А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Дело в том, что я собирался как следует высечь ее. Больше я ни о чем не думал, честно.
— Мэгги решила, что ты собирался изнасиловать ее.
Дункан вздохнул.
— Возможно, с ее точки зрения все так и выглядело. Она меня так взбесила…
— Это — сказал Риви, — я могу понять. Но если ты когда-нибудь что-нибудь позволишь себе по отношению к ней, я убью тебя, Дункан.
Несколько секунд Дункан загадочно и задумчиво молчал, а потом спросил:
— Что, если я уговорю ее? Что, если она сама отдастся мне, Риви?
— Тогда бы я не захотел ее, — ответил Риви и, оттолкнув миску с недоеденным рагу, поднялся из-за стола и пошел наверх.
Была уже полночь, когда приехал врач-миссионер. Он оказался на удивление подвижным молодым человеком небольшого роста, с открытым честным лицом. Он быстро осмотрел Мэгги и снова укрыл ее, подоткнув одеяло.
— Воспаление легких? — нерешительно спросил Риви.
Доктор покачал головой.
— Нет, приятель. Просто переутомление и, я бы сказал, очень сильная простуда. Она очень напрягалась в последнее время?
Риви подумал о том, что довелось пережить Мэгги, и кивнул.
— Ну, вот и результат. Вашей жене необходим хороший и продолжительный отдых и побольше солнца. — Врач поморщился, прислушиваясь к барабанящему по крыше ливню. — Если только солнце соизволит показаться снова.
Риви как-то ослабел от такого исхода дел. Он щедро заплатил врачу и, когда тот ушел, снял одежду, которую надел раньше, и забрался в постель к Мэгги. Кровать была довольно узкой, если учитывать размеры самого Риви, но ему было все равно. Хотя Мэгги была горячей, как печка, он обнял ее покрепче и уснул.
На следующий день солнце палило нещадно, высушив затопившие дороги озера грязи, превратив ее в потрескавшуюся корку. Мэгги пришла в себя, хотя и была еще слаба для того, чтобы отправиться в путь. Она скорчила гримасу при виде миски с похлебкой, которую принес ей Риви.
— На вкус, как помои, — сказала она.
Риви усмехнулся, радуясь ее выздоровлению и не обращая внимание на угрюмый вид.
— Доктор говорит, тебе нужно есть. Ты сама это съешь, Янки, или мне запихать это тебе в глотку?
Мэгги неловко взяла миску, отчего часть похлебки выплеснулась на постель.
— Когда я выходила замуж за одного из самых богатых людей Австралии, то рассчитывала, что буду есть что-нибудь получше воды, в которой купались куры.
— Вот как? — ухмыльнулся Риви. — Жаль. Впредь тебе предписана строгая диета из подобных блюд, хотя мы постараемся разнообразить мясные блюда. Иногда можем засунуть в кастрюлю кенгуру.
Мэгги пыталась хмуриться, но ей это не удалось: губы ее скривила сонная улыбка.
— Разве я такая уж невозможная?
— Ужасно. Я никогда не считал, что женщин следует бить, — пошутил Риви, — но, может быть, мне стоит попробовать.
— Только попробуй, Риви Маккена, — задиристо парировала Мэгги, — и я с тебя шкуру спущу.
Риви рассмеялся.
— Хорошо, что ты вернулась, Янки, — хрипло сказал он.
Мэгги посмотрела в окно, в котором сияло палящее солнце Куинсленда.
— Остальные уже уехали?
— Элеанор с Дунканом поехали вперед, чтобы приготовить дом. А Кора еще здесь, возится с Элизабет.
Мэгги вздохнула, и звук получился очень несчастным. Она явно не привыкла лежать в постели, когда жизнь вокруг кипела.
— Знаешь, я никогда не болею, — сказала она. — Даже когда плыла из Англии, каждый день выходила на палубу, в то время как большинство валялись на койках.
— Ленивые пройдохи, — сочувственно сказал Риви, пряча ухмылку. — Думаю, если они не валялись на койках, то их просто тошнило за борт.
Мэгги вполне серьезно кивнула.
— Это было отвратительно.
Риви не мог сдержать смех.
— Ты надменная девчонка, известно тебе это?
Мэгги вздернула свой упрямый американский подбородок, и в этот миг Риви не сомневался в своих чувствах к этой женщине — это была любовь, простая, чистая и головокружительная.
— Я просто перечислила обстоятельства дела, — сказала она.
Риви сдержал свою веселость.
— Конечно, — официально сказал он. — Если мы с вами, миссис Маккена, когда-нибудь отправимся в круиз, я уверен, что вы будете вести себя героически.
Мэгги вытаращила глаза.
— И ты бы сделал это? — прошептала она. — Отправимся в круиз после того, что с тобой случилось?
Ей уже явно не хотелось больше похлебки, и Риви забрал у нее миску, а то бы она все разлила.
— Я больше не стану охотиться на китов, — серьезно сказал он. — Это величественные животные, Мэгги. Слишком особенные, чтобы из них делали масло для ламп или корсеты.
Ее маленькая ручка легла на его руку.
— Но ведь это они сделали тебя богатым, не так ли?
— Ага, но это время ушло. С этого дня я стану фермером и буду вкладывать деньги в разведение овец или что-нибудь в этом роде.
Мэгги вдруг опустила глаза, и Риви понял, что она думает о Джеми.
— Так, значит, он разводит овец, верно? — хрипло спросил он.
Она со страхом посмотрела на него.
— Думаю, их у него много, — сказала она.
Учитывая недавнюю болезнь Мэгги, Риви нашел, что совсем нетрудно говорить тихим и ласковым голосом.
— Ты что-то еще знаешь о Джеми, верно? Что-то, что боишься сказать мне?
Мэгги отвела взгляд.
— Это не я боюсь, Риви. Это Джеми. Он уверен, что если ты узнаешь, то не простишь его, так что будет лучше, если ты просто не найдешь его, чем станешь ненавидеть…
Риви поднял руку, прося ее помолчать.
— Все в порядке, Мэгги. Я больше не буду тебя расспрашивать. Когда будешь готова рассказать сама, тогда и расскажешь.
— Я обещала, что не буду, — печально сказала она.
— Значит, мне нужно удовольствоваться этим, — ответил Риви. — Но предупреждаю тебя, Янки, я не буду всегда таким милосердным.
— Знаю, — ответила она. — Иди сюда и поцелуй меня, пожалуйста.
Риви покачал головой.
— Чтобы заразиться? Ни за что!
— Если ты сейчас же не поцелуешь меня, — твердо заявила Мэгги, — мне придется сделать что-то нехорошее или даже неприличное.
Риви выгнул бровь.
— Например?
Она решительно откинула одеяло — и обнаружила, что одета в ночую рубашку.
— Как это на мне оказалось? Я ведь была голая…
Риви засмеялся и снова укрыл ее.
— Элеанор одела тебя, когда тебе стало плохо, наша добропорядочная Элеанор.
Мэгги закатила глаза.
Глава 22
Построенный из белого камня дом Риви находился в конце красной от пыли дороги, по краям которой росли банановые деревья. Позади здания тянулись бесконечные плантации сахарного тростника высотой с кукурузу. При виде их у Мэгги, которая сидела рядом с Риви на козлах нанятого у хозяина постоялого двора фургона, перехватило дыхание.
— И ты управляешь таким хозяйством без прислуги?
Риви ухмыльнулся и быстрым движением стегнул вожжами запряженную в фургон пару лошадей, понукая их двигаться быстрее.
— Речь не о домашней прислуге. Рабочие на плантациях совсем другое дело.
— Аборигены?
Риви кивнул и слегка нахмурился.
— Они кочевой народ. Есть такие племена, которые бросают свои орудия труда и уходят, как только их потянет прочь.
Мэгги заметила вдалеке сверкающую на солнце водную гладь. Она вспомнила, что океан совсем рядом, и уже предвкушала, как будет бродить по песчаным пляжам, собирая ракушки.
— Это место как-то называется? — спросила она, различив впереди Элизабет и Кору, которые махали им с крыльца. Улыбнувшись, она помахала в ответ.
— Ага, — тихо сказал Риви. — Оно называется «Семь Сестер» из-за истории, которую рассказывают аборигены. Легенда из века грез.
— Века грез?
— Так аборигены называют время дописьменной истории.
— Расскажи мне эту легенду, — умоляюще попросила Мэгги, которая любила такие истории. Легенда, которую рассказал ей Сэмюэл в зоопарке, очень понравилась ей.
Они уже подъезжали к дому, и лицо Риви как-то вдруг посерьезнело. Мэгги посмотрела в ту же сторону и увидела стоявших на крыльце Дункана и Элеанор.
— Опять, — сказал ей муж. Риви остановил фургон напротив крыльца и проворно спрыгнул с козел, помогая спуститься Мэгги.
Возможно, он отдал долг традиции, а может быть, просто хотел напомнить следящим за ними — особенно Дункану, — что Мэгги его жена. Как бы то ни было, Риви вдруг подхватил ее на руки и поднялся по ступенькам. Элизабет радостно бежала по пятам. Риви помедлил в дверях, быстро поцеловал Мэгги, а потом внес ее в дом.
— Добро пожаловать домой, миссис Маккена, — сказал он низким голосом.
На глаза Мэгги навернулись счастливые слезы, потому что слишком часто ей казалось, что этого никогда не произойдет. И даже после того, как Риви осторожно опустил ее на ноги, ее рука задержалась у него на шее.
— Были такие минуты, — призналась она, — когда мне казалось, что если кто и перенесет кого-то через порог, так это буду я.
Риви засмеялся и исподтишка хлопнул Мэгги по попке, после чего она впервые огляделась. Дом был просторным и довольно грубо сделанным. Ему не хватало мраморного изящества сиднейского особняка, но Мэгги это понравилось. В доме был огромный каменный камин, а в столовой слышался шум океана. Кухня находилась в отдельно стоящем здании, к которому вела дорожка. Разумеется, никаких газовых фонарей не было.
«Семь Сестер» было довольно глухое местечко, но его новая хозяйка решила, что оно вовсе не такое уж скучное. Впервые за всю свою жизнь у Мэгги появился настоящий дом, и от этого чувства у нее комок подкатил к горлу.
В хозяйской спальне наверху Мэгги залезла на подоконник, оглядывая сахарные поля и сверкающее море. Она ощутила на плечах руки Риви и его теплое дыхание на затылке, когда он наклонился и поцеловал ее в это чувствительное место.
Довольная и счастливая, Мэгги подняла руки, положив их поверх рук Риви.
— У меня такое чувство, будто вся моя жизнь была дорогой, ведущей сюда, в «Семь Сестер», — тихо сказала она.
— У меня такое же чувство, — отозвался Риви, ласково покусывая ее шею. — С тех самых пор, как я перенес вас через порог, миссис Маккена.
Мэгги обернулась, глядя в лицо Риви блестящими от слез глазами.
— Я хочу, чтобы наш ребенок родился здесь, в этой самой комнате.
— Ага, — усмехнулся Риви, подняв ее голову для поцелуя. — А есть ли место лучше этого, чтобы зачать еще с дюжину?
От его поцелуя трепет желания пробежал по телу Мэгги, и она уже подсчитывала в уме часы, оставшиеся до вечера. Руки Риви обхватили ее ягодицы, крепко прижимая ее к нему, и, проведя кончиком языка вокруг ее губ, Риви добавил низким шепотом:
— Ты будешь очень рада, что вышла за меня, Янки.
Мэгги обвила его шею.
— Я уже этому рада, — тихо ответила она, а потом задумчиво выгнула бровь. — Сегодня у нас по многим причинам будет первая брачная ночь.
Риви уже собирался снова поцеловать жену, когда кто-то громко откашлялся. Вздрогнув, миссис и мистер Маккена вспомнили, что не одни, и, обернувшись, увидели стоявшую в дверях Элеанор, щеки которой пылали.
— Кушать подано, — неожиданно робко сказала она, — если хотите присоединиться к нам.
Мэгги проголодалась, и хотя она предпочла бы провести остаток дня наедине с мужем, она взяла смущенного Риви за руку и повела его к двери.
Обед состоял из какой-то жареной дичи, картошки, гороха и лепешек, к которым подали повидло и свежие сливки. Мэгги была вынуждена сделать Элеанор комплимент за ее стряпню. Она не могла не заметить, что и Дункан, и Риви тут же с ней согласились.
Пообедав, Риви с Дунканом с молчаливого обоюдного согласия вышли из столовой, чтобы поговорить наедине. Кора объявила, что мисс Элизабет нужно вздремнуть, так же как и ее няньке, и увела свою протестующую питомицу наверх. Таким образом, Мэгги осталась в обществе Элеанор и, пытаясь быть любезной, помогла ей убрать со стола. Но тем не менее Мэгги чувствовала какое-то стеснение.
— На самом деле вам не стоит это делать, — отрешенно сказала Элеанор, собирая тарелки и ставя их друг на друга. — Вы, в конце концов, хозяйка дома, и вам еще нездоровится.
Мэгги неожиданно почувствовала жалость к этой женщине. Подхватив одной рукой миску с недоеденной картошкой, а другой — тарелку с лепешками, она спросила:
— Элеанор, почему вы так стремитесь остаться здесь, что даже согласны унизиться до положения прислуги?
Впервые с той минуты, когда обед закончился, Элеанор встретилась взглядом с Мэгги, и в ее глазах блеснули слезы. Мэгги, которая даже представить себе не могла, что эта грозная женщина способна плакать, была ошарашена.
— Иногда, — сказала та, — нам нужно только терпеливо подождать того, что можем получить, миссис Маккена. — Взгляд Элеанор стал пронзительным. — Когда у вас вырастет живот, и ваш муж уже не сможет уделять вам достаточно внимания, я надеюсь получить все сполна.
Мэгги были так поражена, что пальцы ее разжались, и миска с картошкой с грохотом упала на пол.
— Вы хотите стать любовницей Риви? — изумленно спросила она.
Элеанор улыбнулась и вытерла слезы.
— Жены довольно быстро изнашиваются, — холодно заметила она. — Подозреваю, что наступит такой день, когда вы будете рады тому, что муж оказался в моей постели, а не в вашей.
Пораженная наглостью этой женщины, Мэгги наклонилась и подняла с пола миску, которую уронила, и со стуком поставила ее на стол.
— Ваша вера в собственное очарование довольно удивительна, мисс Килгор, — ответила она. — Но если Риви ощутит потребность в любовнице, то, могу вас уверить, я сделаю все, что в моих силах, чтобы не допустить этого. А вы окажетесь далеко от «Семи Сестер». Вполне вероятно, что вы уедете уже сегодня.
Улыбка Элеанор не сходила с лица, а глаза блестели не от слез, а от решимости.
— Неужели вы решили, миссис Маккена, что ваш любящий супруг отошлет меня и позволит вам подвергать опасности ребенка, моя полы и готовя еду? Если вы так считаете, то, значит, недооцениваете его преданность.
— Стоит мне только рассказать ему, что вы собираетесь…
Элеанор перебила ее развязным смехом.
— А если даже и так, то есть если он будет вне себя от ярости и укажет мне на дверь, — что маловероятно, так как немногие белые женщины захотят жить в таком захолустье, — мне нужно будет только обратиться к мистеру Кирку, чтобы получить место в его доме. Он наймет меня — гарантирую вам это, — и может статься, что это будет даже удобней для мистера Маккены, так как дом мистера Кирка не более чем в миле ходьбы отсюда. Он мог бы навещать любовницу, не хвастаясь этим перед женой.
Мэгги поняла, что угрозы Элеанор небезосновательны: по указанным ею причинам Риви едва ли отошлет ее. Мэгги придется лгать ему, если он воспротивится ее намерениям. И Мэгги, как более молодая, будет походить на ревнивую и неопытную новобрачную. Риви решит, что причина ее вымыслов в беременности.
— Вы не получите его, — гордо поклялась Мэгги, густо покраснев, повернулась и вышла из столовой.
Риви с Дунканом как раз выходили из маленького кабинета, и по их лицам Мэгги не смогла понять, о чем они говорили. Она была слишком расстроена, чтобы пытаться прочесть выражение их лиц.
— Пойду погуляю, — раздраженно объявила она, скрестив на груди руки.
Дункан подал Риви руку, и тот после секундного колебания пожал ее. В любое другое время Мэгги захотелось бы узнать, о чем они договорились, но она повернулась и направилась за дом. Риви догнал ее, когда она шагала по зарослям тростника, двигаясь на шум моря, которое притягивало ее низким, шуршащим звуком.
— Тут полно змей, — заметил Риви, нагнав ее.
Тростник хрустнул, распространяя вокруг запах сахара.
— А я-то думаю, что подарить Элеанор к Рождеству, — саркастически пробормотала Мэгги.
Риви схватил Мэгги за локоть и резко развернул к себе так, что она ударилась о его грудь. Он засмеялся и запустил пальцы в ее разметавшиеся волосы.
— Отчего это ты так всполошилась? — ухмыляясь, спросил он.
Мэгги хотела было все ему рассказать, но представила себе, что произойдет в этом случае. Риви либо решит, что она преувеличивает, либо отошлет Элеанор… в находящийся по соседству дом Дункана.
— Здесь, правда, есть змеи? — спросила она, озираясь.
Риви кивнул. Выражение его лица, за исключением глаз, которые по-прежнему смеялись, было серьезным.
— Не уходи больше одна, Мэгги, это небезопасно.
Не в силах вынести упреков, Мэгги закусила губу и поборола искушение заплакать.
— Порой мне кажется, что на земле нет ни одного безопасного места, — печально сказала она.
Риви коснулся кончика ее носа, и голос его посерьезнел.
— В чем дело, Янки? Что тебя беспокоит?
Мэгги просветлела, потому что так было нужно; она была намерена бороться за мужчину, которого любила всей душой. Она улыбнулась и игриво потерлась бедрами о бедра Риви, а потом побежала по полю сломя голову. Ее смех, как музыка, звенел в воздухе.
— А ну-ка вернись! — сердито крикнул Риви. — Я не шучу насчет змей!
Мэгги добежала до края поля и, запыхавшись, остановилась. Перед ней во всей красе и великолепии расстилалось море, набегающее на белый песок.
— Черт побери! — прошептала Мэгги, завороженная красотой этого места.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36