А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Голова кружилась, одежда промокла. Аннабеллу тошнило. Она встала и, поддерживая покалеченную правую руку левой, осторожно и медленно стала двигаться к едва видимым за стеной дождя валунам, надеясь укрыться там от непогоды. С трудом она добрела до груды камней и в изнеможении опустилась на землю.
Несмотря на пульсирующую боль в голове и руке, Аннабелла заставила себя подумать о том, что ей делать дальше. Она промокла, замерзла, и ей нельзя долго оставаться в неподвижности. Джайлс говорил, что, заблудившись в пустоши, можно умереть. Мысль о том, чтобы сейчас же отправиться в путь, страшила Аннабеллу, но она знала, что должна! Ее не так – то легко сломить!
Едва передвигая ноги и страдая от боли, она шла по тропке, стараясь не упасть, так как боялась, что тогда уже не встанет. Она нашла палку и, сжав ее в левой руке, ощупью двигалась вперед к Хай – Кимберу.
Дождь постепенно утих, затем совсем прошел, и появилось заходящее солнце. Дорожка шла под откос, но, как ни странно, передвигаться стало труднее – каждый шаг отзывался болью в голове и руке. Аннабелла не знала, сколько времени миновало, но вот она очутилась перед фермой на краю пустоши, услыхала лай собак и подошла к двери дома.
– Черт побери! Кто это? Господи, цыганка! Убирайся прочь, а то спущу собак! – раздался злой голос, и в дверном проеме появилась фигура.
– Пожалуйста, – прохрипела Аннабелла, – мне нужно в Хай-Кимбер.
– Это кто, папа? – прозвучал детский голосок.
– Цыганка.
– Дай мне посмотреть… Это не цыганка, папа! У нее все платье промокло. Да на ней настоящая амазонка. Она поранилась! Впусти ее!
Фермер взял Аннабеллу за руку, и она от боли потеряла сознание.
Первое, что она почувствовала, когда пришла в себя, – это запах лаванды от постельного белья. Аннабелла открыла глаза и увидела лицо Джайлса.
– Почему вы не здесь? – капризно спросила она.
– Я здесь. И тебе это не мерещится.
– Как вы меня нашли? Где я?
– В Хай-Кимбере.
– Хорошо. – Тут его лицо заволокло дымкой, и она закричала: – Нет! Не уходите! Пожалуйста! Не оставляйте меня одну!
– Я не уйду. – От его глубокого спокойного голоса темнота стала рассеиваться. – Не бойся, Розабелла, я останусь с тобой.
Когда она опять пришла в сознание, то услышала, как Джайлс с кем-то разговаривает.
– Я не советую этого делать, – произнес незнакомый голос. – Ее нельзя трогать.
– В таком случае придется расположиться здесь. Я распоряжусь, чтобы завтра привезли ее свекровь, а уже сегодня к вечеру приедет экономка. Вы сейчас вправите ей руку?
– Чем скорее, тем лучше. Я опасаюсь осложнений.
– Осложнений? Каких?
Доктор подошел к постели и увидел, что у Аннабеллы открыты глаза.
– Миссис Ордуэй, вы сломали кисть руки. Перелом небольшой, но кости придется вправить. Вы в силах потерпеть?
Аннабелла посмотрела на Джайлса – он кивнул. Тогда она прошептала:
– Да! Джайлс мне поможет.
– Сначала выпей вот это, – Джайлс поднес стакан ко рту Аннабеллы. Жидкость оказалась очень горькой, и она отвернулась, но он заставил ее выпить до дна. Затем они с доктором стали ждать, когда Аннабелла задремлет.
Доктор вправил кость и, прощаясь, сказал:
– Я зайду завтра, сейчас не могу остаться – неподалеку произошел несчастный случай, а я единственный врач в округе.
Он ушел, и они остались вдвоем.
– Джайлс!
– Да?
– Я так глупо себя повела.
– Знаю. Чаллинг застал меня как раз в тот момент, когда я собирался возвращаться в Эйвенелл. Тебя обнаружил Фолкирк, да?
– Нет, человек по имени Барроуз, но они говорили еще о Фрейзере. Они отвезли меня к Блэкхоулской пещере. Правда, странно?
– Очень.
– Простите, Джайлс.
– Не надо разговаривать, Розабелла. Ты все мне расскажешь в другой раз.
Джайлс и Госс, который был, как всегда, при своем хозяине, успели поесть, пока больная спала. Проснувшись, она стала метаться по постели в сильнейшем жару. Джайлс и слуга с трудом удерживали ее, чтобы она не скинула лубок на сломанной руке. Джайлсу удалось дать ей выпить снадобье, оставленное доктором, но даже после этого Аннабелла не сразу успокоилась. Когда она наконец забылась тяжелым сном, мужчины обменялись хмурыми взглядами.
– Госс, помоги мне принести большое кресло из другой комнаты, – сказал Джайлс. – Поставим его в углу у окна – я буду в нем сидеть.
Они так и сделали, а Госс принес еще подушки и одеяла.
– Это зачем? – сердито пробурчал Джайлс.
– Чтобы вы немного поспали, полковник.
– Я не хочу спать!
– Прошу прощения, сэр, но мы не знаем, что нас ждет дальше. Миссис Ордуэй, по-моему, плоха. И вам сейчас надо немного отдохнуть.
Наутро стало ясно, что Розабелла серьезно больна. Ее бил озноб, она бредила, выкрикивая свое имя, звала сестру и леди Ордуэй, потом стала звать Джайлса и жаловаться на боль в голове и руке.
Он поил ее снадобьем доктора, обтирал лоб и нежно убаюкивал. Госс подменял хозяина, когда тот отлучался, чтобы помыться, побриться и немного перекусить.
Следующий день также выдался тяжелым. Джайлс и Госс попеременно дежурили у постели больной. Так прошло пять дней. Лихорадка у Аннабеллы продолжалась. Джайлса охватило отчаяние.
Вечером Госс принес лампу и поставил на подоконник около кресла.
– Как миссис Ордуэй, сэр?
– Не знаю, Госс, не знаю! Она лежит неподвижно! Господи, Госс! Я побывал во многих переделках, но ни разу мне не было так трудно. Я совершенно беспомощен!
Слуга кивнул и сказал:
– Давайте теперь я посижу, сэр. А вы немного пройдитесь, пока не стемнело.
– Нет, я останусь. Лучше пойди ты.
– Я тоже не пойду, сэр. Буду тут, поблизости.
Он вышел, а Джайлс остался стоять около кровати. Аннабеллу мучил жар, и она металась по подушке.
– Джайлс, – бормотала она, – Джайлс…
– Я здесь. Что тебе дать? Где у тебя болит?
– Нигде. Но мне очень жарко… Джайлс… я не хотела этого…
– Чего ты не хотела, Розабелла, девочка моя?
– Я не ваша Розабелла! – Она попыталась сесть, а когда Джайлс стал ее укладывать, вцепилась в него здоровой рукой. Глаза у нее лихорадочно блестели, а голос звучал хрипло. – Я не ваша Розабелла. И не хочу больше быть Розабеллой! Она лгунья и обманщица, я никогда ее не прощу. Никогда.
Джайлс обнял Аннабеллу и прижал к себе. Он чувствовал сквозь плотную миткалевую ночную рубашку, как горит ее тело.
– Тише, Роза, любовь моя. Забудь прошлое. Мы оба теперь другие. Все устроится, вот увидишь. Успокойся и отдыхай!
– Все устроится?
– Конечно!
– Я вам не верю! – вскрикнула она. – Я вас потеряла и во всем виновата сама. Какая я глупая! – Она отвернулась и разрыдалась. Он никак не мог ее утешить, а когда хотел уложить на подушки и укрыть одеялом, она протянула к нему руку. – Не уходите! Останьтесь со мной! Не надо меня ненавидеть. Джайлс, останьтесь со мной хоть ненадолго.
– Роза, я…
– Пожалуйста, Джайлс!
Он пощупал ее пульс – сердце бешено стучало, а дыхание было частым и прерывистым. Аннабеллу трясло от озноба.
– Я тебя умою. Ты вся горишь.
– Нет! Мне холодно. Согрейте меня! Джайлс улегся поверх одеяла рядом с ней и нежно прижал к себе. Он откинул волосы с ее лба и стал баюкать, как ребенка. Приступ лихорадки длился недолго, и больная вскоре затихла.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Проснувшись на следующее утро, Джайлс не мог понять, где находится. Он не впервые просыпался рядом с женщиной, но никогда прежде между ними не лежало одеяло. Он посмотрел на Розабеллу и все вспомнил. Дыхание у нее было ровным, а кожа холодная и влажная. Темно-золотистые волосы разметались по подушке, ночная рубашка соскользнула с плеча, обнажив нежные округлости груди. Джайлс наклонился и поцеловал соблазнительную ложбинку. А когда поднял голову, то увидел, что Розабелла не спит. Он покраснел и натянул рубашку ей на плечи.
– Прости меня…
– Милый Джайлс, за что? За то, что вы спасли мне жизнь?
– Я не хотел…
– Знаю. – Она взяла его руку и поднесла к щеке. – Если бы я не была такой до глупости немощной, то сумела бы вам показать, что не сержусь. Но я слышу шаги Госса. Вам лучше встать с кровати, пока он не вошел.
Джайлс спрыгнул на пол, а когда вошел Госс, то уже сидел в кресле у окна. Госсу было достаточно одного взгляда на постель с вмятиной на одеяле, чтобы все понять. Он отвел глаза.
– Доброе утро, полковник. Завтрак готов. Как миссис Ордуэй?
– Я уже почти поправилась, Госс. Я доставила вам много хлопот?
– Доброе утро, мэм. Никаких хлопот, что вы, мэм. Я рад вам услужить. Вижу, что вам лучше. Вы позавтракаете?
– Да. Очень хочу есть! Но сначала я бы встала.
– Ты сама справишься? – осторожно спросил Джайлс.
– Да, спасибо.
Они с Госсом вышли, а Аннабелла поднялась с постели и огляделась: рядом со спальней был небольшой закуток. Там стоял таз с теплой водой, возле него лежало полотенце. Конечно, трудно умываться одной рукой, но она приноровилась и через двадцать минут закончила свой туалет. Но когда сделала шаг к двери, то чуть не упала. На крик прибежал Джайлс и отнес ее в спальню. Аннабелла увидела, что на постели сменили белье, и глаза ее наполнились слезами.
– Какие вы оба добрые! – проговорила она.
Он улыбнулся.
– Ну, Розабелла! Так дело не пойдет. Тебе разрешалось плакать, пока ты находилась в беспамятстве, а теперь изволь вести себя благоразумно.
– А как долго я была без сознания?
– Почти неделю. Это самая долгая неделя в моей жизни. – Он поудобнее устроил ее и укрыл одеялом. – Позавтракаешь?
Аннабелле становилось все лучше. Теперь Джайлс заходил в комнату больной, лишь когда это было прилично. Как-то он показал ей изорванный клочок бумаги.
– Это, судя по всему, твое письмо. Его нашли в кармане амазонки. Тебе придется написать его заново, Розабелла. Оно очень важное? Ты ведь едва не умерла из-за него.
– Нет… не очень важное. – Аннабелла разгладила листок.
– Значит, ты просто не смогла вынести того, что посчитала властностью с моей стороны. Да? Если так, то мне очень жаль. Очень.
– Нет, это не так! Я действительно хотела сообщить сестре, что здорова, и еще мне было необходимо ее кое о чем спросить.
– Роза, если я задам тебе один вопрос, ты скажешь мне правду?
Аннабелла пристально на него посмотрела. Если Джайлс будет настаивать, она скажет ему все, независимо от того, как это отразится на Розабелле. Она согласно кивнула.
– Это твоя сестра, Аннабелла, причина того, что ты не хочешь мне открыться? Я пришел к выводу, что она – единственный человек, которого ты станешь защищать, не жалея себя. Я прав? Аннабелла каким-то образом познакомилась с Селдером, а ты ее оберегаешь.
– Почему вы так думаете?..
– Селдер виделся кое с кем в Вулхэмптоне, а ты говорила, что это место недалеко от Темперли. Аннабелла вполне могла встретить его. Ты поклялась, что у тебя не было связи с Селдером, и я совершенно убежден в твоей честности, но что – то ты скрываешь, и это касается твоей сестры…
– Джайлс, я…
– Если Аннабелла замешана в делах Селдера, то мне будет очень трудно простить ее, так как она вовлекла тебя в большую беду.
– Моя сестра не виновата, Джайлс!
– Не виновата? Хорошо, если так. Филип Уинболт – мой добрый приятель, и нам обоим не понравится, если нас обманут.
– Нет, этого не может быть. Джайлс, у меня разболелась голова, – слабым голосом произнесла Аннабелла. – Я что – то плохо соображаю. Извините меня. Обещаю, что скоро вы все узнаете.
– Да я просто злодей, раз так тебя утомил… Ты же еще не совсем здорова. Прости. Завтра мы вернемся в Эйвенелл. А теперь отдыхай. Путь туда потребует от тебя сил. Мы обсудим твои семейные дела, когда ты окрепнешь. – Он поцеловал ей руку и вышел.
Аннабелла уткнулась лицом в подушки. Ее охватило отчаяние. Ни ей, ни Розабелле не видать счастья! Горькие слезы полились из глаз, а рыдания сотрясали ее хрупкую фигурку.
Прошло еще два дня, прежде чем доктор Брайн позволил Аннабелле совершить путешествие в Эйвенелл, и то только потому, что на этом настаивал Джайлс. Ехали очень осторожно.
– Роза! Боже, да ты едва жива, – заволновалась леди Ордуэй, видя, как Джайлс вносит Аннабеллу в дом.
– Тетя Лаура, так приятно видеть вас… – еле слышно прошептала девушка.
– Ей необходим полный покой, – предупредил Джайлс. – И хорошая еда.
За последующие несколько недель Аннабелла все это получила. Миссис Даннок, экономка Эйвенелла, готовила аппетитные кушанья, и лорд Стантон каждый раз, навещая ее, приносил что-нибудь вкусненькое. У Аннабеллы прибавлялось сил, и она все больше времени проводила в саду, не переставая любоваться Эйвенеллом. Джайлс относился к ней с нежной заботой и больше ни разу не вернулся к разговору о сестре. Аннабелла сама заговорила об этом:
– Джайлс, я должна вам все объяснить.
– С этим можно подождать, Роза.
– Я хочу поехать в Темперли, так как должна поговорить с сестрой. После этого я бы хотела, чтобы вы с ней встретились. Тогда вы поймете, что произошло.
– У меня для тебя новости: Фолкирк познакомился с Уинболтами, был в Ширингсе и, кажется, даже был приглашен на день рождения Эмилии Уинболт.
– Фолкирк?
– Да. Сейчас он уже вернулся в Лондон.
– Я должна повидаться с сестрой! – разволновалась Аннабелла.
– Я отвезу вас с тетей Лаурой, как только доктор скажет, что ты достаточно окрепла.
Их путешествие проходило не так быстро, как хотелось Аннабелле. Она дулась и раздражалась, когда они останавливались на отдых или если из-за плохих дорог ехали слишком медленно, по ее мнению. Джайлс и леди Ордуэй были с ней терпеливы, понимая, что она еще не оправилась после болезни. В тот день, когда они должны были уже прибыть в Темперли, сгустился туман.
– Боюсь, что нам придется остановиться на ночлег в Уоллингфорде, – сказал Джайлс.
Для Аннабеллы это стало последней каплей.
– Нет! – заявила она. – Еще только три часа! Мы успеем добраться до Темперли.
– Посмотри в окно, Роза! Туман сгущается, и я не стану рисковать. Мы можем застрять в какой-нибудь забытой Богом деревушке, где нет ни приличного постоялого двора, ни конюшни, а в Уоллингфорде есть, по крайней мере, два трактира.
– Но я должна ехать в Темперли! Мы и так потратили слишком много времени. Вы ведь обещали!
– Роза, дорогая, – вмешалась леди Ордуэй, – ехать сейчас – опрометчивость. Джайлс прав, да и я, признаться, очень устала.
Аннабелле стало стыдно. Поглощенная своими переживаниями, она не заметила, как измучена леди Ордуэй.
– Простите, тетя Лаура. Конечно же, мы переночуем здесь. Но завтра, учтите, отправимся в путь с утра пораньше!
– На заре, – сказал Джайлс. – Если погода позволит.
Утром Аннабеллу ждали плохие известия.
– Ее светлость очень плохо спала, мисс Розабелла, – сказала Уилсон. – Она не сможет ехать.
– Помолчи, Уилсон. Анна, я скоро приду в себя, – слабым голосом заявила леди Ордуэй. – Обещаю – я тебя не задержу.
– Тетя Лаура, мне стыдно за свое поведение. Не вздумайте вставать, пока вам не станет лучше! Джайлсу вы сказали?
– Нет еще.
– Я сама ему скажу. – И Аннабелла пошла за Джайлсом.
Новости его обеспокоили.
– Еще отсрочка. И погода не улучшается. Все складывается неудачно.
– Не надо опускать руки! – воскликнула Аннабелла. – Что поделаешь? Как бы я ни хотела увидеть сестру, но я не могу рисковать здоровьем тети Лауры. Я скажу вам, когда ей станет лучше и она будет в состоянии ехать дальше. – Аннабелла поскорее ушла, чтобы не разрыдаться от горя.
Но спустя несколько минут Джайлс подошел к спальне леди Ордуэй и вызвал Аннабеллу в коридор.
– Как тетя Лаура? – спросил он.
– Она спит. Уилсон полагает, что сон пойдет ей на пользу и через час – другой мы сможем уехать.
– Мне пришла одна мысль… Ты вместе с Госсом могла бы сейчас отправиться в Темперли, а я привезу тетю Лауру, как только она будет готова к поездке.
– Но я ее не оставлю!
– Мы с Уилсон способны о ней позаботиться. А поскольку никаких следов Фолкирка поблизости нет, то я подумал, что тебе вполне безопасно поехать с Госсом. На него можно положиться.
Аннабелла с сомнением смотрела на Джайлса. Велико было искушение согласиться с ним. Тогда она сумеет поговорить с Розабеллой до того, как он впервые увидит сестер вместе.
– Спасибо, Джайлс. Я так и поступлю.
Спустя четверть часа Аннабелла и Госс уже направлялись в Темперли.
Но там их ждала неудача: Бекки сообщила Аннабелле, что сестры нет, она в Лондоне.
– В Лондоне? Не может быть! – в отчаянии воскликнула Аннабелла.
– Видите ли, мисс Белла, мисс Роза была сама не своя из-за мистера Уинболта. Она не успела оглянуться, как он ее увез. Но о вас она беспокоилась. Почему вы не написали?
– Бекки, сейчас это неважно. Что же делать?
– Поговорите с отцом, мисс Белла.
– У меня нет времени. Я должна уехать, поскольку очень спешу.
Аннабелла разыскала Госса.
– Госс, мы возвращаемся. Я должна опередить полковника Стантона. Моя сестра находится в Лондоне, и ему незачем сюда ехать.
Госс попытался убедить ее в том, что лучше подождать полковника и леди Ордуэй здесь.
– Я не могу сидеть на месте, Госс!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17