А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Ничего удивительного, что Митч сблизился с другой женщиной, с которой его нередко видели и вне Решетки. Вдруг Аллена осенило – Митч, вероятнее всего, как раз в Решетке и был. После той проклятой ночи у Аллена несколько притупилась четкость мышления. Он надеялся, что Митч поймет его и подскажет, что надо делать.
Грейбл снова подошел к телефону и набрал номер. Но как только на другом конце провода раздался гудок, нажал рычаг. При той системе телефонной связи, которая была организована в Решетке, не было абсолютно никакой уверенности, что тебя не подслушивают. Он снова бросил взгляд на часы. Ехать туда минут десять. Но он не мог себя заставить вернуться туда. Ему было страшно, он по-настоящему боялся того, что с ним там могло случиться. А что, если ему все это просто привиделось? Что тогда сделают с ним самим? Это пугало его почти так же сильно, как и необходимость на что-то наконец решиться.
* * *
Накануне ожидаемой предварительной инспекции Кай Киллен весь день провела в Центре управления на двадцать первом этаже, перепроверяя на компьютере двухмерные чертежи и трехмерные модели Решетки. Она также просмотрела всю визуальную информацию по проекту, записанную на компакт-дисках, на случай если Ричардсону придет в голову поподробнее проанализировать какой-нибудь узел или продемонстрировать, как совершенствовались отдельные детали проекта. Она даже организовала переправку главной модели здания из мастерской Ричардсона на Сансет-стрит сюда, в Решетку, не говоря уже о полномасштабных моделях некоторых составляющих самой конструкции. Там, где дело касалось Рэя Ричардсона, необходимо предусмотреть любую случайность.
Было уже поздно, когда она наконец закончила и покинула Митча, который вместе с остальной командой – Тони Левином, Элен Хасси и Эйданом Кенни – уточнял программу завтрашней встречи. Она испытывала радость от возможности уйти из здания штаб-квартиры. Хотя ей и не впервой было задерживаться в пустом корпусе Решетки допоздна, но удовольствия от этого она, по правде говоря, никогда не испытывала. Она всегда была весьма чувствительна к царившей здесь полумистической атмосфере. Относила ее восприятие на счет своего ирландского происхождения и в отличие от остальных сотрудников давно поверила в магическую силу «фен-шуй». Кай считала вполне обоснованным стремление к достижению гармонии с окружающей естественной средой и максимальному использованию сил природы на пользу человека. Этот дух естества и в самом деле достоин уважения и, по ее мнению, был просто иным воплощением понятия окружающей среды. Она была глубоко уверена в том, что необходимо выполнить все предписания консультанта по проблемам «фен-шуй» – тогда в здании дышалось бы легче.
Когда она добралась наконец до похожего на огромную пещеру подземного гаража, сердце у нее заколотилось, а к горлу подступила странная тошнота. При виде огромного пустого пространства в общественных местах, особенно по вечерам, она всегда испытывала заметную нервозность. Сама себе она это объясняла синдромом жителя густонаселенного мегаполиса, каким был Лос-Анджелес. Но это было не просто урбанистической паранойей. Кай страдала умеренной формой боязни пространства. И хотя сама прекрасно знала о своих особенностях, от этого ей вовсе не было легче. Как и от того, что ее новенькая «ауди» отказывалась заводиться.
Спустя несколько напряженных минут бесплодных попыток нервозность переросла в раздражение. Выругавшись, Кай вышла из машины и направилась вверх по лестнице, в конторку охранника, чтобы вызвать аварийку. У нее создалось ощущение, что за ней следят, поэтому по Дороге она несколько раз резко оборачивалась. Стук каблуков, словно тиканье метронома, эхом разносился под сводами внешне пустого гаража. Кто же здесь мог прятаться? Теперь, когда Сэм Глейг погиб, роль ночного сторожа была целиком возложена на Авраама. Кроме ее коллег, оставшихся на двадцать первом этаже, в здании никого не было. Кай почувствовала облегчение, когда наконец добралась в ярко освещенной кабине лифта до вестибюля.
Когда двери лифта открылись, она увидела перед собой темный холл, освещенный лишь светом из кабины и слабым верхним светом, позволяющим ей сориентироваться, куда идти. Светильники, вмонтированные в пол, частенько выключали на ночь, поскольку люди, задерживавшиеся на работе допоздна, обычно покидали Решетку через гараж. Авраам бдительно следил за режимом экономии электроэнергии. Однако его инфракрасные датчики и видеокамеры ночного видения должны были сразу откликнуться на ее появление и включить свет в холле. Пока она пыталась понять, что же случилось, двери лифта позади нее плавно закрылись и темнота стала практически полной.
Кай пыталась не поддаваться панике. В общем-то ей не требовалось слишком много света, чтобы найти дорогу. У нее была почти фотографическая память, запечатлевшая планировку всех этажей корпуса. Ей достаточно было представить себя сидящей себя перед компьютером и управляющей программой компьютерного проектирования с помощью «мышки», чтобы точно определить, в каком месте она находится. Даже когда Решетки не было, а лишь одни чертежи, Кай реально представляла свое путешествие по зданию. И когда она наконец вошла в только что построенный корпус и обошла его, то он показался ей давно знакомым.
Но как только она двинулась в сторону будки охранника, то услышала до боли знакомый голос:
– Чем могу помочь, мисс?
Она почувствовала, что волосы у нее на голове встали дыбом.
– Что-нибудь не в порядке?
Перед ней у входной двери в своей обычной позе стоял Сэм Глейг, держа могучую ладонь на кобуре револьвера. И хотя было совсем темно, Кай вдруг поняла, что видит его вполне отчетливо, до мельчайших подробностей, словно освещенного ярким искусственным светом какого-то невидимого светильника.
– Они еще не сказали, что приключилось с мистером Йохо?
– Что, что тебе надо, Сэм? – спросила Кай, отступая назад к лифту. – Кто ты?
Сэм сочно рассмеялся своим рокочущим хохотом:
– Я вовсе не хотел вас испугать. А кто еще задержался сегодня вечерком?
– Но ты ведь мертв, Сэм, – прошептала она.
– Это была всего лишь имитация, – возразил тот, – и выдумка. Бедняга Йохо. Сколько же лет ему было?
Кай почувствовала дверцу лифта у себя за спиной. Она провела по ней ладонью. Кабинка еще не прибыла.
– Прошу тебя. Сэм, – пробормотала она, – пожалуйста, убирайся прочь.
Снова весело засмеявшись, Сэм оглядел носки своих ботинок, отполированные до зеркального блеска.
– Чтобы не подохнуть от скуки на такой работе, приходится придумывать себе развлечения. Понимаете, о чем я?
– Нет, не совсем.
– Уверен, что понимаете.
– Ты что... призрак?
– Не думал, что такое может случиться. Проклятие, жаль беднягу. Знаете, что я скажу? Это, наверное, самая безопасная работа в мире.
Сэм расхохотался, а Кай завопила во весь голос.
* * *
Митч, работавший в центре управления, расположенном на двадцать первом этаже, оторвался от экрана компьютера и нахмурился.
– Вы слышали что-нибудь? – спросил он находившихся в комнате коллег.
Все трое пожали плечами или отрицательно помотали головой.
Митч поднялся и приоткрыл дверь.
Теперь все явственно услышали отдаленный крик.
– Это голос Кай, – сказал Митч.
Когда они направились к лифту, ее вопль еще эхом метался по всему корпусу. По пути Митч перегнулся через перила балкона и крикнул в темноту:
– Кай, держись, мы идем к тебе.
– Господи Иисусе, что там еще случилось? – проговорил Кенни, входя в кабину вслед за Митчем. Створки сошлись, и, пока лифт опускался, Митч нервно барабанил пальцами по стене.
Спустившись в вестибюль, они увидели Кай, лежавшую без сознания на полу в открытой соседней кабине лифта. Ее ноги вытянулись за пределы кабины лифта, голова подрагивала.
Митч и Элен осторожно присели рядом с ней на корточки, а Кенни с Левином обошли вестибюль, пытаясь обнаружить того, кто мог на нее напасть. Все светильники теперь ярко горели, и вскоре Кенни возвратился к лифту.
– Ничего не нашел, – сказал он. – Никаких следов. Что с ней?
– Просто глубокий обморок, – ответила Элен.
– Похоже, все не так просто, – заметил Левин. – Черт возьми, я уж совсем было решил, что ее изнасиловали или даже убили.
Митч приподнял обмякшее тело Кай с пола и прижал к груди, а Элен принялась обмахивать ее бледное лицо ладонью. Наконец веки у Кай дрогнули, и, открыв глаза, она огляделась вокруг.
– Что случилось, дорогая? – спросил Кенни.
– Входная дверь заперта, – доложил вернувшийся к лифту Левин. – И на площадке перед зданием безлюдно.
– Ну, теперь-то все будет в порядке, – мягко успокоил Митч очнувшуюся от обморока женщину, которая еще не совсем отошла от случившегося и была готова снова впасть в истерику. – Ты в полной безопасности, прийди немного в себя. Это был всего лишь обморок.
– Сэм, – произнесла она еле слышно. – Это был Сэм.
– Кажется, она сказала Сэм? – удивился Левин.
– Сэм Глейг? – переспросил Кенни. Кай приподняла голову и открыла глаза.
– Я видела его, – произнесла она дрожащим голосом и зарыдала.
Митч протянул ей свой носовой платок. Кенни с Левином переглянулись.
– Ты хочешь сказать, что видела привидение? – спросил Кенни. – Здесь, в Решетке?
Высморкавшись в платок, Кай глубоко вздохнула.
– Ты можешь встать? – поинтересовался Митч. Она молча кивнула.
– Понимаю, это звучит безумно... – Она медленно поднялась с пола, опираясь на руку Митча. – Но я видела то, что видела.
Она перехватила взгляд, которым снова обменялись двое ее коллег.
– Послушайте, это не выдумка, – настаивала она. – Он стоял здесь и даже разговаривал со мной.
Митч подал Кай сумочку, но она уронила ее на пол.
– Я вовсе не из тех, кто склонен выдумывать подобные истории. Или фантазировать.
– Никто об этом и не говорит, Кай, – сказал Митч, пожав плечами. И, внимательно взглянув на нее, добавил: – Послушай, мы все верим тебе, дорогая. Если ты настаиваешь, что видела Сэма, значит, так и было.
– Совсем не похоже, что ты собиралась нас подурачить, – подтвердил Левин.
– Он прав, – заметила Элен. – Ты бледна как полотно.
– А что он тебе сказал? – спросил Кенни. – И как вообще выглядело это привидение?
– Никакое не привидение, говорю же вам. Это был самый настоящий Сэм Глейг. Слушайте, что я говорю. Он выглядел как всегда... и так же смеялся. – Она открыла пудреницу и, взглянув на себя в зеркало, нахмурилась. Черт, ну и страхолюдина. – Он сказал... он сказал, что просто притворился мертвым и что на самом деле это все выдумка. Его точные слова, клянусь Богом!
– Поднимемся наверх, – предложил Митч, – Там ты сможешь привести себя в порядок и отправишься домой.
– Думаю, нам всем не помешает немного выпить, – добавил Кенни.
Они снова зашли в лифт и поднялись на двадцать первый этаж. Пока Кай приводила в порядок свое лицо, Левин открыл бар с напитками и налил пять порций бурбона.
– А вот я верю в привидения, – произнес Эйдан Кенни. – Моя мать встречалась как-то с одним из них. Насколько я знаю, она ни разу в жизни не солгала. Никогда даже не прихвастнула.
– Тебе стоило бы взять с нее пример, – съязвил Левин.
– Я вам тоже не лгу, – твердо проговорила Кай. – Хотя и здорово перепугалась, этого скрывать не буду. – Она уже подвела глаза и перед тем, как воспользоваться губной помадой, осушила бокал виски.
– Может, все дело в фундаменте? – предположил Левин. – Я хочу сказать, что его глубина тридцать футов, ведь так? И что, если мы построили здание над какой-нибудь фиговиной?
– Ты имеешь в виду индийскую гробницу или что-нибудь в этом роде? – спросил его Кенни. – Ну-ну.
– На этом месте раньше стояла контора Абеля Штерна, – заметил Митч. – Это один из сан-францисских авантюристов, которые на рубеже веков бешено скупали здесь землю для застройки. Когда компания в шестидесятых годах прекратила существование, новые собственники снесли старое здание, и до нашего времени здесь был пустырь. Наконец, когда и эти владельцы обанкротились, землю под застройку купила корпорация "Ю".
– А что здесь было до Абеля Штерна? – задал вопрос Левин. – Насколько мне известно, это место когда-то называлось эль Пуэбло де лос Анджелес, не так ли? Здесь обитали мексиканцы, а еще раньше индейцы-ацтеки. Поэтому тут все возможно.
– Только избави тебя Бог отзываться об индейцах так непочтительно в присутствии Джоан Ричардсон, – пошутил Кенни. – Для этой дамы звание коренного американца звучит не менее почетно, чем дворянский титул.
– У ацтеков был обычай приносить человеческие жертвы. Они вырезали сердца у еще живых людей.
– Очень похоже на Рэя Ричардсона, – заметил Кенни. – Во всяком случае. Тони, хочу напомнить, что Сэм был чернокожим. Точнее, афроамериканцем. А не каким-то там ацтеком. Хотя, возможно, и был немного туповат. Кому еще придет в голову после смерти пугать своим появлением беззащитную женщину?
– Послушайте, – вмешалась Кай, – я хочу вас всех попросить об одном одолжении. Обещайте мне, что не станете трепать языком о случившемся сегодня вечером. Мне совсем не хочется стать предметом постоянных шуток, договорились? Обещаете?
– Разумеется, – успокоил ее Митч.
– Ну конечно, – улыбнулась Элен. Снова, в очередной раз переглянувшись и пожав плечами, Кенни и Левин тоже согласно кивнули.
– Остается только молить Бога, чтобы завтрашняя проверка прошла без подобных происшествий, – сказал Митч.
– Аминь, – подвел итог Кенни.
* * *
На следующее утро в полвосьмого Митч снова уже был в Решетке. При ярком и ровном солнечном свете было трудно себе представить, что совсем недавно здесь появлялось привидение. А возможно, это просто галлюцинация? Он где-то читал, что у людей, употреблявших в свое время ЛСД, в любое время возможны рецидивные явления, независимо оттого, как давно те прекратили употреблять наркотик. Во всяком случае, Митчу такое объяснение представлялось вполне вероятным.
Он хотел было заскочить по дороге к Дженни Бао, чтобы узнать ее решение относительно временного сертификата «фен-шуй». Но сегодня ему предстояло провести целый день с Рэем Ричардсоном, а тот обычно появлялся около восьми. Поэтому первым делом он набрал ее номер.
– Это я звоню, – сказал он.
– Митч? – спросила она заспанным голосом. – Откуда ты звонишь?
– Из Решетки.
– Сколько сейчас?
– Семь тридцать. Прошу прощения, что разбудил тебя.
– Нет, все в порядке. Я и сама собиралась тебе звонить. Я согласна подписать временное разрешение до понедельника. Но только ради тебя. И еще потому, что согласно Тон-шу этот понедельник выпадает на благоприятный день.
– Прекрасно. Благодарю, тебя, Дженни. Огромное спасибо. Очень тебе обязан.
– Только у меня одно условие.
– Говори.
– Я зайду сегодня в ваш корпус и выполню несколько очистительных ритуалов. Чтобы изгнать оттуда всех злых духов и поселить там добрый дух «ки».
– Конечно. А что это за ритуалы?
– Это сложная процедура. В частности, надо выловить рыб. И выключить на короткое время электроэнергию. А табло с названием корпорации снаружи здания прикрыть красным полотнищем. Да, и еще необходимо затемнить все окна. Можно это сделать автоматически? И, наконец, последнее. Я не знаю, как там все технически устроено, но, насколько мне известно, в здании очень сложная система сигнализации. А мне нужно будет поставить в дверях небольшую плиту с древесным углем и раздувать ее, пока угли не покраснеют.
– Господи Иисусе, – пробормотал Митч. – А уголь-то для чего?
– Он призван символизировать удачное завершение предстоящей инспекции господина Ю.
– Обязательно выпью за это, – рассмеялся Митч. – Насколько я в курсе, ты могла бы установить эту плиту в зале с государственным флагом, если, конечно, считаешь это необходимым. Скажи, все эти ритуалы необходимо провести именно сегодня? Нельзя ли их перенести на выходные? У нас здесь целый день будет Ричардсон.
– Митч, не от меня зависит, что все ритуалы надо выполнить именно сегодня днем. На это указывает Тон-шу, старинный китайский календарь. Сегодня днем наиболее благоприятное время для изгнания злых духов.
– Договорились, увидимся днем.
Положив трубку, Митч озабоченно потер подбородок. В сложившихся обстоятельствах лучше было не заикаться о том, что приключилось вчера вечером с Кай Киллен. Даже страшно себе представить, что в ответ на это могла предложить Дженни. Не иначе как полный курс заклинаний и изгнания нечистой силы. А может, даже танцы в обнаженном виде вокруг дерева? Но как, черт возьми, сообщить Рэю Ричардсону, что Дженни Бао собирается раскочегарить здесь плиту с древесным углем, чтобы выкурить дьяволов из супертехнологического чудо-здания?
* * *
Разом проснувшись. Фрэнк Куртис задумался, из-за чего с самого утра у него такое подавленное настроение. И сразу вспомнил:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49