А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Неужели она до сих пор неверно думала о Райдере? Он не хочет ребенка? Они раньше никогда не говорили о детях.— Ты носишь моего ребенка? — голос у него сел от волнения, а от того, что он сказал затем, душа у Ханны ушла в пятки. — И ты поехала с Гил мором, зная, что беременна от меня?Во рту у нее пересохло.— Я никогда без нужды не подвергла бы опасности твое дитя, Райдер, и я никогда не позволяла Тренту дотронуться до меня. Разве ты не понимаешь? Я все делала ради твоего спасения. Сколько же раз мне повторять это, чтобы ты наконец мне поверил?— Я верю тебе, Воробышек. Я вел себя, как глупый ревнивец, не понимая, что ты никогда не уехала бы с Гилмором без причины. Страшно подумать, что могло бы случиться с тобой и с ребенком.— У Трента было много недостатков, но я уверена, он никогда не причинил бы мне зла. Возможно, он пришел бы в ярость, но я верю, по-своему Трент дорожил мной. Я никогда не желала ему смерти или же смерти тем людям, что сопровождали нас в форт. Неужели никогда не кончится эта бессмысленная бойня?Она начала тихо всхлипывать, и Райдер обнял ее, радуясь, что может утешать жену, прижимая к своему сердцу.— Не знаю, когда и как все это кончится, но я собираюсь сделать все возможное для индейской стороны. Скоро мы с тобой уедем из деревни Красного Облака. Меня ждет губернатор, чтобы ввести в курс дела. Надеюсь, ты не против пожить у Эбби и Зака, пока не будет построен наш собственный дом?— Главное, чтобы мы были вместе.Рука Райдера скльзнула вниз по ее животу. Искренняя радость отразилась на его лице.— Я не ожидал. Еще совсем недавно я был уверен, что погибну, сражаясь с бледнолицыми, но, встретив тебя, я стал мечтать о другой жизни, в которой у меня были бы жена и дети, и не просто жена, а жена с огненными волосами и зелеными глазами! Теперь, с твоей помощью, мой талисман, мечты становятся реальностью. Я люблю тебя, Ханна, и люблю нашего ребенка.Слова Райдера успокоили Ханну и сняли тревогу, в которой она пребывала, не зная, что скажет Райдер, узнав о ребенке. Он хочет ребенка! Он его любит. Все остальное неважно.Райдер поцеловал жену с такой нежностью, что ей захотелось заплакать. Поцелуй был долгим, кровь в жилах вскипала от страсти. Когда он прервал поцелуй, слабый крик возражения сорвался с губ Ханны.— Я хочу любить тебя, моя дорогая, но не могу, пока не улажено это дело между мной и Сломанным Носом. Койот уже, должно быть, созвал Совет. Мне надо идти.— Не нравится мне все это, Райдер. Сломанный Нос коварен. Он станет лгать, придумывая, как оказался в моем вигваме. Скажет, я его приглашала. У тебя был такой страшный вид, когда он принялся намекать, будто я сама зазвала его. Я… я испугалась, вдруг ты поверишь.— Никогда! Теперь я слишком хорошо тебя знаю и начинаю понимать, каким дураком был, не доверяя прежде. Я страшно рассердился, ты права, когда Сломанный Нос осмелился заявить, будто ты приглашала его разделить с ним ложе! Никто в Совете ему не поверит.— Тогда иди, — произнесла Ханна, недовольный вздох ясно сказал, как не хочется ей расставаться с ним. — Я буду молиться, чтобы Совет принял верное решение.Ханна готовила ужин на костре рядом с вигвамом, когда Райдер вернулся. Лицо у него было мрачным, но признаков печали или огорчения она не заметила. Не говоря ни слова, он присел у костра. Ханна протянула ему чашу с тушеной олениной. Должно быть, он очень проголодался, потому что заговорил, лишь опустошив половину чаши.— Сломанный Нос изгнан из племени. Больше он не станет тебе досаждать.Ханна притихла.— Совет так решил, хотя он индеец, а ты белый?— Кожа у меня белая, но это мой народ, Ханна, впрочем, как и народ Сломанного Носа. Они выслушали нас как равных, а потом обсудили наши показания и свидетельство Койота, присутствовавшего при столкновении, и затем Совет вынес решение.Ханна опустилась на колени рядом с Райдером.— Должно быть, Сломанный Нос разгневан.Райдер задумчиво жевал оленину.— Очень. Он собрал свои пожитки и сразу же уехал. Когда он уходил, люди поворачивались к нему спиной, даже его родители. Изнасилование соплеменницы — страшное преступление и у сиу, и у чейенов.— Что он теперь будет делать?Райдер проглотил последний кусок мяса.— Наверное, присоединится к какой-нибудь банде отребья. Вряд ли его примут в другое племя. Новости быстро распространяются по прерии, и скоро все племена будут знать о его изгнании.— Мне не хотелось, чтобы дело так оборачивалось, — искренне призналась Ханна. — Пока ты не привез меня в лагерь Красного Облака, никаких раздоров со Сломанным Носом у тебя не было.— Не вини себя, Ханна. Сломанному Носу никогда не нравилась моя белая кожа. Он нашел бы другой предлог, чтобы досадить мне.Ханна задумалась:— Теперь ничто не мешает нам покинуть деревню?— Я уже говорил с Красным Облаком. Он согласился, что я многое могу сделать для индейского народа как посредник на переговорах. Я постараюсь приспособиться к миру белых, — притянув к себе Ханну, он поцеловал ее в лоб. — Конечно, нам придется пожениться еще раз, теперь уже по законам белых. Я не хочу, чтобы возникали сомнения по поводу законорожденности моего ребенка.Ханна счастливо улыбнулась.— Я и так себя чувствую замужней женщиной, но с радостью произнесу обет перед священником. Моей семье будет приятно узнать, что наш брак освящен церковью.— Я ничего о таких вещах не знаю, но уверен, ты мне все объяснишь. Пойдем на наше ложе, отдохнем, путешествие в Денвер, что нас ждет, утомительно, — блеск его серебристых глаз говорил, что на уме у него не простой отдых.Он встал и потянул за собой жену, затем поднял ее на руки и внес в вигвам. Положив на постель, он вытянулся рядом. Когда Райдер поцеловал Ханну, она положила руку ему на грудь, останавливая.— Подожди, Райдер. Я хочу поговорить с тобой.— Поговорить? — его напряженный голос подсказал ей, что меньше всего ее муж расположен сейчас к разговорам.— Да. Насчет Женщины-Что-Ходит-Вперевалку. Я хочу взять ее с собой. Никого из родных у нее не осталось, и ей приходится рассчитывать лишь на милость и сострадание чужих людей. Не думаю, что Эбби станет возражать. А Женщина-Что-Ходит-Вперевалку поможет мне, когда у нас появится малыш.Райдер был поражен, что Ханна беспокоится о старой женщине и даже желает, чтобы она жила с ними.— А что думает об этом сама Женщина-Что-Ходит-Вперевалку? Захочет ли она оставить свой народ?— Она потеряла мужа, сына и единственную дочь. Я очень полюбила ее. Мы обо всем уже говорили. Она согласна. Женщина-Что-Ходит-Вперевалку не настолько стара и, думаю, сможет проехать весь путь до Денвера верхом. Она ждет не дождется, когда родится наш с тобой ребенок.— Пусть будет, как ты хочешь. Уверен, когда мы построим дом, ты будешь рада помощнице.— Спасибо, Райдер, — сказала Ханна, притянув к себе его голову, чтобы дотянуться до губ.Он поцеловал ее пылко и проникновенно, со всей страстью, переполнявшей неистово бьющееся сердце. Язык упивался сладостью ее рта, в то время как руки снимали одежду. Затем жаркая дорожка поцелуев прошла по ее рукам, груди, животу, бедрам и по нежной плоти между ними. Все тело Ханны порозовело от возбуждения, но на этот раз ей не захотелось лежать на спине, и она приподнялась над Райдером, чтобы можно было смотреть в мерцающую глубину его глаз.— Я хочу сделать для тебя то, что ты делаешь для меня, — робко прошептала она, хотя совсем не чувствовала робости.Райдер улыбнулся и откинулся на спину, позволив ей делать все, что она захочет, и Ханна принялась наслаждаться телом мужа. Ее язычок обследовал плоские соски мужчины, зубы оставили пылающий след на животе и бедрах. Когда пытка блаженства почти лишила его чувств, ее рот завладел его членом. Райдер вскрикнул, почувствовав обжигающий жар губ Ханны. После нескольких минут мучительной неги, он опрокинул ее на спину и отплатил той же монетой. Когда она едва не лишилась чувств от восторга, он проник в нее. Луч лунного света, проскользнувший сквозь дымовое отверстие в вигвам, был единственным свидетелем произнесенных шепотом слов страсти и гортанных криков удовольствия. Но по мере того как ночь подходила к концу, лунный свет бледнел, зато разгорался ослепительный свет любви, наполнявший вигвам.
Ханна неловко сидела в седле, чувствуя, что беременность значительно осложнила ей путешествие. День был гнетуще жарок, с Черных Холмов дул обжигающий ветер. Беспокоясь о Ханне, Райдер старался, чтобы они почаще останавливались на отдых там, где только могли найти тень и воду. Женщина-Что-Ходит-Вперевалку ехала с ними. Она была рада, что оказалась кому-то полезна и не осталась в деревне обузой для племени.Устроиться на ночь они старались у воды, чтобы смыть с себя грязь и пыль дневного пути. Они уже находились рядом с границей Колорадо, когда оказались у широкой реки. Ханна отправилась выкупаться. Жен-щина-Что-Ходит-Вперевалку принялась разводить огонь, а Райдер пошел добыть дичь им на ужин. Темнело, но Ханна не считала, что ей следует поторопиться. За все время путешествия не произошло ни одного столкновения с опасностью, будь то дикий зверь или плохой человек, и Ханна забыла, что Райдер предупреждал ее, чтобы она не удалялась от места привала. В последние два дня он казался более настороженным и осторожным, чем обычно, но ничего подозрительного не обнаруживал. Кроме того, стоянка была видна с берега реки. Да и что может случиться, если Райдер поблизости?Прямо в рубашке Ханна вошла в воду, темную и мутную, но все-таки освежающую после утомительного дня, проведенного в седле. Жаркое лето и скудность дождей высушили реку, на ее середине воды было по пояс. Она с удовольствием плескалась, не замечая пары темных глаз, жадно наблюдавших за ней с берега. Ханна уже собралась выйти из воды, как неожиданно почувствовала опасность. От страха волосы зашевелились у нее на голове. Она обернулась, рассматривая темные заросли.Ничего не заметив, она посмеялась над своим бурным воображением и вдруг вспомнила предостережение Райдера оставаться поблизости от стоянки. Но охотился же ведь он неподалеку и несколько раз за день уезжал вперед на разведку, чтобы выбрать место для ночлега особенно тщательно! А ей так хотелось искупаться! Но не слишком ли легкомысленно она пренебрегла его указаниями?Дневной свет уже сменился сумеречным, когда Ханна выбралась на берег. Она не заметила смуглой руки, протянувшейся к ней сзади и прикрывшей ей рот, но почувствовала мощь и жар мужского тела. Ее тащили к стоявшей неподалеку лошади. Когда смуглая рука оторвалась ото рта, Ханна не успела закричать: огромный кулак обрушился ей на скулу. Застонав от боли, она провалилась в глубокую и темную пустоту.Райдер вернулся к привалу с упитанным кроликом, которого он сразил стрелой. Райдер старался не стрелять из винтовки, чтобы выстрелом не привлечь к себе чье-либо нежелательное внимание. Он заметил, что последние два дня их кто-то преследует, но ничего не стал говорить Ханне, чтобы не волновать ее понапрасну. Если за ними и идут по пятам, то не крупный боевой отряд, а всего лишь один или два человека. Но зачем они наблюдают за их продвижением? Однако, кто бы это ни был, вели эти люди себя очень осторожно, следовало отдать им должное. Лишь однажды промелькнул всадник, и Райдер уловил его тень даже не зрением — скорее, чутьем. Все же, он предупредил Ханну, чтобы она не уходила далеко.Райдер ступил в круг света от костра, который уже развела Женщина-Что-Ходит-Вперевалку. Он сразу же заметил, что Ханны нет. Холодок страха пробежал по спине.— Где Ханна?— Пошла купаться, — сказала индианка.Он посмотрел на реку. Темная полоска воды была едва заметна в темноте.— Давно она ушла?Женщина-Что-Ходит-Вперевалку нахмурилась и подняла глаза к восходившей луне.— Луна еще не поднималась, когда она ушла. Я слышала несколько минут назад, как она плещется.Райдер подхватил винтовку.— Приготовь кролика. Пойду за ней. Нельзя было Ханне уходить одной. Наверное, мне следовало предупредить ее построже.Престарелая индианка пристально посмотрела на него, внезапно сообразив, что Быстрый Ветер обеспокоен гораздо больше, чем ей показалось.— Что за опасность?— Потом объясню, — кинул через плечо Райдер, Он горестно застонал: поиски оказались безрезультатны. Несколько раз он прокричал имя Ханны, но она не отозвалась. На его лбу выступил пот, а сердце мучительно сжалось. Осматривая берег, он обнаружил след мокасин на влажном песке. Опустившись на колени, Райдер изучил следы. Здесь произошло столкновение, кого-то тащили по берегу. Следы вели в заросли. Проследив след во влажной траве и кустарниках, Райдер дошел до места, где была привязана когда-то лошадь. След лошади вел на север.Райдер сразу же понял, что Ханна попала в руки индейца. Ему стало очевидно, что в похищении принимал участие только один человек. Ничто не указывало на присутствие нескольких людей. Внезапно ужасная мысль поразила его.Сломанный Нос! Сломанный Нос захватил Ханну!
Ханна медленно приходила в себя. Мускулистые смуглые руки поддерживали ее. Еще не отойдя от жестокого удара, она тряхнула головой. Ханна не имела представления, сколько времени была она без сознания, но небо из черного стало сиреневым, значит, прошло несколько часов с тех пор, как она пошла купаться на реку. В скуле полыхал огонь, а когда она попыталась пошевелиться, боль перекатилась к макушке и вискам. Она застонала. Руки сжали ее еще крепче.— Я не думал, что так сильно ударил тебя, Воробышек.Этот голос! Сломанный Нос! От его тела поднимался мускусный запах, тошнота подкатывалась к горлу.— Зачем ты это сделал? — в отчаянии крикнула Ханна. — Чего ты хочешь?— Быстрый Ветер придет за тобой. Он бросит мне вызов, и мы будем биться, что и должны были сделать, если бы не вмешался Койот. Я убью твоего мужа, и ты станешь моей женщиной. Я овладею твоим белым телом и буду слушать, как ты выкрикиваешь мое имя, когда я пронзаю тебя. Тогда посмотрим, кто из нас лучше, он или я.Голова у Ханны пошла кругом. Достаточно ли окреп Райдер, чтобы сражаться с этим индейцем и победить его? Нельзя ли как-нибудь остановить их? У нее мелькнула мысль сказать о ребенке Райдера, которого она носит, но Ханна передумала: Сломанный Нос лишь рассердится и причинит какой-нибудь вред ей или ребенку.— Куда ты меня везешь?— Неподалеку. Я хочу поскорее уладить это дело, чтобы потом насладиться.— Ты не сможешь победить Райдера.— Я уже победил! Разве ты не со мной?— Ненадолго, — ответила Ханна. — Только трусливый пес мог поступить, как ты, выкрав меня под покровом ночи.Губы Сломанного Носа злобно искривились. Никогда он не совершал бесчестных поступков, пока не появилась в племени эта женщина. Она во всем виновата, размышлял Сломанный Нос, она разожгла в нем похоть до такой степени, что он не смог совладать с собой. Изгнание из деревни было так унизительно, что он поклялся отомстить Быстрому Ветру за унижение. Он следил за деревней, а когда Ханна и Райдер уехали, скрытно следовал за ними, выбирая для мести подходящий момент. То, что Воробышек одна пошла на реку, было удачей, на которую он и не рассчитывал.Когда белая женщина назвала его трусливым псом, он пришел в дикую ярость и злобно ударил Ханну. Она снова провалилась в благословенное забытье, не заметив, что Сломанный Нос попридержал лошадь. По следам, которые они оставляли, их мог бы найти и ребенок.
Райдер несся, как ветер. Выносливая индейская лошадка повиновалась малейшему нажиму коленей и движению рук. С рассветом идти по следу, оставленному Сломанным Носом, было совсем простым делом. Как будто этот мерзавец хотел, чтобы его нашли! Райдер хлестал поводьями, заставляя лошадь нестись все быстрей. Если только Сломанный Нос посмел вытворить что-либо с Ханной, думал Райдер, он разорвет его на части голыми руками.Не колеблясь, Райдер углубился в узкий проход между двумя плоскими отвесными скалами, догадываясь, что, видимо, именно это место и выбрал Сломанный Нос для их встречи. Он снял с себя почти всю одежду, оставив только набедренную повязку и мокасины, чтобы ничто не стесняло движений во время поединка. Еще не прошли синяки на его ребрах — следы побоев в тюрьме. Невзирая на боль, Райдер сосредоточился на мыслях о Ханне и еще не родившемся ребенке.Вскоре он остановился, чтобы осмотреть нагромождение скал и валунов, которые, должно быть, служили убежищем Сломанному Носу. Райдер понимал, что представляет сейчас собой отличную мишень, но чутье подсказывало, что враг бросит ему вызов открыто. Он стоял на виду и ждал.
Ханна застонала. Голова раскалывалась от боли. Она представления не имела, где находится. Ханна лежала на спине прямо на каменистой почве, солнце било в глаза. Индеец бросил ее за большим валуном и связал руки и ноги.— Будешь кричать, я запихну свою набедренную повязку тебе в рот, — пригрозил Сломанный Нос.Ханна вспомнила: она в плену у индейца.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32