А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Этот вывод был ошибочным(61).)Многих молодых американцев, склонных к приключениям, привлекала служба в УСС. Здесь они получили возможность развивать те черты своего характера, которые больше всего, к сожалению, стимулирует именно война, инициативу, предприимчивость, храбрость, способность полагаться на самого себя. Но служба в УСС привлекала и психопатов, потому что предлагала им реализацию их фантазий, обостряла чувства, приобщала к интриге. Она привлекала их возможностью стать таинственной личностью, выполняющей тайное задание. Для них разведывательная работа становилась самоценностью, конечным результатом, а не одним из множества путей достижения победы над врагом.Если поискать пример, в наибольшей степени характеризующий сущность работы УСС, ее внешнюю яркость и картинность и глубинную бесполезность, то это будет рассказ о том, как Дэвид Брюс и его мальчики из УСС объединили усилия с военным корреспондентом Эрнестом Хемингуэем при наступлении союзников на Париж в августе 1944 года.Брюс начал с того, что произвел Хемингуэя в почетные офицеры УСС. Перед группой была поставлена задача собирать разведывательную информацию, которая могла бы облегчить продвижение союзников. Однако они решили присоединиться к передовым частям, вступающим в Париж, чтобы оказаться первыми американцами в освобожденной столице Франции. В то время, когда генералы де Голль и Леклерк, части которых и решили исход дела, принимали капитуляцию немецкого командования, а коммунисты, начавшие восстание и понесшие наибольшие потери, хоронили убитых, команда УСС отправилась вниз по Елисейским полям к отелю «Риц». Управляющий посмотрел на них с подозрением и поинтересовался, что им нужно. «Как насчет того, чтобы дать нам семьдесят пять порций мартини?» – ответил Хемингуэй(62).Историческое значение УСС состояло в том, что оно приобщило лидеров США к прелестям тайного мира таким образом, что сбор информации и нелегальные операции, то есть тайная война, выглядели как единое целое. Англичане лучше понимали необходимость разделения этих двух основных функций разведки, и поэтому, когда закончилась война, они сумели распустить свою армию, которая осуществляла силовые действия, – УСО, оставив в неприкосновенности лишь традиционную службу СИС. Но та структура, которую придал своей организации Донован, привела в результате к тому, что указ Трумэна практически полностью положил конец операциям обоего рода. В кампании, которая велась между 1945 и 1947 годами за создание разведывательного ведомства, действующего в мирное время, УСС было избрано в качестве модели. Таким образом, это неизбежно вело к тому, что разведка и тайные операции должны были составлять единое целое. В новых условиях это означало неизбежное вмешательство во внутренние дела стран, с которыми США не находились в состоянии войны. Мешанина различных предназначений организации оказалась для ЦРУ опасным наследством. Глава 11ЦРУ: К 1948 ГОДУ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ГОСУДАРСТВО Я не верю в эффективность большого ведомства. Превратившись в огромного спрута, оно не сможет нормально функционировать… Для работы за границей, конечно, потребуется некоторое количество людей, но их не будет много – скорее десятки, нежели сотни. Из выступления Аллена Даллеса в конгрессе США при обсуждении закона о национальной безопасности 27 июня 1947 г. Некоторое время меня беспокоило то, что ЦРУ отклонялось от поставленных перед ним целей. Оно превращалось в оперативное правительственное учреждение, иногда формирующее политику. Гарри Трумэн. «Вашингтонпост», 22 декабря 1963 г. Всего лишь через четыре месяца после подписания указа о роспуске УСС президент Трумэн изменил свою позицию. Хотя враги Донована сумели похоронить его организацию, в Вашингтоне все же имелись некоторые подозрения, что идея о создании центрального ведомства для координации разведывательной информации, собранной ВМС, армией и Госдепартаментом, имеет в своей основе здоровое начало. Питер Вишер, секретарь комитета по разведке Объединенного комитета начальников штабов, позже выразил настроения Вашингтона следующими словами: «Все были согласны с тем, что в делах разведки царит неразбериха и что мы должны иметь Центральное разведывательное управление для координации этой деятельности. Существовало мнение, и совершенно справедливое, что со сбором информации дела обстоят не так уж плохо. В конце концов информация о возможном нападении на Перл-Харбор достигла Вашингтона. Проблема состояла в том, что она не попала в нужное время к нужным людям и не была систематизирована. Все говорили: «Прекрасно, давайте создадим Центральное разведывательное управление и поручим ему сопоставление, оценку и распространение материалов, которые уже собраны, но разбросаны по разным местам»(1). Трумэн сдался. Однако новое ведомство не должно было походить на сборище «мушкетеров», подобное УСС. Вишер характеризовал будущую организацию как маленькое учреждение, расположенное в Вашингтоне и обрабатывающее уже собранный другими материал, – своего рода центральный пункт хранения и распространения. 22 января 1946 года президент подписал директиву, подготовленную в основном Вишером, о создании Центральной разведывательной группы (ЦРГ). Штат ее комплектовался из лиц, откомандированных из ВМС и армии. Группу должен был возглавлять директор, назначаемый президентом, и она должна подчиняться Национальному разведывательному ведомству (НРВ), состоящему из госсекретаря, министров армии и флота, а также руководителя аппарата президента.Не знаем, испытывал ли Трумэн (а он с подозрением относился ко всякого рода разведывательной деятельности) сомнения по поводу такой смены своей политики. На неофициальном завтраке в Белом доме, через два дня после подписания директивы, он презентовал руководителю своего аппарата адмиралу Уильяму Лихи и первому директору ЦРГ адмиралу Сиднею Соерсу плащи, черные шляпы, деревянные кинжалы и фальшивые усы. При этом президент сказал: «Вы должны принять эти одеяния и сопутствующие им принадлежности в качестве моего личного сыщика и директора центрального управления сыска»(2).Если Трумэна одолевали сомнения, то они были совершенно обоснованными. Будущее развитие подтвердило это. Являясь образчиком для Центрального разведывательного управления, которое вскоре пришло ему на смену, ЦРГ продемонстрировала, что не может существовать такой штуки, как маленькая разведывательная организация. Через восемнадцать месяцев ЦРГ расширила свои функции и приступила непосредственно к сбору разведывательной информации. Воспользовавшись слабостью Государственного департамента, ЦРГ вступила в схватку с ФБР и выиграла ее. Вся зарубежная деятельность ФБР по сбору информации была запрещена. Группа установила контроль над разведслужбами трех министров, которым она должна была бы подчиняться. ЦРГ удалось обнаружить существование секретной разведывательной службы, созданной в октябре 1942 года в составе Министерства обороны. Во время войны о ней знали лишь Госдепартамент и лично Рузвельт. Теперь она была сметена с лица земли. В течение одного года штат ЦРГ вырос в шесть раз. Она поглотила остатки УСС, которым удалось выжить под крышами Министерства обороны и Государственного департамента, и настолько завоевала сердце Трумэна, что, начиная с 1948 года – к этому времени ЦРГ превратилась в ЦРУ, – первым посетителем у президента неизменно бывал директор Центрального разведывательного управления(3).Отклонение ЦРГ от целей, поставленных первоначально президентской директивой, вдохновило бывших мальчиков из УСС на то, чтобы, не ограничиваясь сбором информации, двигаться дальше и приступить к выполнению тайных операций. Рост ЦРУ теперь стало невозможно остановить. Оно превратилось в гигантскую бюрократическую машину со своими источниками доходов, банками, линиями воздушных сообщений и своей собственной политикой. По мнению английского историка Кристофера Эндрю, современные разведывательные системы появились не в результате сознательных усилий правительств, а как итог ползучего бюрократического разрастания. Но что касается ЦРУ, то его рост носил взрывной характер. Секретный лозунг организации 1947 года: «К 1948 году больше, чем государство». И он был реализован. По мере роста ЦРУ контролировать его становилось все труднее. «Это был если не взбесившийся слон, то по меньшей мере функционирующий в значительной степени самостоятельно важнейший инструмент внешней политики»(4). Изменился и взгляд ЦРУ на свою собственную роль. Задачей организации теперь считался не только сбор информации о событиях в мире: она видела свой долг в том, чтобы формировать эти события. ЦРУ в полном смысле слова превратилось в правительство внутри правительства Соединенных Штатов.Крошечный пункт в январской директиве президента, пунктик, которого не было в первоначальном проекте документа, открыл путь для расширения ЦРГ. Сейчас невозможно точно сказать, кто внес это положение в проект, перед тем как президент поставил свою подпись. Но все данные указывают на то, что это сделал адмирал Соерс. В первом варианте проекта директивы было сказано, что обязанности директора состоят «в сборе, . сопоставлении и оценке разведданных». Слово «сбор» было вычеркнуто, по-видимому. Объединенным комитетом начальников штабов. Там справедливо усмотрели в этом угрозу для своих служб, занимающихся сбором информации. Но в окончательном варианте директивы, хотя слово «сбор» и не присутствовало, появился пункт, который уполномочивал директора «проводить такую деятельность по вопросам, затрагивающим общие интересы, которая, по мнению Национального разведывательного ведомства, может более эффективно осуществляться в централизованном порядке»(5). Именно это положение, которое, по существу, означало «хватай все», Соерс использовал в качестве мандата для расширения ЦРГ.Первоклассный организатор (до поступления на флот он был бизнесменом в Миссури), он использовал все свои таланты для создания новой бюрократической машины. Когда полковника Джона Громбаха, последнего начальника разведывательной службы Министерства обороны, спросили, чем он объясняет рост ЦРГ, он ответил: «Я просто думаю, что люди, которые возглавляют учреждения с координирующими функциями, таким образом начинают создавать свои империи». Во всяком случае, следующий глава ЦРГ генерал Хойт С. Ванденберг. занявший место Соерса в июне 1946 года, вовсе не собирался ограничиваться координацией разведывательных сведений, собранных другими учреждениями. Когда один из его подчиненных спросил, как генерал представляет себе свою деятельность, тот ответил: «Вот что я вам скажу – я ни на грош не верю в координационное хождение по кругу, чтобы сшивать одно с другим». Тот же сотрудник позже говорил, что половина работников ЦРГ хотела бы ограничиваться в деятельности строго координационной ролью, но вторая, более честолюбивая половина в ответ заявляла: «Джентльмены, чем мы должны стать, каким учреждением? К нам должна перейти вся мощь, которой обладало УСС, и даже больше того»(6).Честолюбие победило. Через шесть месяцев после подписания президентской директивы ЦРГ обратилась к НРВ и убедила последнее по-новому определить функции директора.8 июля 1946 года НРВ под грифом «совершенно секретно» выпустило директиву № 5. Она предписывала директору ЦРГ проводить всю работу по шпионажу и контршпионажу за пределами США в целях сбора разведывательной информации, необходимой для национальной безопасности(7).Произошла совершенно экстраординарная передача полномочий. Основное «надзирающее» учреждение, в обязанности которого входил контроль за оперяющейся ЦРГ, без звука рассталось с правом контроля, при этом создалось положение, которое позволяло ЦРУ в будущем бесконтрольно совершать самые мерзкие выходки. Оглядываясь назад, нетрудно установить причины, в силу которых НРВ так легко рассталось с обязанностями контролера. Люди, входившие в контролирующую группу, – госсекретарь, министры армии и флота, руководитель аппарата президента – были настолько загружены своими прямыми обязанностями, что у них совершенно не оставалось времени на дела разведки. Конечно, они проявили бы заинтересованность, если бы ЦРГ явилась с чрезвычайно важной информацией – например, об угрозе нового Перл-Харбора. В любом случае члены НРВ всегда полагались на инициативу директора ЦРГ, чтобы провести очередное заседание. Таким образом, хотя на бумаге контроль и принадлежал НРВ, реальная власть находилась в руках директора ЦРГ.Еще одной причиной безудержного роста ЦРГ была весьма благоприятная для этого общая атмосфера. В конце войны появилась масса книг и статей, посвященных американским разведывательным организациям и их работе. (Как мы уже знаем, за этим стоял Донован. Вся лавина печатной продукции была частью пропагандистской кампании, имеющей целью спасти УСС.) Большинство публикаций наделяло разведывательную деятельность особым очарованием, представляло ее как совершенно необходимую для страны и требовало, чтобы правительство поддерживало разведку и ее рыцарей.В такой атмосфере ЦРГ не могла не чувствовать себя ущемленной. Было мало привлекательного в том, чтобы сидеть за письменным столом в Вашингтоне, оценивая добытые другими разведданные. Питер Вишер цитирует офицера армейской разведки, который следующим образом суммирует настроение многих сотрудников ЦРГ: «В оценивании нет никакой сексапильности; это же… дело (нелегальный сбор информации) возбуждает. Всем хочется заняться этим. Если вы попробовали начать, то навсегда утрачиваете интерес к обычной работе. Вы забываете обо всем, потому что вы взволнованны, вы вне себя»(8).Ванденберг очень быстро превратил мандат на сбор информации за пределами США в разрешение проводить тайные операции. Об этом говорит тот факт, что уже в июле 1946 года ЦРГ на заседании НРВ отстаивает необходимость финансирования таких действий. Семью месяцами позже Ванденберг докладывал Трумэну: «Нелегальные операции весьма тщательно разрабатываются и проводятся вполне удовлетворительно в большинстве критических районов за пределами США»(9). Принимая во внимание сроки, необходимые для планирования и первоначального развертывания подобных операций, можно заключить, что США приступили к проведению тайных акций за рубежом задолго до возникновения ЦРУ. Они сделали это без каких бы то ни было публичных дискуссий и даже без секретного слушания в конгрессе. Поэтому, когда начались парламентские слушания закона о национальной безопасности 1947 года (закон, согласно которому было создано ЦРУ), ни один из представителей разведки даже намеком не выдал, что тайные операции уже начались. Больше того, выступая на секретном слушании в июне 1947 года, Ванденберг и другие сотрудники разведки стремились создать впечатление, что речь идет всего лишь о получении прав на сбор информации за рубежом (вопрос уже был давно решен) якобы в продолжение старой дискуссии «координация или сбор сведений». То будущее, которое предназначалось ЦРУ в ходе дискуссии в конгрессе, настолько мало соответствует реальной действительности, что уверенно можно сказать: перед нами теперь совсем иная организация.Аллен Даллес, будущий директор ЦРУ, значительно приукрасив свои заслуги в УСС во время войны (он заявил, что на него работало десять процентов сотрудников абвера), высказался во время слушаний по проблеме о том, какой ему видится новая разведывательная организация. ЦРУ будет очень небольшим, заявил Даллес, потому что, «превратившись в огромного спрута, оно не сможет нормально функционировать». Отвечая на прямо поставленный вопрос, сколько же сотрудников ему потребуется, Даллес сказал: «Некоторое количество людей потребуется для оценки информации. Со сбором деловой информации на всей территории США десятка два человек вполне справятся: двое в Нью-Йорке, один в Чикаго, один в Сан-Франциско… Для работы за границей, конечно, потребуется некоторое количество людей, но их не будет много – скорее десятки, нежели сотни»(10). (В настоящее время в ЦРУ работает примерно 16 тыс. человек.)У Даллеса имелись соображения, где этих людей можно найти: «Американские бизнесмены, американские профессора, все американцы, путешествующие по свету, являются величайшим достоянием нашей разведывательной системы… Я полагаю, что в сфере сбора информации, в том, что можно было бы назвать тайным ее сбором, значительная часть сведений будет поступать от американцев, не имеющих официальной связи с правительством».В заключение он подчеркнул, насколько необходимо ЦРУ стране: «…по моему мнению, англичанам несколько раз удалось спастись лишь при помощи их секретных служб.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67