А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Китти чуть заметно кивнула, губы ее изогнулись в мягкой улыбке, и она смежила веки.– Хорошо.Он улыбнулся, снова поцеловал руку Китти и положил ее ей на грудь. Наконец-то она полностью уязвима. Беспомощна. Если бы не ребенок, она бы продолжала сопротивляться. Но теперь ее судьба всецело находится в его руках. Глава 19 Кори стоял перед столом сержанта Брэндона, широко расставив ноги в сапогах и придерживая правой рукой кожаный хлыстик для верховой езды, которым он равномерно ударял по затянутой в перчатку ладони левой руки. Сержант неловко поежился под пронизывающим взглядом самого могущественного человека в округе.– Ты уверен, что никто – ни одна живая душа – не догадывается о соглашении между нами?Сержант Брэндон покачал головой, усилием воли заставив себя взглянуть прямо в глаза собеседника. Они были чернее сажи, и в них словно сверкал адский огонь.– Клянусь Богом, мистер Макрей, я никому ни единым словом не обмолвился, о чем мы с вами договаривались касательно мисс Райт. В противном случае с меня бы живьем сняли шкуру – и не только мое армейское начальство, но и вы сами. Я все это время держал язык за зубами. Вы хорошо заплатили мне, и потому я делал то, что мне было приказано. Никто ни о чем не подозревает.Выражение лица Кори не изменилось. Он продолжал ударять хлыстиком по раскрытой ладони.– Никто не знает о том, что я лично дал тебе деньги для мисс Райт, представив дело так, будто эти деньги – жалованье, которое армия осталась должна ее отцу?– Нет, сэр. Я передал ей всю сумму и дал подписать поддельный документ, который заранее составил. После этого сразу же сжег все бумаги в печке. Никто ничего не заметил. А у генерала без того было тогда достаточно забот.– А письма к Шерману и Колтрейну, которые она присылала сюда? Ты уверен, что никто не видел, как ты их уничтожил?– Ни одна живая душа. Когда пришло первое, рядом никого не оказалось, и потому я сжег его сам. В другой раз его принес прямо в штаб старый негр, который служит у нее. Со мной тогда дежурил еще один солдат, и мне пришлось немного переждать, но потом я бросил в огонь и второе письмо. Тут у меня совесть чиста, сэр, клянусь. Через несколько дней я собираюсь вернуться домой и оставить все, что было, в прошлом. Никто и никогда не узнает о том, что произошло между нами.– Вот и отлично, – пробормотал Кори, сунув под мышку хлыст. – Ты неплохо потрудился, Брэндон. От души желаю тебе благополучного возвращения домой и всяческих успехов в будущем, но знай, если кому-нибудь хоть словом проговоришься о нашей сделке, я прикажу выследить тебя и убить. Ты понял?Кадык сержанта нервно дернулся. Сглотнув, он поспешно кивнул:– Да, сэр. Все понял. Не беспокойтесь. Клянусь могилой матери, как только вы выйдете за эту дверь, мне будет трудно припомнить даже, как вас зовут. Не тревожьтесь из-за меня, мистер Макрей.Кори сухо улыбнулся и сказал, чуть наклонив голову:– Прощайте, сержант.Макрей распахнул дверь и вышел, плотно прикрыв ее за собой.Сержант Джесси Брэндон смотрел ему вслед с нескрываемым облегчением. Он хотел лишь одного – поскорее покинуть графство Уэйн в Северной Каролине и забыть обо всем раз и навсегда.Кори направился вдоль улицы, понурив голову под порывами холодного ветра. Он не заметил, как какой-то высокий человек, сойдя с дощатого настила, преградил ему путь. Кори успел разглядеть прямо перед собой ногу в ботинке с квадратным носком как раз вовремя, чтобы остановиться и с ходу не наткнуться на него. Подняв голову, он увидел сверкающие гневом глаза Джерома Дантона.– Макрей! – воскликнул Дантон. – Я слышал, вы опять взяли Китти Райт в свой дом. Что вы пытаетесь этим доказать? Все в городе знают, что она вас терпеть не может.– С чего вы это взяли? Я спас жизнь ей и ее ребенку в ту самую ночь, когда вы и ваша шайка трусов в капюшонах сожгли дотла ее дом. Теперь она заболела, и я снова пришел ей на помощь. Но вам-то какое дело?Кулаки Дантона непроизвольно то сжимались, то разжимались, пока он пытался обуздать охвативший его приступ гнева.– У вас нет никаких доказательств, что я как-то связан с ночными налетчиками, которые спалили ее дом, и я на вашем месте воздержался бы от необдуманных обвинений.Кори насмешливо приподнял бровь:– Кто вы такой, Дантон, чтобы угрожать мне? Весь город знает, что вы являетесь предводителем местного отделения ку-клукс-клана, или как там себя называете. Какое вам дело до того, что я пришел на помощь кому-то из соседей в несчастье?– Несчастье? Да вы сами причинили ей массу бед! Вы выкупили ее налоговую декларацию. Интересно, знает ли она об этом? Держу пари, что да, и точно так же готов поспорить, что вы удерживаете ее в своем доме насильно.– Мисс Райт тяжело больна, – терпеливо объяснил Кори.– А как быть с налогами? Каково ей будет узнать, что теперь ее ферма принадлежит вам? Я-то понимаю, что значит для нее эта земля, Макрей. Я поступил по-джентльменски: побывал у Китти некоторое время назад и предложил приобрести у нее участок. Я знал, с какими трудностями ей пришлось столкнуться. Вы же действовали у нее за спиной и выкупили просроченную налоговую декларацию.Кори широко расставил ноги и снова принялся ударять Хлыстиком по раскрытой ладони. Если дело идет к открытому столкновению, он сумеет с ним сладить, как и всегда.– Я все же не понимаю, каким образом это затрагивает вас, Дантон. Если вам больше нечего сказать, я займусь неотложными делами.– Я еще многое мог бы вам сказать, Макрей. Очень многое. Так уж вышло, что я тоже увлекся этой женщиной, и мне вовсе не улыбается сидеть в стороне и наблюдать за тем, как вы хитростью вынуждаете ее поступать по вашей прихоти.Макрей попытался его обойти, но Дантон преградил ему путь. Кори заметил, что он слегка прихрамывает, и улыбнулся:– В темноте она не слишком искусный стрелок, но будь я на вашем месте, то был бы более осмотрителен при свете дня.Лицо Дантона побагровело. После того как Китти Райт пустила ему пулю в ногу, он навсегда остался хромым, однако рано или поздно она заплатит ему за все – в постели. Он ткнул пальцем в Кори и закричал:– Слушай, ты, самонадеянный ублюдок! Это не сойдет тебе с рук…Рэнс Кинсайд, вдруг появившись в дверном проеме, встал как раз за спиной Джерома Дантона и щелкнул курком. Дантон быстро повернулся, и глаза его округлились при виде человека, стоявшего позади него и нацелившего на него дуло своего оружия.– Полагаю, разговор окончен, не так ли, босс? – произнес Рэнс спокойно.– Да, Рэнс, именно так. Я не намерен стоять тут на холоде и обмениваться шутками с глупцом.С самодовольной усмешкой Кори коснулся пальцами шляпы и продолжил свой путь.Рэнс, следовавший за ним, поежился от холода, и Кори направился в сторону салуна:– Думаю, нам стоит зайти выпить. Да, кстати, предупреди Мартина и остальных наших людей, чтобы не спускали глаз с Дантона. На некоторое время придется удвоить ночную охрану. У него может хватить глупости явиться к нам вместе со своей бандой в капюшонах и обстрелять дом, а заодно поджечь крест, чтобы нас запугать. Если так, то я хочу, чтобы как можно больше этих ублюдков убили. Ясно?– Да, босс. Они попадутся в ловушку, как кабаны в сезон охоты, – небрежно заметил Рэнс, для которого, как и для остальных наемников Кори, убийство являлось чем-то вроде забавы.Выпив рюмочку, Кори покинул салун и один направился по улице к своей конторе. Отперев дверь, он зашел внутрь и быстро подошел к печи, чтобы разжечь огонь. Он не собирался задерживаться здесь надолго, однако тепло не помешает. Дрова в топке быстро занялись, и Кори снял с себя плотное пальто, подбитое овчиной, и встал перед печью, потирая ладони. Окинув взглядом бумаги, разбросанные на столе, он нахмурился, недоумевая, с чего начать. Среди них имелось несколько налоговых деклараций, которые он хотел пустить в ход. У него даже в мыслях не было дать фермерам время, чтобы собрать деньги: ему нужна была их земля. Придется просмотреть бумаги, чтобы передать должникам последнее предупреждение через Рэнса и его людей. Фермерам оставалось либо сразу явиться к нему с деньгами, либо лишиться своей собственности. Если они не соглашались уехать мирно, Рэнс и другие знали, как с ними справиться.Сержант Брэндон говорил ему о том, что скоро в город прибывают федеральные уполномоченные, и Кори волновался, не повлечет ли это новых неприятностей. Едва ли уполномоченные отнесутся благожелательно к его способу выживания фермеров с их родной земли.Все в городе решили, что старый Мика Перселл отправился бродяжничать, когда Макрей воспользовался его просроченной налоговой декларацией. Никто не догадывался, что у этого болвана хватило дерзости встать на пути у Рэнса и его людей, встретив их с карабином в руках. Ни сам Мика, ни его жена и дети так и не были обнаружены. Все подумали, что они уехали. Их тела гнили на дне реки Ньюс, нагруженные достаточным количеством камней, чтобы удерживать их там до тех пор, пока рыбы и черепахи не обглодают трупы до костей.Кори не обладал ни временем, ни терпением, чтобы проходить через утомительную процедуру выселения по решению суда. Правда, судьи-северяне обычно сочувственно относились к своим соотечественникам, являвшимся держателями налоговых деклараций, но нередко среди них встречались и такие, кто предоставлял мятежникам-южанам дополнительное время, чтобы собрать деньги на уплату налогов. Поэтому Кори находил свой способ действий наиболее целесообразным.Один из участков принадлежал старому Зебу Муни. Он занимал всего пятьдесят акров или около того, однако земля была ровной и обладала идеальным водостоком. Лучшего места для посадки табака нельзя себе представить. Кроме того, участок был уже очищен от деревьев и пней, что избавляло его полевых работников от лишнего труда. Они могли приступить к пахоте сразу же, едва земля прогреется, и подготовиться к весеннему севу, как только установится хорошая погода.Кори предложил старику приобрести у него землю, как предлагал и всем остальным, перед тем как выкупить их просроченные налоговые декларации. Он предпочитал улаживать подобные дела деликатно, но, к несчастью, большинство южан, с которыми ему приходилось сталкиваться, проявляли возмущение, а некоторые, вроде Муни, и откровенную грубость. Он сделал Муни честное предложение, а когда старик принялся кричать, что его сыновья погибли, защищая эту землю, и сам он твердо намерен жить здесь до самой смерти и быть погребенным рядом с ними, Кори изменил условия сделки, особо оговорив в соглашении, что семейное кладбище Муни останется нетронутым, что его обнесут оградой и никогда не подвергнут осквернению. Муни заявил в ответ, что он, как видно, выжил из ума, и дал ему ровно пять минут, чтобы он убрался с его земли.Что ж, Муни будет погребен гораздо скорее, чем он предполагает, и не на своем семейном кладбище. Похоже, окончит свои дни на дне реки Ньюс вместе со старым Микой Перселлом и его родными.Другой участок земли, который Кори особенно стремился заполучить, примыкал к владениям Муни и принадлежал бойкой молодой вдовушке по имени Мэтти Гласс. Глубокий, плавно несущий свои воды ручей, в который превратился бьющий из-под земли ключ, проходил через землю Мэтти, рассекая ее пополам. Кори был крайне необходим этот ручей для скота. Сам по себе участок занимал всего десять акров и вряд ли стоил того, чтобы из-за него биться, но вода имела решающее значение. Кори предложил Мэтти более крупную сумму, чем сделал бы любой другой на его месте, однако та наотрез отказалась, заявив, что даже не подумает с ним торговаться. Муж передал ей все свое имущество в исключительное владение, перед тем как ушел на войну и погиб от руки янки в битве при Шайло. У нее осталось двое сыновей, двенадцати и тринадцати лет от роду, и она хотела вырастить их здесь же, на своей родной земле. Кори пытался объяснить ей, что вряд ли стоит вдаваться в споры из-за каких-то десяти акров и что щедрой суммы, которую он ей предложил, будет более чем достаточно, чтобы приобрести скромный домик в городе. Все доводы Мэтти сводились к тому, что земля завещана ей покойным мужем, и она никогда не станет ее продавать. «Терман перевернулся бы в своей могиле, если бы я пошла на такое», – заявила она, глядя на Кори с таким видом, словно с его стороны было прямым безумием предлагать ей подобную сделку.Пожалуй, над этим придется поломать голову, решил он, глядя на налоговую декларацию. Зеб Муни не представлял особых затруднений. Все и так считали его сумасшедшим, видя, как он целыми днями просиживал на кладбище, беседуя со своей умершей женой и сыновьями. Его исчезновение никого не удивит. Все подумают, что он просто ушел в лес и заблудился. Однако с Мэтти Гласс дело обстоит иначе. Если и она исчезнет бесследно, как Зеб Муни, и Кори предъявит свои права на оба участка сразу, неприятностей не миновать. Федеральные уполномоченные прибудут через несколько Дней, так что нужно действовать быстро.Дверь с шумом распахнулась, и в контору вразвалку вошел Рэнс.– Где ты пропадал? – накинулся на него Кори. – Закрой дверь! Не видишь, что напустил сюда холода?Самодовольное выражение исчезло с лица Рэнса.– Случилось что-то, босс? Вы были в самом хорошем расположении духа, когда…– Некогда болтать, Рэнс. – Он швырнул надсмотрщику две налоговые декларации. – Я хочу, чтобы вы пустили в ход эти бумаги не откладывая, сегодня же ночью. Времени осталось мало. Если Муни будет сопротивляться, разберитесь с ним, как раньше с Перселлом. Что же касается вдовы… О, дьявол, сам не знаю, что с ней делать. Я наживу себе много врагов, если выселю с собственной земли вдову солдата с двумя детьми.Рэнс почесал у себя в паху, и Кори выругался:– Черт побери, парень, почему ты все время чешешься? Что, шлюхи, с которыми ты путаешься в городе, наградили тебя вшами?– Прошу прощения, босс, – пробормотал Рэнс. – Я делаю это по привычке, когда о чем-то думаю.– Лучше подумай насчет Мэтти Гласс. Мне очень нужен ее участок из-за ручья.– Вы знаете, она недурна собой. Я иногда встречал ее здесь, в городе, весьма соблазнительна. Почему бы вам не жениться на ней и таким образом получить ее землю без всяких хлопот? А когда вы от нее устанете, можете передать ее мне и остальным… Шучу, – поспешно добавил Рэнс.– Сейчас не до шуток. Пока я не добьюсь своего, у меня связаны руки. Я хочу, чтобы ты сегодня же ночью взял с собой нескольких людей и нанес визит Мэтти Гласс. Наденьте капюшоны, чтобы вас не узнали. Устройте у нее небольшой погром и как следует ее припугните. Скажите ей, что если она не продаст землю, то с сыновьями может случиться что-нибудь ужасное…– Понял, – осклабился Рэнс. Ему подобные вещи явно доставляли удовольствие. – Вы не хотите, чтобы все вокруг говорили, будто вы выгнали из дома беззащитную вдову, поэтому я и парни должны нагнать на нее страху, чтобы она согласилась продать землю. И еще мы предупредим ее, что если она посмеет хоть словом обмолвиться о том, что ее заставили сделать это силой, то потом горько об этом пожалеет.– Вот именно.– А как быть со стариком Муни?– Не тратьте попусту время на уговоры. Поезжайте к нему, прикончите на месте и швырните труп в реку, нагрузив хорошенько камнями. Тогда я, выждав несколько недель, предъявлю права на его собственность как держатель налоговой декларации. К тому времени Мэтти уберется со своей земли, и оба участка станут моими в законном порядке.– Похоже, вы все рассчитали, босс.– Только не испорть дела, Рэнс. Ставки на этот раз слишком высоки.Кори привел в порядок бумаги, разбросанные по столу, и надел пальто.– А как быть с мисс Китти?– О чем ты?– Я слышал, как кто-то из негров говорил, будто они слышали слова доктора Симса о том, что ей уже гораздо лучше.– И что из этого?Рэнс замялся.– Босс, я знаю, вы хотите на ней жениться, и не могу судить вас за это. Более смазливой бабенки я отроду не встречал. Просто любопытно, долго ли вам еще ждать, прежде чем вы получите то, что хотите.– Теперь уже недолго, Рэнс, – улыбнулся Кори. – Совсем недолго. Лучше займись своим делом, а мне предоставь заниматься своим, и тогда все будет в порядке. Вот увидишь! Глава 20 Мир перестал вращаться. Туман рассеялся. Китти наконец-то удалось сосредоточиться и различить лица людей вокруг. Она могла приподнять голову, не испытывая при этом удушающей тошноты.Когда наступил кризис, в бреду ей казалось, что она барахтается в волнах моря и тысячи пальцев-щупальцев цепляются за нее, норовя увлечь на дно. Она отчаянно сопротивлялась, пытаясь всплыть наверх, борясь против сил, стремящихся ее утопить.Она открыла глаза и услышала, как кто-то вышел.– Слава Богу, она приходит в себя!Теперь вокруг нее не было никакого моря, полного цепляющихся щупальцев. Это был сон… ужасный сон. Ей хотелось бодрствовать, однако она еще была слишком слаба. Она очнулась от своего кошмара, но что-то в глубине души подсказывало ей, что другой кошмар только начинается… и на этот раз он был реальностью.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48