А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Ее поразило, сколько времени, труда и денег уже было затрачено на этот проект. Это доказывало уверенность Ченса в получении Морганс-Уока – тем или иным способом. Из замечаний Бена Кэнона не явствовало, что Ченс так далеко зашел в своих планах. Интересно, знал ли об этом сам адвокат?
Отрезвленная своим открытием, Флейм еще раз проглядела чертежи, проекты и доклады, затем нашла дубликаты, свернула их в рулон, чтобы взять с собой, – а остальное разложила по местам. Вряд ли Ченс хватится нескольких недостающих копий. К счастью, все материалы, за исключением цветных схем, предварительных инженерных исследований и топографической карты, были представлены в двух экземплярах. Что касается схем, то здесь были их черно-белые копии. Повторное инженерное исследование во многом повторяло первое, а на карте был показан рельеф местности и естественный водосток.
Внезапно из приемной донеслось приглушенное «дзынь» – приехал лифт. Она замерла. Это был частный лифт, тот, что поднимался прямо из подземного гаража и открывался ключом, – им пользовался Ченс! Она похолодела от ужаса, а сердце застряло в горле.
Сейчас ее разоблачат! Она в панике оглядела комнату, ища места, где бы можно было спрятаться. Но здесь не было ни встроенного шкафа, ни затемненной ниши, ни одного скрытого от глаз уголка. Кабинет был весь как на ладони. Она не могла залезть под этот стол – Ченс наверняка к нему подойдет. Нельзя было спрятаться и за диваном – он увидит ее, когда будет проходить мимо.
В кабинете Молли раздались шаги. Надо было срочно действовать. Скорость в данном случае была важнее бесшумности, и Флейм сгребла в кучу рулон и бумаги и сунула их в угол – авось не бросятся в глаза, затем, схватив шубу и сумочку, уволокла их с собой под круглый стол для совещаний, где лихорадочно придвинула к себе стулья, уповая на то, что лес ножек скроет ее из виду.
Когда дверь в кабинете Ченса открылась, Флейм съежилась у центральной подпорки. Она не смела пошевелиться и даже вздохнуть из страха, что шелковое платье Хэтти зашуршит и выдаст ее присутствие.
Но это был не Ченс, а какая-то женщина. Флейм видела ее отражение в дымчатых оконных стеклах. Наверное, уборщица, подумала она, слава Богу. Ей она сумеет заморочить голову. Но тут она узнала Молли Мэлон – нечего было и пытаться втолковать секретарше Ченса, что она ползает тут под столом в поисках пропавшей бриллиантовой сережки.
– Ох уж эти уборщики, – вслух проворчала Молли. – Одному Богу известно, сколько времени оставался включенным свет. Заплатить бы им за месячный расход электричества, так стали бы побережливее.
Раздался щелчок, и стало темно – теперь свет падал только из двери, ведущей в кабинет Молли. В зеркальных окнах Флейм увидела ее силуэт, на мгновение задержавшийся в дверном проеме, но тут дверь захлопнулась, и кабинет погрузился почти в кромешную тьму.
Флейм судорожно выдохнула и слегка расслабилась. Теперь она была вне опасности – зато в ловушке. Она не могла уйти раньше Молли. Что она здесь делает в субботу вечером? Сколько еще она тут проторчит? А что, если поднимется охранник – справиться, не нашла ли она сережку? И почему она, собственно говоря, решила, что ей все это сойдет с рук? Зачем надо было так долго разглядывать бумаги? Почему она не схватила то, что нашла, и не бросилась вон? Если бы она так поступила, то сейчас была бы в безопасности на пути в Морганс-Уок.
Она прислушалась к звукам в приемной – Молли выдвигала и задвигала ящики. Вслед за коротким молчанием раздался треск машинки. Флейм беспомощно сидела под столом в давящей темноте.
Но машинка клацала недолго. Было слышно, как заперли ящик стола и громко скрипнул стул. Снова шаги, и еще какое-то движение.
Сколько времени Молли пробыла здесь? Пять минут? Десять? Двадцать? В потемках Флейм утратила ориентацию во времени, но ей показалось, что прошла целая вечность, прежде чем раздался похожий на звонок звук открывающихся дверей лифта. Затем все смолкло, только громко стучало ее сердце. Убедившись, что из-под двери не пробивается свет, Флейм на ощупь выбралась из-под стола.
На сей раз она не мешкала – двигаясь быстро, насколько это возможно в темноте, она взяла бумаги, шубу и сумочку. Пробираясь по стене, она нашла дверь. Открыла ее, повернув ручку. И быстро вошла в такой же темный кабинет Молли.
Каким-то образом ей удалось добраться до коридора, ни на что не налетев. В дальнем конце коридора она увидела слабый свет – там находились лифты. Подхватив кофейную юбку длинного платья Хэтти, она припустилась туда бегом. Расстояние было небольшое, однако когда она подлетела к лифтам, то совсем запыхалась и ее сердце бешено колотилось о ребра. Паника, вот что это было.
Воспользовавшись драгоценными секундами, она велела себе успокоиться – несколько раз глубоко вдохнуть и медленно выдохнуть. Затем расстелила шубу на полу и завернула в нее доклады, планы и чертежи. Она вызвала лифт, которого не было довольно долго, подняла шубу и перекинула ее через руку в надежде на то, что бумаг не видно.
Когда двери лифта открылись, она быстро вошла в него и нажала на кнопку первого этажа, затем, заметив свое отражение в зеркале, внимательно к нему присмотрелась. Боже правый, лицо было изможденным и бледным. Она торопливо потерла щеки, чтобы к ним прилила кровь, и вспомнила про голые мочки. Серьги: они по-прежнему были в сумочке. Неуклюже зажав одной рукой громоздкий меховой сверток, она открыла сумочку, порылась в ней и извлекла обе бриллиантовые сережки. Она как раз застегнула вторую, когда двери лифта открылись.
Флейм осторожно выглянула – надо было убедиться, что охранник один. Затем с лучезарной улыбкой она устремилась к нему.
– Я нашла ее! Представляете? – Она повертела головой, чтобы он увидел сверкание бриллиантов.
– Замечательно, миссис Стюарт.
– Что да, то да. – Крепко прижимая к себе шубу, она кокетливо взмолилась: – Пожалуйста, не говорите ничего мистеру Стюарту. Лучше ему не знать, что я посеяла его подарок.
– Не беспокойтесь, миссис Стюарт. – Охранник широко улыбнулся и заговорщически ей подмигнул. – Это будет наш маленький секрет. У меня рот на замке.
– Спасибо, мистер Дэнлоп. Вы просто душка, – сказала она, уже направляясь к выходу.
Ей пришлось снова ждать, пока он отопрет дверь, после чего она буквально бегом бросилась к «линкольну». Она открыла дверцу, бросила драгоценный меховой сверток на пассажирское сиденье и торопливо уселась за руль. У нее так дрожали руки, что она с трудом вставила в гнездо ключ зажигания. Она повернула его, и мотор заурчал. Охранник стоял у стеклянных дверей, глядя на нее. Она помахала ему, выруливая на пустынную улицу. Он помахал в ответ.
Превратившись в сплошной комок нервов, она чувствовала слабость, возбуждение и облегчение одновременно. Она взглянула на часы на щитке управления – прошло всего двадцать три минуты. Она же была уверена, что провела в здании как минимум час. Как бы то ни было, она это сделала. Выкрала планы прямо у Ченса из-под носа. Она безудержно расхохоталась.
29
В воскресенье рано утром Флейм вошла в зал ожидания международного аэропорта Сан-Франциско и направилась к встречавшему ее Эллери. Тот чмокнул ее в щеку. Как обычно, он не задавал вопросов. В этом не было нужды. К тому времени, когда они добрались до ее дома на Русском Холме, она поведала ему обо всех своих невзгодах.
Ее чемоданы так и стояли в коридоре у входа в спальню, куда поставил их Эллери. Однако длинная коробка, которую она привезла с собой, была вскрыта, а ее содержимое – разложено на стеклянном кофейном столике.
Флейм подлила себе шампанского. Искристое вино, подарок Эллери, предназначалось для того, чтобы отпраздновать ее вступление в счастливую семейную жизнь, но вместо этого служило средством охладить клокочущую в ней ярость. Она повернулась к небрежно развалившемуся на диване Эллери – такому элегантному в кашемировом свитере цвета лаванды.
– Еще шампанского? – спросила она.
В знак отказа он рассеянно показал ей наполовину полный стакан.
– Знаешь ли, я впервые пью шампанское на свадебном пиршестве. Опыт весьма неожиданный. – Однако его сардоническая улыбка поблекла, а обращенный к Флейм взгляд стал задумчивым и сочувственным. – У тебя был такой счастливый голос, когда ты позвонила в прошлое воскресенье, что мне и в голову не могло прийти…
– Мне тоже, – перебила она, чтобы он не успел произнести неприятное слово.
Он наклонился вперед и, уперев локти в колени, на которых красовались идеально отглаженные белые стрелки, стал рассматривать разложенные на столике черно-белые эскизы.
– Значит, это и есть его план застройки. – Он с неожиданным любопытством поднял голову. – Как тебе удалось раздобыть все эти документы и чертежи?
– Главное, что они у меня. А остальное не имеет значения. – Флейм пожала плечами.
Он грустно улыбнулся.
– Бессмысленный вопрос. Ясно, что в этой ситуации он бы тебе их не отдал. Значит, ты их, мягко говоря, похитила.
– Это копии. Он их не хватится.
Эллери оставил замечание Флейм без ответа, вновь сосредоточившись на бумагах.
– Одно меня озадачивает – почему Талса? Почему Оклахома? Этот проект, должно быть, обошелся ему не в один миллион. Зачем ему вкладывать такие деньги в эту область?
– Ты не прочел экономический и маркетинговый анализы. – Флейм приблизилась к столику и вытащила документ из стопки. Она открыла его на странице с картой Соединенных Штатов, где было помечено место застройки, а прилегающее пространство – заключено в окружность. – Обрати внимание: эта территория находится в радиусе четырехсот пятидесяти миль – примерно день езды на машине – от всех крупных городов Среднего Запада – Далласа, Хьюстона, Канзас-Сити, Сент-Луиса, Денвера, Мемфиса, Нью-Орлеана, – Чикаго всего на дюйм отстоит от магической черты. В пределах этой окружности живет почти треть нации. Он запросто может превратить эту зону в курортную Мекку на Среднем Западе.
– Пожалуй, ты права, – проговорил Эллери, слегка изумившись этому открытию. – Вот умный, черт!
– Но без Морганс-Уока ему не обойтись. – Она перебрала чертежи и нашла генеральный план застройки. – Потому что плотина, образующая озеро, находится прямо здесь – на моей земле. Если Ченс осуществит задуманное, то вся она, чуть ли не до последнего акра, окажется под водой.
– Что именно ты собираешься делать со всеми этими планами и чертежами? Наверно, повесишь их на стену и будешь играть в дротики или сделаешь из них чучело Стюарта, а потом спалишь его. Ничего другого…
– Я собираюсь отдать их на экспертизу в инженерную компанию с хорошей репутацией.
– Зачем? – Эллери нахмурился. – Ты и так знаешь, что они собой представляют.
– Но больше-то я не знаю ничего. Я не инженер. И не могу прочесть комплект чертежей. Может, в них есть что-то такое, чего я не вижу… Какая-нибудь зацепка, с помощью которой Ченс может отнять у меня землю.
– Ты говоришь так, будто убеждена, что он непременно попытается осуществить проект. Но ведь сейчас, когда ты унаследовала землю, это совершенно невозможно. Если ты ему ее не продашь – а я полагаю, не продашь, – ему придется от него отказаться и подсчитать убытки.
– Отказаться? Ты не представляешь, каким он может быть беспощадным! Это у него в крови. Не забывай, что он женился на мне в надежде прибрать к рукам Морганс-Уок. Ему нужен Морганс-Уок, Эллери. – Сжав бокал, она продолжала звенящим от сдерживаемого гнева голосом: – Его поведение объясняется не только затраченными временем и деньгами. Нет, тут много сугубо личного. Он ненавидит Морганс-Уок. Вот почему он искал и нашел способ его уничтожить. То, что он наживет на этом миллионы, уже не так важно. Он будет добиваться и не отступит, Эллери. Потому-то я и должна его остановить.
– Все это попахивает кровной местью, – заметил Эллери с той же скорбной гримасой. Флейм нахмурилась, почувствовав оттенок насмешки. – Месть сладостна, я понимаю.
– Нет, Эллери, ошибаешься, – заявила она с ледяным спокойствием. – Месть включает в себя все остальные чувства.
30
Молли Мэлон смотрела на человека, стоявшего у ее стола, с подозрением, скрывавшимся за одной из ее дежурных милых улыбок.
– К сожалению, мистер Стюарт еще не пришел. В четверг по утрам он играет в «сквош», а потому задерживается. – Она сделала вид, что просматривает сегодняшний распорядок встреч, хотя помнила его наизусть. – А потом, знаете ли, ему сразу надо будет идти на совещание. Боюсь, он будет занят целый день. А какое у вас к нему дело? Может быть, я смогу помочь?
– Вряд ли. Дело личное.
На посетителе был грязный и поношенный рыжевато-коричневый плащ, на котором не хватало пуговицы, костюм из синтетики выглядел не лучше, однако незнакомец держался спокойно и уверенно.
– Понятно, – буркнула Молли и еще раз взглянула на него, пытаясь определить возраст.
Чуть больше пятидесяти, подумала она. Несмотря на узкий галстук и ковбойские сапоги, она была уверена, что он не скотовод и не фермер. Если бы он большую часть жизни проводил на открытом воздухе, его лицу был бы присущ красновато-смуглый оттенок, а от уголков глаз разбегались бы морщинки от постоянного прищуривания.
– В таком случае, почему бы мне не вписать вас на завтра? – предложила она.
– В этом нет необходимости. – Мешки под глазами и опущенные уголки рта придавали ему вид утомленного, но чрезвычайно терпеливого человека. – Я его дождусь.
– Но у него…
– Ничего. – Он отмел ее возражение равнодушным взмахом руки. – Я отниму у него не больше пары минут, а такую малость он наверняка сможет уделить мне до совещания.
Молли плотно сжала губы, видя, что добром его ни за что не уговорить. Она подавила в себе легкий приступ раздражения и занялась бумагами, лежавшими рядом с пишущей машинкой, краем глаза наблюдая за незнакомцем, который теперь рассматривал картину на стене.
– Молли? – крикнул Сэм из кабинета Ченса, в его голосе слышалось недоумение.
Вставая со стула, она метнула еще один подозрительный взгляд на посетителя и вошла в кабинет Ченса. Сэм стоял у стола для совещаний, держа под мышкой рулон чертежей. Когда она вошла, он обернулся.
– Эти планы лежат не на своих местах. – Он нахмурился. – Архитектурные проекты там, где должны быть чертежи плотины, а чертежи плотины… Впрочем, это неважно. Кто-то здесь рылся. Это был точно не Ченс. И уж тем более не я. Тогда кто?
– Чего-нибудь не хватает?
Сэм помотал головой.
– Это-то я проверил прежде всего.
– Тогда это скорее всего уборщики. Они вытирают пыль в самых немыслимых местах, а по углам оставляют паутину на всеобщее обозрение. – Она пожала плечами – мол, пустяки, и кивнула в сторону полуоткрытой двери в свой кабинет. Понизив голос, она сказала: – Там какой-то человек хочет во что бы то ни стало встретиться с Ченсом, как только тот появится. Он отказывается назвать фамилию и не говорит, по какому делу явился, но могу поклясться – он судебный исполнитель. Я их носом чую.
Сэм нахмурился сильнее.
– Вы думаете, кто-то собирается предъявить иск компании?
– А что же еще? – Она воздела руки и добавила: – По-моему, вам следует спуститься и предупредить Ченса до того, как он войдет в лифт. Он должен подняться с минуты на минуту.
– Хорошо. – Он сунул ей рулоны чертежей. – Возьмите это и отнесите ко мне в кабинет.
При этом два чертежа чуть было не развернулись. Молли на секунду замешкалась, и тут раздался похожий на звонок звук остановившегося лифта. Они переглянулись, поняв, что опоздали.
– Ченс Стюарт? – послышался голос.
– Да?
– Это для вас. – Вслед за этим раздались удаляющиеся шаги.
Молли посмотрела на дверь – Ченс вошел в кабинет, тревожно хмурясь и просматривая какой-то документ.
– Судебный исполнитель, – сказала Молли Сэму. – Я же говорила, я их носом чую.
Но Сэму было не до прозорливости Молли – по выражению лица Ченса он пытался определить, насколько серьезна новая неприятность.
– Насколько я понимаю, нам предъявлен иск. Кем?
Ченс бросил в него беглый взгляд – его глаза были убийственно холодны, лицо напряжено. Однако он не сразу ответил на вопрос – подойдя к столу, он бросил на него бумаги, затем отвернулся к окну, чуть откинув назад голову и сунув руки в карманы.
– Это не иск, Сэм, – отрезал он. – Флейм подала на развод.
– О, черт, – тихо буркнул Сэм.
– Ченс, – сочувственно прошептала Молли, направляясь к нему. – Мне очень жаль.
Он резко повернулся на каблуках, глядя на обоих горящими глазами.
– Разве я сказал, что согласен?
– Конечно, нет. – Молли мгновенно выпрямилась и подняла голову в знак полной поддержки и доверия.
– Кто ее адвокат?
– Догадайся, – саркастически предложил Ченс.
– Бен Кэнон, – тихо проговорил Сэм и тяжело вздохнул. – Ты прав. Мне следовало бы знать. – Он нерешительно взглянул на Ченса. – В субботу, когда ты встречался с ней, она дала понять, что собирается предпринять нечто подобное?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47