А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Ее история об этой мойке для машин — абсолютная ахинея. И потом, почему это Чиун потерял сознание, а она нет?— М-м... Искусство Синанджу делает его адептов более чувствительными к некоторым вещам по сравнению с нормальными людьми, — заметил Римо. — От гамбургера, который вы едите на завтрак, я бы отправился к праотцам. Могу сказать только одно: если Чиун утверждает, что эта чертова мойка стерилизовала его, я склонен ему верить, Смитти.— Думаю, вам следует заняться этой мойкой, Римо. Возьмите с собой мисс Чутесову, но, умоляю, приглядывайте за ней.— Понял, — кивнул Римо, изобразив “о’кей” большим и указательным пальцами.Войдя в кабинет, они обнаружили, что Анна, на удивление быстро, восстановила и цвет лица, и расположение духа. Трудно было поверить, что она только что плакала.— Наведаемся еще раз на мойку? — предложил Римо.Пожав плечами, Анна подняла голову, намереваясь что-то сказать.— Непременно, — раздался со стороны двери скрипучий голос Мастера Синанджу. Последний носитель благородных кровей, облаченный в госпитальный халат, гордо прошествовал к столу Смита.Обернувшись, Римо только покачал головой.— Не рано ли ты поднялся с постельки, папочка?— Под угрозой все мое будущее, — мрачно произнес Мастер Синанджу. — И я не могу позволить вам снова войти в эту юдоль зла без надежной защиты. А надежная зашита — это я. Ты же не обладаешь мудростью истинного Мастера и потому можешь стать для них легкой добычей. А ты — последняя надежда Синанджу, Римо. Ты...— Вот как о последней надежде, — улыбаясь, перебил Римо наставника, — я о себе никогда не думал.— Я тоже, — хмуро признался Чиун. Глава 12 Увидев за поворотом яркую вывеску “"Юрий Гагарин". Бесплатная мойка машин”, Римо сбавил скорость.— А где эти здоровенные следы, о которых ты говорила? — спросил он.Всю дорогу от “Фолкрофта” машину вел он, Чиун, к счастью, оказался еще слаб для этого. Анна Чутесова дремала на заднем сиденье; время от времени, просыпаясь, протирала глаза. Римо изредка поглядывал на нее через плечо, чувствуя, как ощущение вины постепенно наполняет душу. Конечно, он обидел ее своим невниманием. Может, она даже любит его. Ему надо было как-то поделикатнее сообщить ей, бедненькой, о своей помолвке.— Вот! — нарушил молчание Чиун, указывая на что-то впереди. На это мероприятие он зачем-то надел зеленый с отливом костюм, в котором точь-в-точь походил на корейский вариант жулика-букмекера. — Юдоль зла, — пояснил он, не опуская указующего перста. — Будь проклят тот день, когда глаза мои увидели это!— По мне — так мойка как мойка, — заметил Римо, не оборачиваясь.Словно в ответ на его слова, из горла Анны вырвалось нечто похожее на рычание; окончательно проснувшись, она деловито извлекла из внутреннего кармана легкого летнего пиджака автоматический “вальтер” с глушителем.— Где это ты его достала? — подивился Римо, увидев в зеркале смертоносную игрушку.— Купила, а что?— Купила!? Вот это номер! Оружие в этом штате не так-то легко купить.— Хозяин магазина оказался очень симпатичным. И наконец признал во мне то, что ты так до сих пор и не смог!— Русского агента?— Да нет, обормот. Женщину!— А-а, — кивнул Римо. — Знаешь, мне нужно тебе кое-что сказать.— Потом, — послышался скрипучий голос Чиуна. — Мы приближаемся к алтарю зла.Римо придержал машину у въезда, пропустив два автомобиля, но вскоре и их колеса зашуршали по асфальтовой дорожке, ведущей к мойке. Затормозив, Римо выключил двигатель. Воцарилась мертвая тишина. Ни одной живой души не было видно у белого куба мойки, ветер трепал картонную табличку с надписью “закрыто”, приклеенную скотчем к створке ворот.— Вроде никого нет, — произнес Римо после долгой паузы.— Поразительное открытие, — ядовито заметила Анна, выходя из машины с пистолетом в руке.— Эй! — крикнул Римо. — Осторожнее!— Замолчи! — отозвался Чиун. — Пусть делает, что ей хочется.— Ее же убьют, — пожал плечами Римо.— Лучше ее, чем нас. К тому же по ее вине я утратил мужественность.— Утратил... чего? А, ну конечно.— Интересно, что сделает с ней этот дьявольский аппарат.Чиун поудобнее устроился на сиденье.— Он-то ничего не сделает, папочка, — заметил Римо. — Вот она может что-нибудь отчебучить.Выскользнув из машины, он направился вслед за Анной Чутесовой.Анна уже стояла у разверстой пасти входа. Секунду спустя неуловимым движением, словно пантера, она скользнула внутрь, Римо так же бесшумно последовал за ней. Он с удивлением ощутил, как где-то глубоко просыпаются забытые, как он считал, чувства. Такой он всегда помнил ее — бесстрашная грациозная самка, красивая и опасная, словно снежный барс.Остановившись перед свисавшим с потолка рядом кожаных ремней, Анна изучала пульт управления.Внезапно ремни, словно огромные змеи, рванувшись вперед, обхватили ее талию, запястья и щиколотки. Сдавленно вскрикнув, Анна исчезла в темной утробе мойки.Римо рванулся вперед.Перед ним, словно из-под земли, выросла фигура Мастера Синанджу.— Нет, Римо! — Чиун предостерегающе поднял руку. — Ты не можешь рисковать своим семенем! Я сам справлюсь с этим!— Ты болен! И останешься здесь!— Тогда мы пойдем вместе, упрямец, — пробурчал Чиун, и Мастер с воспитанником исчезли в темном нутре бесплатной мойки “Юрий Гагарин”. Заслон из ремней они миновали с такой скоростью, что ни один из них даже не шелохнулся.Очутившись внутри, Римо не поверил своим глазам. Да, здесь было темно, сыро и душно, но все механизмы работали. Дорожка конвейера под ним двигалась! Римо ощутил себя ребенком в “пещере ужасов”, которого мчит к очередному неведомому кошмару.Кожаные ремни свисали по обеим сторонам конвейера, словно гигантская бахрома, и из этой бахромы торчали ноги. Ноги эти, без сомнения, принадлежали Анне, и Римо слышал ее пронзительный крик — ремни волокли девушку прямо к громыхавшим во мраке механизмам.— Держись! — услышал он крик Чиуна.Повернувшись, он увидел, как тщедушное тело Мастера Синанджу перевернулось в воздухе и словно прилипло к одному из кожаных ремней. Веером сверкнули ногти, и кожаные ремни один за другим заскользили на мокрый пол.Римо помог Анне подняться на ноги.— Все в порядке, папочка, — крикнул он. — Она с нами!— Ну так и держи ее, — проскрипел Чиун. — И приказываю: сейчас же уходите! Вы оба! Немедленно!— Ну уж нет!— Главная опасность не здесь, — отряхиваясь, заметила Анна, — все в другом конце мойки...Чиун и Римо переглянулись.— А Ты откуда знаешь?— Знаю. Можете верить мне, — Анна выжимала мокрые волосы.— А ты что скажешь, папочка?Мнения Чиуна Римо так и не услышал — неожиданно со всех сторон на них обрушились струи воды, а затем, словно огромные гусеницы, — разноцветные щетки.— Римо, ты направо, я — на левую сторону, — распорядился Чиун.— А ты — за нами, — приказал Римо Анне.Ловко увернувшись от щетки, красно-голубой, словно детский мяч, Римо попытался проникнуть к механизму, приводившему ее в движение. Разноцветные щетки имели совершенно невинный вид, но Римо знал, что их жгуты, предназначенные для полировки, в одно мгновение сдерут с него кожу, словно крупный наждак.Разглядев наконец сочленение механизма, Римо одним ударом ноги переломил стержень; щетка, завертевшись в воздухе, упала на пол. Краем глаза Римо успел заметить, что Чиун таким же образом расправлялся уже со второй.Однако секунду спустя Мастер Синанджу замер, словно статуя, не обращая никакого внимания на разноцветную пластиковую гусеницу, которая неумолимо приближалась к нему.— Отойдите назад, — ответил он на недоуменный взгляд Римо.— Что он делает? — взвизгнула Анна. — Почему он так застыл, Римо? Посмотри, ведь эта штука убьет его!Однако Мастер Синанджу, как оказалось, вовсе не застыл. Его светло-карие глаза зорко следили за бешено вертевшейся гусеницей, и когда та оказалась в сантиметре от его лица, он, отступив назад, картинным жестом выбросил вперед руки, словно волшебник, разбрасывающий сонный порошок.Длинные ногти прошли сквозь пластиковый ворс, как нагретый нож сквозь кубик маргарина. Обрезки жгутов рассыпались по полу, точно свадебный рис.Анна завизжала; Чиун, взглянув на нее, согнулся от беззвучного хохота. Мокрые обрезки щеток прилипли к ее одежде, и русская красавица стала похожей на красно-белый кремовый торт.— Говорил же — отойдите назад! — хихикал Чиун.Схватив Анну за руку, Римо завертел ее, как балетный танцор партнершу; пластиковые обрезки горохом посыпались на пол, и Римо едва успел подхватить ее. С трудом отдышавшись, Анна оглядела себя — на одежде не осталось и следа от трофеев Чиуна.— Премного обязана, — с ледяной вежливостью поблагодарила она Римо.— Ты лучше держись ко мне поближе, — посоветовал тот.— Дальше будет мыло, — предупредил Чиун. — Нас им будут поливать вон из тех дыр в стенах. Римо кивнул.— Поэтому их лучше нейтрализовать заранее.— Ты мыслишь верно, — согласился Чиун. Оставаясь по-прежнему каждый на своей стороне, оба ухватились руками за торчащие из стен стальные раструбы. Нажатие пальцев — и раструбы оказались сплющены, словно детский свисток. Из оставшихся узких щелей вырвалось лишь несколько капель мутной жидкости. Римо с удивлением следил, как в тех местах, куда упали капли, в полу образуются круглые с обугленными краями отверстия.— Однако и мыльце они используют...— Кретин, — поморщилась Анна. — Ты что, никогда не видел, как действует кислота?— Что у нас на очереди? — осведомился Римо.— А ты разве не знаешь? — удивился Чиун. — Я думал, каждый белый знает все о машинах.— Мойки — штука особая, — с важностью заявил Римо. — Есть много разновидностей их; на такой, к примеру, я никогда не бывал.— Дальше будут ветры пустыни, — известил Чиун. Механические руки со шлангами, из которых вырывался горячий воздух, свесились с потолка, словно лапы какого-то огромного паукообразного.— Здесь, — заметил Римо, — мы можем пройти пешком. Эти штуки нам ничего не сделают.— Все вы слишком верите в машины, — ответствовал с хмурым видом Чиун.— Брось, Чиун. Мойка — это не душегубка. Опровергая его слова, из шлангов вырвались языки пламени.— Эта мойка, как видно, не в курсе дела, — съязвил Чиун.Римо обхватил Анну за плечи.— Ты что? — рванулась она.— Доверьтесь мне, леди. — С этими словами Римо втолкнул ее в стену бушующего огня. Спустя тысячную долю секунды они оказались по другую ее сторону. Таким же образом миновал преграду Мастер Синанджу.— Я же могла сгореть заживо! — Анна возмущенно взглянула на Римо.— Да нет, ты же мокрая, — улыбнулся тот.И тут воздух словно ожил.— На пол! Прижмись к нему! — успел крикнуть Римо, падая и увлекая за собой Анну. Звук автоматической винтовки он бы не спутал ни с чем, даже будучи без сознания.Прижимаясь к полу, Римо пополз вправо. Пули носились над ним, словно бешеные шмели. Из треска выстрелов, разом наполнившего мойку, Римо удалось выхватить звук, показавшийся ему ближе других. Он осторожно повернул голову. Да, так и есть — в метре от него прямо из пола поднимается странное сооружение, наверху которого установлена обычная “М-16”. Установлена — и поливает все вокруг свинцовым дождем. Оказавшись в полуметре от сооружения, Римо протянул руку. Щелчок — и магазин винтовки с глухим стуком вывалился на пол. Замолчала, голубушка. Вон еще одна... Через несколько минут под крышей мойки снова воцарилось молчание.— Анна, Чиун — вам лучше не двигаться. Похоже, у них здесь везде ловушки. Так я проверю, где именно. Идет?— Только осторожнее, Римо.Первым Римо удалось обнаружить сложное пружинное устройство, при помощи фотоэлемента приводившее в боевое состояние дюжину противотанковых гранат. Гранаты Римо размолол во вполне безобидную пудру и, отряхнув руки, вернулся к Чиуну и Анне.— Ты нашел что-нибудь? — спросила Анна. Пистолет в ее руке заметно подрагивал.— Ничего особенного. Сейчас хочу проверить на другой стороне. Поможешь мне, папочка?По сигналу Римо они вытащили из пазов секцию стены, отделявшую конвейер для машин от подсобных помещений.В подсобках оказалось еще темнее, чем на конвейере, но для глаз Римо был достаточен даже самый ничтожный свет.— Вроде все чисто, — пожал плечами Римо, присоединившись минут через десять к своим товарищам.— Так ты видел буквы?— Ага. Громадные такие. “С” и “Р”. Кто-то написал их на стенке под весьма странным углом. А что это за буквы?— Посмотрите на потолок.Чиун и Римо как по команде задрали головы. За паутиной труб на потолке отчетливо просматривались еще две огромные буквы “С”, нанесенные на напоминавшее кафель покрытие красной краской.— Вместе они образуют “СССР”, — мрачно пояснила Анна. — Это русское сокращение, означает — Союз Советских Социалистических Республик. Точно такие же были на крыле “Гагарина”.— Ты опять начинаешь всю эту чушь? — поморщился Римо. — Эта мойка стоит здесь уже Бог знает сколько лет. Смит сам сказал мне об этом. К твоему пропавшему “челноку” она не имеет ни малейшего отношения.— Типичное поведение упрямого самца — отказываться от очевидного, — в свою очередь, поморщилась Анна. — Ты туп, как и прочие представители твоего ущербного пола. Ну как мне убедить тебя?!Она нервно оглянулась. Что-то, понял Римо, беспокоит ее. Что-то еще худшее, чем и без того щекотливое положение, в котором все они оказались.— Помнишь тот серебристый шарик под потолком будки у выхода? — обратилась она к Чиуну.— О, теперь вспоминаю, — подумав, отозвался тот. — Я увидел его как раз перед тем, как потерял сознание. Помню, я еще пытался догадаться, для чего там этот странный предмет.— Точно такой же я видела на фотографиях спутника связи, который был установлен на борту “Юрия Гагарина”.Римо взглянул на Анну так, как будто у нее внезапно выросли лишние руки.— Спутник связи? — Он состроил гримасу. — В будке у выхода мойки для машин?!— Именно! — холодно кивнула Анна.— Спутник связи в будке на мойке, — повторил Римо на манер детской считалочки, кинув на Анну еще один скептический взгляд.— Что же здесь невероятного, сын мой? — Чиун пожал плечами. — Некоторые люди вешают в машинах бесполезные меховые помпончики. Возможно, это древний американский обычай, по скудоумию незнакомый тебе.Римо молча переводил взгляд с Чиуна на Анну. Наконец, словно опомнившись, он затряс головой.— Ну хорошо, ладно. Проверим, что там у них за штуковина. Но экскурсию на этом предлагаю завершить.— Не могу поверить, — бормотала Анна, задрав голову, когда они проходили мимо огромных красных букв.— Да ерунда это, — досадливо бросил Римо. — В шестидесятые все стены были изрисованы разными там штуковинами. Под каким хочешь углом — и вверх, и вниз, и наискось, и еще как. Называли это тогда поп-артом — только, по-моему, все дело было в наркотиках.— Ну да, только американцы уж написали бы “USA”, ты не думаешь?— Да это, может, социалисты какие-то, — предположил Римо. — Они тоже любят такие дела.Они были уже у выхода из сооружения. Вернее, у двери в конце конвейера, закрытой двери.— Вот он вроде и выход. — Римо критически осмотрел ее.— Тот тип в будке может оказаться на месте, — предупредила Анна. — И спутник с ним. Я уверена, что это он натравил на нас все эти машины.Римо повернулся к Чиуну.— А ты что думаешь по этому поводу, папочка?Чиун прислушался.— Я не слышу там ничего, что напоминало бы биение сердца. Только капает вода. И все.— Тогда пошли, — Римо шагнул вперед, протянув руку к дверной ручке.— Нет! — вскрикнула Анна. — Я пойду первая.— Это почему?— Мне уже нечего терять. Но ты пока невредим. Поэтому я пойду первой.— Нечего терять? — Римо недоуменно нахмурился.— Мудрость вещает иногда даже устами женщин, — заметил Чиун. — Пусть она идет первая.Римо пожал плечами.— Ладно, пускай идет. Но в любом случае предлагаю поторопиться. Я не собираюсь тратить на это весь день.Сняв “вальтер” с предохранителя, Анна быстрым движением руки распахнула дверь. Через секунду она была уже за порогом. Пригнувшись и держа наготове пистолет, она ощупывала взглядом пятачок асфальта у выхода.— Ну, есть что-нибудь? — послышался сзади голос Римо.— Нет. Ничего нет. И спутник, и этот тип — все исчезло.Римо шагнул вперед, но его удержала рука Чиуна.— Нет. Теперь моя очередь. Если там безопасно, ты последуешь за мной.Секунду Мастер Синанджу стоял неподвижно, словно к чему-то принюхиваясь. Римо терпеливо ждал. Он знал — на свое обоняние Чиун полагался в исключительных случаях, когда не мог точно сказать, что ждет его впереди. Способность эта осталась в Синанджу с давних времен, когда Мастерам, попавшим в чужие земли, нередко приходилось сталкиваться там с неизвестными и страшными хищниками.Наконец Чиун двинулся вперед. Секунду спустя он обернулся и призывно помахал Римо.Анна и Чиун стояли у будки, задрав головы и глядя на потолок, с которого свисали обломки развороченных железных кронштейнов.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22