А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Джек знал, что такими вот историями Джейсон и забавлял Энн. Когда мужчины вернулись в дом, Джек разлил по бокалам бренди и приготовился слушать новые рассказы.
Они выпили, и Джейсон рассказал еще две истории, а потом замолчал, погрузившись в свои мысли.
— Что же… — Джек истолковал молчание Джейсона однозначно, — пожалуй, пора и на боковую.
— Джек, — прошептал Джейсон.
— М-м-м?
— Ты никогда не спал с мужчиной?
Джек покачал головой.
— И не хотел? Не задумывался об этом?
Джек, который уже встал, вновь опустился в кресло.
— Не могу сказать, что таких мыслей у меня не возникало. А что?
Брови Джейсона взлетели вверх, он улыбнулся.
— Ну…
— Как я понимаю, это предложение?
— Можно так сказать. Вежливое предложение. Ты же не возненавидишь меня за это, не так ли?
Джек откинулся на спинку кресла и на мгновение закрыл глаза.
— На предложение я отвечу отказом, Джейсон, но ненависти к тебе у меня нет.
— У меня сложилось впечатление, что ты из тех людей, которые хотят попробовать все, что может предложить им этот мир. Думаю, ты прекрасно разбираешься в том, что может происходить между мужчиной и женщиной. Вот почему я и решил, что тебе, возможно, захочется изведать новых ощущений.
Джек потянулся за бутылкой, плеснул себе бренди и передал бутылку Джейсону.
— Не буду отрицать, идея интригующая. Ты прав и в другом. По части женщин опыт у меня богатый.
Губы Джексона изогнулись в сладострастной улыбке.
— По части опыта я тоже могу кое-чем похвалиться. У меня есть друг. Я вижусь с ним редко, и ты сейчас поймешь почему. Он бьет меня кнутом. На коже вздуваются настоящие рубцы, Джек. И, поверишь ли, это так приятно!
Джек долго изучал содержимое бокала.
— Моя первая жена тоже стала мазохисткой. Не с самого начала. Со временем. Она могла получить удовлетворение только после того, как ей причиняли боль. Джейсон… ее это убило.
Глава 33

1
1965 год
Доктор Гарольд Мэннинг сидел на стуле рядом с кроватью Энн в больничной палате. После окончания учебы он работал только три года, но уже завоевал репутацию первоклассного специалиста. Энн он нравился, она ему полностью доверяла и находила в молодом докторе только один недостаток: он слишком часто и слишком широко улыбался.
— Как вы себя сегодня чувствуете, миссис Лир?
— Пожалуй, получше. Отдых, покой…
Доктор кивнул. Его улыбка поблекла.
— Да. Покой — это хорошо. Боюсь, нам придется попросить вас задержаться здесь подольше.
— Да? А почему?
— Я попросил подойти доктора Филипа Декомба. Мы вместе анализировали результаты вашего обследования. Он будет с минуты на минуту.
— Ваш голос звучит очень уж зловеще.
— Выводы у нас неутешительные, — признал доктор Мэннинг. — Доктор Декомб — специалист именно по этому заболеванию.
— И как называется это заболевание?
Доктор Мэннинг глубоко вздохнул.
— Рак.
— Рак чего?
— Миссис Лир, прежде чем я скажу, позвольте заметить, что с такой формой рака люди живут годами. Живут нормальной, полноценной жизнью. И только последние стадии заболевания вносят некоторые ограничения.
— Последние стадии…
— Да. Но до этого… А вот и доктор Декомб. — Мэннинг поднялся навстречу вошедшему в палату более пожилому мужчине, высокому, тощему, с лысой как бильярдный шар головой. Тот был в зеленом халате, он пришел прямо из хирургии.
Вошедший сухо поздоровался с Энн, на его лице не мелькнуло и тени улыбки.
— Я как раз начал говорить…
Доктор Декомб мрачно кивнул.
— У вас лейкемия, миссис Лир.
2
Когда Джек и Джейсон прилетели в аэропорт Кеннеди, их встретила Энн. Она предложила подвезти Джейсона, но тот заверил Лиров, что вполне обойдется такси.
Джек подождал, пока они сядут в машину, и только тогда спросил, что показало обследование.
— Похоже, у меня есть признаки анемии, — ответила Энн. — Я уже начала принимать лекарства. Гемоглобин повысился, и я чувствую себя лучше.
— А в чем причина?
— Они считают, что в данном случае анемия вызвана вирусом. Ничего страшного. Какое-то время мне придется принимать таблетки, периодически сдавать кровь на анализ, но в инвалиды меня записывать рано.
— Господи, Энн… я не знаю, что бы я делал, если бы…
Она рассмеялась.
— Даже не думай об этом. И не волнуйся. На то нет никаких причин.
3
Сценарии разнообразных шоу-викторин отличались только в мелочах, основной же элемент оставался неизменным: участники сидели в звуконепроницаемых кабинках, хмурясь и роясь в памяти в поисках ответов на выстреливаемые ведущим вопросы.
Передачу «Твоя ставка» вел Арт Мерриман, который раньше был ведущим утренней развлекательной передачи и носился по студии, примеряя женские шляпки. К сожалению, шляпки женщины носить перестали, так что закрылась и передача.
Очень достойно соперничала с Мерриманом Гленда Бонэм, крупный знаток бейсбольной статистики. Пухленькая блондинка в мини-юбке, она, посмеиваясь, жевала резинку и безошибочно отвечала на все вопросы. Если Гленда участвовала в передаче, рейтинг «Твоей ставки» взлетал до небес: ни одно шоу «Лир нетуок» не смотрело такое число зрителей.
А финал по популярности опередил бы любую другую передачу любой телевещательной компании, если бы Эл-си-ай охватывала большую территорию. Но у многих зрителей телевизоры не принимали дециметровый диапазон.
— А теперь, Гленда, — ворковал Мерриман, — тебе предстоит ответить на двойной вопрос. Первая его часть такова. Ассоциация журналистов, пишущих о бейсболе, в 1931 году начала присваивать в каждой лиге титул «Самый ценный игрок года». С этого самого года многие игроки удостаивались такого титула дважды, но всего лишь несколько игроков — три раза. Кто трижды получал титул «Самый ценный игрок года»?
Огни вне кабинки притухли. В студии зазвучала музыка тревожного ожидания. Гленда Бонэм нахмурилась, записала в блокнот одну фамилию, после паузы — вторую и наконец третью.
— Гленда, о каких игроках идет речь?
Девушка хихикнула.
— О Джимми Фокксе, Стэнс Мьюзиэле и Джо Димаджио.
Мерриман яростно зааплодировал, к нему присоединились сидевшие в студии зрители.
— Теперь вторая часть вопроса, самая трудная. Ты готова, Гленда?
— Готова, мистер Мерриман.
Мерриман кивнул.
— Игрок, которому удастся максимальное число «круговых пробежек» в Национальной лиге и в Американской лиге, становится чемпионом обеих лиг по этому показателю. Только один раз в истории современного бейсбола чемпионы Национальной и Американской лиг имели на своем счету одинаковое число «круговых пробежек». В каком году? Кто? Сколько?
Гленда Бонэм, улыбаясь, начала что-то записывать в блокнот, потом встала, уверенная в себе, и победно улыбнулась притухшим огням и тревожной музыке.
— Гленда?
Она захихикала.
— В 1923 году Бэйб Рут сделал сорок одну «круговую пробежку» для Нью-Йорка, Американская лига, а Сай Уильяме — тоже сорок одну, для Филадельфии, Национальная лига.
— Ты… только что, выиграла.. сто… тысяч… ДОЛЛАРОВ!!!
4
Дик Пейнтер обнял Кэти Маккормак.
— Я говорил тебе, что девчонка знает свое дело.
— А на сколько вопросов она ответила бы сама?
— Она знала, кто трижды удостаивался титула «Самый ценный игрок». Насчет «круговых пробежек»… она знала, что это Бэйб Рут и Сай Уильямс, но не могла точно сказать, в каком году и в какой команде играл Уильямс. Базового запаса знаний ей хватало. Мы лишь произвели поднастройку.
— Но она знала, о чем ее будут спрашивать?
— Кэти! Откуда такая наивность? Разумеется, она знала. Если ты веришь, что в викторинах все идет по-честному, тогда ты должна верить и в существование фей.
5
Через две недели после возвращения с Сент-Кроя Джек получил посылку, которую курьер доставил в приемную его кабинета. В посылке Джек обнаружил нэцкэ, миниатюрную японскую статуэтку из слоновой кости высотой в полтора дюйма. Статуэтку ценную, коллекционную. И эротическую. Изображала она двух мужчин, которые отсасывали друг у друга. Прислал нэцкэ Джейсон.
Джек не знал, как объяснить Энн, почему Джейсон вдруг прислал ему такой подарок. Он убрал статуэтку в бархатный мешочек и деревянную коробочку, в которой она прибыла, и сунул в ящик стола.
Зазвонил телефон.
— Мистер Лир, с вами хочет поговорить некая миссис Хорэн из Бостона.
Он взял трубку.
— Джек, у нас беда! Кэтлин пропала. Убежала из колледжа, и мы не знаем, где она. Я ничего тебе о ней не рассказывала, никогда не обращалась за помощью. И ты держал слово. Не вмешивался в ее жизнь, как и обещал. Но я… — У Конни перехватило дыхание.
— Обо мне ты ей что-нибудь говорила?
— Нет. Я привела ее на похороны миссис Уолкотт, чтобы ты смог посмотреть на нее. Но мы не говорили ей, кто ты.
— И вы не представляете себе, куда она убежала? Девятнадцатилетняя девушка не может исчезнуть. У нее есть ухажер?
— Нет! Она училась в колледже при монастыре. С юношами она встречалась, но на свидания не ходила.
— Подруги?
— Мы обзвонили всех.
— Чем я могу тебе помочь, Конни? — спросил Джек после долгой паузы.
— Не знаю. Может, и ничем. Но я подумала, что тебе следует знать об этом. Возможно, она отправилась в Нью-Йорк.
— Конни, нет ли у тебя какой-нибудь вещи с отпечатками пальцев Кэтлин?
— Отпечатками пальцев?
— Да. Если случилось что-то ужасное, у жертвы обязательно снимают отпечатки пальцев. У тебя…
— Разумеется, есть! — Конни зарыдала.
— Хорошо. К тебе зайдет женщина, ее зовут Ребекка Мерфи. Ты дашь ей вещи, на которых могут быть отпечатки пальцев Кэтлин. И, конечно, фотографии.
— Кто она?
— Частный детектив, которая в прошлом работала на меня. Бюро пропавших без вести тут не поможет. У них нет средств, чтобы провести качественный поиск. А вот мисс Мерфи это под силу, потому что я ей плачу. Я позвоню ей, как только мы закончим разговор.
6
— Будь ты наивной девятнадцатилетней девушкой, куда бы ты убежал? — спросила Энн.
— В Нью-Йорк? — предположил Джек.
— Возможно. Но я бы выбрала Калифорнию. Лос-Анджелес.
Джек стукнул кулаком по ладони левой руки.
— Девочка же ничего не знает и не умеет! Она жила в идеальном мире! Первый же мужчина, который наткнется на нее, воспользуется ее оторванностью от реальной жизни.
Часом позже, когда они обедали, зазвонил телефон. Звонила Ребекка, поэтому Джек прошел в кабинет и взял трубку там.
— Есть новости. Она села на автобус в Конкорде.
— И куда поехала?
— Трудно сказать. Купила билет до Хартфорда. Я поеду туда и посмотрю, что удастся выяснить.
Вернувшись за стол, Джек покачал головой.
— Хартфорд.
— Могу я узнать, что происходит? — спросил Маленький Джек, в свои семнадцать лет уже далеко не маленький.
Джек бросил взгляд на него, потом на Лиз, Линду, Нелли, наконец повернулся к Энн.
— Думаю, пора им все рассказать.
Джек кивнул.
— Очень красивая девятнадцатилетняя девушка исчезла из колледжа, расположенного в пригороде Бостона. Убежала. Все очень волнуются.
— А почему мы должны волноваться? — спросила Лиз.
Джек вновь оглядел стол.
— Потому что она — твоя сестра по отцу.
7
В июне Маленький Джек заканчивал Академию Брансуика. А пока бейсбольный сезон был в разгаре. Свой первый сезон Джек начал питчером. Но когда в стартовой игре он совершил две «круговые пробежки» и столько же во второй, его поставили на первую базу. В середине последнего сезона его средние очки в бэттинге выглядели более чем внушительно — 0, 408. Защитники соперников боялись его. Маленький Джек без колебании шел на столкновение, прорываясь на вторую базу. Доставалось многим, а двоих пришлось отправлять в больницу. И с кэтчерами, попадая в «дом», он не церемонился. Один из них после столкновения с Джеком Лиром досрочно закончил сезон с несколькими сломанными ребрами.
В конце апреля директора школ, команды которых играли в одной лиге с Академией Брансуика, собрались на совещание. Им потребовалось лишь десять минут, чтобы принять резолюцию: отказ от игры с Брансуиком, если в заявочном списке фигурирует Джек Лир.
На том спортивная карьера Маленького Джека в Академии Брансуика и завершилась.
Он прикинулся, будто ему плевать. Сказал отцу, что и сам не хочет иметь дело с маменькиными сынками, а в колледже будет играть в футбол. Гарвард и Йель отказали ему в приеме, а вот университет штата Огайо в Колумбусе — нет. Возможно, Вуди Хейсу, тамошнему тренеру, требовался крепкий защитник.
8
Ребекка Мерфи показала фотографии Кэтлин Хорэн сотрудникам автобусной станции в Хартфорде и выяснила, что девушка купила билет до Кливленда. Бекки полетела в Кливленд на самолете, надеясь перехватить Кэтлин на автовокзале, но прибыла туда на час позже. В Кливленде следы Кэтлин затерялись. Ребекка могла лишь предположить, что девушка держит путь на запад. Вернувшись в Бостон, она убедила полицию разослать по своим каналам фотографии и отпечатки пальцев Кэтлин.
День проходил за днем, но никаких известий о девушке не поступало. Конни и Дэн Хорэн не находили себе места. Джек хотя бы действовал через Ребекку, они же ничем не могли помочь. Дэн полетел в Сан-Франциско, долго бродил по Хейт-Эшбюри, где находили пристанище многие сбежавшие из дому юноши и девушки. Фотографии Кэтлин он показывал всем: полицейским, наркоманам, священникам, прохожим. Одни ему сочувствовали, другие нет. Кэтлин никто не видел. Дэн вернулся в Бостон, признав свое поражение.
Дэн ничего не сказал Конни, но, по его убеждению, в Кэтлин проснулась кровь Лиров.
Джек тоже волновался. Он отменил деловую поездку, так как боялся, что Ребекке не удастся с ним связаться. Слишком много пил. Плохо спал. Энн старалась не отходить от него ни на шаг. Ей совсем не нравилось состояние мужа.
Наконец через несколько недель после исчезновения Кэтлин Джек полетел в Хьюстон к Дугу Хамфри. Дальше откладывать эту встречу он не мог. «Лир коммюникейшн» собиралась проводить эмиссию привилегированных акций, чтобы получить полмиллиарда долларов, и два банкира, входящие в совет директоров, Дуглас Хамфри и Джозеф Фримен, хотели встретиться с главным управляющим. Собирались приехать также Билли Боб Коттон и Рей Ленфант.
Джек прилетел за день до встречи и пообедал с Дугом, Билли Бобом и Реем. Компанию им, как это часто бывало, составила Мэри Карсон. Утром мужчины сидели у бассейна, изучая документы, лежащие на стеклянном столике.
Совещание только началось, когда позвонила Ребекка Мерфи. Джек снял трубку со стоящего на столике телефонного аппарата.
— Ура! Я знаю, где она.
— Новости хорошие? — с надеждой спросил Джек.
— Не очень. Но могло быть и хуже. Она в тюрьме маленького городка Грант, это в Небраске.
— Господи, в тюрьме! За что?
— Ничего серьезного. Она вышла из кафе, не расплатившись. Судья наложил на нее штраф. Вот она и отсиживает его, день — три доллара. Я поговорила с шерифом. У Кэтлин есть билет до Лос-Анджелеса и несколько долларов, которыми, однако, она не хочет оплачивать штраф. К тому же категорически отказывается сказать, кто она и откуда, чтобы полиция не могла связаться с ее родственниками.
— И сколько нужно денег, чтобы освободить ее?
— На сегодня около восьмидесяти долларов. Я могу перевести деньги в…
— Нет. Тогда мы снова потеряем ее. Я сам полечу туда и все улажу. Не звони ни Хорэнам, ни кому-нибудь еще.
9
В Хьюстон Джек прилетел на «Бичкрафте-супер H18», который мог лететь со скоростью триста миль в час. Перед тем, как уехать от Хамфри, он позвонил пилоту и попросил того найти ближайший к городу Грант, штат Небраска, аэропорт и договориться, чтобы после приземления к самолету подогнали автомобиль.
Вылетели они в половине одиннадцатого и в полдень прибыли в Оголлалу. Оттуда Джек быстро добрался до Гранта, административного центра соседнего округа.
Элмер Хастингс, шериф, высокий, поджарый, загорелый, в соломенной шляпе и со звездой на груди, сидел за столом из желтого дуба.
Джек представился.
— Как я понимаю, вы говорили с моим частным детективом, мисс Мерфи.
— Да, — кивнул шериф. — Она молодец. Отыскать мисс Хорэн — задача не из простых. Вы сказали, что вы ее отец, но мисс Мерфи сообщила мне, что фамилия девушки Хорэн. А ваша — Лир.
— Это длинная история, — ответил Джек. — Если захотите, я расскажу. Но сначала мне бы хотелось заплатить наложенный на девушку штраф и увезти ее. Самолет моей компании ждет на аэродроме в Огаллале. Я надеюсь еще сегодня вернуться с Кэтлин в Нью-Йорк.
— Что ж, давайте разберемся. Штраф у нее сто долларов плюс судебные издержки четырнадцать долларов и семьдесят пять центов. Она отсидела одиннадцать дней. — Шериф провел нехитрый расчет па листе блокнота. — Значит сто четырнадцать долларов и семьдесят пять центов минус тридцать три доллара. Получается восемьдесят один доллар и семьдесят пять центов. Как собираетесь платить? Надеюсь, наличными?
— Наличными, — кивнул Джек.
— Джерри, — обратился шериф к своему помощнику, с интересом прислушивающемуся к разговору.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42