А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Похоже, леди Софи влюблена в графа Слэслоу. Так считала Китти, а ошибалась она крайне редко. Ее наблюдения вроде бы подтверждали слухи о помолвке, которая должна быть скоро объявлена.Китти романтически вздохнула: «Что за чудесный вечер был, когда объявили мою помолвку с милым Терлоу. До сих пор помню трепет восхитительного торжества (возможно, где-то и низменного), какое я испытывала тогда перед остальными незамужними девушками, находящимися в зале». Китти стряхнула воспоминания и вошла в библиотеку, чтобы представить Квилла леди Софи.Квилл (он же Эрскин) был не совсем таким, каким его представляла Софи. Она смутно помнила худое бледное лицо в окне во время запуска фейерверка. Сейчас же худощавое лицо сидящего в кресле джентльмена было загорелым и выглядело более здоровым, чем у многих лондонских щеголей, которые большую часть времени проводили, развлекаясь в помещениях, и ездили в закрытых каретах.Он быстро поднялся. Холодные губы легко коснулись тыльной стороны ее ладони. Софи показалось, что встает Квилл довольно легко, и, только когда он снова опустился в кресло, она поняла, каких усилий ему это стоило. Она быстро присела на первый попавшийся на глаза небольшой табурет у камина. Ей не хотелось, чтобы Квилл испытывал неловкость, сидя в присутствии дамы.Питер не пожелал придвинуть поближе тяжелое кожаное кресло и просто уселся на ковер, а его мать тут же завела беседу с достопочтенным Сильвестром Бредбеком, который удалился в библиотеку, чтобы дать отдых своей подагрической ноге.Квилл разглядывал Софи. Глаза внимательно смотрели из-под тяжелых век, лицо невозмутимо. Похоже, смущение ему вообще было неведомо.— Вы наслаждаетесь балом, леди Софи? — проговорил он, растягивая слова.Софи слегка порозовела. В тоне Квилла она ощутила иронию, а ее находчивость сегодня, как назло, куда-то улетучилась. Остроумный ответ был важным условием любой светской беседы между мужчиной и женщиной, но сейчас все остроумие ее покинуло. Хотелось бы верить, что временно.— Не совсем, — ответила она искренне.— Хм-м, — пробормотал Квилл, заметив, как опустились углы ее рта. — В таком случае, может быть, вы предпочтете оторваться от этого бурного веселья? Мы могли бы сыграть партию в трик-трак. Не желаете?Софи размышляла. С одной стороны, во время бала дамы обычно не удаляются в библиотеку поиграть в настольные игры, но другой, ведь она под присмотром не кого-нибудь, а самой хозяйк дома, и совсем неплохо было бы дать натянутым нервам немног расслабиться. Ни Брэддон, ни Патрик библиотеку скорее всего не посетят, так что можно будет успокоиться, а затем вернуться танцевальный зал.Она посмотрела в зеленые глаза Квилла:— Мне было бы очень приятно.Квилл едва заметно кивнул. Питер проворно вскочил, притащил небольшой столик, крышка которого являлась доской для игры в триктрак, и молча расставил фишки.Отблески огня в камине легко перескакивали с одной ореховой панели на другую — ими были обиты стены библиотеки, — задерживались на черных и белых фишках, изящных кольцах Софи, окрашивали волосы Квилла в бордовый цвет.Играли молча, пока у Софи не выпал второй дубль.Квилл поднял глаза и бросил на брата веселый взгляд:— Питер, кого ты привел сюда скрасить мое одиночество? Фокусницу? — Он обратил смеющиеся глаза на Софи. — Хорошо еще, что я по-джентльменски не предложил играть на деньги.Софи скромно улыбнулась. Правда, скромность эта была притворной. С самого детства ей неизменно везло на дубли. Своего дедушку она этим всегда приводила в замешательства. Чувствуя, что настроение поднимается, Софи глотнула вина из стоящего рядом бокала. Охватившее тело томление, которое она тщетно пыталась обуздать, в этом тихом оазисе постепенно стихало.В ответ на шутливое жалобное бормотание Квилла свой следующий дубль она сопроводила радостным ликованием, а две шестерки, выпавшие в конце игры, — это вообще был восторг.Именно в этот момент в библиотеку вошли Брэддон Четвин, граф Слэслоу, и его приятель Патрик Фоукс. Именно от этих двоих она и надеялась здесь отдохнуть. Брэддон тут же направился к своей невесте, которой только что похвалялся перед школьным приятелем.Патрик остановился на пороге. Волосы Софи сияли. Свет огня в камине позади нее придавал им оттенок спелых персиков или абрикосового сока, налитого в стеклянную бутылку. Они были аккуратно уложены, но все равно некоторые локоны выбились, одни на спину, другие вперед. В ее волосах переплелось множество оттенков, от красного, золотистого до чистейшего солнечно-желтого. Больше всего его восхищали россыпи пушистых крошечных завитков, к которым так хотелось прикоснуться.Он уже принял решение уйти, а Софи в это время смеялась, ее глаза сверкали. Все это продолжалось, пока она не встретилась с ним взглядом. В это мгновение улыбка с ее лица исчезла, затем края губ снова быстро приподнялись, но улыбки не получилось, потому что она не коснулась глаз.«Наверное, боится, что я расскажу Брэддону, как она искусно целуется», — мрачно подумал Патрик.Брэддон подошел к группе, поклонился, как объятый нетерпением юнец, и теперь стоял, лучезарно улыбаясь невесте. Патрик молча прошагал к камину.«Будь я проклят, если позволю себе смутиться перед какой-то обольстительной девчонкой, имевшей наглость отказать мне, предпочтя более знатный титул. Она получила то, что хотела. В этом году на рынке женихов граф, кажется, был единственный. Вот его-то она и заполучила. Есть, правда, еще неженатый герцог, престарелый Сискайнд, плюс восемь детей в придачу. Он единственный, по крайней мере пока я не стану герцогом». — Глаза Патрика болезненно вспыхнули.Софи скользнула глазами по его лицу и быстро отвернулась. Щеки окрасил румянец, такой же утонченный, как розовое шампанское, бокал с которым она держала в руке. Брэддон уселся на ковер и принялся деловито расставлять фишки триктрака. Известие о том, что будущая жена умеет играть в эту игру, привело его в восторг. Софи заставила себя улыбнуться жениху.Откинув голову на высокую спинку кресла, Квилл с интересом наблюдал за очаровательной леди Софи. Вначале она как будто оцепенела, а затем снова повеселела. Правда, веселье это было какое-то слабое и неустойчивое. Он переместился, чтобы посмотреть, кто вынудил ее преобразиться из обаятельной девушки в глянцевитую светскую даму. После этого вскинул худую темную кисть и произнес насмешливым голосом, растягивая слова:— Патрик, дружище, поди поздоровайся со мной.— Квилл!В мгновение ока длинные ноги перенесли Патрика к креслу, его черные глаза озарились радостью.— Господи, дружище, я думал, ты прикован к постели!— Так оно и было, не считая последних нескольких месяцев.— Выглядишь великолепно.— Как видишь, живу, — коротко произнес Квилл. Патрик присел перед креслом на корточки.— Знаешь, в Индии, когда магараджа угрожал меня обезглавить, если я не преклоню колени перед каким-то его идолом, я вспоминал о тебе, Квилл. Уж очень он был похож на тебя, нашего школьного тирана.Для Софи это было мучительно. Голова Патрика находилась как раз на уровне ее головы — он пристроился на корточках, она сидела на табурете. И совсем рядом. Ее глаза инстинктивно скользили по его фигуре вплоть до обтягивающих мускулистые бедра панталон. Софи нервно встряхнула головой, но это не помогло. Она с трудом сглотнула и слегка переместилась на своем низеньком табурете в другую сторону.В свою очередь Патрик, обнаружив, что эта амбициозная глупая девчонка все еще волнует его, почувствовал себя неуютно. Справа он ощущал нежнейший аромат, сладостный и чистый, как цветок вишни. Этот аромат тревожил и воспламенял. Ему захотелось перекинуть Софи через плечо и унести в спальню.Он резко поднялся на ноги и выпрямился. Выражение лица внезапно стало неприветливым и холодным. Но когда он бросил взгляд на табурет, в его глазах заблестели веселые искорки.— Леди Софи, позвольте засвидетельствовать мое глубочайшее почтение. — Он вежливо поклонился. — Должен принести извинения, я только что обнаружил, что вы в библиотеке.Софи снова покраснела. «Конечно, он меня видел». Окаменев под его взглядом, она кивнула. Доверять голосу было опасно.Он был таким же красивым, как и месяц назад, хотя теперь его глаза смотрели на нее не восторженно, а насмешливо. И до чего же у него замечательные волосы. Непокорные, даже будучи причесанными с небрежной элегантностью, что было модно среди лондонских джентльменов. Но она чувствовала — волос Патрика не касались ни помада, ни масло, их ворошило только свежее дыхание ветра во время верховых прогулок. Они были черными как смоль, с редкими серебристыми нитями, отчего казалось, что их освещал слабый лунный свет.У Софи перехватило дыхание. С чем можно было бы сравнить ее теперешнее состояние? Ну разве что если бы она купалась и внезапно почувствовала насмешливый взгляд законченного повесы. Она была явно не в себе. Это подтверждалось тем, что на нее начала беспокойно поглядывать виконтесса Дьюлэнд, впрочем, не прерывая беседы с Сильвестром Бредбеком.Софи выпрямилась и грациозно поднялась. Затем улыбнулась Квиллу настоящей улыбкой. Квилл тоже встал, слегка пошатываясь, опираясь руками о подлокотник кресла.Софи присела в глубоком реверансе:— Пожалуйста, сидите. Прошу вас.Квилл чуть скривил рот от боли, но смотрел на нее с искренней симпатией.— Леди Софи, для меня было бы огромной честью когда-нибудь вновь встретиться с вами. Может быть, вы дадите мне возможность отыграться и в следующий раз мне повезет больше?— С большим удовольствием. — Софи ослепительно улыбнулась.Продолжая улыбаться, она повернулась к Питеру, затем скользнула холодным взглядом по Патрику и остановила его на своем женихе:— Милорд.Брэддон протянул руку. Она ее взяла, и они двинулись по толстому персидскому ковру к двери. Серебристые носки туфель Софи мяли ярко-красные и малиновые цветы. Ее уход заметили двое. Квилл — он все еще был на ногах, улыбающийся симпатичной полуулыбкой, от которой ей хотелось заплакать, — и Патрик, чье насмешливое выражение лица вызывало желание швырнуть в него вазу.«Я не оглянусь на этого… этого не заслуживающего доверия соблазнителя», — подумала она. И не оглянулась.
Патрик смотрел на Софи, как она направляется в зал, где через несколько минут объявят о ее помолвке с Брэддоном Четвином, и его охватывала слепая ярость, отчего по всему телу распространилась угрожающая теплая волна. Ему хотелось рвануться через комнату, догнать ее, оторвать от Брэддона и обнять, причем очень, очень крепко. Тогда, может быть, ее губы перестанут так высокомерно подергиваться.И Патрик знал, знал: Софи можно снова мгновенно превратить в раскрасневшуюся, трепещущую девушку, которую он обнимал месяц назад. Девушку, чье смущение тогда выглядело таким подлинно трогательным, что если бы ему было неведомо, что она искушенная кокетка, раздающая поцелуи направо и налево всему лондонскому бомонду, то, возможно, он… Что? Что, возможно, он?..Питер извинился и тоже направился в танцевальный зал, но Патрик за ним не последовал. Он уселся на табурет, который освободила Софи, и принялся длинными загорелыми пальцами аккуратно перебирать фишки триктрака. Затем через некоторое время поднял глаза и встретил холодный взгляд, который устремил на него старый друг.Квилл всегда отличался железной сдержанностью, даже в школе, где они вместе страдали от несправедливостей пансионной жизни. Патрик мог легко взорваться лихорадочным гневом, например, наброситься на своего брата Алекса, а Квиллу достаточно было произнести всего несколько слов.Теперь он откинул голову на обитую коричневой кожей спинку кресла и закрыл глаза. А затем заговорил, причем напрямик, без всяких косвенных намеков:— Я припоминаю, Брэддон уже уводил от тебя один раз девушку, рыжеволосую актрису. Это так?— Да, Арабеллу Калхоун. Они вместе уже больше года. Она по-прежнему его любовница. — Отяжелевший взгляд Патрика скользнул по непроницаемому лицу Квилла. — Но леди Софи моей девушкой никогда не была. К тому же она мне недавно категорически отказала.Глаза Квилла раскрылись.— И тебе от этого скверно?Под спокойным взглядом друга рот Патрика наконец расслабился. С его лица ушло ехидное выражение.— Да, — признался он. — Это было для меня настоящим шоком.— Странно. Насколько мне известно, весь этот год за тобой охотились почти все лондонские девицы. — Квилл вяло взмахнул рукой. — Не удивляйся, Питер держит меня в курсе лондонских сплетен. С тех пор как твой брат женился, кажется, год или два назад, ты вроде бы стал всеобщим любимцем. Разве не так?— Нет.— Значит, пока удается успешно избегать внимания мамаш, дочери которых достигли брачного возраста. Я также слышал, что ты жутко разбогател, — насмешливо добавил Квилл. — И об этом известно даже в Индии.— Может, сыграем?— И вдруг такой отказ от очаровательной Софи Йорк! Пожалуй, я попрошу маму, чтобы она пригласила ее на чай.— В ближайшем будущем она будет занята, — заметил Патрик безразличным голосом. — Я подозреваю, что сейчас они там принимают поздравления.Квилл выдержал паузу.— Так далеко зашло?— Куда уж дальше. Но она не такая дурочка, Квилл. — Патрик невольно повторил те же слова, которые Софи сказала сама себе перед тем, как отправиться на бал. — Она гонится за титулом.— К сожалению, Брэддон болван. Она рехнется от него через месяц. А жаль. — Глубоко посаженные глаза Квилла смотрели на друга детства с кажущимся безразличием.— Так сыграем? — резко повторил Патрик.— Давай.Толстые ореховые двери пропускали слабые звуки, доносившиеся из танцевального зала. Они то нарастали, то затихали, но их легко заглушал стук игральных костей о полированную поверхность столика. Сверху на играющих молча взирал мраморный Шекспир.После третьего кона Патрик внезапно разорвал паутину, сотканную присутствием Квилла и огнем, поблескивающим в камине.Его глаза вспыхнули весельем.— Пожалуй, мне следует пойти поздравить счастливую пару.Лицо Квилла оставалось бесстрастным.— А я отправляюсь в постель, — протянул он через несколько секунд, — Ты меня своими эмоциями просто измучил. — Он заставил себя подняться и застыл, опершись о высокую спинку кресла. — Патрик, я рад, что ты вернулся с Востока.— А меня ужасно удручает происшествие с этой чертовой лошадь.Квилл усмехнулся:— Лошадь тут ни при чем, Патрик. Это я, видно, такой ездок.Надеюсь, мы скоро увидимся снова.Они вместе вышли из библиотеки. Тело одного являло собой настоящую гармонию мускулов, лишь слегка закамуфлированных обтягивающими панталонами лондонского джентльмена. Тело другого было в равной степени мускулистым, но мускулы эти отказывались подчиняться командам хозяина. Квилла железная воля сейчас двигала к алькову с постелью, а Патрика в совершенно другом направлении двигала с трудом управляемая страсть. Его влекли пышные, как будто пронизанные солнечными лучами локоны девушки, которую он жаждал больше всего на свете. Глава 4 Патрик спустился по лестнице в холл. Лакеи, одетые в коричнево-красные ливреи, которые почему-то показались ему мрачными, все еще стояли, застыв у парадного входа, однако особняк Дьюлэндов был почти пуст. Бал закончился. Башмаки Патрика гулко стучали по мраморному полу. А всего час назад здесь раздавались топот множества ног, гул голосов, звуки струнных инструментов.Он завернул в танцевальный зал. Там еще во всех канделябрах горели свечи, правда, оплывшие больше чем на две трети. Оттого здесь было несколько сумрачно. «Как в пещере», — подумал Патрик.В дальнем конце зала, в углу, он разглядел две небольшие группы задержавшихся гостей. Рядом с несколькими дамами в ярких туалетах смутно вырисовывались серые фигуры джентльменов. Патрик усмехнулся. Эти, видно, если прибудут домой раньше шести утра, сочтут вечер пропащим.Леди Софи, конечно, ушла. Она никогда в гостях не засиживалась допоздна. Это не в ее стиле. Лучше покинуть бал прежде, чем гости начнут зевать или кто-нибудь из поклонников станет проявлять чрезмерную настойчивость, граничащую с неприличием. Но Брэддон… этот несчастный остолоп должен быть еще здесь. Такое понятие, как чувство меры, было ему незнакомо.Патрик искал недолго. Тот сидел, развалившись в кресле, и с кем-то разговаривал, отчаянно жестикулируя; собеседника Патрику разглядеть не удалось. Его загораживали огромные руки Брэддона. О чем еще может говорить в эту пору старина Брэддон, конечно же, о своих любимых лошадях. Патрик улыбнулся, ощутив невольный прилив симпатии. Добряк Брэддон. «Жаль, что в аристократической Англии так тесно. Ведь мы все знаем друг друга примерно лет с шести-семи — именно в этом возрасте нас объединили холодные коридоры Итона, — и выбор женщин ограничен тоже тем же небольшим кругом».Через пару секунд Патрик понял, с кем разговаривает Брэддон, и ускорил шаг.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39