А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Отдохнув, девушка покинула гостиницу, предварительно посоветовавшись с дежурным, который порекомендовал ей отправиться на Паддингтонский вокзал и там навести справки о поезде до Трефаллата.
Служащие вокзала оказались очень любезными, но ей пришлось сделать несколько пересадок, прежде чем Тамсин добралась до ближайшей к Трефаллату железнодорожной станции.
В Лландриндод-Веллс поезд прибыл в середине дня. Узнав, что автобус на Трефаллат отходит через пятнадцать минут, Тамсин тут же поспешила к нему. Она понимала, что из-за плохих погодных условий другого автобуса в этот день может не быть. Еще выезжая из Лондона, она заметила, что недавно прошли сильные снегопады. Сейчас снег прекратился, но ветер был очень резким, и мороз усилился.
Автобус доставил Тамсин на край деревни; до дома отца ей предстояло пройти пешком. Она сразу ощутила холодный ветер, продувавший даже ее пальто из овчины, и хотя под пальто на ней был теплый брючный костюм, девушка с непривычки с трудом переносила такой пронизывающий ветер.
Подавив в себе чувство голода, от которого у нее слегка кружилась голова, Тамсин бодро зашагала к дому отца. Какое значение теперь имеет погода? Она, наконец, вернулась, и, может быть, уже завтра увидит Хайвела.
Но когда она подошла к дому отца, то увидела, что в окнах нет света. У нее замерло сердце. Она обошла дом, но и там не было признаков жизни.
Потопав ногами, чтобы согреться, девушка задумалась. Она не предполагала, что может никого не застать дома. А вдруг они все-таки не уехали, убеждала она себя. Но кто же станет брать с собой ребенка в столь поздний час, если не собирается где-то переночевать?
Неизвестность испугала Тамсин. Наверное, ей все-таки следовало предупредить отца, что она приедет. Ни один здравомыслящий человек не поехал бы за три тысячи миль, предварительно не сообщив о своем приезде. Какая она дура! Что же ей теперь делать?
Вздохнув, Тамсин опустила голову. Оставалось только одно. Ей придется идти в деревню и просить Хайвела приютить ее. А если он откажется? Что тогда?
Стараясь не поддаваться панике, девушка поспешила назад в деревню. Опять пошел снег. Снежинки попадали ей прямо в лицо, и она нетерпеливо смахивала их рукой. Как холодно! Если бы только не было так холодно!
Улицы деревни были пустынны; только из открытых дверей пивной доносились голоса. Тамсин немного успокоилась. Возможно, она найдет ночлег на постоялом дворе, если вдруг Хайвел откажется приютить се. Может быть, ей стоит сразу же зайти сюда, но при этой мысли уверенности в девушке поубавилось. Она не могла себе представить, как станет просить об этом. Тамсин сразу подумала о сплетнях, которые вызовет ее появление.
В доме Хайвела тоже не было света, и ее вновь охватила паника. Что же ей теперь делать? Видимо, все-таки придется идти на постоялый двор.
Поддавшись какому-то внезапному порыву, она открыла калитку и направилась к дому. Собрав все свое мужество, девушка громко постучала в дверь и стала ждать. Ничего не произошло. В доме царила тишина, и Тамсин совсем пала духом. В отчаянии она взялась за ручку двери, и на удивление дверь оказалась незапертой.
Тамсин озадаченно заглянула в темный холл.
– Эй! – тихо позвала она, потом громче: – Эй! Есть здесь кто-нибудь? Хайвел?
Ответа не последовало; девушка со страхом огляделась вокруг, боясь, что ее крик привлек внимание, но поблизости никого не было, и она решилась все-таки войти в дом.
Когда входная дверь закрылась за ней, в холле стало совсем темно, но она не решалась включить свет, чтобы кто-нибудь снаружи его не увидел. Она ощупью прошла по коридору до гостиной и только там зажгла свет.
Все здесь выглядело как обычно, за исключением, пожалуй, более толстого слоя пыли на всех предметах.
Видимо, миссис Уильямс устроила себе рождественские каникулы и еще не приступала к работе.
Но, несмотря на это, в комнате было тепло, потому что, уходя, Хайвел зажег камин, и хотя огонь уже превратился в тлеющие угли, рядом находились дрова.
Тамсин подбросила дров в камин, и когда они весело затрещали, пошла на кухню. Она просто умирала с голода и решила, что Хайвел не будет возражать, если она приготовит себе чашку кофе и сэндвич. Девушка, задумчиво жевала хлеб с сыром, когда ей в голову пришла мысль, что Хайвел, возможно, пошел в пивную. Взглянув на часы, она увидела, что приближается время закрытия пивной, и почему-то занервничала. Аппетит у нее сразу пропал; она бросила недоеденный сэндвич в мусорное ведро и, взяв с собой чашку кофе, вернулась в гостиную.
Время шло, но Хайвел не возвращался, и Тамсин, уютно устроившаяся на диване перед камином, начала дремать. Где они все, устало, думала она, Хайвел, отец, Джоанна с малышом…
Тамсин, наверное, заснула, но внезапно пробудилась от ощущения того, что в доме кто-то есть. У нее мурашки побежали по спине. Она не заперла дверь, и любой мог войти в дом, точно так же, как это сделала она.
Однако звуки доносились сверху. Она постаралась разглядеть стрелки на своих часах. Было уже за полночь. Это должно быть пришел Хайвел! Видел ли он ее здесь? Может быть, он решил не будить ее, увидев, что она так уютно устроилась?
Но Тамсин уже не было так уютно как вначале. Камин погас, и в комнате стало прохладно.
Она встала и вышла из гостиной. Свет на лестнице говорил о том, что тот, кто был наверху, не боялся оказаться обнаруженным. Тамсин направилась к лестнице, но остановилась. Если Хайвел не знает, что она здесь, ее неожиданное появление станет для него настоящим шоком. Может быть, ей стоит подождать, пока он спустится вниз.
Но вдруг он не сделает этого, подсказал ей внутренний голос. Что если, вернувшись домой, он сразу ляжет спать? Внезапно девушка растерялась. Ее-то чувства не изменились, а как насчет Хайвела? Пять месяцев – долгий срок. Ах, если бы ее отец оказался дома! Тогда ее первая встреча с Хайвелом была бы вполне естественной.
Тамсин медленно поднималась по ступенькам, каждую минуту ожидая сердитого окрика. Но ничего не последовало. Оказавшись на верхней площадке, Тамсин огляделась. В одной из комнат горел свет, и неуверенным шагом она направилась к этой полуоткрытой двери.
Хайвел раздевался. Он уже снял рубашку, стоя спиной к двери. Девушка решила привлечь его внимание.
– Хайвел! – тихо позвала она. – Хайвел, я жду тебя!
Быстрота, с которой он повернулся к ней, и затравленный взгляд, появившийся на его лице, должны были предупредить ее, что за всем этим кроется нечто иное, нежели простое удивление при чьем-то внезапном появлении. Но Тамсин была слишком потрясена его внешним видом, чтобы обратить внимание на необычность его поведения. Хайвел сильно похудел и осунулся. Особенно изменилось его лицо. И без того глубоко посаженные глаза просто ввалились, и в них застыло выражение мучительной боли.
– Тамсин! – не веря своим глазам, пробормотал он. – Боже, у меня уже начались галлюцинации! Почему ты не можешь оставить меня в покое?
Такой отчаянный протест против присутствия Тамсин в его доме заставил девушку растерянно посмотреть на Хайвела.
– Это не галлюцинации, Хайвел, – тихо сказала она. – Это действительно я! Я вернулась. Только, кажется, я здесь ненужна.
Ничего, не видя перед собой, она повернулась, мечтая уйти отсюда как можно скорее, чтобы найти где-нибудь спасение от боли, вызванной его равнодушием.
Но Хайвел оказался проворнее ее. Он не дал ей уйти. Крепко схватив Тамсин за плечи, он прижал девушку к себе. Его руки ощупывали ее, будто он хотел убедиться, что перед ним живой человек из плоти и крови. Наконец, Хайвел застонал и уткнулся лицом в ее густые волосы.
– О, Тамсин, Тамсин, – тяжело дыша, повторял он. – Я не могу поверить, я просто не могу поверить.
Тамсин окутало тепло, исходившее от его сильного тела. Она закрыла глаза, предаваясь волнующим ощущениям. Только бы он не выпускал ее из своих объятий… Но когда она повернулась, чтобы поцеловать его, он отстранился, по-прежнему чуть удивленно глядя на нее.
– Боже мой, Тамсин, – прошептал он. – Если я дотронусь до тебя, то не смогу остановиться, а я должен это сделать.
– Почему? Почему ты всегда должен быть таким благоразумным и сдержанным? Разве ты не хочешь меня? – Она провела кончиками пальцев по его заросшей волосами груди.
Хайвел перехватил ее руку и отвел в. сторону.
– Тамсин, – глухо произнес он, – Ты не понимаешь…
– Хорошо, я не понимаю. – Тамсин с мольбой посмотрела на него. – Разве ты не рад меня видеть?
– Рад? – чуть слышно повторил он. – Боже, ты даже и не представляешь, что значило для меня увидеть тебя вновь!
– Тогда почему…
– Подожди! – Хайвел взглянул на свою обнаженную грудь. – Мне надо одеться. Спускайся вниз и подожди меня.
– Не могу ли я подождать здесь?
Хайвел отпустил ее руку и повернулся к двери.
– Если хочешь, – согласился он.
Тамсин посмотрела, как он пошел в свою спальню. Сейчас она не могла думать ни о чем другом, кроме своей любви к Хайвелу. Ничего не изменилось – она по-прежнему ему нужна. И этого для Тамсин было достаточно – пока.
Хайвел вернулся в теплом шерстяном свитере и предложил Тамсин спуститься вниз в гостиную. Когда она вновь повернулась к нему с явным намерением вновь оказаться в его объятиях, Хайвел остановил ее:
– Тамсин, будь благоразумна хоть на минуту! Разве ты до сих пор ничего не поняла? Мы же думали, ты погибла!
– Погибла? – Тамсин озадаченно посмотрела на него. – Но почему вы так думали?
Хайвел настойчиво усадил ее на диван, а сам остановился у камина, повернувшись лицом к ней.
– Скажи, – тихо спросил он, – как ты добралась сюда?
Тамсин удивилась.
– Что ты имеешь в виду? Я села на автобус в Лландриндод…
Хайвел нетерпеливо остановил ее.
– Я не это имею в виду, Тамсин. Как ты добралась из Бостона в Лондон?
– Как… на самолете, конечно.
Хайвел взволнованно сжал кулаки.
– Тамсин, самолет, на котором ты должна была лететь, разбился при взлете!
Тамсин несколько мгновений молча смотрела на него, потом ее лицо побледнело.
– О, Боже! – едва вымолвила она.
– Теперь ты понимаешь, почему твое появление так поразило меня? Я только что вернулся из Лондонского аэропорта, куда ездил вместе с твоим отцом. Он в ужасном состоянии, и твоя мать тоже, поверь мне! Когда она позвонила вчера… – Его голос сорвался! – Мы решили, что ты погибла! Мы пытались навести справки, но так трудно было добиться ответа…
– Кто-нибудь остался в живых? – слабым голосом спросила Тамсин.
– Человек десять, кажется. Но кто они – неизвестно. Одно ясно – тебя среди них не было! – Он тяжело вздохнул. – Я должен сообщить твоему отцу, что ты жива. Он вне себя от горя!
– Да, да, конечно. – Тамсин встала, осознание опасности, которой она избежала, только сейчас стало доходить до нее.
– Хайвел, у меня кружится голова!
Хайвел привлек ее к себе, и когда их тела соприкоснулись, между ними вспыхнуло желание, поглотив все прочие чувства. Со сдавленным стоном Хайвел взял ее лицо в свои ладони, его губы нашли ее рот, полураскрытый в ожидании поцелуя.
Тамсин задрожала. В его поцелуе была такая неутоленная страсть, опалившая девушку как огнем, и от сознания того, что это она пробудила в нем такое чувство, у Тамсин кружилась голова.
– Я люблю тебя, люблю, – шептал он. – Ты нужна мне! Если бы ты только знала, что я пережил… эти несколько часов были для меня адом!
– Я знаю, – хриплым от волнения голосом произнесла она. – Я тоже страдала. Хайвел, почему ты тогда уехал? Почему не написал мне? Мне тебя так не хватало…
Его рот с жадностью прижался к ее губам, и это волнующее ощущение совершенно лишало её разума.
– Как я мог написать? – пробормотал он. – Я уехал, чтобы все обдумать, а когда вернулся, тебя уже не было! Тамсин, мне нечего предложить такой девушке, как ты.
– Кроме самого себя, – добавила она и сунула руки ему под свитер, чтобы пальцами ощутить жар его тела. – А мне и нужен только ты!
– Если бы я мог поверить… – чуть слышно начал он и тут словно опомнившись, отстранился от нее. – Нет, Тамсин, так нельзя! Я должен сначала успокоить твоего отца. А он уже позвонит в Бостон твоей матери.
– Ах, да, маме. – Тамсин опустила голову. – Она, наверное, с ума сходит! Но откуда мне было знать, что этот самолет… – Она замолчала, – Когда я приехала в аэропорт, мне сказали, что мой рейс задерживается, я полетела в Нью-Йорк, а уже оттуда в Лондон.
– Слава Богу, что ты так сделала! – Лицо Хайвела было бледно. – Если бы ты не послала матери эту телеграмму, никто ничего не узнал бы… – Он задумчиво покачал головой. – Она сказала, что ты сбежала.
Тамсин вздохнула.
– Ничего подобного, – возразила она. – Я просто показала ей и Чарльзу, что они больше не могут распоряжаться моей жизнью. – Она робко посмотрела на него. – Хайвел, после того, как ты позвонишь папе… что потом?
Хайвел нерешительно посмотрел на нее, стараясь не давать волю своим чувствам.
– Я не знаю, – смущенно произнес он, задумчиво взъерошив волосы рукой. – Позволь мне пока позвонить!
Следующие несколько минут были очень волнующими для Тамсин. Ее отец был так рад, что слышит ее голос, так счастлив, что дочь оказалась жива, поэтому совсем потерял самообладание. Хайвелу пришлось взять трубку из дрожащих рук Тамсин и пообещать, что он немедленно привезет девушку к нему. Это было единственное, что Хайвел мог сделать.
Тамсин дождалась, пока он положил трубку, и спросила:
– Мне взять свои вещи?
Хайвел молча кивнул и взял свою куртку. С явной неохотой Тамсин вышла в холл и надела пальто. Ее волосы были в беспорядке, но она не обращала на это внимания. Тамсин боялась сейчас покидать этот дом, потому что завтра Хайвел опять мог решить, будто не подходит ей и встретить девушку с вынужденным равнодушием.
Она поставила свой чемодан на пол и с мольбой посмотрела на Хайвела.
– Хайвел, – прошептала она. – То, что ты сейчас сказал… о том, что тебе нечего предложить мне… ты серьезно об этом думал?
Хайвел взглянул на нее, и Тамсин опять подумала, как похудел он за то время, пока они не виделись.
– Да, думал! – признался Хайвел, не в силах солгать ей в этот момент.
Тамсин воспрянула духом.
– Значит… значит, ты больше не женат?
Хайвел сунул руки в карманы.
– Я никогда не был женат, – резко ответил он. – Когда Морин вышла за меня замуж, она скрыла, что уже была замужем за парнем, которого несколько лет назад встретила в Лондоне. Я узнал об этом только тогда, когда он стал ее разыскивать. Она уехала с ним.
Тамсин удивленно уставилась на него.
– Хайвел, почему ты не сказал мне об этом раньше? Почему позволил мне считать, что ты женат?
Хайвел отвернулся.
– Потому что так было легче, – ответил он. – Тамсин, я слишком стар для тебя! Мне бьшо легче держать тебя на расстоянии, когда ты думала, что я женат.
Тамсин задрожала.
– А теперь?
– Теперь… я не знаю. – Он пожал плечами. – Час назад, когда я думал, что ты погибла, я посчитал свою жизнь конченой. Но зная, что ты жива… Взять то, что ты мне предлагаешь… разрушить твою жизнь…
Тамсин подошла к нему и заглянула в глаза.
– Как ты можешь это говорить? – сердито спросила она. – Ты сделал такой вывод, потому что Морин разрушила твою жизнь?
Хайвел покачал головой.
– Морин ничего не значила в моей жизни. Для нас это был брак по расчету, не более. Между нами не было любви. Морин была старше меня, а мне нужна была хозяйка в доме.
– Она и теперь тебе нужна, – серьезно заметила Тамсин. – О, Хайвел, разве ты не понимаешь, что причиняешь мне боль, отказываясь видеть очевидное? Я вернулась ради тебя, только ради тебя!
Хайвел шагнул к двери.
– Мы должны идти, – с мрачной настойчивостью сказал он. – Твой отец ждет.
– Ты думаешь, он будет против? – спросила она, следуя за ним по дорожке.
Хайвел остановился. В слабом свете фонарей было видно, что он слегка улыбается.
– Мне кажется, после сегодняшних событий у твоего отца не осталось сомнений относительно моих чувств к тебе, – тихо сказал он.
Тамсин удивленно посмотрела на него.
– Что ты имеешь в виду?
– Я думаю, ты прекрасно знаешь, что я имею в виду, – возразил он и, глубоко вздохнув, решительно обнял ее за плечи. – Хорошо, хорошо, – прошептал он, уткнувшись лицом в ее волосы. – Я не могу больше сопротивляться. Пусть простит меня Бог, но ты мне слишком дорога, чтобы я мог вновь потерять тебя.
Тамсин радостно улыбнулась. Она обхватила Хайвела руками, теснее прижимаясь к нему.
– Значит, это правда, – облегченно произнесла она. – О, Хайвел, ты не раскаешься в этом!
Он открыл дверцу машины и решительно посадил ее на переднее сиденье, а сам сел за руль.
– Нет, конечно, – согласился он. – Но будет нелегко убедить твоих родителей, что это самое лучшее для тебя.
Тамсин прислонилась к его плечу.
– Раз я нужна тебе, мне все равно, что они скажут, – ответила она.
Час спустя Тамсин сидела на диване в гостиной у отца.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16