А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Значит, не родня ты ему, и точка.— Значит, и правда он никому не нужен, — Римо сокрушенно покачал головой.— Это уж точно. Они его сначала из Центральной тюрьмы выкинули, причем под чужим именем, даже работу ему подыскали и все такое. Так этот придурок всюду шастал в этой своей дурацкой шляпе, в которой засветился в новостях. Ну, местные его узнали — чуть не зарезали. Услали его тогда в Шохоми. Два дня он там продержался. На третий пришлось высылать туда броневик, спасать от местных — они его линчевать хотели. Его знаешь даже откуда выкинули? Из Нуксака. Уж там-то вроде кому угодно позволят жить. А оказалось — кому угодно, только не Барну.— И потому его вернули обратно, — заключил Римо.— Ну ясно. А что оставалось делать-то? Каждый раз, как его выпускали под честное слово и он где-то селился, местные словно с цепи срывались — вот как. А если не сами они, так власти городские подзуживать начинали. Но уж если кто и будет их за это винить, то только не я. Ты хоть знаешь, чего он сделал?— Да, — Римо хмуро кивнул. — Что он сделал — я знаю.— Так какого черта, приятель, тебе тут надо? На фраера из Армии спасения ты вроде не очень походишь.— Я приехал убить его, — равнодушно бросил Римо, глядя в сторону.С интересом взглянув на Римо, охранник сдвинул на затылок синий картуз.— Вообще неплохая идея. Его тут в старом трейлере поселили — прямо во дворе стоит. Он вроде как бы не заключенный. Уйти может когда вздумается, прийти. То есть как бы он на вольной тут. Меня прямо так и корежит от этого.— А ворота мне не откроешь? — подмигнул Римо.— Начальник караула аж баб ему разрешает таскать, — не унимался страж. — Шлюх, конечно. Нешто нормальная баба с таким пойдет?— Дичь какая-то, — подивился Римо.— Да начальник считает, если ему не позволить, он в городе на какую-нибудь девицу набросится, и все снова пойдет. Только вместе с ним посадят еще и начальника. Наш начкар — он ничего, башковитый.— Дурак он, — Римо снова покачал головой.— Ясно, не без этого.— Так насчет ворот... — напомнил Римо.— Слушай, приятель. У тебя, похоже, кишка в порядке — раз вот так сюда пришел и прямо мне в лоб про все. Да только я работу могу потерять из-за этого.— Так тебе не обязательно так вот прямо меня впускать. Просто можешь в другую сторону посмотреть. А я через забор — и ходу.Охранник рассмеялся.— Думаешь, над загородкой просто колючка натянута? Она, брат, под током. Перевалишься на ту сторону — точь-в-точь жареный бекон.Римо поднял глаза. Колючая проволока двойными петлями завивалась вдоль всей стены, сквозь петли были пропущены тонкие провода — по ним-то, понял Римо, и пущено электричество. Даже если замысливший побег заберется на стену — одно из двух: либо останется висеть на колючке, либо потеряет сознание от удара током. Весело.— На твоем месте я бы сварил себе кофе, а башка за все за это пускай болит у меня. — Римо снова подмигнул охраннику.Тот наморщил лоб.— Я тебе вот чего скажу, парень. Если взаправду сможешь пролезть — о’кей, я смотрю в другую сторону. Но ежели засекут — тут уж не обижайся. Сделаю то, что положено по инструкции. Понял меня?— Понял, — кивнул Римо. — Заметано.— Ну, заказывай гробик.— Уже заказал, — снова кивнул Римо. — Начали? Кивнув в ответ, охранник удалился в будку и принялся опустив голову, возиться с кнопками пульта. Секунд через пятнадцать он не выдержал и кинул быстрый взгляд через плечо — посмотреть, далеко ли сумел уйти этот псих с глубоко посаженными глазами и здоровенными, как поленья, запястьями.Психа нигде не было. Ни у стены, ни на ней. Ворота были открыты.Не широко — как раз достаточно, чтобы он пролез в них.Охранник уставился на панель управления. Все, как было. Рубильник, управлявший створкой ворот, — в положении “выключен”, как и требовала инструкция. Протянув руку, охранник подергал рубильник туда-сюда. Оказалось, он не работал.Не работал — или этот псих как-то ухитрился, чтоб не лезть через стену, отключить напряжение.Обо всем этом охранник думал не более секунды. Наплевать, не это сейчас главное. Главное — что он не может закрыть ворота и обязан предупредить о возникшем разблокировании. Он нажал кнопку сигнала тревоги.Над всей тюрьмой пронзительно взвыли сирены. К воротам, топоча сапогами, бежал десантный взвод.Проверка камер, однако, ничего не дала. Все заключенные оказались на месте. Створка ворот застыла в неподвижности — генератор, питавший ее электричеством, как видно, кто-то отключил. Однако после осмотра техники выяснили — створку просто отодвинули в сторону с такой силой, что удерживавший ее сервомеханизм не выдержал. Явно не обошлось без грузовика — только непонятно, почему он не разворотил все ворота...Через несколько часов, когда ворота починили, а проверку закончили, оказалось, что пропал Декстер Барн. Немедленной погони снаряжать не стали — Барн не имел официального статуса заключенного. Странным, однако, было то, что никто из охраны не видел, как он выходил.— Вернется, — махнул рукой начальник караула.— На это, босс, — заметил дежуривший у ворот охранник, — я бы не рассчитывал. Пояснить свое замечание он отказался. * * * Отодвинув на два фута в сторону створку главных ворот, Римо протиснулся в образовавшуюся щель и, прижавшись к стене, почти слился с серой вечерней тенью. Выбирая наименее освещенные заходящим солнцем уголки, он двинулся в глубь тюремного двора. Охранники, торчавшие на сторожевых башнях, его не видели. Все их внимание было сосредоточено на небе — известно, что для побегов современные графы Монте-Кристо охотнее всего пользуются вертолетами.Римо же предпочитал более тривиальный способ. Трейлер он обнаружил на баскетбольной площадке. Новенький, чистенький, наверняка уютный внутри. Римо всегда хотелось жить в трейлере, и сейчас он в сотый раз спросил себя, почему так и не потребовал у Смита такой же симпатичный вагончик в личное пользование. Тем более что служба в КЮРЕ не давала возможности жить подолгу на одном месте, а передвижной дом решил бы эту проблему раз и навсегда.Вздохнув, Римо двинулся к трейлеру. Поздно. Идея хорошая, но время ушло.Подойдя, Римо постучал в дверь. В таких случаях он всегда предпочитал действовать в открытую. Потенциальные жертвы успокаивались, что немало облегчало его задачу.Лицо, высунувшееся из приоткрывшейся двери, вовсе не походило на физиономию громилы, который, изнасиловав тринадцатилетнюю девочку, отрубил ей руки и ноги Раскаленным топором и оставил истекать кровью в заброшенном доме. Заурядная внешность, пожалуй, только слишком низко надвинут на глаза козырек поношенной рыбацкой кепки.— Чем могу помочь вам, молодой человек?— Это вы — Декстер Барн? — спросил Римо.— А вы как думаете?— Думаю, что да. — Римо задумчиво изучал обладателя ничем не примечательного лица; под его пристальным взглядом тот поморщился. Ему ведь должно быть около шестидесяти, вспомнил Римо, а выглядит на девятый десяток. Пять лет в тюрьме моложе не делают. Правда, пять лет — не наказание для подобного субъекта. За то, что он сделал, вообще еще не придумано наказания.— Я слышал, что у вас возникли проблемы с... мм... акклиматизацией, — нарушил молчание Римо.— Не у меня, — покачал головой Барн. — У тех, остальных. Не хотят они, чтобы я жил с ними, — и точка.— А как вы думаете: можно их за это винить? — спросил Римо.Он чувствовал, как в душе его медленно растет удивление. Ему казалось, что, увидев этого человека, он непременно должен почувствовать гнев, презрение, ненависть... хотя бы что-нибудь. Ведь он чувствовал все это, когда впервые услышал историю его преступления; чувства эти усилились, когда он узнал, что насильник, садист и убийца получил лишь пять лет общего режима. Но сейчас, глядя на Барна, Римо не чувствовал ничего. Старик мог бы быть кем угодно — пенсионером, сидящим на лавочке около Глочестерской верфи; пожилым фермером из степей Айдахо; случайным прохожим на улице...— Да не знаю я, — покачал головой Декстер Барн. — Все свои долги вроде я оплатил. И теперь заслужил, чтоб меня в покое оставили. А люди, они этого не понимают. А я считаю: должен быть у каждого человека свой дом. А не так, чтобы гоняли с места на место, да еще и обзывали по-разному. Это, знаете, в самую душу ранит...— Глубоко ранит, — согласился Римо. — Прямо будто раскаленным топором...— Девочку ту мне жалко, — поняв, о чем речь, Барн замотал головой. — Правда жалко, можете верить мне. Я ведь и на суде ее видел — в коляске инвалидной, руки-ноги — обрубки в бинтах, ну, сами знаете... Ужасно мне ее жаль. Знаете чего? Я вам так скажу: если бы она умерла тогда, ей бы лучше было. Как думаете? Лучше было бы, верно вам говорю.Римо во все глаза смотрел на старика, чувствуя, как холодная волна поднимается откуда-то с самого дна желудка. Усилием воли он подавил ее. Гневу, не уставал повторять ему Чиун, в работе ассасина нет места. Никогда и нигде. От гнева мутится разум, напрягаются чувства, слабеет реакция.Римо сглотнул. Когда он наконец решился заговорить, то удивился, не узнав собственного голоса.— Значит, я решил правильно.— Правильно решили — что, молодой человек?— Правильно решил, что смерть — слишком легкий выход для тебя, гнида.Мгновенно уяснив смысл слов гостя, Барн попытался захлопнуть металлическую дверь трейлера, но рука Римо удерживала ее слишком крепко.Устало опустившись на порог своего комфортабельного жилья, Декстер Барн, подняв голову, посмотрел на Римо. Глаза у него оказались светлые, водянистые — и пустые, лишенные какого бы то ни было выражения.— Я-то только свой дом хотел, — выдавил он, не сводя глаз с Римо.— Так получай его. — Чиркнув ребром ладони по горлу Барна, Римо, не выключая его сознания, парализовал дряблое трясущееся тело. Ему еще предстояло немало дел... * * * Чиновник в офисе транспортной компании наотрез отказался оформлять ящик.— Не пройдет, — заявил он молодому человеку по имени Римо Уильямс, который держал этот здоровенный гроб под мышкой с такой легкостью, словно это была деревянная трость.— Вот как? — удивился Римо. — А с чего бы?— Правила. Вес не соответствует габаритам. Не спорьте — я же вижу, как легко вы его удерживаете.Римо опустил ящик на прилавок. Прилавок прогнулся задрожал пол, застучали зубы клерка, когда он еще раз взглянул на Римо.— М... да, — клерк постучал пальцами по краю деревянной обшивки ящика. — Знаете, по-моему, я ошибся.Он снова, уже с уважением, посмотрел на Римо, невольно ощупывая взглядом его бицепсы. Но никаких бицепсов, собственно, не было — парень выглядел худым как щепка.— Желаете куда-то отправить это?— Желаю, — кивнул Римо. — В Иран.— В Иран — куда именно?— Неважно. Туда, где живет этот... аятолла, если можно.— Понял, — кивнул клерк, кладя на стол чистую багажную квитанцию. — Так... А что, вы говорите, в вашей посылке?— Мусор, — ответив, Римо подумал про себя, что это, пожалуй, звучит слишком лестно для Барна.— Мусор?— Угу. Я посылаю мусор в Иран в знак протеста против террористической политики их правительства. Клерк с уважением наклонил голову.— А, теперь ясно. И вы не первый, к слову сказать. Уже было несколько таких посылок, после того как они недавно угнали самолет... Прекрасно. Осталась последняя формальность — и дело сделано.— Какая именно?— Обратный адрес. Римо нахмурился.— Видите ли, — пустился объяснять клерк, — это в ваших же интересах — без обратного адреса посылка вернется сюда, и иранцы ничего не узнают о вашем протесте.— Уяснил, — кивнул Римо. Первой его мыслью было назвать адрес своего бывшего начальника, Харолда В. Смита, но, подумав, он решил, что даже Смитти не заслуживает такого подарка, как ящик с Барном. Решение неожиданно пришло само собой. — Пишите, — снова кивнул Римо. — Северная Африка, Ливия, Триполи.— Подойдет, — ухмыльнулся клерк, размашисто нанося буквы на ящик черным фломастером.Уплатив положенную сумму, Римо, попрощавшись, направился к дверям, но на ходу обернулся.— Простите, а сколько времени будет это идти в Иран?— Недели две-три.— Спасибо.Римо удовлетворенно улыбнулся — его собственный прогноз оказался правильным. Через неделю к Барну вернется способность двигаться. Банок с собачьими консервами, которые Римо предусмотрительно положил в ящик, хватит еще на пару недель. А к этому времени Барн уже достигнет своего нового дома — неважно, Ирана или Ливии... Душу Римо, однако, терзала смутная мысль — что-то он забыл, что-то очень важное...Все выяснилось в аэропорту, когда Римо перед посадкой в самолет проходил через детектор.— Пожалуйста, выньте все из карманов, сэр, — улыбнулась ему женщина, стоявшая перед пластиковой аркой детектора.Римо вывернул карманы, показывая, что в них ничегошеньки нет. Однако детектор встретил появление Римо негодующим писком. Снова вывернув перед дамой карманы, Римо повторил попытку. Тот же результат.Охранник в форме, подойдя к Римо, провел по его телу ручным металлоискателем. Когда планка оказалась у пояса Римо, металлоискатель пронзительно зазвенел.— Вам придется оставить это у нас, сэр, — охранник указал на консервный нож, висевший на ремне Римо.Римо сокрушенно развел руками.— Не зря мне казалось, что я что-то забыл... Глава 6 Если бы журнал не выпал из заднего кармана Эрла Армалайда как раз в тот момент, когда переборка превращала в щепки его любимую винтовку, ужасной смерти путем превращения в спрессованный кубик ему ни за что бы не избежать.Вначале Эрл Армалайд просто не понял, с чего вдруг переборки, разом двинувшись, пошли на него. Его замерший от страха мозг ожил лишь в тот момент, когда стены неожиданно остановились. Только тут он сообразил, что вопит во всю мочь своих легких, а в штанах мокро и горячо.Орал он, собственно, с того самого момента, как впрыгнул в люк “Юрия Гагарина”, выставив перед собой тяжелую винтовку “кольт-командо”.— Ложечку свинца, коммунистические ублюдки?! — этот воинственный клич Эрл придумал самостоятельно и очень гордился им.Однако нижняя палуба “шаттла” оказалась пустой. В кокпите тоже никого не было. На верхней палубе — та же картина. Армалайд осторожно крался из отсека в отсек, держа палец на спусковом крючке винтовки.О тактике “открытых дверей” он тоже прочел когда-то в журнале “Методика выживания”. Сейчас она казалась ему идеальной для этого места. Оказавшись у двери в очередной отсек, он на долю секунды, в которую враг, буде он там есть, не смог бы даже прицелиться, просовывал голову в дверь, после чего, если отсек не отзывался выстрелами, впрыгивал внутрь, падая на пол, и после кувырка вскакивал на ноги, поливая все вокруг свинцом и завывая: “Подыхайте, коммунистические безбожники!”Весь его боевой пыл, впрочем, пропал даром — в отсеках не было ни одной живой души. Если на “челноке” и был экипаж, никаких следов своего присутствия он не оставил.Расстреляв изрядное количество патронов, Армалайд добрался наконец до хвостовой части корабля. Грузовой отсек тоже оказался пуст, как выброшенная банка.Эрл Армалайд чувствовал себя несчастнейшей из тварей земных. Судьба поманила его надеждой на спасение, не говоря уже о возможности нашпиговать свинцом пару-тройку русских без каких-либо препятствий со стороны законников. Но стрелять, как оказалось, было не в кого. Поиграв, судьба отобрала надежду. Это показалось Эрлу еще более несправедливым, чем существование налоговой инспекции.Оставалась, правда, последняя возможность — если уж не удалось убить самих русских, можно попортить что-нибудь из русского оборудования. Но, подумав, он отказался от этой мысли. Отскочив от стальных стен отсека, пули наверняка продырявят рикошетом его собственную голову.Разбитое сердце по имени Эрл Армалайд уныло вползло в шлюзовую камеру. И вдруг... дверь, ведущая на нижнюю палубу, медленно закрылась перед самым его носом.Эрл попробовал открыть ее — тщетно. Пока он пытался разобраться с замком, затворилась и другая дверь — и стали сжиматься стены.Именно тогда, забыв о поставленной цели, Эрл Армалайд плюхнулся на стальной пол, закрыв руками голову, и легкие его заработали на полную мощность. И за секунду до того, как пола коснулись его ягодицы, из заднего кармана вывалился журнал.Журнал шлепнулся задней обложкой вниз, явив крупно набранное название: “Методика выживания”. Стены остановились; металлический голос откуда-то с потолка поразил слух Армалайда, подобно грому небесному.— Для кого предназначается это издание? — потребовал голос. — Жду объяснений.Голос, абсолютно лишенный интонации, был таким громким, что перекрыл даже Армалайдов вой. Умолкнув, Эрл поднял голову.— Ч-чего? — хрипло спросил он, ища на потолке глазами источник звука.— Жду объяснений. Для кого предназначается это издание?Опустив глаза, Эрл наконец увидел лежавший на полу журнал. И только тут сообразил, что стены стоят на месте.— Для меня. И вообще для всех, кто хочет выжить.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22