А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Я же думаю, что сэр Вальтер либо находится сейчас с королем, либо счел неблагоразумным посылать письмо во Францию, зная о вражде между Джоном и Филиппом. Надеюсь, что это так».
Джоанна несколько раз перечитала последние строки. Самообладание вернулось к ней. Она ничем не выказывала терзавшего ее страха, если не считать того, что лицо ее побледнело, а руки слегка дрожали. Джеффри явно очень осторожен, но, кажется, намекает на некую угрожающую ему опасность… Конечно! Если сэр Леон не вернется домой, Джеффри убьют и получат за него двойную цену от Изабеллы!
Пару строк Джеффри посвятил своей любви, но писал о ней сдержанно, словно стесняясь чужих глаз, что обязательно прочтут послание. Наверняка так оно и есть… но какое это сейчас имеет значение? Сейчас некогда думать о любви! Они еще успеют поговорить об этом, когда снова окажутся вместе. Сейчас нужно только действовать!
Джоанна повернулась к сэру Ги:
— Откуда Адам прислал свои соболезнования?
— Он находился около Хенси, но, думаю, теперь уже снова вернулся в Кемп.
— Велите гонцу быть готовым отправиться в любую минуту! Я напишу сэру Вальтеру, но гонец поскачет к Адаму. Мой брат хорошо знает Суссекс и отправит с письмом кого-нибудь, кто тоже знает, где находится этот Холфенд. Моему человеку нет смысла плутать в поисках неизвестного ему места. Скажите гонцу, что я последую за ним завтра и, если он не опередит меня, то уже больше даже ходить не сможет!
— Но куда вы собираетесь ехать, миледи? И зачем?
Джоанна удивленно посмотрела на сэра Ги, но тотчас же Поняла, что он просто не знает содержания письма. Она коротко изложила ему свою цель. Священник широко разинул рот — так его удивило поведение леди и ее намерения. Но еще больше он изумился, когда на протесты сэра Ги по поводу того, что ей незачем никуда ехать, она резко ответила:
— Не говорите глупостей! Зачем привозить сэра Леона сюда? Мы отправимся с ним на корабле, держа, по возможности, курс на восток. Чем меньше времени займет у нас переезд через пролив, тем меньше вероятность того, что на нас нападет французский корабль. И именно по этой причине я хочу сойти на берег во Фландрии, а не в каком-нибудь французском порту!
— Леди Джоанна… — Сэр Ги тяжело вздохнул. — Вы не поплывете во Францию. Умоляю вас, подумайте хорошенько! Мы все еще воюем с Филиппом. Переговоры не ведутся, а перемирия никто не заключал. Если вас схватят…
— Это не входит в мои планы. Не отнимайте у меня драгоценное время! До того как я отправлюсь завтра на рассвете в путь, мне предстоит справиться с уймой дел.
— Дитя мое, — запротестовал священник, — к чему такая спешка? Действительно небезопасно…
Он вдруг замолчал. Если дьявол — женщина, то именно так и должен был выглядеть антихрист, когда его вышвырнули из рая. Ослепительной красоты лицо, обрамленное огненными волосами, каждой своей линией выражало непоколебимую гордость. А какое неистовство!
— Джеффри — мой муж!
Сэр Ги вздрогнул. Он явно заблуждался, полагая, что мать и дочь не похожи друг на друга. Он уже слышал подобный крик когда-то. Что ж, спорить бесполезно. Если леди готова отправиться в ад, он сделает все возможное, чтобы благополучно доставить ее туда.
— Джеффри — мой муж, — повторила Джоанна уже тише, многозначительно посмотрев на священника. — Я не хочу, чтобы он оставался во власти другого человека хотя бы на день, час или минуту больше, чем…
Священник ничего не сказал. Джоанна горит решимостью. Леди Джиллиан хочет получить своего мужа? Что ж, сначала ей придется вернуть живым и здоровым Джеффри, иначе сэр Леон попадет к своей жене в нескольких корзинах — пальцы рук и ног в одной, руки и ноги в другой…
Джоанна повернулась и позвала слуг. Ее приказания сыпались градом. Служанки уже мчались укладывать вещи, слуги — готовить палатку госпожи и самые необходимые предметы обихода: посуду и постель. Всю поклажу надо подготовить так, чтобы ее без труда могли нести лошади и мулы. Сэр Ги возвел на мгновение глаза к небу, но удалился, чтобы отправить гонца и выбрать людей, которые последуют с ними.
* * *
На следующий день они тронулись задолго до начала рассвета и к вечеру добрались до Кемпа. Адам встретил их на дороге к замку, где люди надеялись спешиться и размять ноги. Гонец Джоанны, подгоняемый ее угрозой, прибыл на рассвете. Адам, столь же расторопный, как и его сестра, окрыленный новостями о благополучии Джеффри, сразу же принялся за дело. Он решил сам ехать в Холфенд и сидел сейчас верхом на крупном и быстром жеребце серой масти, возвращаясь оттуда. Холфенд находился не более чем в двадцати милях от Кемпа. Адам встретил Джоанну печальными новостями.
— Его там нет! — закричал он, как только увидел сестру.
Джоанна с такой силой ударила кнутом лошадь, что уставшее животное покрыло расстояние, разделявшее их с братом, в несколько прыжков.
— Он мертв?! О Боже! Только не говори, что он мертв!
— Нет, но сэр Вальтер именно его отдал Фиц-Вальтеру в качестве гарантии уплаты долгов.
Джоанна на мгновение закрыла глаза, а когда открыла их, спросила уже более спокойным тоном:
— Тебе известно, где находится Фиц-Вальтер?
— Я узнал гораздо больше. Мне известно, где сейчас сэр Леон. Сэр Вальтер уже написал человеку, у которого тот находится, чтобы тебе передали сэра Леона, когда ты выплатишь долг сэра Вальтера. Если у тебя есть деньги, мы можем отправиться немедленно.
— Деньги у меня есть, — сказала Джоанна. — Но что значит «мы»?
Светло-коричневые глаза Адама потемнели.
— Ты ведь знаешь, что мама иногда способна «чуять» беду? На этот раз ее чую я.
— Сэр Вальтер?
— Не думаю. Похоже, он искренний и честный человек. Я не знаю, что именно меня беспокоит, но я не отпущу тебя одну во владения вассалов Фиц-Вальтера. Ты ведь знаешь: Фиц-Вальтер давно уже обхаживает Брейбруков, отца и сына, а молодой Генри не питает к тебе большой любви. Отец сейчас с Джоном, но Генри и Фиц-Вальтер находились в Лондоне, когда я был там с неделю назад.
— Что ты делал в Лондоне?
— Не будь такой наивной! — ответил Адам и засмеялся. — Думаешь, я глуп, как Джон, чтобы интересоваться женами и дочерьми своих вассалов? А дочери серфов не в моем вкусе, по крайней мере, они не для постоянной диеты.
— O! — Джоанна посмотрела на своего «маленького» брата уже более внимательно.
Даже находясь в седле, Адам возвышался над ней на целую голову. С тех пор как Джоанна видела его в последний раз, он заметно вырос и возмужал, хотя и тогда был довольно крупным юношей. За последние шесть месяцев Адам, похоже, полностью превратился из мальчика в мужчину.
Однако Адама меньше всего волновало открытие, только что сделанное его сестрой. Он вернулся к главной проблеме.
— Не понимаю, зачем кастеляну Фиц-Вальтера вообще слишком много знать об этом деле? — проворчал Адам. — В конце концов, сэр Леон не представляет особой важности как пленник. Он — лишь гарантия уплаты долга. Но Хорндон-он-Хилл находится всего в двадцати милях от Лондона. Я думаю, другого шанса не будет. Если мы сменим лошадей и отправимся в путь немедленно, то сможем забрать сэра Леона и отъехать достаточно далеко, прежде чем Фиц-Вальтер вообще узнает, что выкуп выплачен и кем именно.
— Я полностью согласна с тобой, — ответила Джоанна. — Но Фиц-Вальтер — строгий хозяин, и, возможно, его кастелян не желает идти даже на такое выигрышное дело без его благословения.
— Теперь мне все понятно! — сердито сказал Адам. — Я не подумал об этом, а следовало бы… Мне нужно было самому отвезти письмо, а не отправлять гонца. Но нам пора отправляться. Мы найдем самое подходящее решение по дороге.
— Все это не имеет значения, — успокоила брата Джоанна, когда они подъехали к замку, чтобы сменить лошадей. — Если он не освободит сэра Леона без разрешения Фиц-Вальтера, какая разница, оповестят ли его заблаговременно или мы сами доставим ему письмо?
— Но, когда мы будем находиться в замке, ему очень трудно будет отказать нам в чем-либо, — угрюмо заметил Адам.
— И тем не менее все можно уладить! — Джоанна злорадно улыбнулась. — Сэр Ги, — бросила она через плечо, — подъезжайте к нам поближе! — Когда он поравнялся с ними, Джоанна сказала: — У меня пятьдесят человек. Скольких ты можешь взять из Кемпа, Адам?
— Если забрать всех людей из замка, думаю, наберется человек сто пятьдесят. Этого недостаточно…
— Нам и не нужны лишние люди! — перебила его Джоанна. — Я поскачу вперед одна, в сопровождении десяти-пятнадцати человек. Как вам известно, беззакония на дорогах сократились, поскольку страной правят сейчас епископ Винчестерский и граф Пемброк. Поэтому в том, что меня будет сопровождать небольшой отряд, нет ничего безрассудного. Даже если кастелян не захочет отдать мне сэра Леона, он едва ли откажет мне в ночлеге, так что я в любом случае окажусь внутри замка. Адам спрячется с остальными людьми поблизости. Если нам все же отдадут сэра Леона, я найду какой-нибудь предлог, чтобы уехать тотчас же. Если откажут, сэр Ги отыщет способ открыть ворота для тебя и остальных людей. Что скажете, сэр Ги, на это?
— Миледи, милорд, вам не кажется, что такой план неблагоразумен? Что может изменить небольшая отсрочка, пока разрешение Фиц-Вильяма…
Сэр Ги вдруг замолчал. Фиц-Вильям давно имеет зуб на отчима леди Джоанны. Более того, он может решить, что она лишилась всех своих защитников — ее муж считается погибшим, свекор в плену, а отчим находится во Франции. Фиц-Вильям не возьмет в расчет Адама… и сделает большую глупость. Сэр Ги взглянул на юношу. Похоже, момент как нельзя лучше подходит для того, чтобы вызволить пленника…
— Да, — сказал он, кивнув головой, — с этим можно справиться без особого труда.
Ожидая одобрения Адама, Джоанна взглянула на него. Тревога так и не сошла с его лица. Джоанна почувствовала раздражение. Достаточно ли возмужал Адам, позволивший себе сказать, что это дело слишком опасно для женщины?
— План превосходен, — согласился Адам и добавил: — Если тебе не отдадут сэра Леона, не забудь взять с собой в постель настоящий нож, Джоанна, а не эту украшенную камешками безделушку, с помощью которой ты ешь. И не вздумай совершить глупость и заснуть! — Он вдруг огляделся по сторонам. — Почему, черт возьми, ты не взяла с собой Брайана?
— Он поранился, и я не захотела брать его в такую поездку. К тому же он оказался бы слишком заметным, и меня могли бы узнать. Если бы во Франции я пожелала сменить имя, он выдал бы меня. Но, несмотря на то, что ты одобряешь этот план, Адам, выглядишь ты, будто грозовая туча.
Джоанна с удовольствием подумала о том, что сказали бы Иэн и Джеффри, услышав, как Адам заботится о ее благополучии.
— Проклятие! — в раздражении воскликнул Адам. — Прочь сомнения! Мы не можем потерпеть неудачу! Даже если сэра Ги заподозрят в чем-то и ворота не удастся открыть, через неделю я соберу у стен замка целую армию. И все же на душе у меня неспокойно, Джо. Я чую беду! Не знаю, правда, что именно мне не нравится во всем этом деле.
26.
Поначалу способности Адама чувствовать опасность, казалось, не было применения. По дороге в Хорндон-он-Хилл ничего не произошло, И неудивительно: с людьми Адама они стали гораздо сильнее. Появилась лишь одна трудность — из-за малой вместимости лодок, перевозивших их через Темзу, возникли проволочки. Однако уже через час весь отряд собрался на северном берегу, и Адам размещал своих людей в небольшой роще, в каких-нибудь, по их мнению, пяти милях от замка Хорндон. Рассвет еще не наступил, а Джоанна и ее люди провели в седлах двадцать четыре часа, если не считать коротких привалов и времени, затраченного на переправу, поэтому Адам настоял на том, чтобы они сделали привал.
— Нет, — сказал он Джоанне, прежде чем она успела возразить, — тебе нельзя появляться в замке на рассвете такой измученной. Ты можешь просто проявить чрезмерную настойчивость, утверждая, что дело сверхважное. Разве у смотрителя замка не возникнут подозрения?
— Хорошо, — послушно согласилась Джоанна, понимая, что Адам прав: ведь он уже мужчина, а не мальчик.
В конечном счете эта предосторожность оказалась излишней. Когда Джоанна прибыла в Хорндон с сэром Ги, Нудом и восемью всадниками, ее встретили довольно любезно и в то же время совершенно равнодушно. Сэра Леона обо всем предупредили и подготовили к дороге. Хотя кастелян пересчитал каждую монету, желая удостовериться, что заплатили все, до последнего пенни, он вежливо возразил, когда Джоанна сказала, что отправится в путь сразу после обеда. Конечно, он поинтересовался, зачем ей понадобился сэр Леон. Она ответила, что об освобождении француза просил якобы граф Солсбери, которого умоляла об этом перед битвой жена сэра Леона. Затем кастелян выразил Джоанне свои соболезнования по поводу потери ею мужа. Она поспешила отвернуться. Это могло означать что угодно — желание скрыть горе, радость либо любое другое чувство, кто как истолкует. Джоанна лишь сказала печально, что не все еще определено. Ее нежелание говорить на данную тему, какой бы ни была причина этому, не оставляло сомнений. Кастелян из вежливости воздержался от дальнейших расспросов.
Джоанне казалось, что во время пребывания в Хорндоне она словно ходила по краю пропасти, но не замечала там и намека на враждебность. И даже теперь, когда они отъехали от замка за пределы полета стрелы, она не могла успокоиться, не зная, винить ли в этом усталость, предчувствия Адама или что-то еще.
Дорога петляла по холму, на котором высился замок. По мере продвижения к Темзе, находившейся примерно в десяти милях южнее, ландшафт становился более равнинным. На запад, в направлении Лондона, ответвляясь, убегала еще одна дорога. На ней Джоанна и заметила вдалеке отряд всадников, скачущих быстро, но и не очень спешащих. В этом не было ничего необычного, ибо приближался полдень, а им, возможно, предстоял долгий путь. Оснований полагать, что всадники направлялись в Хорндон, не было никаких. В этом густонаселенном районе вдоль дороги, ведущей на восток, располагались довольно большие города, порты и другие замки.
Тем не менее у Джоанны перехватило дыхание, она почувствовала страх. Сэр Ги поравнялся с ней.
— Миледи…
— Я вижу! — перебила его Джоанна. — Мы можем доехать до развилки быстрее их?
— Иного выбора у нас и нет. Нуд, поскачем так: четыре человека впереди леди Джоанны, четыре — позади нее. Сэр Леон, я вынужден привязать вас к седлу. Держитесь впереди меня, иначе я оглушу вас и перекину через лошадь, как мешок с зерном. Сейчас не время говорить о благородстве. Миледи, вперед! Даже если эти люди не опасны, мне не хотелось бы с десятком людей встречаться с отрядом всадников в пятьдесят-шестьдесят человек.
С этой минуты Джоанне пришлось переключить все свое внимание на лошадь и дорогу. Следить за приближающимся отрядом не было возможности. Несколько мимолетных взглядов в его сторону ничуть не успокоили Джоанну. Ей показалось, что чужаки тоже пришпорили коней. Такая спешка не предвещала ничего хорошего, если только это не обман зрения, порожденный страхом. Предводитель чужаков видел ее отряд столь же отчетливо. Джоанна попыталась убедить себя, что сделанный ими резкий рывок привлек бы внимание и возбудил бы любопытство любого человека. Может быть, это преступники, убегающие от погони? Однако для такой мысли нет никаких оснований. Уже можно было без труда заметить, что отряд, спускавшийся с холма, состоит из почтенных людей, возглавляемых женщиной и рыцарем.
Крики приближающихся всадников слышались уже совсем близко. Джоанна и ее люди еще яростнее пришпорили лошадей, приближаясь к опасному перекрестку, до которого, казалось, оставалось лишь несколько ярдов. К счастью, их лошади не теряли сил. За то время, что Джоанна спала в лагере, разбитом в лесу, а затем платила выкуп и обменивалась любезностями с кастеляном Хорндона, они отлично отдохнули и поэтому сейчас не снижали скорость своего бега. От отряда чужаков отделилась группа всадников и поскакала через поле им наперерез.
Крики, угрозы, но ни одной стрелы вслед. Значит скорее всего их преследуют люди Фиц-Вальтера, подумала Джоанна. Только его люди могли знать о ценности ее добычи. Зачем же им причинять Джоанне вред? Они, видимо, надеются, что отряду Джоанны не уйти, что ее людям негде спрятаться, но преследователям не дано было знать, что менее чем в трех милях отсюда Джоанну ждет Адам с вооруженным отрядом.
Зная это и видя, что лошади еще опережают преследователей, Джоанна приободрилась. Она отбросила мысли о неминуемой опасности и думала сейчас о том, как Фиц-Вальтеру удалось так быстро узнать о ее предложении выкупить француза. Не крылась ли за равнодушием кастеляна ловушка? Конечно, нет. Он мог прибегнуть к целому ряду совершенно благоразумных уловок, чтобы задержать ее в замке. Вероятнее всего, кастелян тут же отправил донесение о сделке, но не потому, что отнесся к ней с подозрением.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55