А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Леди-шпионки – 3

OCR Dinny; SpellCheck Angelli
«Прекрасная защитница»: АСТ, АСТ Москва; Москва; 2008
ISBN 978-5-17-054169-0, 978-5-9713-9082-4
Аннотация
Прелестная Эмили Редгрейв – блестящая светская львица Лондона. Но вряд ли кто-нибудь из многочисленных воздыхателей в ее гостиной догадывается, что под маской утонченной аристократки скрывается агент британских секретных служб.
На этот раз Эмили предстоит охранять лорда Гранта Эшбери, за которым охотятся наполеоновские шпионы, и она принимает весьма разумное решение выдать его за своего поклонника.
Однако очень скоро игра превращается в реальность. Лорд Эшбери испытывает к своей прекрасной «защитнице» вполне земную страсть – безудержную, неодолимую. И Эмили все реже думает о том, что страсть эта может стоить жизни и ей, и мужчине, которого она полюбила…
Дженна Питерсон
Прекрасная защитница
Пролог
Лондон, 1808 год
Чарлз Айли снова принялся что-то записывать на клочке бумаги, с трудом удерживая его на колене. Карета покачивалась, буквы выходили корявыми, но Чарлз не сомневался, что потом сумеет разобрать нацарапанное.
– Мы побеседовали и с Мередит Синклер, и с Анастасией Уиттиг, миледи, – сказал он, наклонившись, чтобы лучше видеть собеседницу, сидевшую в тени напротив него. Собеседница смотрела в окно, поэтому он различал только очертания ее тонкого профиля.
– Прекрасно, Чарлз, – спокойно сказала она. – Еще немного – и мы приступим к обучению этих молодых леди.
Чарлз удивленно откинулся назад. У него сложилось впечатление, что все наконец-то улажено.
– Вам нужен кто-то еще?
– Я думаю, что еще одна молодая леди придаст нашему кружку завершенный вид. – Даже при тусклом гнете Чарлз заметил что-то вроде улыбки на губах ее сиятельства. – Да, еще одна леди – и наша группа будет укомплектована.
Он заерзал, нащупывая в кармане список кандидатур, который он и женщина, сидевшая напротив, составили после нескольких месяцев тщательных поисков. Хорошо, что Чарлз захватил его с Собой, хотя и был уверен, что этот список больше собеседнице не понадобится.
– Простите мое любопытство, но почему вы считаете, что их должно быть именно три, ваше сиятельство? – спросил он.
Дама рассмеялась:
– Вы когда-нибудь видели, чтобы две женщины думали одинаково?
Он подавил желание улыбнуться:
– Ну…
– Не отвечайте, Чарлз, это только поставит вас в затруднительное положение, – сказала она, и, судя по голосу, настроение у нее было превосходное. – Если в группе будет трое, то всегда найдется решающий голос на тот случай, если двое не согласятся друг с другом.
Он кивнул. Как всегда, ее сиятельство показала себя тонким психологом.
– Понятно. Значит, вы желаете добавить к уже имеющимся голосам голос спокойствия. Или разума.
Она покачала головой:
– Нет. Я думаю, что и Мередит, и Анастасия обе на свой манер являются голосами разума. Мне хочется добавить голос огня. Независимой искры.
Его глаза сразу устремились на первое имя в их списке. Одно из немногих оставшихся, которое не было вычеркнуто по той или иной причине. То было имя, которое тревожило его с самого начала, когда они еще только приступили к осуществлению своего плана.
– Я вижу, куда вы смотрите, и вы правы в своем невысказанном предположении. – Ее сиятельство сложила руки. – Я хочу, чтобы вы обратились к леди Эллингтон.
Чарлз опустил голову, соображая, как лучше сформулировать свои опасения.
– Миледи, я не хочу спорить, но Эмили Редгрейв не отличается спокойствием и разумностью. Существует ли какая-то причина, по которой вы хотите присоединить ее к группе тайных агентов?
И снова его сообщница улыбнулась. На этот раз улыбка ее говорила о каком-то тайном знании и уверенности, устоять перед которыми он не мог.
– Разумеется, Чарлз. Я хочу, чтобы вы обратились к Эмили, потому что она мне нравится.
Крайне удивленный, Чарлз внимательно посмотрел на собеседницу, окутанную тенью. Но спорить не стал. Он уже давно научился не спорить с ней. Она всегда права, и тут уж ничего не поделаешь. Ее чутье безупречно. Именно поэтому он согласился помочь ей в осуществлении этого немыслимого плана: создать засекреченную женскую группу – тайных агентов.
Карета замедлила ход, и Чарлз собрал свои бумаги:
– Хорошо. Я поговорю с ней в ближайшее время.
Его собеседница кивнула, а он распахнул дверцу и вышел из кареты.
– Прекрасно, Чарлз.
Экипаж покатился дальше, а ее сиятельство со вздохом откинулась на спинку роскошного кожаного сиденья.
– Я хочу, чтобы это была Эмили Редгрейв, – прошептала она. – Потому что она очень похожа на меня.
Глава 1
Лондон, 1814 год
Морозный ночной воздух просто обжигал, но Эмили Редгрейв вряд ли ощущала это, когда, толкнув дверь, тихо ступила на обледеневший пол террасы. Стояла зима – одна из самых холодных зим, которые только можно было припомнить, но сегодня Эмили была равнодушна к холоду. Она убегала из тюрьмы. Эмили не один месяц планировала этот побег, не одну неделю трудилась. Ее старания вот-вот принесут плоды. Еще немного – и она на свободе.
Сердце гулко стучало, когда Эмили натянула на плечи толстый плащ и проверила, покрывает ли тяжелый капюшон ее светлые волосы. Они могли выдать ее в темноте. Но переодеться как следует и изменить внешность не было времени. Если выбираться отсюда, это нужно сделать сейчас – или никогда.
Эмили осторожно ступила на скользкий парапет и, стараясь сохранить равновесие, посмотрела вниз, на сад. Высота была, приличной, и Эмили надеялась, что веревка, которую она сделала из припрятанных простыней, выдержит ее вес.
Она присела, чтобы прикрепить конец веревки к каменной перекладине на стене террасы. Потом перекинула веревку через край, обхватила ногами узел, который образовался там, где она связала первую и вторую простыню, и с облегчением вздохнула. Все в порядке: она висит, веревка не обрывается. Это хороший знак. Теперь остается только спуститься вниз на пятнадцать футов – и она окажется на пути к благословенной свободе.
Дюйм за дюймом Эмили спускалась вниз, обхватывая руками и ногами узлы на своей самодельной лестнице. Время от времени она устремляла взгляд вниз, дыхание окружало ее лицо облачком пара, а земля все приближалась и приближалась.
Подул ветер, веревка закачалась. Беглянка из последних сил вцепилась в нее. Все еще было довольно высоко: если Эмили упадет, она сильно ушибется. Недавно оправившись от ранения, она меньше всего хотела снова оказаться в постели. Она непременно сойдет с ума, если такое случится.
Наконец режущий ветер стих, и Эмили продолжила спуск. Сапоги ее коснулись земли, и понадобилась вся сила воли, чтобы не издать торжествующий крик. Дерзкий побег совершен. Первый побег за многие месяцы. Она плотнее закуталась в плащ и повернулась к садовым воротам, выходящим на оживленную в дневное время улицу.
И оказалась лицом к лицу с мужчиной. Чарлз Айли поднял фонарь, который держал в затянутой в перчатку руке, и бросил на Эмили взгляд, смысл которого нельзя было не понять даже в ночном полумраке.
– Эмили, – протяжно и укоризненно проговорил он.
Она топнула ногой, сознавая, что ведет себя по-детски. Потом откинула с головы капюшон, открыла лицо и сердито посмотрела на Чарлза.
– Добрый вечер, Чарли.
– Войдите в дом. – Он указал на французскую дверь, ведущую из сада в гостиную. Это было приказание, а не просьба, и поскольку Чарлз был ее начальником, Эмили оставалось только подчиниться.
Вздохнув, она вошла в светлую теплую комнату. Она ведь была в двух шагах от свободы! Чарли закрыл за собой дверь и запер ее на засов, а Эмили бросилась в ближайшее кресло и с вызовом скрестила руки на груди.
– Эмили, Эмили… – начал Чарли, качая головой и наливая два бокала шерри. Подав бокал Эмили, он уселся напротив и замолчал.
Поджав губы, она пыталась справиться с охватившими ее чувствами. Черт бы его побрал. Всякий раз, когда она нарушала условия договора или проявляла слишком много усердия, он заставлял ее чувствовать себя виноватой. И теперь это ему тоже прекрасно удалось. Эмили стиснула зубы. Нет, она не станет просить прощения.
– Как вы узнали? – Эмили отставила в сторону бокал, даже не пригубив вина.
Чарли не успел ответить, потому что дверь в гостиную отворилась. Эмили подняла глаза и увидела двух своих лучших подруг – Мередит Арчер и Анастасию Тайлер.
Мередит сложила руки и тоже пронзила Эмили взглядом, который должен был вызвать у нее чувство вины. Эмили смущенно отвела взгляд.
– Это мы сказали ему, – призналась Мередит, и в ее голосе не прозвучало ни малейшего намека на угрызения совести.
Эмили сжала руки, лежавшие на коленях, и впилась ногтями в ладони.
– И как же вы раскрыли мой план?
Анастасия рассмеялась; они с Мередит уселись на соседнем диванчике.
– Так мы тебе все и расскажем!
Мередит кивнула:
– Вот именно. Чем больше подробностей мы сообщим, тем удачней ты воспользуешься ими в следующий раз, когда решишь улизнуть из дома в ночь.
Эмили прищурилась. Все это выглядело хорошо отрепетированным. По-видимому, все трое знали о задуманном побеге уже давно и приготовились раскрыть карты, когда она приступит к выполнению своего плана. Это привело Эмили в бешенство. Шесть месяцев назад ее никто не сумел бы поймать.
Шесть месяцев назад все было по-другому.
Она отмахнулась от этих мыслей и от охватившего ее ощущения беспокойства. Нельзя, чтобы Чарлз и подруги почувствовали ее страх, иначе будет еще хуже, чем сейчас.
– Ладно, посмотрим, не разберусь ли я в этом сама. Меня выдали простыни, да?
Ана рассмеялась, и Эмили поняла, что попала в точку. Не одну неделю она играла в кошки-мышки с горничными. Очевидно, кто-то завел разговор о недостающих простынях, и этот разговор дошел до ее подруг-шпионок.
Ана до своего недавнего замужества несколько лет жила вместе с Эмили. Можно не сомневаться, что горничные рассказали Анастасии о странном поведении подруги.
И вместо того, чтобы самой поговорить с Эмили, как она сделала бы раньше, Ана пошла к Мередит и Чарли.
Чтобы уберечь ее.
Но Эмили меньше всего этого хотела. Материнская забота и беспокойство друзей подавляли ее. А от их неверия ее собственные страхи звучали в голове еще громче.
Чарли вынул трубку и зажал ее в зубах.
– Неужели важно, как именно мы раскрыли ваш план побега?
Эмили пожала плечами. Наверное, не важно, если не считать, что она чувствует себя донельзя униженной. Важно другое – к чему приведет создавшееся положение. Она схватила со столика бокал шерри.
– И каково будет мое наказание? – спросила она, откидываясь на спинку стула и вертя бокал в руках. – Виселица? Дыба? Меня отправят на каторгу в Австралию?
Чарли улыбнулся в ответ на эти сухие вопросы, но Эмили не дала ему прервать себя:
– Или вы приговорите меня к самой худшей участи? Будете держать под замком в моем доме, чтобы я не могла выполнять свои профессиональные обязанности? Вы и дальше будете делать так, чтобы мне не давали никаких заданий?
Услышав эти слова, Чарли перестал улыбаться, Мередит вздрогнула, а Анастасия тихо вздохнула. У Эмили от напряжения даже заболели мышцы плеч. Этот спор был ей противен так же, как и всем им.
– Никто не собирается мучить тебя, дорогая, – сказала Ана, вставая и принимаясь ходить по комнате.
Эмили смотрела на ее беспокойные передвижения. От подруги с каждым шагом исходили волны тревоги и страха. Ана всегда покровительствовала Эмили, но после того как Эмили ранили, а Ана вышла замуж, все изменилось в худшую сторону. Ана жила с мужем, Лукасом Тайлерам, который тоже был тайным агентом. Теперь он, а не Эмили, был ее партнером. Тайным агентом был и муж Мередит Тристан. У обеих лучших подруг началась новая жизнь.
А Эмили как будто все бросили.
От этой мысли стало больно, и Эмили поднялась:
– Вы не хотите меня мучить, а все равно мучаете. Ведь я тайный агент! Я родилась на свет, чтобы стать тайным агентом, хотя и не осознавала этого до тех пор, пока вы, Чарли, не заговорили со мной много лет тому назад.
Он посмотрел на Эмили, и губы его изогнулись в легкой улыбке, но по выражению лица Эмили поняла, что он просто не хочет ей противоречить.
– Сколько времени я должна сидеть дома, как заключенная, и не участвовать в работе?
Ей нестерпимо хотелось швырнуть бокал об стену, чтобы привлечь их внимание. Но друзья, вероятно, восприняли бы такую выходку как новое подтверждение ее неуравновешенности.
– Вы не так давно были ранены, – мягко сказал Чарли. – Я очень не хочу, чтобы вы вернулись на поле боя, не оправившись полностью.
Эмили с досадой отошла. Более шести месяцев назад ее ранили при выполнении одного задания. Да, рана была болезненной – и порой до сих пор еще побаливала, хотя Эмили не желала в этом признаваться. Впрочем, ее друзья и так знали об этом.
Но существовали и более значительные причины для того, чтобы отстранить ее от работы. Как-то ночью она подслушала разговор Чарли с Аной. Он сказал подруге, что Эмили пострадала не только телесно. Она психологически уже не та, какой была до ранения.
Вспомнив об этом, Эмили вздрогнула. Да, это правда. Иногда по ночам она просыпается с криком. Иногда вспоминает о страшном мгновении, когда ощутила толчок, и пуля ворвалась в ее тело. И именно поэтому так страстно хочется вернуться к работе. Хочется доказать себе, равно как и остальным, что она по-прежнему может выполнять свои обязанности.
Это все, что у нее осталось. И она не может это потерять.
Эмили повернулась к Чарли спиной, смахивая ресницами слезы – внезапно навернувшиеся на глаза слезы отчаяния.
– Чарли, – прошептала она, сжимая и разжимая руки, чтобы справиться с нахлынувшими чувствами. – Прошу вас. Мередит нравится быть тайным агентом. Ана стала тайным агентом, когда ее к этому вынудили обстоятельства. Но я шпионка по натуре. Это моя душа, без этого я сойду с ума. Я должна снова работать. Я вас умоляю.
Чарли долго и тяжело смотрел на нее, а потом его взгляд устремился на подруг. По лицу Аны текли слезы, Мередит сохраняла спокойствие; она сидела с опущенной головой, но лицо у нее было тревожное. Он вздохнул:
– Вы твердо решили приступить к работе?
Эмили кивнула, слишком потрясенная, чтобы показать свое нетерпение. Впервые за долгое время Чарли не отказал ей напрямик.
Он медленно кивнул в знак согласия:
– У меня есть дело, которое я собирался передать Мередит, но Военное министерство недавно попросило Тристана заняться кое-чем на севере, и через пару недель Мередит уедет вместе с ним. Дело, которое я задумал, может занять больше двух недель.
От радости Эмили чуть не упала на колени:
– Да, я займусь этим! Я займусь чем угодно! Что это за дело?
Чарли указал на стул, с которого она встала, и Эмили присела на краешек, подавшись вперед. Ожидание стиснуло грудь. Был еще и сильный страх, но Эмили не обращала на него внимания. Она могла скрыть этот страх. Должна была скрыть.
– Вы знакомы с лордом Уэстфилдом? – спросил он.
– С Грантом Эшбери? – Она кивнула, вспоминая. Эмили мельком встречалась с ним пару раз, но никогда не разговаривала дольше того времени, которое требуют приличия.
– Мы перехватили весьма угрожающие сведения, касающиеся его. – Чарли нахмурился. – Нам нужно, что бы за ним наблюдал агент и, возможно, даже вмешался, если на Уэстфилда нападут.
Эмили широко раскрыла глаза.
– Гранту Эшбери нужна защита? – с недоумением повторила она.
Нет, мысль о том, что этому человеку могут угрожать, не вызвала у нее сомнения. Уэстфилд – человек могущественный и широко известный. Конечно, у него есть враги. Но вот мысль о том, что ему требуется охрана, казалась странной.
Во-первых, Уэстфилд необычайно рослый. Будучи гораздо выше шести футов, он всегда возвышается над толпой. И сильный. Всякий, у кого есть глаза, способен разглядеть, что это не изнеженный денди в одежде с ватными плечами и грудью.
– Согласен, это звучит смешно, учитывая его физические и умственные данные, – сказал Чарлз. – Но это правда. Дело в том, что Уэстфилд не знает об угрозе. Он не готов к нападению. Поэтому, несмотря на силу и ум, он, возможно, не сумеет избежать опасности и при этом подвергнет опасности окружающих.
Эмили наклонила голову набок:
– Почему бы просто не сообщить ему об опасности? И пусть он сам себя защитит?
– Когда мне поручили это дело, я постаралась побольше разузнать об этом человеке, – проговорила Мередит. – Уэстфилд любит чувство опасности. К риску он относится как к азартной игре. Мы боимся, что если передадим ему эти сведения, он воспримет их как вызов.
Эмили кивнула. Она очень хорошо понимала чувства Уэстфилда. Она сама любит опасность… точнее, любила – до того как на нее напали. Она каждый день навлекала на себя опасность, берясь за наиболее сложные и рискованные дела, которые поручали их группе.
Только Эмили научили внимательно относиться к мелочам, а Уэстфилда – нет.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25