А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Идрис прижала пальцы к губам. Похоже, Ри'Як не собирался звать на помощь. И даже когда он налетел головой на выступ в стене, ни Идрис, ни Т'Каэль не проронили ни слова.
Ближайшие к ним растения затрепетали. Примус расставил их так, что был абсолютно уверен, – Ри'Як и шага не сможет ступить, чтобы не получить веткой по глазам и не оцарапаться о колючки. И судя по звукам, долетавшим до них, это срабатывало. Лишь с третьей попытки проктор наконец выбрался к тому месту, где стояли Идрис и Т'Каэль.
Командирша изо всех сил закусила губу, чтобы не рассмеяться при виде взлохмаченной алебастрово-бледной шевелюры Ри'Яка, из которой, к тому же, торчали листья карликовых папоротников. Кажется, бедняга совсем потерял ориентацию и глупо моргал, пытаясь привыкнуть к столь необычной для него обстановке.
– Ах это вы, антэцентурион, – наконец-то осторожно признал факт его появления Т'Каэль.
– Наилучшие поздравления от Верховного Претора вам, Полевой Примус, – едва выдавил из себя Ри'Як, – а также всем тиркамеронцам.
– Принято.
– Уж больно здесь воздух густ.
– Концентрированный воздух полезен для здоровья, антэцентурион.
– Да, да, конечно. – Ри'Як наконец-то освободился от присосавшейся к его плечу листвы и стал так, чтобы видеть, не подают ли Идрис и Т'Каэль каких-либо тайных знаков друг другу. – Со всем моим уважением к вам, Полевой Примус, я бы хотел представить свои предложения.
– Да, я слушаю.
– Среди подчиненных вам экипажей зреет смута, – молвил Ри'Як, с трудом сдерживая улыбку от только что произнесенного вступления, казавшегося раньше таким значительным. – Пространство, в котором мы сейчас несем боевое дежурство, ничего особенного не представляет, и подчиненные, похоже, винят вас.
На сей раз Т'Каэль отреагировал лишь еле заметным кивком.
– Так вот, мои предложения связаны с тем, что вы позволите лично мне осуществлять все персональные назначения внутри Роя. Я, со своей стороны, обещаю оградить вас от проявлений чьей бы то ни было неприязни.
На этот раз ответная реакция Т'Каэля выразилась в том, что он пересел на большой глиняный горшок для рассады. Потупив взор, он сложил на груди руки.
– Во-вторых, – продолжал Ри'Як, – я не доверяю корабельной Службе безопасности. Позвольте окружить вас людьми, выбранными мною лично. Отныне они будут охранять вашу жизнь и подчиняться лишь мне одному.
Услышав эти слова, Идрис напряглась. Увы, кодекс офицерского этикета не позволял ей сейчас говорить. Т'Каэль, видимо, не замечал скрытых угроз в дьявольски коварных предложениях Ри'Яка. Она внезапно пожалела, что посоветовала Примусу не усугублять ситуацию.
Командирша испытала неистребимое желание выкрикнуть в адрес Проктора ряд оскорблений и пожелать ему впредь не осквернять своим присутствием апартаментов Примуса Килайле. Ей так хотелось, чтобы Т'Каэль поставил негодяя на место.
– И последнее, – продолжал Ри'Як. – Я буду постоянно находиться среди членов экипажей Роя и регулярно напоминать им, что всякая служба Претору почетна. И уж позабочусь, чтобы все сомневающиеся или инакомыслящие исчезли без следа. Уверен, вам это понравится. Команды кораблей в идеи ном отношении должны быть чисты.
Т'Каэль продолжал смотреть в пустоту.
– Конечно же.
Возмущенная наглостью Ри'Яка, Идрис сжал кулаки.
Самонадеянный Проктор Сената и впрямь считал, что Примус не посмеет отвергнуть эти предложения.
– Всякого инакомыслящего – говорил Ри'Як, доставлять на борт «Пепелища», где за ним строго приглядывать до прихода главного звездолета.
Т'Каэль вновь кивнул, не проронив ни ело! Идрис буквально кипела от негодования. Последние слова Проктора следовало понимать так: собрать по одной крышей всех недовольных – это же кратчайший путь устроить бунт. И даже если восстание потом и удастся подавить, виноват все равно будет командир корабля, на котором оно произойдет. В любом случае, мечта Претора сбудется, а Полевого Примуса сместят с занимаемой должности.
– У вас есть ко мне что-то еще? – хладнокровно спросил Т'Каэль.
Антэцентурион мгновенно приободрился.
– Вы даруете мне привилегию находиться в постоянном тайном контакте со звездолетом Претора. Это поможет ему лучше представлять, каким именно курсом мы следуем. Уверен, вам бы хотелось, что бы Его Превосходительство знало о том, что вы поощряете достойное поведение.
Т'Каэль снова согласно кивнул. Выражение лица оставалось неизменным. Кажется, ему было очень стыдно, и Идрис чувствовала себя в этом повинной, осознавая что он предпочитает умереть, нежели стать на колени. Уж лучше бы она не просила у него этой аудиенции.
Ри'Як подождал несколько секунд, нагло глядя в глаза Примусу.
Листья папоротника в его всклокоченной шевелюре придавали ему сходство с бойцовым петухом, занесшим клюв над жертвой. В следующий момент он не сдержался:
– Так когда же вы намерены претворить в жизнь рекомендованные мною изменения?
Т'Каэль, облизал губы, неторопливо встал, руки его по-прежнему оставались скрещенными на груди.
– Когда ты обожрешься пиявок, дрянь! Весь гонор Ри'Яка словно ветром сдуло. Глаза его округлились. В ту же секунду последовал сокрушительный удар в челюсть и Т'Каэль послал глупца к противоположной переборке каюты. Листва вздрогнула, и капельки крови брызнули на белоснежную стену. Т'Каэль Килайле, пройдя по смятым растениям, схватил антэцентуриона за шиворот и стал его душить. Когда Полевой Примус заговорил вновь, даже Идрис стало не по себе.
– Помни свое место, червяк, – прошептал он. – Если ты думаешь, что я позволю тебе мотаться по моим кораблям и грозить преторской рукой честным риханцу, то ты просчитался, паразит. Если же снова начнешь путаться под ногами у моих подчиненных, клянусь, я сразу обвиню тебя в измене и собственными руками выпотрошу. Затем он крикнул в ухо дрожащему Проктору:
– Можешь доложить об этом Сенату!
– И потом совершенно спокойно добавил:
– Если жив останешься. – И он вытолкнул Ри'Яка за двери, предварительно отобрав У пего карточку допуска. Стражники не стали помогать упавшему на колени Проктору. Когда дверь забылась, Т'Каэль, поправив меховую полоску на плече, обратился к Идрис:
– Ну разве изящно я все проделал? А?!
Глава 4
Скорее всего, он именно так и произнес тем благоговейным ужасом, который только мог человек вложить в это слово: «Звездолет»
Корма цвета слоновой кости и полное отсутствие каких-либо опознавательных знаков. Это чудо зависло над космопричалом подобно жемчужине на фоне черного бархата бездонных бездн Космоса.
Отсутствие какой-либо символики на одноцветном корпусе придавало этому запредельному видению еще больше таинственность. Эйприл и Джордж, затаив дыхание, смотрели в иллюминатор.
Отчасти знакомая им конструкция модели была доведена до совершенства и поражала своей новизной и свежестью. Но более всего поражали размеры звездолета. Корабль напоминал гигантского лебедя, в тысячи раз превышавшего по величине нормальную птицу, но при этом сохранившего изящество, грацию и благородство.
Джорджу и прежде приходилось видеть больше звездолеты транспортные сухогрузы, космические станции, звездные лайнеры, фрегаты, – но то что он видел сейчас, – было настоящей песней к инженерной мысли.
– Звездолет, – томно прошептал он, щуря глаза. Они подплывали к нему снизу, и белоснежный корабль сверкал над ними словно звезда в вечной ночи.
– Корабль никак не назван и не внесен в каталоги, никакой информации о нем никогда не публиковалось, и никакие комиссии не подписывали актов о его приемке. По правде говоря, он вообще еще па свете не существует, равно как исчезнем и мы, в случае, если ступим на его борт.
Выслушав эту тираду Эйприла, Джордж откашлялся, после чего просипел:
– Звучит отрезвляюще!
Дверь, ведущая на капитанский мостик, с шипением открылась, и двое членов экипажа заняли свои рабочие места. Тот, что был поменьше ростом, принял руль у Дрейка, которому, можно сказать, крупно повезло, поскольку он вряд ли смог бы состыковаться с приближающимся звездолетом без посторонней помощи. Второй из вошедших в рубку управления, громила-индеец, на котором еле сходилась форменная гимнастерка, незамедлительно прошел на вторую палубу и отбил запрос на сближение.
– Ну, привет, ребятки! – звонко крикнул Эйприл. – Дайте-ка я вас познакомлю. Так, все внимательно посмотрели на меня… Ребята, перед вами – командир Джордж Кирк и лейтенант Рид. Рулевой – Карлос Флорида. – Кивнув на звездолет в иллюминаторе, он добавил:
– Именно Карлос будет управлять этой штуковиной, а на верхней палубе находится наш астротелеметрист – Дух Копья Санави… Опасайтесь его. Достойный представитель племени Апачей. Страшнее ничего не придумаешь.
Сняв наушники, Санави одобрительно кивнул.
– Правильно, – сказал он бархатным баритоном, – если что, могу и задавить.
На мгновение прислушавшись, он кивнул Эйприлу.
– Разрешение на стыковку получено, сэр. Начальник космопричала дает добро на то, чтобы мы по завершении маневра перешли на борт звездолета.
– Отлично, – сказал Эйприл. – Действуйте в соответствии с указаниями.
– Куда будем пристыковываться? – спросил Джордж, вновь засмотревшись в иллюминатор на звездолет, теперь уже загораживающий все поле обзора.
– Мы не собираемся пристыковываться. Джордж в удивлении поднял брови.
– Что, что? Эйприл смерил его строгим взглядом. – Мы перенесемся куда надо при помощи луча… Джордж почувствовал, как во рту у него пересохло.
– Транспортация?
– Вот именно, только более модернизированная, чем во времена кораблей класса Батон Руж. Теперь для подобного процесса требуется гораздо меньшее потребление энергии. И нынешние транспортеры куда быстрее прежних. На что в прошлом уходили минуты, ныне дело всего лишь нескольких секунд.
– Я все же не понимаю, – возмутился Джордж. – Как такое может быть? Я слышал, что Транспортация чересчур длительный процесс, чтобы иметь хоть какое-то практическое применение. Что же изменилось?
– А ты слышал что-нибудь о дуотронике?
– Нет.
– Отлично. Так вот, лет десять тому назад один молодой человек по имени Дэйстром разработал новую компьютерную концепцию. Открытие это по своему значению было сходно лишь с изобретением алфавита.
Конечно же, понадобилось несколько лет на то, чтобы доработать детали, но сейчас наконец-таки все отлажено, и этот новейший звездолет оснащен как раз именно такой техникой. А когда транспортер подсоединен к компьютерному банку данных… весь процесс занимает буквально пару секунд. Компьютер способен ассимилировать молекулярную структуру перемещаемых в пространстве тел и мгновенно восстанавливать их в прежнем виде… Тебе это понравится, Джордж.
– Э, нет, похоже меня от этого вытошнит, Роберт, – с мрачным видом изрек Кирк.
Эйприл рассмеялся, похлопав его по спине.
– Разбойник…
Джордж напрягся, почувствовав острую необходимость разобраться с возникающими вопросами по порядку.
– А какое все это имеет отношение к «Розенбергу»?
– Прямое… За иллюминатором как раз тот звездолет, на котором мы и отправимся спасать этих несчастных, – сказал Эйприл как раз в тот момент, когда к нему подошла Сара Пул. – Этот звездолет буквально начинен новейшими технологиями: двигатель четвертого поколения, построенный на принципе искривления пространства, позволяющий развивать невиданные прежде скорости, дилитиевое фокусирование, новая сверхмощная защита, и этот список можно продолжать до бесконечности. Короче говоря, мы должны добраться до терпящих бедствие в рекордно короткое время.
– Но ты же сказал, что путь наш займет четыре месяца на скорости искривления три. И даже с двигателем четвертого поколения понадобится не меньше месяца, чтобы обойти все космические бури, а ты сам заметил, что больше, чем месяц, те, что остались на «Розенберге», не протянут.
– А мы доберемся туда гораздо быстрее. Джордж в сомнении прищурил глаза. Независимо от того, сколь мощен и красив был звездолет, бесспорно, он не был в состоянии свернуть космическое пространство и сделать путь до «Розенберга» короче, чем он есть на самом деле. Поджав губы, Джордж с недоверием посмотрел на Эйприла и сунул руки в карман.
– Благодаря суперзащите, – начал Эйприл, – и усиленной дуотронике звездолета мы будем в состоянии пройти сквозь эпицентр любого из космических ионных штормов.
Джордж почувствовал, как за его спиной от неожиданности услышанного встрепенулись докторша и Дрейк, но даже не стал поворачиваться в их сторону. Подойдя ближе к Эйприлу, он перегнулся через разделявшую их консоль.
– Сквозь само сердце ионных бурь?! Роберт, да ты с ума спятил!
Эйприл посмотрел Джорджу прямо в глаза. – Мы обязаны добраться до них за неделю. Ты это понимаешь? За неделю.
– Обязаны. Но вот будем ли?
– Ну, считай, что я оптимист, но только не придурочный. Да и к тому же звездолет этот – настоящий прорыв. Он – кульминация нескольких технических революций этого десятилетия, плоды которых только начинают внедряться в практику.
Ошеломленный Джордж закрыл на мгновение глаза, затем обошел Эйприла, уставившись в палубу. Он схватился за голову, дабы не свихнуться от того, что пришлось ему узнать за последние минуты.
Эйприл молча ждал, не отрывая глаз от Джорджа. Спустя несколько секунд Кирк продолжил:
– Значит, вот он каков, гамбит Звездного флота?!
– По крайней мере, должен быть таким, – ответил, передернув плечами, Эйприл. – Ну, а как иначе было профинансировать этот проект? Но не забывай, Джордж, звездолет – не только собственность Звездного флота, но и всей федерации. Что ты на это скажешь?
– А что я должен говорить? Неужели тебе и так непонятно?
– Рад это от тебя слышать. Джордж лишь рукой махнул.
– Мы охраняли эту нейтральную зону в течение семидесяти пяти лет лишь потому, что опасались очередного нападения ромуланцев. А почему? Потому что у них не было никаких причин нас бояться. – Он ткнул пальцем в иллюминатор. – Это не спасательный корабль, это боевая машина!
Эйприл быстренько обошел навигационную консоль, отделявшую его от Джорджа.
– Но это же не космический корабль, Кирк, – настаивал он с драматической интонацией в голосе. – Это же звездолет!
– Космический корабль, звездолет, какая разница…
– Джордж! Да ты только послушай – звездолет! Ты понимаешь – от слова «звезда»! Испускающая свет, таящаяся в глубинах космоса, находящаяся столь далеко от нас, что кажется искоркой в ночи…
– Ну, про звезду это я понял, – вздохнул Джордж.
– Теперь поговорим про слово «корабль», – продолжал Эйприл. Еще с тех самых времен, когда отряды безвестных храбрецов бороздили на утлых суденышках океанские просторы, слово «корабль» стало святым!
Джордж покачал головой, пораженный столь слепым идеализмом Эйприла.
– Ну, это просто класс, Роб. Ты, кстати, уже успел зарегистрировать свои авторские права на только что сказанное?
– Вот когда отправишься с нами на этом корабле в поход да почувствуешь его как следует, – капитан широко развел руками, – вот тогда-то мы и поговорим.
* * *
Джордж старался не думать о предстоящем ему лучевом перемещении. Подвергаться подобной транспортации в пространстве прежде ему еще не приходилось, но слышал он об этом уже предостаточно. И надо заметить, ничего хорошего. И поэтому, когда Ястребиный Коготь, или как там его звали, скомандовал звездолету энергетизироваться, Джордж невольно затаил дыхание и приготовился к неминуемой смерти. Первым было ощущение звука – нечто похожее на жужжание роя насекомых, а затем возникло такое чувство, будто все эти насекомые разом на тебе закопошились. Создавалось впечатление, что он попал в пчелиный улей, из которого никак не мог выбраться.
Затем он ослеп, и окружавший его мир превратился в расплывчатое пятно раздражающей окраски. Чтобы убедить себя в обратном, он попытался пошевелить руками, но похоже, двигать уже было нечем. Он вполне отчетливо ощутил то. как затрещали его внутренние органы.
Затем окружающий его мир вновь стал приобретать очертания.
Появились комната с бледно-серыми стенами, отделанными красными панелями, большая консоль пульта управления, два человека за нею и наконец-таки его собственное отражение в зеркале на стене. Комната словно бы отвердела, и легкое головокружение охватило Кирка. Спустя мгновение он отдышался.
– Ну как, все в порядке? – голос Эйприла был подобен грому в звенящей тишине.
– Кажется, процесс еще не доведен до совершенства, – сухо заметила откуда-то издали доктор Пул.
– Джордж?
Джордж не смел посмотреть себе под ноги, а когда наконец рискнул, то увидел, что стоит на подернутом инеем линзообразном стекле.
– Пожалуй, это было самое тошнотворное из испытаний, выпавших на мою долю в этой жизни, – сказал он. В поисках Дрейка он посмотрел по сторонам, и наконец-то обнаружил его у себя за спиной.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39