А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Посмотрим, что они скажут.
Делла Стрит откинула одеяло, скинула тапочки и юркнула в постель, незаметно обменявшись взглядами с Мейсоном.
Тот подбодрил ее кивком.
– Простите, – мрачно заявил клерк, – но у вас ничего не получится. Если бы у нас не было неприятностей раньше, вам, быть может, и удалось бы меня провести. А сейчас выбирайте – либо вы выметаетесь отсюда, либо я звоню в полицию.
– Звоните в полицию, – сказал Мейсон.
– О'кей, – согласился дежурный. – Если ты этого хочешь. – Он подошел к телефону, снял трубку и произнес: – Полицейский участок. – Потом подождал немного и добавил: – Говорит ночной дежурный отеля «Келлинджер» на Шестой улице. Постояльцы номера шестьсот тринадцать нарушают порядок. Я пытался выставить их на улицу, но они не хотят уходить. Пожалуйста, пришлите машину. Я буду наверху, в номере... Хорошо. Отель «Келлинджер», номер шестьсот тринадцать.
– Теперь я чист, – заявил клерк, положив трубку. – А вам, ребята, могу дать дружеский совет. У вас еще осталось время смыться отсюда до приезда полиции. Не теряйте его.
Перри Мейсон удобно расположился в ногах кровати Деллы Стрит. Достал из кармана блокнот и написал записку: «Вспомни, звонить в город можно только через коммутатор отеля. Скорее всего, он блефует. Настаивай на своем.»
Потом он вырвал страницу из блокнота и передал Делле.
Та прочла, улыбнулась и откинулась на под ушку.
– Я лучше уйду, – сказала Салли Мэдисон. – Вы можете делать все, что хотите.
Нисколько не стесняясь, она вскочила с кровати, схватила одежду со стула и побежала в маленькую гардеробную.
Мейсон непринужденно потянулся и поднял подушку, на которой она спала.
Сумочку Салли каким-то образом захватила с собой.
Мейсон достал из кармана портсигар, предложил сигарету Делле, взял одну сам. Они прикурили, адвокат устроился поудобнее.
Из гардеробной доносился шорох одежды. Салли поспешно одевалась.
Адвокат подождал еще минуты две, потом сказал дежурному:
– Ладно. Ваша взяла. Делла, одевайся.
Делла Стрит встала, поправила халат, потом взяла сумку с вещами и вошла в гардеробную.
– Салли, – сказала она, – я иду с вами.
– Только не со мной. – Салли даже сердито топнула ножкой. – Лично мне совсем не хочется встречаться с полицейскими. Вы слишком задержались. Я ухожу.
Она оделась и уже была готова выйти на улицу. Только волосы свидетельствовали о некоторой поспешности туалета.
– Подождите минутку, – попросил Мейсон. – Мы все уходим.
Салли Мэдисон, вцепившись в сумочку мертвой хваткой футболиста, перехватившего пас соперника, заявила в ответ:
– Простите, мистер Мейсон, но я никого не собираюсь ждать.
Адвокат вынужден был открыть свои козыри.
– Не поддавайтесь на обман, – сказал он. – На телефонном аппарате нет диска. Все звонки в город проходят только через коммутатор. Он не звонил в полицию, просто притворялся.
– Неужели вы думаете, что я впервые попадаю в подобную ситуацию? усмехнулся дежурный. – Когда я понял, что вы поднялись в шестьсот тринадцатый номер, я подключил этот аппарат через коммутатор к внешней линии, а уж потом поднялся к вам. Не стоит обольщаться.
Мейсон почему-то поверил ему.
– Хорошо, Делла. Оставляю полицейских на тебя. Я ухожу с Салли.
Салли посмотрела на него с неодобрением.
– Может, будет лучше, если я уйду одна?
– Не будет, – сказал адвокат и повел ее к двери.
Дежурный замер в нерешительности.
– Когда приедут полицейские, – улыбнулся Мейсон Делле, – скажи им, что дежурный пытался приставать к тебе.
Клерк быстро вскочил со стула и выбежал в коридор вслед за Салли и Мейсоном.
– Я опущу вас вниз на лифте.
– Нет необходимости, – ответил Мейсон. – Мы предпочитаем спуститься по лестнице.
– Не говорите за других! – в голосе Салли послышались панические нотки. – Я предпочитаю лифт. Так быстрее.
Они вошли в лифт. Дежурный снял стопор, державший двери открытыми и нажал кнопку первого этажа.
– По счету с вас причитается шесть долларов, – сказал он.
Мейсон с серьезным видом достал из кармана пятидолларовую и однодолларовую банкноты и монету в двадцать пять центов.
– Прошу вас.
– За что монета? – поинтересовался дежурный.
– Чаевые за быструю выписку, – ответил Мейсон.
Дежурный положил в карман монетку, банкноты оставил в левой руке.
– Не сердитесь, – сказал он, когда двери лифта открылись. – Мы вынуждены следить за порядком, иначе отель закроют.
Мейсон взял Салли под руку.
– Нам надо поговорить.
Она, даже не взглянув на адвоката, ускорила шаг, чуть ли не побежала по вестибюлю. Они были на полпути к дверям, когда в вестибюле появился патрульный полицейский в форме.
– В чем проблемы?
Мейсон попытался обойти его, но патрульный заслонил собой дверь и через плечо адвоката посмотрел на дежурного.
– Пара девочек в шестьсот тринадцатом, – устало произнес клерк. Нарушили правила, принимали гостя в номере. Я попросил их уйти.
– Это одна из них?
– Да.
– А где вторая?
– Одевается.
– Где гость?
Клерк указал на Мейсона. Полицейский усмехнулся.
– Вообще-то, вы нам не нужны, но раз уж я приехал, позволю себе задать вам несколько вопросов о девочках.
Мейсон с серьезным видом достал визитную карточку.
– Во всем виновата администрация отеля, – сказал он. – Моя секретарша остановилась здесь на ночь с мисс Мэдисон, моим клиентом. Я представляю ее в достаточно серьезной тяжбе. Я зашел, чтобы получить необходимую информацию.
Карточка Мейсона произвела на патрульного надлежащее впечатление.
– Почему же вы не объяснили все дежурному? Нам не пришлось бы ехать сюда.
– Я пытался, – несколько самодовольно произнес Мейсон.
– Старая уловка, – пытался оправдаться клерк. – Если бы вы знали, сколько раз мне приходилось выслушивать подобные рассказы. Все они секретарши.
– Но этот человек – Перри Мейсон, адвокат. Неужели вы не слышали о нем?
– Не слышал.
– Я вынужден все проверить, мистер Мейсон, – обратился полицейский к адвокату. – У меня нет никаких сомнений, но вы понимаете, был официальный вызов, мне придется писать рапорт. Давайте посмотрим журнал регистрации постояльцев.
Салли Мэдисон попыталась прошмыгнуть в дверь.
– Нет, сестренка, – остановил ее патрульный, – рановато. Не надо торопиться, все выяснится в течение пяти минут, и вы сможете либо подняться к себе в номер, либо пойти куда-нибудь позавтракать. Сейчас все проверим по журналу.
Дежурный показал полицейскому графу с подписью Деллы Стрит.
– Ваша секретарша – Салли Мэдисон? – спросил патрульный.
– Нет, Делла Стрит.
Лифт пришел в движение.
– Она наверху в номере? – спросил полицейский.
– Да.
– Я поступил так, как мне приказали в Отделе по борьбе с проституцией, – несколько ворчливо заявил дежурный. – Мне сказали, что мы должны либо нанять частного детектива, зарегистрированного в полиции нравов, либо сообщать о любом нарушении правил, касающемся постояльцев. Я вообще не хотел пускать этих девушек в отель. Стараешься, делаешь все по инструкции, а потом являетесь вы и обеляете нарушителей.
– В какое время они сняли номер?
– В половине третьего утра.
– В половине третьего! – воскликнул полицейский и наградил Мейсона подозрительным взглядом.
– Именно поэтому я попросил секретаршу остаться с мисс Мэдисон, подчеркнуто вежливо произнес Мейсон. – Мы закончили обсуждение дел слишком поздно и я...
Лифт с грохотом остановился, из него вышла Делла Стрит с сумкой в руках. Она замерла на месте, увидев трио у конторки.
– А вот и вторая, – сказал дежурный.
– Вы – секретарша мистера Мейсона? – поинтересовался патрульный.
– Да.
– Надеюсь, у вас в сумочке есть карточка социального обеспечения или любой другой документ.
– И водительское удостоверение, – радостно продолжила Делла, – и ключ от кабинета мистера Мейсона и многое-многое другое.
– Позвольте взглянуть, – извинившись, попросил полицейский.
Делла достала из сумочки водительское удостоверение и карточку социального обеспечения.
– О'кей, – кивнул полицейский дежурному. – Вы поступили правильно. Я все отмечу в рапорте. Нет ни малейшей надобности выгонять этих девушек. Позвольте им вернуться в номер.
– Я ухожу, – решительно заявила Салли Мэдисон. – Спать я не хочу. Хочу есть.
Делла Стрит ждала сигнала от Мейсона.
– Простите, Салли, ваш сон был нарушен, – сказал адвокат. – Зайдите ко мне в контору до полудня.
– Конечно, обязательно.
Фигура и лицо Салли Мэдисон явно произвели впечатление на полицейского.
– Прошу извинить за причиненные неудобства, мисс, – сказал патрульный. – Поблизости нет ни одного ресторана. Быть может, позволите подвезти вас в центр города?
– О, нет, благодарю вас, – кокетливо ответила Салли. – Обожаю утренние прогулки. Стараюсь беречь фигуру.
– И вам это удается, – с одобрением заметил полицейский.
Салли Мэдисон быстро прошла по вестибюлю и вышла на улицу. Полицейский, бросив последний взгляд на явно понравившуюся ему фигуру девушки, повернулся к Мейсону.
– Простите, мистер Мейсон, что так все получилось. Надеюсь, вы понимаете, что никто не застрахован от ошибок.
– Понимаю. Позволите угостить вас чашкой кофе?
– Простите, служба. Мне пора – напарник заждался в машине.
Рука Мейсона многозначительно потянулась к карману. Полицейский улыбнулся и покачал головой.
– Большое спасибо, не надо, – сказал патрульный и вышел на улицу.
– Номер оплачен, – заявил дежурный. – Можете подняться, если желаете.
– Вдвоем? – с улыбкой спросил Мейсон.
– Вдвоем, – подтвердил клерк. – Я чист. Можете оставаться в номере до трех часов дня. Время выписки. Если останетесь дольше, я предъявлю вам новый счет, в двойном размере.
Мейсон взял у Деллы Стрит сумку.
– Мы уходим, – сказал он. – Моя машина стоит у входа.

10

Мейсон и Делла Стрит заехали в небольшой круглосуточный ресторан, где варили хороший кофе. Ветчина была нарезана несколько тонковато, но обладала чудесным ароматом, яйца были поджарены просто безукоризненно.
– Ты думаешь, что самое страшное уже позади? – спросила Делла Стрит.
– Да.
– Полагаешь, она уже избавилась от револьвера?
Мейсон кивнул.
– Почему?
– Ей так не терпелось улизнуть от нас. Несомненно, она что-то задумала. Догадаться не так уж трудно.
– Разве у нее не было возможности избавиться от револьвера еще прошлой ночью?
– Вполне вероятно. Вспомни, сержант Дорсет возил ее к Джеймсу Стонтону. Она тебе говорила, чем закончилась беседа?
– Да. Стонтон настаивал, что рыбок ему передал Фолкнер. Более того, он доказал это, предъявив письменное заявление.
– Да быть этого не может!
– Она так сказала.
– Заявление, подписанное Фолкнером?
– Да.
– Где оно сейчас?
– Его забрал сержант Дорсет, и выдал Стонтону расписку.
– Стонтон даже не упоминал заявление Фолкнера в беседе со мной. Что в нем было написано?
– Нечто, удостоверяющее факт, что Фолкнер передал Стонтону именно тех двух рыбок. Что он хочет, чтобы Стонтон ухаживал за рыбками и провел необходимый курс лечения. Что он освобождает Стонтона от ответственности на случай смерти рыбок как естественной, так и последовавшей в результате кражи или вредительства.
– Под заявлением стояла подпись Фолкнера?
– Да, по утверждению Стонтона. Во всяком случае, сержант Дорсет ничего не заподозрил. Принял заявление за чистую монету. Я утверждаю это со слов Салли.
– Как ты считаешь, почему Стонтон не показал мне заявление, когда я беседовал с ним?
– Видимо, не посчитал вашу беседу достаточно официальной.
– Вероятно, но мне показалось, что я его довольно сильно напугал.
– Но если Фолкнер сам достал рыбок из аквариума, зачем понадобился половник с четырехфутовой палкой?
– Я уже подсказал сержанту Дорсету, что половник не мог быть использован для того, чтобы достать рыбок из аквариума.
– Почему?
– Во-первых, поверхность воды на уровне семи с половиной футов. Это одна из тех комнат с низкими потолками. Если попробовать поднять из аквариума половник с подобной рукояткой, палка упрется в тот момент, когда два фута рукоятки будут еще в воде.
– Но можно же наклонить палку, то есть доставать половник под углом.
– Можно и наклонить, – согласился Мейсон, – но в этом случае, нельзя достать рыбок.
Делла кивнула, потом наморщила лоб, пытаясь обдумать проблему.
– Более того, – продолжил Мейсон, – я считаю, что рыбку из аквариума достать половником просто невозможно. Вряд ли она останется неподвижной достаточно долго. На мой взгляд, необходимо нечто более крупное. Я даже готов допустить, что рыбки были менее активны и подвижны, чем в обычном состоянии.
– Зачем же понадобился половник? Для отвода глаз?
– Возможно, для этого, возможно – совсем для другого.
– Для чего же?
– Для того, чтобы достать из аквариума нечто, совсем непохожее на рыбку.
– Что ты имеешь в виду?
– На прошлой неделе в Фолкнера кто-то стрелял. По крайней мере, он так уверял. Пуля прошла мимо и попала в обшивку салона автомобиля. Несомненно, та пуля служила важным вещественным доказательством. Полиция уже умеет проводить баллистическую экспертизу и может многое рассказать об оружии, из которого была выпущена исследуемая пуля. Более того, эксперт может рассмотреть пулю под микроскопом и точно установить, была ли она выпущена из того или из иного револьвера.
– А причем здесь аквариум?
Мейсон усмехнулся.
– Я возвращаюсь к разговору с Элмером Карсоном. Он был в конторе, когда Фолкнер принес туда пулю.
– Ту, которую он достал из обшивки автомобиля?
– Ту самую. Он достал из сидения пулю и уведомил о случившемся полицию, хотя в конторе ничего никому не сказал.
– Что произошло потом, шеф?
– Полицейские приехали, и Фолкнер не смог найти пулю.
– Ого!
– Карсон заявляет, что не вставал с места, и его показания подтверждает машинистка, мисс Стенли. Полиция даже обыскала самого Карсона и его стол.
– А потом?
– А потом, ближе к вечеру, мисс Стенли убирала свой стол и обнаружила под какими-то бумагами пулю.
– Ты полагаешь, что это была не та пуля?
– Не знаю. Утверждать подобное не сможет никто. Это была просто пуля. Все сразу же предположили, что это была именно та пуля, которую принес в контору Фолкнер, а потом не смог найти. Но, насколько мне известно, в пуле не было ничего особенного, отсутствовали какие-либо отличительные признаки.
– Не понимаю, к чему ты клонишь?
– Фолкнер полагал, что положил пулю на свой стол. Потом он подошел к столу мисс Стенли, чтобы продиктовать ей несколько деловых писем.
– Он был, вероятно, чрезвычайно хладнокровным человеком, – заметила Делла. – Если бы в меня кто-нибудь выстрелил, я не смогла бы диктовать письма, достав пулю из обшивки своего автомобиля.
– Как я понимаю, мисс Стенли заметила, что у него дрожала рука, но ничем другим он своих чувств не проявлял.
Делла Стрит смотрела на адвоката такими глазами, будто пыталась прочитать его мысли.
– Лично мне, шеф, Фолкнер показался достаточно возбудимым человеком, – сказала она. – Мне кажется, если б в него действительно кто-нибудь выстрелил, он заметался бы как таракан по кухне, когда там вдруг включили свет.
– У него был достаточно сложный характер, – заметил Мейсон. – Вспомни тот вечер, когда курьер доставил ему повестку в Суд по иску Карсона о дискредитации.
– Очень хорошо все помню.
– Вспомни, насколько равнодушно он отнесся к этим бумагам. Даже не удосужился их прочитать. Просто сунул в боковой карман, и все внимание сконцентрировал на самом насущном, по его мнению, деле – привлечению меня к защите его драгоценных рыбок при помощи отмены судебного приказа, запрещающего ему передвигать аквариум.
– Верно, – кивнула Делла Стрит. – Он абсолютно спокойно отнесся к вручению повестки. Для него она означала не более, чем легкое неудобство.
– Несмотря на то, что сумма иска составляла сто тысяч долларов, напомнил Мейсон.
– Шеф, ты к чему-то клонишь. К чему именно?
– Просто сижу, пью кофе, складываю два и два, пытаясь определить, действительно ли в Фолкнера стреляли, когда он ехал в контору.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24