А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

В чертах его не было жалости. Единственное выражение, которое едва угадывалось на этом страшном лице, — чувство неприязни к ней. Видимо, он был зол, что она сумела выжить, невзирая на все его безумные попытки уничтожить ее.
— Да.
Раздался щелчок, возвестивший о том, что Элизабет Дрейк взвела курок пистолета, и из головы Мэгги моментально вылетели все эти мысли самому главному. К тому, что должно произойти, — к ее смерти. Широко раскрытыми глазами, она смотрела в дуло пистолета, в ужасе осознавая, что время для разговоров подошло к концу. Дуло будто выросло и было единственным, что она могла сейчас видеть: неужели это последнее, что она увидит в жизни? Направленное на нее дуло пистолета?
Негромкий стук в коридоре заставил ее очнуться. На противоположной стене она вдруг увидела тень пригнувшегося человека — так падал свет — и сразу поняла, что это Джеймс.
— Что проис…
Договорить леди Икс не успела. Придя в несказанный ужас от одной мысли, что Джеймс может пострадать, Мэгги метнулась вперед и схватилась за готовый к выстрелу пистолет. Она сделала это, повинуясь инстинкту — в безумной попытке спасти Джеймса, Бэнкса, себя… Безумной и безнадежной. Раздался оглушительный выстрел, и Мэгги почудилось, будто ствол какого-то невидимого дерева ударил ее в грудь и отбросил назад.
— Миледи! — крикнул Бэнкс.
Она увидела, как Джеймс ворвался в дверь, в тот самый момент, когда ударилась спиной о стену. Их испуганные взгляды встретились, затем ноги ее словно обмякли. Мэгги начала сползать на пол. Последняя мысль ее была о том, что он невероятно бледен и хорошо бы ей успеть сказать ему, как она любит его.
Глава 19
Джеймс осторожно двигался к фасаду здания и главной лестнице. Первый этаж встретил его кучей ненужного хлама и мерзостным, не поддающимся описанию зловонием. Помимо этого, здесь ничего не оказалось. Он уже начал было сомневаться, что выбрал нужное здание, и подумал, что Мэгги если и находилась где-то поблизости, то, видимо, все-таки не в этом доме. Строение казалось пустым и погруженным в мертвую тишину, напоминая могилу.
На секунду он замер, затем выругал себя за это сравнение. «Мэгги здесь нет», — уверял он себя. Он ни за что не поверит, что ее смерть является причиной того, что место это кажется столь холодным и безлюдным. Мэгги жива. Он бы почувствовал, будь это не так. Мир стал бы другим, иначе и быть не может. Он ведь стал другим с того дня, как она вошла в его жизнь.
Джеймс остановился у ведущей наверх лестницы и вгляделся в кромешную тьму. Он и правда уже начинал думать, что Мэгги в одном из двух других зданий, и в какой-то момент ему даже захотелось оставить этот дом и присоединиться к остальным. Но затем он передумал. Надо хотя бы проверить здание. Другие проверяются Джонстоном и его людьми. Джеймс не мог позволить себе проводить поиски, руководствуясь исключительно мимолетными порывами. Дело в том, что он хотел сам найти Мэгги, а в душе у него зарождалось тревожное ощущение, что времени для этого все меньше и меньше. Она — в серьезной опасности. Если напавший на нее человек, который поджег ее дом, и есть тот, в чьих руках она сейчас находится, он убьет ее — Джеймс ни на миг не сомневался в этом.
Поэтому лучше проверить все до конца здесь, а уж затем присоединиться к Джонстону и молодому Джимми в соседнем здании. На том и порешив, Джеймс начал подниматься по лестнице, как можно плотнее прижимаясь спиной к стене, дабы избегать скрипа ступеней.
И вот, поднявшись по лестнице и имея возможность осмотреть лежащий перед ним коридор, Джеймс увидел свет. Он просачивался из двух комнат, находившихся в самом конце коридора. Сердце Джеймса замерло, затем забилось быстрее. Колебался он недолго; рука его легла на дуэльный пистолет, который он прихватил из библиотеки своей тетки. Оружие внушало уверенность, и, распрямив плечи решительно двинулся вперед.
Уже на полпути он услышал голоса. Они доносились из одной из комнат, однако Джеймс не мог определить, откуда именно. Но зато он моментально узнал голос Мэгги. Пытаясь не создавать лишнего шума, он рил шаг.
Затаившись у одной из дверей, Джеймс сделал глубокий вдох и, резко наклонив голову, бросил взгляд за дверной косяк. Он увидел, что в комнате пусто — единственной мебелью был поломанный стул и маленький столик, — и перевел дыхание. Свет исходил от лампы на столе, где лежала колода карт, стояли металлическая кружка и полупустая бутылка какой-то дряни. Джеймс полагал, что в этой комнате ожидал похититель Мэгги. Одна кружка предполагала наличие лишь одного человека — возможно, человека со шрамом. И это было бы идеально.
Джеймсу не терпелось встретиться с этим животным. У него чесались руки сойтись с ним с тех самых пор, как он увидел израненное лицо Мэгги после пожара. Он жаждал вернуть ему этот долг и не упустил бы возможности убить негодяя.
Прислушиваясь к голосам из соседней комнаты, Джеймс снова взглянул на стол. Темы разговора он по-прежнему не улавливал, но судя по тому, что голоса звучали спокойно, время у него еще было. Возможно, он мог бы услышать что-нибудь важное, прежде чем ворвется туда и спасет Мэгги. Ибо, делая это, он хотел быть во всеоружии, не желая совершить роковой ошибки.
Обстановка комнаты мало что добавляла к оценке ситуации. Один стул, одна кружка — значит, охранник всего один. Карты означали, что мужчина кого-то ждал — возможно, того, кто его нанял. Джеймс тут же решил, что и этого человека ему стоило бы заполучить. Тихо выйдя из первой освещенной комнаты, он приблизился к открытой двери во вторую. До него долетели слова:
— И вы послали кого-то за…
Это был голос Мэгги. Джеймс издал тихий вздох облегчения, услышав спокойный, невозмутимый голос девушки. «Похоже, она не пострадала», — подумал он, не уловив в ее голосе ни малейших ноток боли или даже слабости. Но потом услышал, как ей ответили:
— Да.
И тут Джеймс застыл. Голос был женским!
За все время, что он ожидал от Джонстона новостей, ему ни разу не пришло в голову, что во всем этом могла быть замешана женщина. Он не сомневался, что речь идет о ком-то, кому Маргарет навредила и кого, возможно, уничтожила одной из своих статей. Но женщина… такая вероятность не приходила ему в голову ни разу!
Джеймс так изумился своему внезапному открытию, что рука его невольно дрогнула, и сжимаемый в ней пистолет легонько ударился о стену. Звук был тихим, но в повисшей в воздухе мертвой тишине казался громким как никогда.
— Что проис… — услышал он голос женщины, который внезапно оборвался; послышалась возня, и почти сразу последовал выстрел. Звук этот заставил его замереть, однако испуганный возглас «Миледи!» вывел из оцепенения. С пистолетом наготове Джеймс ворвался в комнату.
Первое, что он увидел, были спины людей: большого, широкоплечего мужчины и великолепно сложенной женщины. Однако, помимо них, он увидел и Мэгги. То, что предстало его взгляду, одновременно привело его и в ужас, и в бешенство. Мэгги сползала на пол, прислонившись спиной к стене, с бледным от страха и шока лицом и кровью, вытекавшей из-под прижатых к груди пальцев. Джеймс в отчаянии проследил взглядом, как она сползла вниз, затем в ярости посмотрел на парочку, стоявшую рядом. Поначалу он думал, что оружие у мужчины, а потому, увидев, что пистолет держит женщина, удивился. Однако это не изменило его намерений.
Ринувшись вперед, Джеймс выхватил пистолет из ее рук. Затем принялся бить им мужчину по лицу. От неожиданности громила отступил назад, а Джеймс продолжал наносить удары теперь уже обоими пистолетами, взмывавшими в воздух и опускавшимися на голову бандита. Так продолжалось до тех пор, пока негодяй не потерял сознание.
Тяжело дыша, Джеймс выпрямился и повернулся к женщине, однако, как оказалось, лишь для того, чтобы обнаружить ее отсутствие. Она убежала, пока он занимался ее подельником. Джеймс сделал шаг к двери, но раздавшийся с пола стон остановил его. Бэнкс сидел рядом с хозяйкой, одной рукой придерживая се, а другой прикрывая рану, будто не желая дать крови вылиться на грязный пол, в уже и без того внушительных размеров лужу.
— Прошу вас, не умирайте, миледи, — простонал слуга; слезы лились по его старческому лицу. Он тихонько потряс ее.
Джеймс рванулся к ним и опустился рядом. Бэнкс поднял на него полные горя и боли глаза:
— Она истекает кровью, милорд. Все очень плохо. Боюсь, она не выживет — Черта с два! — вскричал Джеймс. Подхватив Мэгги на руки, он понес ее к выходу, надеясь, что старик сам сможет подняться на ноги. Он быстро прошел по коридору, а Бэнкс поспешил следом, придерживая руку на ране Мэгги, пока они спускались по лестнице. Невзирая на неудобства, которые это причиняло при спуске, Джеймс не пытался его остановить. Он сомневался, что действия Бэнкса облегчают страдания его хозяйки, но понимал, что старику, по-видимому, требовалось сознавать, что он хоть что-то делает.
Приблизившись к Джонстону, Джеймс даже не обратил внимания на то, что тот придерживает стрелявшую в Мэгги женщину.
— Что вы хотите, чтобы я с ней сделал, милорд? — осведомился он у спешившего к нему Джеймса.
— Сверните ей ее проклятую шею! — холодно бросил Джеймс.
Джонстон вздрогнул и отступил, увидев мертвенную бледность Мэгги, потом заметил ее рану. Он быстро последовал за ними, с тревогой глядя на Джеймса и волоча за собой блондинку.
— Что произошло?
— Эта стерва ранила Мэгги, — процедил Джеймс сквозь зубы и остановился около экипажа. — Ее подельник, этот ублюдок со шрамом, там, наверху. Сейчас он без сознания, но не знаю, надолго ли.
— Джек! — крикнул Джонстон, подзывая своего человека.
— Да, сэр?
— Человек со шрамом наверху. Иди и забери его.
Джонстон повернулся к карете, когда Кроуч уже открыл дверцу. Кучер спрыгнул с козел сразу, как только завидел хозяина, и теперь держал ему дверь. Рэмзи старался как можно аккуратнее занести Мэгги в карету, однако несколько раз она все же застонала, и каждый раз он вздрагивал от той боли, что слышалась в этих стонах. Джеймс сел и уложил ее на колени.
— Скорее к лорду Маллину, Кроуч, — приказал он.
Бэнкс забрался следом за ним и снова стал придерживать рану.
— Домчимся мигом, милорд, — заверил кучер Джеймса, захлопнув дверцу.
Карета покачнулась, когда кучер забрался на козлы, и поскольку мест больше не было, Джонстону оставалось лишь посмотреть им вслед.
Кроуч буквально загнал лошадей, то и дело сворачивая в улочки и закоулки, которые в обычных обстоятельствах показались бы Джеймсу небезопасными, однако сейчас он видел лишь одно: Мэгги бледнеет с каждой секундой. Он глядел ей в лицо, не сознавая, что одновременно и проклинает небо за то, что оно допустило происшедшее, и возносит к нему мольбы о спасении ее жизни. А еще он умолял Мэгги не умирать.
Когда экипаж наконец остановился, Джеймс с трудом дождался, пока Бэнкс откроет дверцу, быстро выбрался наружу и направился прямо к парадной двери дома Роберта. Остановившись там и не имея возможности постучать в дверь, он принялся пинать ее ногой. Используя свободную руку, Бэнкс помогал ему, стуча в дверь кулаком. Тем временем Кроуч, сложив руки рупором и задрав голову вверх, кричал:
— Сюда! Сюда!
Втроем они создавали такой шум, что даже жители соседних домов начали реагировать на него, однако, как это ни злило Джеймса, дверь самого Роберта по-прежнему не открывалась.
— Дьявол, у нас мало времени! — в бешенстве прокричал он, когда дверь все-таки открылась и на пороге появился удивленный и несколько возмущенный лакей. Злясь на слугу за то, что им пришлось так долго ждать, Джеймс просто пошел на него, заставив попятиться назад.
— В чем там дело, Миллз?
Джеймс повернулся на голос, посмотрев через плечо лакея, и увидел стоявшего в холле лорда Маллина. Испытав облегчение, Рэмзи быстро подошел к другу вместе с едва поспевавшим Бэнксом.
— Джеймс! — удивился Роберт, затем перевел взгляд на Мэгги, которую вошедший держал на руках. — Что это? Боже, что произошло?!
— В нее стреляли, — коротко ответил Джеймс. Роберт убрал руку Бэнкса и приподнял прилипшую к ране, пропитавшуюся кровью ткань. Джеймс подозревал, что дела плохи — достаточно было увидеть, сколько вылилось крови, — и взгляд Роберта лишь подтвердил его наихудшие опасения. Сердце Джеймса содрогнулось.
— Неси ее наверх, — приказал Роберт, приоткрыв рану Мэгги. — Отведи их в комнату для гостей, Миллз, а я схожу за инструментами.
Джеймс последовал за лакеем, глядя на бледное лицо Мэгги. По шагам позади себя он понял, что Бэнкс, а возможно, и Кроуч последовали за ним, хотя он ума не мог приложить зачем. Они мало чем могли помочь. Он и сам-то помочь не сможет, и он это знал. Только Роберт может что-то сделать. А он сейчас — ничего.
Значит, получается, что с самого момента их встречи он был для Мэгги совершенно бесполезен. «Позаботься о моей сестре» — вот о чем попросил Джеральд, подарив жизнь ему самому… а Джеймс подвел его. И как подвел!
Сначала принял порядочную женщину за куртизанку. Что за глупая ошибка?! Не просто глупая! Идиотская! Кто еще мог решить, что невинная, милая Мэгги — публичная женщина? Только такой идиот, как он. Затем он какое-то время оберегал ее. Это так. Он сумел вырвать ее из-под угрожавшего ее жизни экипажа, но не смог уберечь от самой опасности. Он не предотвратил второго покушения, ничего не сделал, когда ей прострелили шляпу, а затем подожгли дом. Боже, он даже от себя ее не уберег, а овладел ею прямо в библиотеке собственной тетки, словно какой-нибудь проституткой. И не единожды, а дважды! Джеральд сглупил, доверив ему сестру. Трагично сглупил.
И вот теперь, в самую страшную минуту, он вновь не сумел ее уберечь. Находился на расстоянии всего нескольких футов — и позволил в нее выстрелить. Если бы он только двигался тогда быстрее… Думал быстрее…
— Можете положить ее, милорд.
Занимаясь самобичеванием, Джеймс и не заметил, как они вошли в спальню и Миллз расстелил на кровати шерстяное одеяло. Слуга поспешно разглаживал последние неровности, чтобы Джеймс мог положить на него Мэгги. Джеймс нахмурился при виде грубой, колючей ткани:
— Уберите это. Она ляжет на гладкую простыню.
— Это чтобы уберечь белье от крови, — стал объяснять слуга. — Однажды лорд Маллин зашивал рану, и…
— Уберите это! — рявкнул Джеймс. — Я заменю вам и белье, и эту чертову кровать, если потребуется, но леди Маргарет не проведет свои последние минуты на этом мерзком…
— Делайте, что говорит его светлость, и снимите это, Миллз.
Джеймс замолчал и взглянул через плечо. Лорд Маллин вошел в комнату, буквально обвешанный инструментами. За ним шли еще двое слуг, один из которых нес свежие бинты, а второй — большой ковш с водой.
— Клади ее.
По приказу Роберта Джеймс повернулся к кровати. Миллз уже убрал грубое одеяло и натягивал белую, чистую простыню. Оглядев ее и удовлетворенно кивнув, Джеймс положил Мэгги на кровать. Он застыл в нерешительности, затем опустился на колени у кровати, заключив миниатюрную ладонь невесты в свою собственную.
Доктор обошел кровать, подойдя с другой стороны. Он остановился, прошептал что-то на ухо лакею, затем попытался осторожно приподнять окровавленное платье, чтобы рассмотреть рану Мэгги повнимательнее.
— Ну что? — встревоженно спросил Джеймс.
— Платье я должен разрезать. — Роберт поднял голову и оглядел столпившуюся в комнате прислугу. — Ты хочешь, чтобы твои люди остались?
Джеймс оглянулся и хмуро посмотрел на Бэнкса и Кроуча. Оба незамедлительно пошли к двери, хотя Бэнкс двигался чуть неувереннее кучера. Роберт же тем временем стал разрезать платье Мэгги. Начал он от шеи, затем дальше, вниз, и снова к шее, произведя дугообразный разрез и обнажив таким образом всю верхнюю часть груди девушки. Мэгги застонала, когда он сорвал отрезанный материал, — даже такой пустяк, похоже, причинил ей боль. Звук этот заставил Джеймса посмотреть ей в лицо, и сердце его едва не замерло, когда ему показалось, что ресницы ее подрагивают. Затем он почувствовал, как рука Маргарет пошевелилась, и сжал ее еще крепче. С тех пор как он взял девушку на руки, она вела себя так тихо, что несколько раз ему казалось, что она уже умерла. Теперь же, как ни было ему страшно в эти минуты, поданные ею признаки жизни не могли не радовать Джеймса.
Он с трепетом склонился над ней и прошептал:
— Мэгги!
Веки ее вновь задрожали и глаза открылись. На сей раз совершенно явно:
— Джеймс?
Похоже, она была смущена, и Джеймс нежно погладил ее ладонь, испугавшись того, какая она холодная:
— Да. Я привез тебя к Роберту. Он тебя вылечит, любимая.
Если Мэгги и поняла сказанное им, то не подала виду. Веки ее стали устало смыкаться; затем она вновь заставила себя открыть глаза, словно упустила что-то очень важное.
— Джеймс, — мягко проговорила она и попыталась сесть, но Джеймс и лорд Маллин заставили ее снова лечь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34