А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– Он ждал меня целых пять лет.
– Конечно, Ханна. – Эндрю поднес к губам морщинистую ладонь старухи и поцеловал ее.
Ханна Мазер закрыла глаза, и через несколько минут ее слабое дыхание остановилось навсегда.
Эндрю отпустил вялую руку женщины и обернулся к молодому офицеру, молча стоявшему рядом.
– Муж Ханны, Уилл Мазер, похоронен на семейном кладбище. Позаботьтесь, пожалуйста, чтобы ее положили рядом с ним.
Брэндон Сазерленд печально кивнул.
– А как насчет остальных? – спросил он.
– Я не могу назвать вам все имена, потому что не знаю их. В основном это временные работники. Вероятно, вам поможет врач или кто-нибудь еще из Маршфилда. Я знаю только тех, кто лежит вон там. – Он скользнул взглядом по накрытым трупам во дворе. – Это домашняя прислуга. Женщину звали Дора, Дора Льюис. Мужчина в синей рубашке – ее муж Джордж. Он был главным конюшим. Пожилой мужчина в белой рубашке – Малком Маклеод, мельник.
Взгляд Эндрю был непроницаем.
– Кузнеца звали Син Рафферти, – продолжал он. – Его жена Мэри тоже должна быть где-то здесь. Наверное, в доме. Она помогала по хозяйству Доре и Ханне. Вот все, кого я знаю в лицо.
Эндрю Киркленд отвернулся и, не сказав больше ни слова, зашагал к дому. Там он сразу же поднялся к себе в комнату и закрыл за собой дверь.
Мужчина, который вскоре вышел из этой комнаты, был мало похож на того, что входил в нее. Штаны из оленьей кожи сменила набедренная повязка. На длинных мускулистых ногах были замшевые мокасины со шнуровкой до колен.
Эндрю Киркленд сбрил усы и темные курчавые волосы на крепкой груди и на гладкой коже нарисовал красный контур черепахи. Рубашка и прежде не могла скрыть его широкие плечи и мощные бицепсы, но теперь они были обнажены.
Красная налобная повязка стягивала густые черные волосы, спадавшие до плеч. Несколько прядей было заплетено, из косы торчало орлиное перо.
Выражение темно-синих глаз Эндрю было все таким же непроницаемым, а длинные черные ресницы делали взгляд еще более загадочным. По широкому смуглому лицу шли полосы красной краски: одна – по длинному прямому носу, две другие – по высоким скулам.
Он сжал в кулаке гибкий лук, и на левой руке напряглись крепкие мускулы. На плече, на веревке из оленьей жилы, висел колчан со стрелами. Все стрелы были со стальными наконечниками. Из мокасина торчал длинный нож.
Единственное оружие, говорившее о европейском происхождении Эндрю, висело у него на поясе. Это был старинный палаш его предков, шотландских горцев. В ранней юности он провел несколько лет в Шотландии, обучаясь в университете Святого Эндрю. Его дед, Роберт Киркленд, владел этим палашом в совершенстве и передал Эндрю свое мастерство.
Теперь Эндрю шагал вниз по лестнице легкой, но решительной походкой. Солдаты расступались, пропуская его. Никто не делал попыток остановить новоявленного дикаря.
Эндрю вышел в коридор и взял свой плед в красную и черную клетку, потянулся за ружьем, но передумал и отложил его в сторону. Лук и плед он быстро перекинул через плечо на манер патронташа.
При виде Эндрю Киркленда в боевом обличье Брэндон Сазерленд на несколько секунд замер, ошеломленный. Он сумел перехватить его только у ворот.
– Я должен спросить, куда вы идете, мистер Киркленд, и с какой целью вырядились индейцем?
Эндрю окинул его недовольным взглядом.
– Я не обязан отчитываться в своих действиях перед английской армией, капитан, и я вовсе не вырядился индейцем. Так уж случилось, что я – индеец из племени вампануа.
Если заявление Эндрю и удивило английского офицера, то он весьма удачно скрыл это. С невозмутимым видом он хмуро оглядел молодого человека.
– Вы полагаете, что нападение было совершено индейцами вампануа? Мне известно, что у них есть поселение недалеко отсюда, сразу за канадской границей.
Глаза Эндрю вспыхнули гневом.
– Мои люди никогда бы не напали на Ханаан!
– Мистер Киркленд, – вежливо, но настойчиво продолжал Брэндон Сазерленд, – по долгу службы я обязан узнать ваши намерения, иначе мне придется взять вас под стражу. Если вы действительно принадлежите к вампануа, то разрешите вам напомнить, что это племя считается беглым. – Тон его смягчился, а в глазах мелькнуло уважение. – Впрочем, по пледу и палашу нетрудно догадаться, что в ваших жилах течет еще и шотландская кровь.
Встретив непреклонный взгляд Брэндона Сазерленда, Эндрю с досадой вздохнул:
– Хорошо, капитан, постараюсь объяснить вам все как можно скорее, хотя мне придется тратить на это драгоценное время. Ханаан – имение Мэтью Эллиота. На самом деле Эллиоты приходятся мне не родителями, а дядей и тетей. Моя родная мать была индианкой из племени вампануа, а отец, Эндрю Киркленд, родом из Шотландии. Его сестра Рэйвен Эллиот – жена Мэтью Эллиота. Мой отец погиб во время войны с королем Филиппом, а мать умерла при родах. Эллиоты растили меня как родного сына. Думаю, теперь вам все стало ясно.
Брэндон Сазерленд понимающе кивнул.
– А кто такая Элизабет?
– Элизабет – дочь Эллиотов. Мы росли как брат и сестра. Она вдова, а Джонатан – ее шестилетний сын.
– Ханна Мазер упоминала про какую-то девочку по имени Рейчел. Кто она такая? – поинтересовался Брэндон.
– Не имею понятия, – раздраженно ответил Эндрю, – наверное, подружка Джонатана. Может быть, дочка одного из работников.
– И что вы намерены делать? Попытаетесь их найти? – скептически спросил капитан Сазерленд.
– Не попытаюсь, капитан. Я найду их, – упрямо заявил Эндрю, – если, конечно, мне больше не придется терять время, отвечая на бесполезные вопросы.
– Я должен задать вам один очевидный вопрос, мистер Киркленд. Зачем на вас наряд и боевая раскраска индейцев?
Крепкая челюсть Эндрю выдвинулась вперед, глаза сузились и сверкнули стальным блеском. «Не хотел бы я иметь Эндрю Киркленда среди своих врагов», – подумал Брэндон Сазерленд, глядя в суровое решительное лицо.
– Нападение на Ханаан – это объявление войны, и я намерен ответить индейцам понятным им способом.
– Как мужчина, мистер Киркленд, я понимаю и уважаю ваши намерения, но, как английский офицер, не могу допустить, чтобы вы претворили их в жизнь. Жертвами кровавой резни стали английские подданные, и разбираться здесь должны английские власти.
– Английские власти? – Эндрю презрительно фыркнул. – Вы что же, полагаете, я буду сидеть сложа руки и ждать, пока придет армия? Да к тому времени индейцев и след простынет! Даже если вам повезет и вы их найдете, все равно ничего хорошего из этого не выйдет. Как только в лесу появятся английские солдаты, индейцы убьют своих пленников. Их надо преследовать незаметно, а это может сделать лишь один человек. Вот почему я даже не взял с собой ружье. Звук выстрела привлечет внимание остальных. – Он холодно взглянул на офицера. – Я ухожу, капитан Сазерленд. Если собираетесь меня остановить, советую вам застрелить меня прямо сейчас.
– Мистер Киркленд, у меня в подчинении находится специально обученный отряд рейнджеров, направленных на службу в колонии. Колониальная армия насчитывает свыше пятисот человек. Вы разве не знаете, что случилось в феврале?
Эндрю покачал головой:
– Я провел зиму в поселении вампануа по ту сторону границы, только сегодня вернулся и увидел все это. – Он окинул унылым взором разгромленное поместье.
– Значит, вам неизвестно, что в феврале группа французов и индейцев племени абернаки напала на Дирфилд? Город был полностью разрушен. Мы намерены провести армию через канадскую границу и напасть на их опорный пункт в Акадии. Если нападение на Ханаан совершили индейцы абернаки, то им придется снова пересекать границу.
Взгляд Эндрю вдруг загорелся волнением.
– Если это абернаки, то я знаю, какой дорогой они поедут отсюда к границе. – С этими словами он повернулся и зашагал прочь.
– Постойте, Киркленд! – крикнул капитан Сазерленд, бросаясь за ним.
Эндрю сердито обернулся.
– Мы теряем драгоценное время, капитан. Они уехали всего несколько часов назад. Я еще могу их догнать.
– Я и мои люди прошли отбор среди тех, кто получил особые знания и практическую подготовку. Вот почему именно нас послали на это задание. – В карих глазах вспыхнули веселые искорки. – Мы шотландские горцы, мистер Киркленд, настоящие профессионалы для войны с индейцами.
Заявление Сазерленда удивило Эндрю Киркленда. Несколько секунд он с уважением разглядывал шотландца. Офицеру было лет тридцать пять. Хотя он несколько дюймов не дотягивал до роста Эндрю – шесть футов и четыре дюйма, – но имел стройную, поджарую фигуру, подчеркнутую военной формой. Под фуражкой виднелись густые золотисто-каштановые волосы, собранные в хвост на затылке. У офицера были большие проницательные глаза и крепкий квадратный подбородок. Во всем его облике угадывались благородство и отвага, а решительный блеск в глазах выдавал истинно шотландское упрямство. Эндрю видел, что этого человека не так-то легко уговорить или запугать.
– Что вы предлагаете, капитан? – недовольно спросил Эндрю, заранее зная ответ.
– Я предлагаю вам взять с собой моих людей, – ответил Брэндон Сазерленд.
– Это исключено, капитан Сазерленд, – отрезал Эндрю. – Я уже сказал: надо действовать незаметно, иначе пленников убьют. Если у вас, как вы утверждаете, такой большой опыт по части войны с индейцами, то вы и сами должны это понимать. Целый отряд не может остаться незамеченным.
– Речь не идет о целом отряде, мистер Киркленд. Я выберу вам шестерых сопровождающих. Остальные будут наводить порядок здесь, в имении, и ждать основную колонну.
Эндрю обдумал это предложение. Пожалуй, если у него будут помощники, шансы спасти Элизабет и детей увеличатся.
– Хорошо, капитан, я возьму у вас двух самых лучших солдат, – нехотя согласился он. – Думаю, втроем мы сумеем добиться успеха.
– Вчетвером, – поправил Брэндон Сазерленд, довольно улыбнувшись. – Я тоже поеду с вами.
Эндрю с ворчанием одобрил такой вариант.
– Я поеду быстро, капитан. Надеюсь, вы от меня не отстанете.
– Подождите пять минут, – попросил Брэндон, – нам надо сменить форму на одежду из оленьей кожи.
– Только пять минут, капитан! Я должен их догнать, – сказал Эндрю и, не оглядываясь, зашагал прочь.
Глава 4
Рейчел не сразу поняла, что ее разбудило. У нее до боли затекли руки, но она не могла ничего сделать: Саккет привязал их к шесту у нее за спиной. Девушка скорее почувствовала, чем услышала осторожное движение сзади, и глаза ее расширились от страха. Что задумал Саккет? Может, он сейчас ее изнасилует? О Господи! Всю дорогу из Ханаана он грозился лишить ее невинности. По счастью, до сих пор они ехали без остановок, и у него не было возможности выполнить угрозу. Потом группа разделилась, и Рейчел обреченно подумала, что участь ее решена. Элизабет и Джонатана передали другой банде, а ей пришлось уехать с Саккетом и его людьми. Головорез-француз сообщил девушке, что Элизабет и Джонатана похитили ради выкупа, а на ее счет у него другие планы – какие именно, можно было без труда догадаться по его сальной ухмылочке.
Однако, приехав вечером в лагерь, Саккет привязал ее к шесту, а сам тут же завалился спать вместе со своим напарником Бюрдетом. Рейчел брезгливо поморщилась при мысли об этой парочке предателей, устроивших нападение на Ханаан. Просто невероятно, как два цивилизованных человека могли учинить такую резню! Наверное, все это – просто кошмарный сон. Скоро она проснется и…
Рейчел почувствовала, как кто-то подкрадывается в темноте. Сердце гулко забилось у нее под ребрами, волоски на руках поднялись. Лунный свет, проникавший в вигвам через отверстие вверху, озарил фигуру полуголого дикаря. Девушка застыла от ужаса. В руке зловещего гостя блеснул стальной клинок. Она хотела было закричать, но он зажал ей рот ладонью. Рейчел испуганно глянула снизу в лицо дикаря и с удивлением увидела его сапфирово-синие глаза.
– Ради Бога, женщина, ни звука, иначе разбудишь весь этот чертов лагерь! – прошипел он на безупречном английском.
Рейчел не сводила с него потрясенного взгляда. Часто в моменты ужаса мозг фиксирует какие-то необычные детали. Она уже заметила, что у всех индейцев глаза карие. Сейчас перед ней предстало нечто совершенно невообразимое: мало того, что у этого индейца были синие глаза, он еще и говорил по-английски без малейшего акцента! Как видно, события последних дней повредили ее рассудок.
– Если я уберу руку, обещаешь не кричать? – резко спросил индеец.
Онемевшая от потрясения, она лишь кивнула. Индеец убрал руку с ее губ и быстро перерезал веревки, которыми были стянуты запястья девушки.
– Ты, что ли, Рейчел? – недовольно бросил он.
«Интересно, почему он сердится?» – подумала Рейчел и кивнула в знак согласия.
– Черт возьми, я думал, ты маленькая девочка! – прорычал он с отвращением.
Рейчел по-прежнему не могла вымолвить ни слова. Ей казалось, что она спит и весь этот нелепый разговор ей снится.
– Слушай меня внимательно и молчи, – предупредил он. – Меня зовут Эндрю Киркленд. Я попытаюсь вывести тебя отсюда, но если мы разбудим лагерь, у нас ничего не получится. Это ясно?
Сердце девушки часто забилось от внезапного прилива надежды. Но можно ли верить этому раскрашенному дикарю? Неужели он и есть тот самый дядя Эндрю, о котором с таким восторгом говорил маленький Джонатан?
– Иди за мной и смотри чтоб ни звука! – приказал он.
Послушно кивнув, Рейчел начала осторожно выбираться из вигвама следом за странным индейцем. Он даже не пытался ей помочь, и она, споткнувшись в темноте, рухнула на что-то большое и длинное, лежавшее на земле. Девушка приподнялась на колени, посмотрела вниз, чтобы узнать, на что налетела, и встретилась с безжизненным взглядом Стивена Саккета. Горло у него было перерезано от уха до уха.
Рейчел зажала рот рукой, пытаясь сдержать крик, и почувствовала на губах вкус крови. В ужасе отдернув руку, она с отвращением уставилась на свою ладонь, испачканную липкой жидкостью. Когда до нее дошло, что это кровь Саккета, она ощутила приступ тошноты. В углу лежала еще одна неподвижная фигура. Не надо было подходить и смотреть, кто это. Она и так догадалась, что француза Бюрдета постигла участь его напарника.
Чтобы избавиться от подступившей к горлу тошноты, Рейчел несколько раз глубоко вздохнула, вытерла окровавленную руку о платье и заставила себя перелезть через труп Саккета. Эндрю Киркленд уже исчез в проеме вигвама и ждал ее, притаившись в тени. Как только она вышла, они быстро двинулись под укрытие ближайших деревьев.
Там Эндрю подобрал свой лук и стрелы, потом оглянулся. Со стороны казалось, что лагерь по-прежнему спит. Он нарочно дождался смены караула, прежде чем идти спасать Рейчел. Это позволяло надеяться, что в течение ближайших часов труп часового не будет найден. Однако полной гарантии не было. И часового, и двоих мертвых французов могли обнаружить в любую минуту. «И тогда весь этот чертов лагерь помчится за нами в погоню», – бесстрастно подумал Эндрю.
– А теперь что мы будем делать? – спросила Рейчел, гадая, какие мысли бродят в голове этого странного дикаря.
– А теперь, мистрис, мы будем спасаться бегством.
Он схватил ее за руку и помчался по лесу. Вскоре они выбежали на утоптанную тропинку, свободную от препятствий, и прибавили скорости. Эндрю знал: если они доберутся до реки раньше, чем в лагере обнаружат трупы, у них будет шанс спастись.
Легкие Рейчел разрывались от быстрого бега. Она боялась, что скоро не выдержит и просто свалится на землю в полном изнеможении. Страх погони – единственное, что поддерживало ее. Вспомнив оскальпированные и изуродованные трупы Ханаана, она почувствовала прилив сил.
Наконец Эндрю Киркленд остановился на речном берегу, и Рейчел упала на землю, хватая ртом воздух. Легкие как будто пылали огнем. Даже дышать было мучительно больно. Девушка подняла голову и увидела, что ее спаситель уже занят делом: вытаскивает спрятанную в прибрежных кустах лодку. Казалось, он ничуть не устал после долгого бега.
– Где вы взяли лодку? – удивленно спросила Рейчел и тут же поняла, что сморозила глупость.
Эндрю обернулся и окинул ее презрительным взглядом.
– Это не лодка, а индейское каноэ. Быстро забирайся сюда! – приказал он, очевидно, полагая, что ее вопрос даже не заслуживает ответа.
Устало поднявшись с земли, девушка забралась в узкое суденышко, которое закачалось под ней из стороны в сторону. Рейчел испуганно взвизгнула, пытаясь удержать равновесие.
– Ты можешь не орать? – сердито прошипел он. – И ради Бога, сядь, а то перевернешь каноэ.
Рейчел с облегчением упала на сиденье, и Эндрю Киркленд оттолкнул лодку от берега. Когда ее подхватило течением, он ловко – по воде даже рябь не пошла – запрыгнул на борт и взял лежавшее на дне весло.
– Ты умеешь грести?
– Попробую, – виновато сказала Рейчел.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29