую комнату, взял графин с разведенным мартини и кубиками льда, отхлебнул глоток этой мерзкой смеси, сплюнул и отправился в кухню, где отпил из горлышка почти пустой бутылки джина. Это принесло ему некоторое облегчение, но не слишком большое. Когда он попытался поставить бутылку назад в раковину, она выпала из его трясущихся пальцев и разлетелась мелкими осколками по полу.
Так ему и надо! На этот раз он получил по полной программе! Перво-наперво медэксперт определит, когда наступила смерть Пегги. Потом — что незадолго до смерти она имела близость с мужчиной. Никто не поверит его фантастической истории, что девушка поклялась, будто Бонни Темпест до сих пор жива. Именно такого типа историй и ожидает полиция от обладающего небогатым воображением удачливого бизнесмена, пытающегося выбраться из щекотливого положения.
Полиция решит, что он просто подцепил девушку на улице. Потом под угрозой мерзкого скандала она потребовала у него больше денег, чем он желал ей заплатить. И возможно, в пьяной борьбе он немного перестарался, что совершенно случайно закончилось трагедией.
У полиции будет выбор из полудюжины мотивов, ни один из которых не может быть верным, но зато все правдоподобны.
Проходя мимо двери спальни в гостиную, Харт старался не смотреть туда. Он долго стоял, уставившись на телефонный аппарат. Ему следует немедленно позвонить в полицию. Но он боялся туда звонить.
Теперь Харт понимал, что чувствовал Гарри Коттон в каюте яхты Диринга, когда, судя по его показаниям, проснулся и обнаружил, что Бонни исчезла. Каждый трепещущий нерв его тела толкал его лишь на один поступок — стереть все следы своего пребывания в квартире и сбежать. Не важно куда, лишь бы выбраться отсюда!
Вместо этого Харт поднял трубку, набрал номер 116 и попросил соединить его с полицейским участком Голливуда. Когда дежурный сержант ответил на его вызов, Харт скороговоркой выпалил то, что мог сказать:
— Это Джон Харт звонит из дома 5437 по Ла-Палома-Драйв. Квартира 10. Я хочу сообщить об убийстве.
2 сентября 1958 г. 0 час. 05 мин.
В личной ванной офиса генерального прокурора Харт переоделся в свеже выглаженный костюм и чистое белье, которые позволили Мэнни принести в детективное бюро, чтобы сменить одежду, что была на Харте, когда его забрали в полицейский участок, и которую инспектор Гарсия хотел отправить в лабораторию.
Прежде чем надеть рубашку, Харт сполоснул лицо холодной водой, а потом намочил и причесал волосы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17